3. Слияние нескольких слов в одно:
Другим распространенным типом слияния в рассказах оказались так называемые combining words. В настоящий момент в современном языке подобные слова являются лишь формой разговорной речи, то есть коллоквиализмами и не являются признаком или элементом культурной или социальной принадлежности, однако они берут свое начало из арго и различных диалектов.
В результате проведенного количественного анализа были установлены наиболее часто встречающиеся конструкции подобного типа:
– Gimme (give me): Don't gimme that! (“Pretty Mouth and Green My Eyes”)
– Wanna (want to): I don't wanna be ratty (“Just Before the War with the Eskimos”)
– Word + of:
it was fulla razor blades.
How 'bout a glassa milk?
That worries hell outa me.'
a coupla seconds
(“Just Before the War with the Eskimos”)
4. Выпадение слогов (диереза):
Результатом артикуляционной редукции стало явление диерезы, способствующее ускорению произношения. Анализ показал, что в текстах оригинала встречаются несколько типов выпадения согласный и гласных звуков. На письме опущенный элемент слова обозначается апострофом (`).
Итак, редуцированию могут подвергаться:
? Начальный слог:
Преимущественно в тексте сокращаются местоимение them, а также начальные гласные в предлогах.
I mean none of 'em; 'He et 'em; `cause; `bout (“Down at the Dinghy”)
? Серединный слог:
Yes, Ma'am; G'night! (“For Esme: - with Love and Squalor”)
? Окончания:
При детальном рассмотрении было выявлено что фонетическому изменению подвергается также окончание -ing:
Stop worryin'; I mean how long's he been doin' it?' (“Down at the Dinghy”)
2.2.3 Эквивалентность оригинала и переводов в фонетико-графическом аспекте
Очевидно, что наибольшей эквивалентности перевода можно добиться в том случае, если единицам текста оригинала соответствуют равносильные единицы в языке перевода. В случае, если их не оказывается, то речи о четвертом или пятом типом эквивалентности уже не идет из-за расхождения грамматических структур.
Русскому языку клитика присуща куда в меньшей степени, чем в английском, и кроме того, ее первичная функция не является коллоквиальной, в отличие от функции клитики английского языка.
Для обеспечения достаточного уровня эквивалентности высказывания переводчику необходимо прибегнуть к трансформациям, компенсирующим потерю. Рассмотрим следующие случаи на примерах из рассказов “A Perfect Day for Bananafish”:
1) S: Why'd he ask?
РК: А почему он вдруг спросил?
МН: А почему он спросил?
2) S: Well, what'd he say?
РК: Что он сказал?
МН: И что он сказал?
На уровне высказывания клитику, непередаваемую в русском языке языке, переводчики нередко компенсируют за счет союзов в начале предложения. В русском языке такая форма построения высказывания является разговорным вариантом. В первом примере сверху именно стратегии добавления и придерживаются оба переводчика.
В примере втором Рита Райт прибегает к опущению разговорного междометия «well» и не компенсирует его союзом как МН, таким образом делая предложение более нейтральным. Тем не менее, на макро-уровне, а именно, уровне текста говорить об нарушении эквивалентности не имеет смысла, так как Рита Райт Ковалева использует переводческий прием компенсации позже:
S: How's your blue coat?
РК: А как твое синее платьишко?
Компенсация фонетико-графического аспекта может быть реализована за счет использования коллоквиальной лексики, например, просторечий, как в предыдущем примере выше, а также и на грамматическом, с помощью инверсии (1) или эллиптических конструкций (2):
1) S: How's your room?
РK: Номер у вас хороший?
2) How's your room?
МН: Как номер?
Инверсия в первом случае обеспечивает интонационное ударение, не свойственное литературной форме языка, а опущение сказуемого является классической разговорной формой. Отметим, что основным способом передачи эквивалентности по В.Н. Комиссарову стал способ сохранения морфем и обеспечение эквивалентности на уровне языковых знаков: наблюдается высокая степень параллелизма в структуре самого текста, но ввиду невозможности сохранения структуры оригинала на уровне синтаксиса, используются трансформации опущения, модуляции, но в большей степени добавления, обеспечивающие эквивалентную компенсацию. Данные методы используются, соответственно, и при переводе таких непереводимых на русский язык элементов, как редукция и слияние.
Тем не менее, контрастность между двумя переводами выражается в количестве используемых методах. Если классический перевод придерживается использования вышеописанных приемов перевода, то МН в переводе 2017 года достигает эквивалентности на уровне языковых знаков, используя слияния слов, имитирующие акцент или произношение говорящего:
1. “Uncle Wiggily in Connecticut”: Чётакое?
Данная форма была использована при переводе популярного коллоквиализма “wazzup”, также являющимся слиянием трех слов: what's up. Прием был использован в качестве иллюстрации спонтанности речи человека, которого разбудили.
1. “Just Before the War with the Eskimos”: Вобедали? Въели?
