Материал: Сборник. Международные нормы о противодействии коррупции.2011

торых Российская Федерация обладает юрисдикцией. В связи с этим данная норма Конвенции не действует на территории России. Тем не менее данная оговорка при ратификации не исключает возможности инициативного предложения законопроекта, связанного с реализацией норм Конвенции и направленного на подкрепление предусмотренных ею мер тщательно продуманным механизмом контроля за ее применением и мониторинга результатов ее реализации в праве Российской Федерации.

Одной из первых попыток введения данной нормы в российское законодательство стала ст. 11 проекта федерального закона № 48067-31 «О противодействии коррупции», подготовленного ко второму чтению. Обсуждение указанного законопроекта фактически свелось к обсуждению именно этой статьи, разделив на примерно равные группы сторонников, считавших ее «единственной нормой законопроекта, имеющей регулирующее значение», и противников, предлагавших исключить данную статью, так как «изложенные в ней положения противоречат принципу презумпции невиновности». Типичную аргументацию этой позиции привел профессор И.И. Лукашук, утверждая, что криминализация в национальном законодательстве незаконного обогащения означала бы возложение на обвиняемого (подозреваемого) в преступлении бремени доказывания, что в силу ч. 2 ст. 49 Конституции Российской Федерации недопустимо2. Убедительный анализ небезупречности такого суждения изложен в статье профессора А.И. Алексеева3.

Каковы же возможности имплементации и адаптации данной нормы к российскому законодательству?

Нельзя утверждать, что для российского права данная тема абсолютна нова. Так, еще Г.Ф. Шершеневич посвятил главу в учебнике русского гражданского права обязательствам, возникающим из незаконного обогащения4. Текст данного сочинения отличается последовательностью изложения, точностью приводимых примеров и отражает мнение виднейшего ученого на изучаемый предмет, сло-

1URL: http://asozd.duma.gov.ru/

2См.: Лукашук И.И. Международно-правовые формы борьбы с коррупцией // Коррупция: политические, экономические, организационные и правовые проблемы: сб. материалов международной научно-практической конференции. М., 2001. С. 89.

3Алексеев А.И. Презумпции против коррупции // Законность. 2008. № 4. С. 2 – 8.

4Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М.: СПАРК,

1995. С. 403.

26

жившееся к 1907 г. Прежде всего хочется отметить, что указанная глава учебника именуется «незаконное обогащение», а далее речь идет то о «неосновательном», то о «незаконном» обогащении. Иногда автор упоминает «обязательство возвращения», «обогащение за чужой счет». Из анализа всего текста следует, что автор отождествляет указанные понятия.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 168-О недобросовестным считается тот налогоплательщик, который с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создает схему незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что приводит к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков1.

Необходимо также отметить, что российское гражданское законодательство не использует категории «имущественные или неимущественные активы», эти категории также недостаточно четко раскрыты в финансовом и налоговом праве. В связи с этим правовой состав данных категорий нуждается в уточнении во избежание противоречивых толкований в процессе правоприменения.

Все антикоррупционные программы указывают на необходимость обеспечения прозрачности доходов государственных (муниципальных) служащих, иных должностных лиц и членов их семей. Стоит признать, что пока в России в этом направлении приняты лишь полумеры. Хотя законодательно и установлена обязанность государственных (муниципальных) служащих декларировать свое имущество и доходы, на сегодняшний день отсутствует необходимый контроль за выполнением этой обязанности и достоверностью декларируемых сведений. Необходимо, чтобы контроль за доходами представителей власти и членов их семей осуществляла специальная независимая служба, принятие любых подарков этими лицами незамедлительно декларировалось, а нарушение ими установленных правил влекло юридическую ответственность. Декларированию должно подлежать не только имущество, полученное в собственность, но и в пользование (аренда дачи, квартиры, машины, иного имущества).

Решение этих задач, а также разработка и введение так называемой процедуры обоснования значительного увеличения имуще-

1 Вестн. Конституц. Суда Рос. Федерации. 2004. № 6.

27

ственных и (или) неимущественных активов лица (далее – процедура обоснования1) позволит создать реально действующий механизм противодействия коррупции, который структурно может быть представлен в виде системы государственных и негосударственных институтов, а функционально – как система мер политического, соци- ально-экономического, правового, идеологического, организационного и правоохранительного порядка, которые предпринимают эти институты с целью предупреждения, нейтрализации и уничтожения коррупции. Названный механизм, соответственно, должен быть многоуровневым, включающим глобальные и региональные межгосударственные, федеральные, региональные внутригосударственные и местные компоненты.

Процедура обоснования должна быть подробно закреплена либо в Федеральном законе «О противодействии коррупции» (для этого целесообразно выделить ее в особую главу или раздел), либо все ее этапы должны быть детализированы в отдельном законе. Возможно, что и само незаконное обогащение в формулировке Конвенции ООН должно рассматриваться в качестве отдельного (обособленного) вида правонарушения2.

