Другой выделяемый ею признак вызывает некоторые сомнения, а именно «моральная поддержка действий населением («свое спасали»)» Микульская М.П. Указ. соч. С. 66.. Трудно представить, что население в действительности будет одобрять незаконные действия юридических лиц, профессиональных участников рынка, преследующих цель любым способом получить не предусмотренные для них гарантии. Направленность на обеспечение интересов именно наименее защищенных слоев населения характеризует в полной мере систему страхования вкладов в России.
Для того чтобы представить, каким образом происходит дробление вклада юридическими лицами, подобный случай можно рассмотреть на примере Апелляционного определения Московского городского суда от 04.06.2018 года по делу N 33-23075/2018 Апелляционное определение Московского городского суда от 04.06.2018 года по делу N 33-23075/2018 // СПС КонсультантПлюс.. Поскольку юридические лица на данный момент (за исключением представителей малого бизнеса) не являются участниками системы страхования вкладов, ими предпринимаются попытки обойти правила, обосновывая переводы денежных средств самыми разнообразными причинами. Что касается данного дела, истец обратился с иском к ГК «Агентство по страхованию вкладов», поскольку посчитал, что имеет право на получение страхового возмещения в полном объеме. В поддержку своей позиции истец указывал на факт заключения им договора банковского вклада с АО КБ «Русстройбанк». Предоставив платежное поручение, подтверждавшее зачисление денежных средств, истец обратил внимание суда на перечисление суммы в размере 283 100 рублей. Данная сумма была переведена со счета ООО «Стройиндустрия» на счет истца в качестве текущих платежей по делу о банкротстве ООО «Стройиндустрия», где он выступал конкурсным управляющим.
Отказывая истцу в выплате страхового возмещения, Агентство по страхованию вкладов руководствовалось тем, что обстоятельства дела позволяют сделать однозначный вывод о наличии в действиях ООО «Стройиндустрия» цели «раздробить» вклад для получения суммы вклада. Позиция Агентства заключалась в том, что перевод денежных средств имел место в период, когда фактически банк являлся неплатежеспособным, а операции носили чисто технический характер, в то время как отражения действительного поступления средств не было. В таких условиях банк не мог исполнять поручения клиентов, а клиенты уже не могли свободно распоряжаться средствами, осуществлять безналичные операции, получать суммы наличными.
Исходя из обстоятельств дела, ООО «Стройидустрия» было признано несостоятельным. На открытый в АО «Русстройбанк» вклад обществу были переведены денежные средства судебным приставом-исполнителем - «возврат средств из бюджета в качестве незаконно взысканного исполнительского сбора». Далее средства поступили на счет истца, в то время как остаток средств на счету юридического лица составил 119 рублей. Вскоре после этого была отозвана лицензия, банк был признан несостоятельным. Суд подтвердил доводы Агентства о недопустимости свободного распоряжения средствами в банке в период его неплатежеспособности. Более того, об обоснованности сомнений в правомерности действий общества свидетельствует и сумма, которая была переведена истцу. Если обратиться к решению суда, на основании которого организация была признана несостоятельной, можно обнаружить в нем указание на то, что истцу, как конкурсному управляющему, назначено вознаграждение в размере 30 000 рублей. Фактически же был осуществлен перевод суммы, значительно превышающей ту, что была указана в решении - 283 100 рублей. Причем в материалах дела можно заметить, что документов или иных доказательств того, что такие расходы конкурсного управляющего имели место быть, не представлено, что свидетельствует о необоснованности размера выплаты и направленности действий организации на дробление вклада.
Еще одним классическим примером может послужить Постановление ФАС Уральского округа от 15.11.2012 г. N Ф09-5407/11 по делу N А76-25600/2010. При рассмотрении дела с участием банка «Монетный дом» и директором ООО «АГРОКОМ» Файда Г.Ю., в частности, при обращении внимания на денежные суммы, перемещаемые с вклада ООО «АГРОКОМ» на вклад гражданина, становится очевидной цель, преследуемая руководителем организации.
Так, по состоянию на 13.12.2010 г. на счете последнего имелось 192 204 рублей; в этот же день общество перечислило на указанный счет 510 000 рублей в качестве исполнения обязательства по договору займа. Позднее выяснилось, что описываемый договор займа состоял из большей суммы, однако погашение задолженности по займу в данном случае было частичным: в части, соответствующей предельной сумме выплачиваемого страхового возмещения. В то же время остаток на счете компании составлял лишь 608 рублей. Суд обнаружил в действиях вкладчика признаки злоупотребления правом, а проведенные операции признал формальными бухгалтерскими проводками Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 15 ноября 2012 г. N Ф09-5407/11 по делу N А76-25600/2010 // СПС КонсультантПлюс..
