Материал: Сборник. Международные нормы о противодействии коррупции.2011

причинителя вреда, на должника, нарушившего обязательство, возлагается бремя доказывания своей невиновности1.

На наш взгляд, близкой к названным презумпциям по своей юридической природе могла бы стать (разумеется, в случае специального закрепления в гражданском и гражданско-процессуальном законодательстве) и презумпция, которую можно условно назвать коррупционной либо презумпцией незаконного (незаконности) обогащения, трактуемого в том смысле, который придан ему в ст. 20 Конвенции ООН.

Данное предложение, на наш взгляд, корреспондируется со ст. 19 (Урегулирование конфликта интересов на гражданской службе) Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», в котором учтены рекомендательные акты: Руководство ООН «Практические меры по борьбе с коррупцией» и «Двадцать принципов борьбы с коррупцией», утвержденные Резолюцией Комитета министров Совета Европы от 06.11.1997. В ч. 3 и 4 названной статьи, в частности, указано, что «под личной заинтересованностью гражданского служащего, которая влияет или может повлиять на объективное исполнение им должностных обязанностей, понимается возможность получения гражданским служащим при исполнении должностных обязанностей доходов (неосновательного обогащения) в денежной либо натуральной форме, доходов в виде материальной выгоды непосредственно для гражданского служащего, членов его семьи или лиц, указанных в п. 5 ч. 1 ст. 16 настоящего Федерального закона, а также для граждан или организаций, с которыми гражданский служащий связан финансовыми или иными обязательствами. В случае возникновения у гражданского служащего личной заинтересованности, которая приводит или может привести к конфликту интересов, гражданский служащий обязан проинформировать об этом представителя нанимателя в письменной форме.

Представитель нанимателя, которому стало известно о возникновении у гражданского служащего личной заинтересованности, которая приводит или может привести к конфликту интересов, обязан принять меры по предотвращению или урегулированию конфликта интересов, вплоть до отстранения гражданского служащего, являющегося стороной конфликта интересов, от замещаемой долж-

1 См.: Гражданское процессуальное право: учебник / под ред. М.С. Шакарян. М., 2004.

С. 174.

31

ности гражданской службы в порядке, установленном настоящим Федеральным законом»1.

Незаконное обогащение – это оспариваемая и, в конце концов, признаваемая нелегитимной собственность. При признании обогащения незаконным право субъекта на присвоение предметов материального мира, владение, пользование и распоряжение имуществом в установленном законом порядке должно быть аннулировано, поэтому, пользуясь коррупционной презумпцией, суд может вынести решение о конфискации такого имущества;

ж) введение предложенной нами презумпции в качестве условия служебного контракта (трудового договора), заключаемого с каждым лицом, претендующим на занятие должности государственного (муниципального) служащего, входящего в соответствующий перечень. Таким образом, лицо, заключающее служебный контракт (трудовой договор), само должно дать согласие на прозрачность своего имущественного положения и переложить бремя доказывания добросовестности приобретения на себя.

Такое предложение, на наш взгляд, полностью корреспондируется с п. 9 ст. 16 (Ограничения, связанные с гражданской службой) Федерального закона от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», где отмечено, что гражданин не может быть принят на гражданскую службу, а гражданский служащий не может находиться на гражданской службе в случае «непредставления установленных настоящим Федеральным законом сведений или представления заведомо ложных сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера»;

з) введение в процедуру обоснования возможности заключения своеобразного мирового соглашения с субъектом противодействия коррупции. В рамках него проверяемое лицо могло бы добровольно передать спорное имущество в доход Российской Федерации, этим признав невозможность обоснования его некоррупционности. При этом вполне логично было бы и добровольное увольнение лица с соответствующей должности, расторжение контракта по собственному желанию. В обмен на это орган по противодействию коррупции должен прекратить проверку в отношении соответствующего лица. Такое мировое соглашение не должно влечь никаких юридических последствий для проверяемого, но в связи с нереаби-

1 СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.

32

литирующим основанием окончания проверки его кандидатура должна быть занесена в своеобразный черный список при подборе кандидатов на государственную или муниципальную службу.

С помощью такой конструкции мирового соглашения мы достигли бы следующих целей:

значительно упростили и удешевили процедуру проверки; сократили ее сроки; оставили свободу выбора для проверяемого, сохранили баланс

интересов; очистили ряды государственных и муниципальных служащих

от коррупционеров; обеспечили заслон от коррупционно опасных кандидатов на

государственную и муниципальную службу.

Предлагаемая процедура обоснования, как мы видим, не только не противоречит положениям федеральных законов «О государственной гражданской службе Российской Федерации» и «О муниципальной службе в Российской Федерации»1, а, напротив, способна создать реально действующий механизм контроля за соблюдением ограничений и запретов, связанных с прохождением гражданской или муниципальной службы в Российской Федерации.

