Другим распространенным методом избегания клиентами негативных последствий неплатежеспособности банка, исследование которого представляет собой основной предмет работы, является дробление вкладов - попытки клиентов обойти правило о выплате страхового возмещения исключительно в пределах утвержденного лимита. Последствия, которые влечет такое поведение, достаточно серьезны: в случае наличия сомнений относительно правомерности действий вкладчиков, Агентство по страхованию вкладов отказывает клиенту в выплате, то есть полностью лишает вкладчика возможности получить возмещение в предусмотренной для него процедуре. Подобные действия называют также диверсификацией вкладов. Н.А. Осколкова предлагает использовать термин в следующем значении, применительно к страхованию вкладов: «Грамотное распределение денежных активов между различными инвестиционными проектами с целью минимизировать риск потери капитала» Осколкова Н.А. Диверсификация банковских вкладов: грамотное управленческое решение или нарушение закона? // World Science: Problems and Innovations. Пенза, 2017. С.145. Действительно, сущность дробления можно определять через его цель, которую можно рассматривать в качестве некоего «инвестиционного проекта». Лицо вынуждено совершить действия по дроблению, чтобы впоследствии получить средства, избежать их потери или необходимости «дополучить» их в рамках сложной процедуры банкротства.
Понятие «дробление» представляется достаточно широким и воспринимается, как правило, в негативном ключе, поскольку используется преимущественно для обозначения внешне правомерных действий, преследующих неправомерные цели. Например, в случаях, когда предприниматель принимает решение о реорганизации принадлежащего ему юридического лица в целях образования ряда отдельных менее крупных юридических лиц. Зачастую судебная практика выявляет наличие у предпринимателя умысла максимально снизить уровень налоговой нагрузки в отношении принадлежащего ему бизнеса Решение Арбитражного суда Свердловской области от 30 декабря 2013 г. по делу № А60-36784/2013 // СПС КонсультантПлюс.. Формально соответствующая закону процедура реорганизации, представляющая собой один из способов налоговой оптимизации, в зависимости от конкретных обстоятельств дела всё же нередко имеет место в целях уклонения от уплаты налогов. Использование такого понятия по отношению к данным случаям предопределяет соответствующее к нему отношение. В общем виде «дробление» следует понимать как процесс законного разделения единого, цельного элемента на большее число мелких элементов.
Другое проявление понятия «дробление» можно обнаружить в зарубежной литературе, посвященной анализу проблем в финансовой сфере. В частности, когда речь идёт о процедуре, предполагающей разделение одной крупной финансовой операции на несколько более мелких, существует вероятность того, что подобная деятельность направлена на достижение целей, противоречащих закону. Иными словами, цель - легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем. Распространенное название подобных действий по разделению крупной финансовой операции - «смурфинг» (smurfing) Edwin M. Truman & Peter Reuter, 2004. Chasing Dirty Money: The Fight Against Anti-Money Laundering // Peterson Institute Press: All Books, Peterson Institute for International Economics. 2004. N 381. P. 26.. Термин «смурфинг» впервые был использован для обозначения мелких операций ввиду вызывающего соответствующую ассоциацию комикса, главными героями которого являлись «маленькие существа синего цвета» Генкин А.С., Бахтин Н.В. Проблемы системы страхования вкладов: защита «дробильщиков» // Современный юрист. - 2016. - № 4 (17). С. 34..
Обращаясь к понятию дробления в сфере страхования вкладов в банках, следует уточнить, что легальное закрепление термина «дробление вклада» в законодательстве отсутствует. Введение термина в оборот было осуществлено Агентством для обозначения широко распространившейся практики разделения вкладов для получения вклада в полном размере. При этом и в литературе постепенно складывается несколько подходов к определению сущности дробления применительно к вкладам, хотя они и не вступают в противоречие, а лишь акцентируют внимание на наиболее характерных признаках явления. По мнению П.А. Маркова, дробление вкладов является совокупностью действий, приводящих к трансформации обязательств банка перед юридическими лицами в обязательства перед другими клиентами этого же банка, в роли которых выступают физические лица Марков П.А. «Дробление» вклада как способ удовлетворения требований путем включения в первую очередь // Право и экономика. - 2010. - N 5. - С. 41.. В данном случае формулировка относится лишь к дроблению с участием юридических лиц. Другой, более общий взгляд предлагается Т.В. Негодаевой: «Это трансформация нестрахуемых обязательств банка перед его клиентами в обязательства, подлежащие страхованию» Негодаева Т.В. К вопросу неправомерного формирования требований о выплате страхового возмещения по вкладам // Банковское право. - 2012. - N 4. - С. 34..