Исследование схем дробления привело к формированию у судов устойчивого представления об основных признаках дробления, при выявлении которых суд убеждается в наличии недопустимого поведения вкладчика. Несмотря на постепенно увеличивающееся количество способов разделить вклад, при рассмотрении каждого конкретного дела суды обращают внимание на любые детали. Учитываться могут, в частности, время между совершением операций с денежными средствами, стабильность финансового положения банка, размер суммы, переводимой с одного вклада на другой, нетипичный для обычной деятельности юридического лица размер выплачиваемых дивидендов, заработной платы, наличие каких-либо отношений с работниками банка, при помощи которых вкладчики имели бы возможность получить актуальную информацию о финансовом состоянии банка. При этом само по себе наличие какого-либо признака, указывающего на дробление, не говорит о том, что суд может принять решение без учета иных конкретных обстоятельств дела.
Выработанный общий алгоритм действий судов по выявлению неправомерности поведения своих вкладчиков не приводит, однако, к единообразному подходу в судебной практике. Неоднородность решений нижестоящих и вышестоящих судов приводит к состоянию правовой неопределенности, необходимости в пересмотре судебных решений, повторному рассмотрению, что не способствует реализации принципа процессуальной экономии.
Нижестоящие суды лишь начинают воспринимать и применять позиции высших судов. В то же время позиция последних не должна применяться без оглядки на фактические обстоятельства дела. Лишь отказ от формального подхода судов при рассмотрении дел может обеспечить охрану и соблюдение прав, законных интересов добросовестных вкладчиков, особенно нуждающихся в защите со стороны государства.
2.2 Разрешение проблемы «дробления вкладов» в практике российских судов
Анализ позиции Агентства по страхованию вкладов
ГК «Агентство по страхованию вкладов» выступает в отношениях по страхованию вкладов в качестве страховщика. Одной из целей страховщика выступает обеспечение разумного баланса публичных и частных интересов, защита интересов добросовестных вкладчиков, выплата страхового возмещения в рамках предусмотренного законом лимита. Фиктивное формирование требований, обращенных к Агентству, отражается существенно на состоянии его фонда, что, в свою очередь, нарушает права и охраняемые законом интересы остальных вкладчиков. Следует учитывать, что п. 1 ст. 13 Федерального закона N 177-ФЗ, посвященного страхованию вкладов, содержит в себе особое правило о частном случае суброгации, положения о которой содержатся в п. 1 ст. 965 ГК РФ. Агентство по страхованию вкладов исполняет свою собственную обязанность по выплате страхового возмещения: «К Агентству, выплатившему возмещение по вкладам, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое вкладчик имел к банку, в отношении которого наступил страховой случай». Более того, применительно к страхованию вкладов, суброгация рассматривается и с точки зрения восприятия её как источника, пополняющего фонд страхования вкладов. Фактически это означает, что с увеличением размера и количества требований к Агентству по страхованию вкладов, вырастает и размер требований, которые обращает последнее к банку в рамках процедуры банкротства. Возросшая сумма неизбежно отразится на фонде, добросовестных вкладчиках, не участвующих в системе страхования вкладов, и других кредиторах банка.
Исходя из анализа правовой позиции ГК «Агентство по страхованию вкладов», можно выделить следующие используемые ею аргументы.
1. Следует отказаться от формального подхода к принятию решения относительно оценки действий вкладчика. Недопустимым является удовлетворение требований вкладчика только лишь ввиду соблюдения им правил оформления документов, удостоверяющих заключение им договора банковского вклада. Договор банковского вклада, будучи реальным по своей природе, подписанный в условиях неплатежеспособности банка, не считается заключенным, следовательно, не влечет возникновения у вкладчика права требования к ГК «Агентство по страхованию вкладов».