На наш взгляд, предлагаемая процедура обоснования должна иметь своим предметом не обоснование законности владения, а обоснование источников денежных средств, имеющихся у проверяемого в наличной или безналичной форме, либо денежных средств, на которые приобретено имущество. Предметом обоснования также может быть основание приобретения имущества в собственность или пользование (договор дарения, безвозмездного пользования, купли-продажи, аренды или иной сделки).

Концептуальная суть процедуры обоснования и последствий незаконного обогащения должна, на наш взгляд, заключаться в воз-

1Термин взят из проекта федерального закона № 148067-3 «О противодействии коррупции», подготовленного ко второму чтению.

2Некоторые авторы предлагают ввести в уголовное законодательство Российской Федерации норму о коррупционном обогащении, понятие которого в их трактовке в основном совпадает с определением незаконного обогащения, данным в ст. 20 Конвенции ООН. См., напр.: Кузнецова Н. Мнение ученых о реформе УК (или qui prodest?) // Уголовное право. 2004. № 1. С. 27; Борков В. Проблемы криминализации коррупционного обогащения в России // Уголовное право. 2007. № 2. С. 31. Другие исследователи считают, что институт незаконного обогащения должен являться междисциплинарным институтом, действие которого базировалось бы на нормах гражданского, уголовного, административного права. См.: Алексеев А.И.

Указ. соч.

28

можном, по решению суда, применении конфискации незаконно полученного имущества у лица, совершившего коррупционное правонарушение, при соблюдении ряда необходимых условий. Среди таких условий должны быть следующие:

а) отнесение лица к кругу субъектов коррупционных правонарушений. В законе должны быть четко определены специальные субъекты данного правонарушения – публичные должностные лица; б) значительное увеличение имущества лица в период или непосредственно после занятия должности (при этом критерии значительности должны быть определены в законе или подзаконных актах предпочтительно в денежном эквиваленте). Отдельно, вероятно, следовало бы обсудить вопрос об установлении ответственности не за всякое незаконное обогащение, а лишь за такое, которое совершено в крупном и особо крупном размерах, нижние пороги которых

следует определить в законе; в) инициация в отношении лица процедуры обоснования

должна осуществляться только уполномоченным органом по противодействию коррупции. Разрешение же дел о незаконном обогащении следует, по нашему мнению, отнести к прерогативе суда общей юрисдикции, действующего в порядке гражданского судопроизводства с соблюдением всех процессуальных гарантий за некоторыми исключениями, которые исчерпывающим образом должны быть оговорены в законе (например, касающимися положений о бремени доказывания). Возможно, следует установить, что такие дела (в силу их сложности и большой общественной значимости) передаются на рассмотрение по существу (по первой инстанции) в суды субъектов Российской Федерации. Как вариант, за этими судами оставить рассмотрение дел о незаконном обогащении в особо крупном размере, а рассмотрение дел о незаконном обогащении в крупном размере производить в районных судах.

Специально следует оговорить в законе, что применение судом мер взыскания за незаконное обогащение, одноименных с соответствующими видами уголовного наказания, не влечет судимости.

Контроль и надзор за проведением проверки по фактам незаконного обогащения возложить на прокурора, предусмотрев его обязательное участие в рассмотрении дела судом.

Поводами для начала проверок определить: заявления о незаконном обогащении, сообщения об этом правонарушении, полученные из других источников, включая результаты оперативно-

29

розыскной, прокурорско-надзорной и иной правоохранительной деятельности, публикации в средствах массовой информации. Для заявлений и сообщений установить процедурные правила, близкие к действующим в уголовном процессе. В частности, оговорить, что заявление, автор которого неизвестен (анонимное либо подписанное вымышленной фамилией), не может быть поводом для производства проверки.

Основанием для начала проверки считать наличие сведений (фактических данных), достаточных для вероятного вывода о факте рассматриваемого правонарушения (совершении деяния, содержащего признаки незаконного обогащения).

Возможно, следует обсудить и решить в законодательном порядке вопрос об обязательности получения по делам этой категории заключения независимых экспертов (профессиональных оценщиков, специалистов в области финансов, бухгалтерского учета, строительства и др.);

г) предоставление лицу любой возможности сообщить об источниках денежных средств, превышающих критерии значительности, а также законные (декларированные) доходы, которые имеются у лица в наличной или безналичной форме;

д) обеспечение возможности проверяемого лица воспользоваться квалифицированной юридической помощью, в том числе помощью адвоката, во время процедуры обоснования;

е) установление презумпции того, что если лицо из соответствующей категории, предусмотренной законом, находясь на потенциально коррупционной должности, значительно увеличило ценность своего имущества (значительно выше оговоренных пределов, декларированных размеров) и не смогло доказать некоррупционный характер источников денежных средств, имеющихся у него, или денежных средств, на которые приобретено имущество, а также некоррупционный характер оснований приобретения имущества в собственность, распоряжение или пользование, то такое лицо признается увеличившим имущество в результате коррупционного правонарушения.

Следует отметить, что гражданскому праву и процессу известны презумпции вины: презумпция вины причинителя вреда (ст. 1064 ГК РФ), презумпция вины должника, нарушившего обязательства (ст. 401 ГК РФ). В соответствии с этими презумпциями на

30