Истоки появления проблемы, связанной с дроблением вкладов, происходят, во-первых, из закрепления Федеральным законом о страховании вкладов существенного ограничения в части максимального размера страхового возмещения по одному вкладу (либо нескольким вкладам, открытым вкладчиком в одном банке). Во-вторых, значение имеет также и ограничение законодателем круга лиц, вклады которых участвуют в системе страхования вкладов. С 1 января 2019 года, с внесением изменений в закон, его действие распространяется также и на малые предприятия, вклады в их пользу (подп. 8 п. 2 ст. 5 Федерального закона N 177-ФЗ). Вызвано это тем, что утрата подобными организациями средств, находящихся во вкладе, может привести к полному прекращению их деятельности. При этом распространение положений о страховании вкладов на субъекты малого бизнеса и вклады в их пользу не способно решить проблему дробления. Об этом свидетельствует тот факт, что в настоящее время дробление распространено как среди физических лиц, так и среди юридических лиц. Сумма денежных средств, находящихся во вкладах организаций чаще всего значительна. Включение представителей малого бизнеса в систему страхования вкладов может привести к стимулированию создания организациями малых предприятий для передачи им средств в целях обойти императивные предписания закона. Таким образом, существует вероятность, что, получив возможность участвовать в системе страхования вкладов, количество случаев дробления вкладов со стороны организаций, скорее, возрастет. Это же впоследствии лишь усугубит и без того напряженную ситуацию, требующую скорейшего разрешения, возложит на АСВ дополнительные обязанности по проверке связи малых предприятий с крупными юридическими лицами, которые передавали первым денежные средства.
Практика рассмотрения споров, связанных с дроблением вкладов, позволила выявить несколько наиболее распространенных способов дробления, к которым обращаются вкладчики. Особенно остро стоял вопрос о дроблении вкладов, принадлежащих юридическим лицам ввиду значительности сумм, хранящихся во вкладах в банках. В условиях, когда суммы многократно превышают максимальный размер возмещения, при возникновении сомнений в надежности банков, юридическое лицо дробит принадлежащий ему вклад. Впоследствии это приводит к тому, что ежегодно Агентство вынуждено оспаривать многомиллионные требования, неправомерно сформированные вкладчиками. Постепенно складывающаяся судебная практика неоднозначна, принятие судом окончательного решения во многом основывается на обстоятельствах каждого конкретного дела.
Основной механизм дробления вкладов построен на двух схемах, используемых вкладчиками для обеспечения наиболее полной сохранности своих средства. Дробление вкладов происходит, во-первых, при помощи перевода денежных средств на вклад другого лица, уже имеющего открытый вклад в соответствующем банке. Во-вторых, при отсутствии такого вклада, подставное лицо открывает новый вклад, куда впоследствии переносится сумма.
Если обращаться к основным способам дробления вкладов, то в качестве одного из видов можно выделить, прежде всего, дробление вкладов с участием исключительно физических лиц. В данном случае распространены действия по перенесению средств со счета одного физического лица на счет другого физического лица в размере, составляющем разницу между хранящейся во вкладе суммой и лимитом страхового возмещения, выплачиваемого Агентством по страхованию вкладов. Передавая свои денежные средства банку, физическое лицо не лишается права собственности на сумму вклада. Право собственности, как наиболее полное право в отношении вещи, предполагает также и свободу распоряжения средствами. Из этого можно сделать вывод о том, что само по себе разделение вклада на более мелкие части нельзя считать неправомерным. Однако, при обращении к обстоятельствам конкретного дела, суды зачастую обнаруживают, что законная деятельность не имеет под собой реального основания. Чаще всего, средства переводятся либо для погашения долга по «ранее заключенному» договору займа, либо в качестве выдачи займа.