Подобные слияния, являющееся по сути неологизмом, так как оно не представляет собой элемент разговорной речи, были использован переводчиком для акцентирования внимания на нестандартных особенностях речи героя, говорящего на южном диалекте.
Таким образом, анализируя эквивалентность на уровне фонетики, можно утверждать, что оба перевода отличаются высоким уровнем, однако переводе 2017 года использовано больше количество параллельных структур, повторяющих оригинал. Тем не менее, общие принципы являются схожими и эффективными при выполнении поставленных задач.
Рассмотрим теперь особенности графических выделений и пунктуации. Ритмико-интонационный навык способствует пониманию людей в рамках одной культуры, однако, может создать непонимание между представителями разных культур, имеющих разные интонационные паттерны. Именно с этой проблемой сталкиваются переводчики художественных текстов с английского на русский.
При рассмотрении пунктуационных особенностей перевода, в первую очередь необходимо понимать, что они выполняют разную коммуникативную задачу. Вновь обратимся к рассказу «A Perfect Day for a Bananafish», в частности на диалог между героиней рассказа Мюриэл и ее матерью.
Рита Райт Ковалева в некоторых рассказах нарочито усиливает эмоциональность реплик своих героев: так реплики героини Мюриэл и ее матери в подавляющем большинстве случаев оканчиваются восклицанием, тем временем в оригинале восклицательных предложений нет.
Имеет смысл предположить, что Рита Райт-Ковалева применила такой прием и снизила уровень эквивалентности до уровня сообщения с целью сделать героев ближе русскому реципиенту. Восклицательные предложения в приведенном диалоге обладают более «русской» интонацией, поднимающейся вверх, нежели утвердительные, интонационная линия которых стремится вниз.
Ниже представлен фрагмент сравнительной таблицы, в которой параллельно указаны реплики оригинала, перевода РК и МН. Она наглядно отражает не только стратегию использования авторами пунктуационных знаков, но также использование многочисленных добавлений РК с целью усилить разговорность и максимально стилистически приблизить к нормам русской РР.
Таблица 1.
|
- Ужас. Ужас! Нет, это так грустно... Папа вчера говорил... |
Awful. Awful. It's sad, actually, is what it is. Your father said last night-- |
Кошмар. Кошмар. А вообще - грустно, вот что. Твой отец вчера вечером сказал… |
|
|
- Одну секунду, мамочка! |
Just a second, Mother, |
Секундочку, мама |
|
|
- Вот ужас! Где ты обожглась? |
That's terrible. Where are you burned? |
Кошмар. И где ты сгорела? |
|
|
- Вот ужас! |
That's terrible. |
Кошмар. |
|
|
- Вот она и была в нем! А бедра у нее! Она все ко мне приставала - не родня ли Симор той Сюзанне Гласс, у которой мастерская на Мэдисон-авеню - шляпы! |
She had it on. And all hips. She kept asking me if Seymour's related to that Suzanne Glass that has that place on Madison Avenue--the millinery. |
Вот в нем она и ходит. Там одни ляжки. Она у меня спрашивала, не родственник ли Симор той Сюзанне Гласс, у которой магазин на Мэдисон-авеню. Шляпный. |
|
|
- Да, мамочка, да! - сказала дочка. - В сотый раз - да! |
Yes, Mother," said the girl. "For the ninetieth time. |
Да, мама, в девяностый раз да. |
|
|
- Нет, мамочка, нет! |
No, Mother. |
Нет, мама. |
|
|
-Ничего подобного, Мюриель, что ты! |
I said nothing of the kind, Muriel. |
Ничего подобного я не говорила, Мюриэл. |
|
|
-Мюриель! Выслушай меня! Только внимательно! |
Muriel. Now, listen to me. |
Мюриэл.Так, послушай меня. |
|
|
-Слушаю, мамочка! |
Yes, Mother, |
Что, мама? |
|
|
- В ту же секунду, как только он скажет или сделает что-нибудь странное, - ну, ты меня понимаешь, немедленно звони! Слышишь? |
Call me the instant he does, or says, anything at all funny--you know what I mean. Do you hear me? |
Позвони мне, как только он сделает или скажет что-нибудь чудное - сама понимаешь. Ты меня слышишь? |
|
|
- Мама, но я не боюсь Симора! |
Mother, I'm not afraid of Seymour. |
Мама, я Симора не боюсь. |
|
|
- Мюриель, дай мне слово! |
Muriel, I want you to promise me. |
Мюриэл, я хочу, чтобы ты мне пообещала. |
|
|
- Хорошо. Даю. До свидания, мамочка! Поцелуй папу. |
All right, I promise. Goodbye, Mother. My love to Daddy. |
Ладно, обещаю. До свидания, мама. Папу целуй. |
Максим Немцов сохраняет в 100% случаев авторскую пунктуацию. Для решения проблемы «сухости» текста переводчик выделяет лексические единицы курсивом, на которые хочет акцентировать читательское внимание.