Юридические последствия всей процедуры обоснования должны быть определены четко и прямо соответствовать судебному решению. Не должно складываться ситуации, когда судебное решение, в котором подтверждается незаконность приобретения имущества, уже вынесено, но для достижения результата – передачи имущества в доход государства – требуется новое судебное разбирательство, еще одно решение. На наш взгляд, в рамках конструкции обоснования необходимо указать, что суд проверяет законность..., некоррупционность..., и выносит решение о конфискации имущества, являющегося предметом проверки или его части, относительно которой не было доказано законности, некоррупционности приобретения.

Необходимо также четко определиться с институтом, которым будет опосредоваться взыскание имущества в доход Российской Федерации.

Один из вариантов – это применение последствий недействительности сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК РФ) – в случае исполнения

1 СЗ РФ. 2007. № 10. Ст. 1152.

33

сделки обеими сторонами (что и имеет место при успешной даче взятки) – в доход Российской Федерации взыскивается все полученное ими по сделке.

Но для того чтобы подобрать юридическую процедуру, опосредующую переход имущества от частного лица к государству (в доход государства), необходимо четко определить ее основания. На наш взгляд, такое основание нуждается в уточнении. Мы уже указывали на его неопределенность и сложное применение на практике. Основанием изъятия имущества у лица должна являться невозможность опровержения им коррупционной презумпции. Таким образом, независимо от выявления и доказывания признаков коррупционного преступления или административного или дисциплинарного правонарушения, применив коррупционную презумпцию, суд сможет вынести решение об изъятии имущества. При этом судом возможно и применение положений ст. 169 ГК РФ (недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности) и взыскание в доход государства полученного по сделкам.

Сложный, междисциплинарный характер института незаконного обогащения проявляется также в том, что он, при его узаконении в качестве самостоятельного вида правонарушений, будет представлять собой своего рода симбиоз вещного (право собственности, его нарушение) и обязательственного (обязательства, их неисполнение) права. При этом в связи с проблемами противодействия коррупции в известный гражданскому праву институт обязательств вследствие неосновательного обогащения (гл. 60 ГК РФ) должны быть внесены определенные корректировки. В частности, применительно к п. 1 ст. 1102 «Обязанность возвратить неосновательное обогащение» ГК РФ «целесообразно законодательно расширить содержание понятия необоснованного обогащения, закрепить в качестве потерпевшей стороны неопределенный круг лиц или общество в целом»1. Заметим, что в действующей редакции ст. 1102 ГК РФ в качестве потерпевшего фигурирует лишь индивидуально определенное (физическое или юридическое) лицо.

В результате предлагаемой интерпретации норм действующего законодательства и предложений de leqe ferenda могла бы быть

1 Скобликов П.А. Действенный механизм изъятия незаконных доходов как способ борьбы с коррупцией и организованной преступностью // Коррупция: политические, экономические, организационные и правовые проблемы. М.: Юристъ, 2001. С. 393.

34

сформирована необходимая и достаточная (прежде всего в смысле полноты и прочности) правовая база для изъятия в доход государства в порядке гражданского судопроизводства средств, не имеющих законного происхождения.

В обоснование применения именно этой процедуры можно также сказать, что сделка, в ходе которой лицо, являясь публичным должностным лицом, значительно увеличивает свое имущественное положение, при наличии признака явной его неэквивалентности официальному доходу должна быть признана совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности, причем независимо от наличия противоправного умысла коррупционера1. На срок проведения процедуры обоснования любые сделки с указанными активами проводятся с обязательным предварительным уведомлением субъекта противодействия коррупции, проводящего процедуру.

Как уже отмечалось, в процессе процедуры обоснования решается законность (правомерность) владения, пользования либо распоряжения имущественными или неимущественными активами лица. В связи с этим необходимо решить: каково содержание вводимой категории законность (правомерность) владения, пользования либо распоряжения имущественными или неимущественными активами? Ведь в российском праве имеется презумпция добросовестности владельца имущества, в соответствии с которой такая законность предполагается. Но кроме этого, у владельца имущества имеются и различные правоустанавливающие документы на имущество, особенно дорогостоящее, абсолютно достоверно подтверждающие законность владения им. Мы считаем, что проверяемому лицу достаточно будет в определенный срок представить такие правоустанавливающие документы (паспорт транспортного средства, гарантийные документы на бытовую технику, свидетельство о праве собственности на жилую недвижимость и т.п.) и законность владения, пользования или распоряжения будет полностью подтверждена. Если даже такие документы и не устроят субъект противодействия коррупции, то суд должен будет однозначно вынести решение в пользу проверяемого.

1 По мнению авторов, незаконному обогащению всегда присуща заведомость, означающая, что в отношении приобретения лицо действовало с прямым умыслом, безусловно зная о том, что способ, каким оно приобретает денежные средства или иное имущество, является незаконным.

35