В качестве примера одной из самых классических схем дробления с участием исключительно физических лиц можно привести дело, рассмотренное апелляционной инстанцией - Апелляционное определение Московского городского суда от 28.02.2018 по делу N 33-8936/2018 Апелляционное определение Московского городского суда от 28.02.2018 по делу N 33-8936/2018 // СПС КонсультантПлюс.. Поскольку рассмотрение данного дела состоялось относительно недавно, в нем уже упоминается ряд опорных точек, на которых основывает свою позицию Агентство в настоящее время. Однако приведение его в качестве примера имеет своей целью только демонстрацию одной из наиболее типичных схем диверсификации вкладов.
В указанном деле речь идёт о дроблении с использованием подставных лиц, одним из которых являлся родственник вкладчика. Так, на счёт истца (К.Д.) в банке ПАО «Татфондбанк» его тётей (К.Г.) было зачислено 1 400 000 рублей. Перечисление такой денежной суммы было обусловлено, по словам истца, желанием родственницы сделать подарок ко дню свадьбы племянника. Через двое суток Центральный банк РФ принял решение о введении моратория на удовлетворение требований кредиторов - наступил страховой случай. Позднее в суд было направлено требование истца о включении его в реестр обязательств банка перед вкладчиками. Однако Агентство требования не признало в полном объеме, поскольку посчитало, что со стороны тёти имело место «раздробление вклада». Исходя из обстоятельств дела, тётя истца (К.Г.) изначально имела вклад в размере 5 600 000 рублей. В период, когда банк был нестабилен, она попыталась снять денежные средства и получить сумму наличными. Поскольку ввиду ограничения в отношении проведения банком операций ей не удалось получить сумму, ею было осуществлено дробление вклада, путем перевода средств на счёт племянника, а также счета ряда других лиц.
Прежде всего, в своём решении суд обратил внимание на то, что ПАО «Татфондбанк» не мог в полном объёме совершать расчётные операции, связанные с распоряжением средствами вкладчиков. Действия К.Г., направленные на перевод сумм с помощью внутрибанковских проводок для сокращения размера обязательств ПАО «Татфондбанк» перед ней, суд признал неправомерными. Фактически указанные действия К.Г. привели к формированию неправомерных требований истца и других лиц перед Агентством, что фиктивно увеличило размер ответственности последнего, нанесло существенный ущерб ресурсам фонда. Подобное положение дел действительно не могло обеспечить необходимый баланс частных и публичных интересов, поскольку наряду с нарушением требований о максимальном размере возмещения по вкладам, действия привели к нарушению принципа равенства, дали заметное преимущество одному вкладчику в сравнении с остальными.
Подобные знаки, свидетельствующие о дроблении, предопределяют мнение судей относительно правомерности действий вкладчиков. С течением времени сформировалось представление о наиболее часто встречающихся признаках, которые, несмотря на попытки «дробильщиков», скрыть невозможно. Так, например, в Определении СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 31 июля 2018 г. N 5-КГ18-113 суд обратил внимание на такое обстоятельство, указывающее на признаки недобросовестности вкладчиков, как время между произведенными операциями: «Указанные минимальные интервалы между совершением операций свидетельствуют об отсутствии реальной возможности осуществления кассиром Банка действий (шесть приходных операций за 36 секунд), предполагающих оформление документов и пересчет столь крупных денежных сумм; это является прямым доказательством технического характера оформления и взаимосвязанности указанных операций» Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 31.07.2018 N 5-КГ18-113 // СПС КонсультантПлюс..