Другим аспектом, заслуживающим внимания, стали способы прерывания речи. Действительно, во время осуществления акта коммуникации, нередко говорящие перебивают друг друга. В русской традиции прерывается само предложение, а не слово и обозначается многоточием:
- Похоже ты…честное слово, по-моему, ты делаешь из мухи слона…
В оригинале «Nine Stories» Сэлинджер прерывает сами слова, что создает еще большее ощущение незавершенности и внезапной остановки высказывания:
Your father wanted to wire you last night to come home, as a matter of f--'
Muriel. My word of honor. Dr. Sivetski said Seymour may completely lose contr--
(«A Perfect Day for a Bananafish»)
Обратим также внимание на то, что в качестве знака препинания используется тире, а не многоточие, но при переводе оба переводчика соблюли русскую традицию, так как данный аспект никак не влияет на уровень переводимости и эквивалентности.
2.3 Характерные черты и аспекты разговорной речи на лексическом уровне
2.3.1 Лексические способы выражения экспрессии разговорной речи в художественном тексте
Лексический уровень представляет внушительный набор языковых средств, с помощью которых может быть усилена эмоциональность и экспрессивность высказываний. Одним из главных и основных средств является стилистический прием повтора.
Основываясь на мнении Л. И. Казаевой (2016, с. 7), повтор является не только базовым принципом создания экспрессивности, но также обеспечивает мелодичность текста на всех его уровнях: слова, фразы, части предложения и ритмического рисунка. Кроме того, повтор выполняет объединяющую функцию на уровне текста. Лексические и синтаксические повтора гармонизируют и актуализируют текст, параллельно являясь средствами его усиления (Папина, 2002)..
Существует множество вариантов классификации повторов. В данном исследовании не представляется возможным проанализировать рассказы соответственно с каждой из классификаций, поэтому было принято решение остановиться на варианте О.Ю. Коробейниковой (1995), которая выделяет контактный, дистантный и смежный повтор. Проанализировав рассказы нам удалось выделить каждый из представленных типов:
Контактный повтор, который подразумевает воспроизведение расположенных по соседству слов:
“Teddy”: Look, look who comes!
“For Esme: - with Love and Squalor”: All right, all right.
“Uncle Wiggily in Connecticut”: Leave it. Leave it.
Контактный повтор выступает в роли эмфазы, то есть обеспечивает эмоционально-экспрессивное выделение некоего значимого элемента, а также в качестве способа выражения эмоций нетерпения и нежелания слушать или ждать.
Дистантный повтор. При данном типе повтора воспроизводятся слова, разделенные целым предложением или группой слов.
“Teddy”: Oh, they're good! They look good. How come?
“A Perfect Day for a Bananafish”: All over, dear, all over
“For Esme: - with Love and Squalor”: Sometimes he's brilliant and sometimes he's not.
“For Esme: - with Love and Squalor”: He was an exceedingly lovable man. He was extremely handsome, too. He was an archivist--amateur, of course.'
Данный тип повтора является стилистической фигурой, усиливающий силу высказывания, акцентирующий внимание на объекте, обстоятельстве времени, определении объекта и его действиях.
Смежный повтор подразумевает повторение находящихся по соседству слов, входящих в разные словосочетания или предложения. Помимо функций предыдущих двух типов выполняет функцию уточнения.
“A Perfect Day for a Bananafish”: 'It's too long. I told you it was too long.'
“A Perfect Day for a Bananafish”: On the beach? By himself? Does he behave himself on the beach?
“For Esme: - with Love and Squalor”: I purely came over because I thought you looked extremely lonely. You have an extremely sensitive face.' <…> She's an extremely kind person.
Примечательно, что повторяться может любая часть речи, в том числе союзы, предлоги и частицы.
? Повтор междометий: 'Oh, no. No.
? Повтор артикля: 'A what?' 'A bananafish,'
? Повтор частицы: 'Only six!' said the young man. 'Do you call that only?'
В качестве отдельного типа необходимо выделить фразовый повтор, при котором подвергаются целые предложения или даже группы предложений. Фразовый повтор выполняет функцию организации и структурирования текста, средством архитектоники. Приведем несколько наглядных примеров для иллюстрации:
1. I've been worried to death about you. Why haven't you phoned? Are you all right?' <…>
I tried to get you last night and the night before. The phone here's been-
Are you all right, Muriel?' <…>
I told your father you'd probably call last night. But, no, he had to-
Are you all right, Muriel? Tell me the truth.'
“A Perfect Day for a Bananafish”
2. Are you going in the water, see more glass?' she said.
Hey. Hello, Sybil.'
Are you going in the water?' <…>
Are you going in the water?' Sybil said.
“A Perfect Day for a Bananafish”
3. How'd it go? They grill you?'
I beg your pardon?' Teddy said.
How'd it go? Was it interesting?'
“Teddy”
4. You aren't an admiral,' Lionel said.
I beg your pardon?'
You aren't an admiral. You're a lady all the time.