Действия вкладчиков, направленные на дробление вкладов, признаются судами неправомерными, преследующими единственную цель - получение страхового возмещения в обход законодательных ограничений. Однако подход судов долгое время оставался неоднозначным. Серьезные трудности представляло для судов решение вопроса о тонкой грани между добросовестными действиями вкладчиков и злоупотреблением ими своим правом. Исходя из анализа судебной практики, можно прийти к выводу о том, что определенный период времени при принятии решения суды опирались исключительно на формальный подход, что, разумеется, не всегда позволяло принять верное решение, давало необоснованное преимущество либо вкладчику, либо Агентству. Основной чертой подобного решения проблемы было отсутствие заинтересованности судов в действительном, реальном смысле осуществляемых операций.
Одним из наиболее показательных проявлений подобных проблем является дело, связанное с наступлением страхового случая в ОАО «Первый Республиканский Банк». Принятое Верховным Судом РФ решение по делу предопределило новое направление для судов, решающих подобные дела: требуется выяснять, являлась ли кредитная организация неплатежеспособной в момент заключения договора банковского вклада. Речь идет об Определении Верховного Суда РФ от 26.04.2016 N 45-КГ16-2 Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.04.2016 N 45-КГ16-2 // СПС КонсультантПлюс.. Однако для того, чтобы проследить то, каким образом подход Верховного Суда РФ повлиял на дальнейшую практику, следует обратиться к решениям, которые были приняты судами первой и апелляционной инстанции.
Первое решение по делу было принято Ленинским районным судом г. Екатеринбурга Решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга (Свердловская область) № 2-2770/2015 от 20 февраля 2015 г. по делу № 2-2770/2015 // СПС КонсультантПлюс.. В качестве истца в данном деле выступил гражданин Виноградов С.А., требования которого заключались в том, чтобы обязать ГК «Агентство по страхованию вкладов» включить Виноградова С.А. в реестр обязательств ОАО «Первый Республиканский Банк». Агентство отказалось удовлетворить соответствующие требования, указав, что на деле имело место лишь формальное заключение договора банковского вклада, в то время как средства в кассу банка не поступили. Суд первой инстанции принял решение, удовлетворив требования истца в части.
Прежде всего, одним из признаков, указывающих на факт дробления вкладов, является осознанный выбор вкладчиком банка, финансовое состояние которого позволяет говорить о возможности наступления страхового случая. Виноградов С.А. отрицал наличие в его действиях соответствующих признаков, указывая на отсутствие у него сведений о финансовой нестабильности банка. Свой выбор конкретного банка для открытия вклада истец обосновывал удобным местоположением. Опираясь на эти сведения, суд сформировал свою позицию: «Место работы Виноградова С.А. находится неподалеку от Банка, в связи с чем, он и его супруга приняли решение в целях сохранения накопленных денежных средств заключить договор банковского вклада и внести данные денежные средства; о неплатежеспособности Банка истец не знал и не мог знать». Из обстоятельств не следует, а Агентством не доказано злонамеренное поведение истца, злоупотребление им правом.
Суд также обратил внимание на следующее обстоятельство: «Как следует из представленной выписки, Банком совершались соответствующие банковские операции». В данном случае суд посчитал, что возложение на вкладчика, не являющегося, в отличие от банка, профессионалом, обязанности проверять действительность проведения банком операции недопустимо. Добросовестный вкладчик вправе полагаться на банк при осуществлении им своей деятельности. При этом в качестве доказательств в данном случае истец предоставил договор, заключенный им с банком, подлинник приходного кассового ордера, подтверждающий факт передачи средств во вклад, в то время как сумма вклада сторонами не оспаривалась. Установив факт заключения договора, суд пришел к выводу о необходимости включения суммы в реестр обязательств ОАО «Первый Республиканский Банк».
Квалифицируя действия вкладчика, Агентство по страхованию вкладов указывало также на мнимость сделки, злоупотребление истцом своими правами. Доказыванию подлежали следующие обстоятельства: «При совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц». Суд посчитал, что Агентство не выполнило бремя доказывания, руководствуясь следующим: «Заключение договора банковского вклада было вызвано исключительно намерением внести денежные средства на вклад в целях сохранения денежных средств и получения дохода в виде процентов. В день заключения сделки работало несколько касс и само по себе обращение в один день нескольких граждан, не свидетельствует о злонамеренном поведении истца. При этом никаких ограничений по проведению банковских операций не было, какие-либо сведения о неплатежеспособности Банка и предстоящем отзыве лицензии у Виноградова С.А. отсутствовали и подобная информация к нему, в том числе от сотрудников Банка, не поступала».