В тех случаях, когда физическое лицо хочет «раздробить» принадлежащий ему вклад, оно обращается к лицам, которые затем открывают свой собственный вклад, куда перечисляются средства, либо средства переводятся на уже открытые вклады. Это имело место и в случае, рассмотренном выше, где в качестве подставного вкладчика выступал родственник. Такой способ представляется наиболее простым: следы подобных внутренних проводок не могут быть найдены на корреспондентских счетах банка. Из этого следует, что даже тогда, когда состояние банка представляется нестабильным, когда банк становится неплатежеспособным, такой перевод средств фактически возможен.
Второй вид дробления - дробление с участием юридических лиц. Специфика подобных действий заключается в том, что причины, побуждающие такое лицо совершать неправомерные действия, отличаются от тех, которые имеются у физических лиц. При дроблении вклада физическими лицами речь идет об их желании перечислить сумму, на которую его вклад превышает максимально установленный размер, другому лицу, чтобы впоследствии получить возмещение в полном размере. Цель юридических лиц, которые вообще не участвуют в системе страхования и не имеют права на страховое возмещение - искусственно получить возможность стать участником отношений по страхованию вкладов. Поэтому действия юридических лиц направлены на максимальное дробление всего вклада в целом, разделение его на множество вкладов, которые будут принадлежать участникам страхования вкладов, а не избавление от той части вклада, на которую он превышает установленный лимит. Нередко при дроблении на счете организации и вовсе не остается средств. Так, например, сумма вклада юридического лица может переводиться руководителю организации в виде выплаты дивидендов. При этом сам факт выплаты таких дивидендов должен быть нехарактерным для данной организации, что также оценивается судами в каждом конкретном деле. Иной способ дробления вкладов предусматривает деятельность организации по переводу денежных средств своим работникам в виде заработной платы. Суды нередко отмечают подозрительность подобных действий, в частности, в виду того, что заработная плата, выплачиваемая работникам в данный период, значительно превышает обычный размер. Помимо выплаты заработной платы, незадолго до признания банка несостоятельным, юридическое лицо зачастую предоставляет своим работникам денежные средства на основании договора займа.
М.П. Микульская в своей работе анализирует подобные действия юридических лиц в рамках рассмотрения вопроса о проблеме неправомерного формирования требований теми вкладчиками, на которых действие закона о страховании вкладов не распространяется Микульская М.П. Повышение эффективности механизма возмещений по вкладам, выплачиваемых Агентством по страхованию вкладов // Финансы и кредит. - 2011. - №31. - С. 66.. Ею были предприняты попытки обозначить ряд характерных признаков таких действий, которые позволяют отличить их от действий юридического лица в рамках обычной хозяйственной деятельности. Во-первых, как было сказано ранее, на первый взгляд выявить неправомерность действий по предоставлению денежных средств в виде дивидендов, заработной платы, займа практически невозможно. Юридическое лицо осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно, на неё же возлагаются и все риски, связанные с такой деятельностью. Видимая законность действий по дроблению вкладов на самом деле «опорочивается» преследуемой целью, которая нередко носит неправомерный характер, а именно преодоление ограничений, установленных законодательством и избежание необходимости получения своих средств в рамках стандартной процедуры банкротства, для которой предусмотрено гораздо меньше гарантий. Во-вторых, по ее мнению, для совершения таких действий юридическое лицо должно иметь некоторые отношения с работниками банка. В данном случае следует говорить, скорее, о возможности получать актуальную информацию о состоянии банка, в особенности о состоянии его финансовой устойчивости, что предопределяет возможность указать на то, что действия по разделению вклада имеют под собой основание. Более того, подобное обстоятельство имеет большое значение при определении добросовестности вкладчика. В-третьих, для государства такие действия, по мнению М.П. Микульской, влекут за собой крупные потери. Здесь речь идет, предположительно, о состоянии фонда Агентства по страхованию вкладов, теряющего огромные средства при производстве выплаты по неправомерно сформированным требованиям. Здесь также можно говорить и о нарушении равенства вкладчиков, не имеющих возможности получить страховое возмещение. Не является обоснованным предоставление одним вкладчикам преимуществ в сравнении с другими при прочих равных условиях только лишь ввиду обхода первыми требований закона. В любом случае недопустимо создание такой ситуации, при которой имелись бы какие-либо стимулы для неправомерного поведения.