Раскрытию личностного потенциала также способствует «психологический капитал». Данный феномен предполагает наличие у человека особенного позитивного психологического состояния, позволяющего ему раскрыть свои возможности, которые и составляют его потенциальный капитал. Психологический капитал содержательно базируется на четырёх основаниях: уверенность в себе в контексте успешного выполнения задачи и готовность применить свои ресурсы для её реализации; дальновидность планирования целей - перспективный взгляд; оптимизм в отношении деятельности; жизнестойкость в контексте преодоления текущих проблем и вынесения из них положительного опыта. При этом в русле организационной психологии подчёркивается тот факт, что психологический капитал - ситуативно-деятельностная характеристика, а не исходный набор личностных поведенческих характеристик. В связи с такой динамичной и лабильной организацией содержания данного феномена можно говорить о взращивании и корректировке психологического капитала личности [Мандрикова, 2011, С. 469 -490].
Продолжая ряд понятий, соприкасающихся по своей содержательной составляющей с понятиями самоэффективность, следует сказать о таком конструкте как уверенность в себе. По определению В.Г. Ромека, уверенность в себе - собственная позитивная оценка своих личных способностей и навыков как пригодных и достаточных для того, чтобы достичь значимых для личности целей с тем, чтобы далее обрести ощущение уверенности. Здесь объединяется наличие у человека определённых необходимых поведенческих навыков с их когнитивно-эмоциональной оценкой на базе важных и субъективно значимых для человека потребностей и целей [Ромек, 1997]. Уверенность в себе как бы объединяет соотношение возможностей (внутренних ресурсов человека) с их реалистичностью и доступностью.
И самоэффективность, и уверенность в себе предполагают, что человек имеет представление и способность взвешенно оценить свои навыки и способности. При этом самоэффективность не имеет эмоционального аспекта в своём смысловом содержании, а уверенность в себе предполагает наличие и эмоциональной составляющей.
В обыденной жизни эффективность раскрытия личностного потенциала может ассоциироваться с образом «успешного человека». Но при этом сама ситуация успеха может быть детально разной даже у двух людей, занимающихся похожей деятельностью. Успех трактуется совершенно неоднозначно. Категориально это понятие не представлено в крупных научных энциклопедических словарях, что ещё раз подтверждает недостаточно точное обобщённое значение самого понятия и показывает недостаточную применимость в научном контексте из-за недостаточной разработанности. Достаточно ли внешнего представления о человеке, как об успешном, если он мастерски выполняет своё дело? Или, быть может, успешность подразумевает личное ощущение человеком своего благополучия? Пять философских трактовок успеха, которые имеются на сегодняшний день, говорят нам о разноплановости его течений и содержания. Успех понимается как разновидность ощущения счастья; как одна из форм удачи; как характеристика деятельности; как социальный статус человека и его материальная составляющая; как личностная самореализация [Мантрова, 2013, С. 151-158].
Обобщённо формы успеха могут быть представлены тремя типами. Первый тип являет собой признание социумом, которое связано с получением определённого социального статуса и обратной связью, что способствует сверке с личностными ожиданиями от окружающих. При втором типе мотивация к деятельности имеет более процессуальный характер, поскольку для человека ценность имеет не ожидание результата, а сама деятельность. В этом случае речь идёт о жизненном признании. Третий тип предполагает стремление к преодолению трудностей, что дополняется самодисциплиной, ростом и саморазвитием личности, из которых складывается позитивный образ Я [Там же].
C.Л. Рубинштейн говорит о том, что успех человека может иметь оценку и быть замеченным только в контексте совершённой им деятельности [Рубинштейн, 2000]. Используя внутренний ресурс как часть личностной состоятельности, человек активирует те ресурсные резервы, которые могут привести его к успеху, будучи активно реализуемыми в процессе жизнедеятельности.
Соотношение полученных по результатам деятельности вознаграждений, субъективных мотивационно-оценочных составляющих личности и затраченных ресурсов с субъективной мерой инициативности, результативности и особенностями взаимодействия с окружающими людьми определяет внутриличностную оценку успешности деятельности. Внешняя оценка успеха конструируется посредством анализа полученных результатов, а внутренняя имеет важную составляющую в качестве объёма и ценности внутренних ресурсов, вложенных ради достижения целей. Деятельностная модель А.Н. Леонтьева непосредственно связана с пониманием «успешной деятельности» [Леонтьев А., 2004].
Н.И. Нефедова в одной из своих работ указывает на разницу между успешностью и успехом. Под успешностью понимается следствие достижения результата конкретного действия, через которое определялась цель. А успех - это набор оценок, переживаний и личностное самоотношение в широком контексте жизни. Поэтому успешность деятельности можно назвать связующим звеном между успешностью и успехом, поскольку именно она неразрывно связана с планкой, которую устанавливает себе человек в виде уровня личностных притязаний [Нефедова, 2004]. Человек ощущает успех при достижении определённого субъективного уровня ожиданий на основании своих ценностных ориентаций.
Связь успеха с самореализацией изучают как зарубежные (А. Адлер, А. Маслоу, К. Роджерс), так и отечественные психологи (К.А. Абульханова-Славская, С.С. Гиль, К.В. Паталаха и др.). Довольно часто успех рассматривают в качестве ресурса для построения жизненной стратегии и потому его можно назвать критерием эффективности адаптации человека к окружающей среде.
Дж. Аткинсон, рассматривает ситуацию успеха, как предоставленную возможность или шанс личности состояться. То есть личность может почувствовать себя состоятельной при осознании достигнутого успеха. Дж. Аткинсон предложил также характеристики мотивации к успеху: стремление к успеху (мотив избегания неудачи); ожидание успеха (ожидание неуспеха); ценность успеха (ценность неудачи). Далее из этих характеристик выделяются некоторые закономерности: - чем выше вероятность успеха и легче задача, тем менее ценен успех, и наоборот, с уменьшением шансов на успех увеличивается его привлекательность и повышается внутренняя мотивация; - успех уменьшается в ценностном отношении, при определении через механизм социального сравнения личности с успехами коллектива [Мантрова, 2013]. Именно эти закономерности помогают оценить реалистичность ожидаемого результата при анализе личностью собственной эффективности.
Стоит раскрыть и такое близкое самоэффективности понятие, как психологическая состоятельность личности. Под психологической состоятельностью, по В.А. Петровскому, понимается средоточие возможностей, побуждающих активность [Леонтьев Д., 2017, С. 433 - 452]. Две принципиальные составляющие этого понятия: достижения человека и стремление воспользоваться этими достижениями. Таким образом, состоятельность включает в себя результаты действия и наличие импульсов к его продолжению. Состоятельность определяется как чувство единства «могу» и «хочу». Для придания динамичного характера данной коллаборации, вводится следствие единства «могу» и «хочу» в форме понятия «достигаю» [Там же].
Состоятельность обладает неотъемлемыми компонентами, которые при различном прочтении данного термина всё же предполагают свою сохранность. В первую очередь, речь идёт о том, что у состоятельности есть свой носитель - тот, кто состоятелен. В.А. Петровский обозначает в своих работах любого конкретного субъекта как «контрагент» [Петровский В., 2008, С. 77-100]. У агента имеется ряд запросов, под которыми понимаются ценности, устремления и мотивы. Запросы имеют внутреннюю природу и направлены во внешнюю среду. Кроме того, у агента «в наличии» есть внутренние и внешние обретаемые ресурсы и приобретаемые блага. Запросы являются как бы «мостом» или проводником между внутренним устремлением и тем, что уже имеется у агента. А единство этих двух аспектов составляет основу обретаемого благополучия или же основу состоятельности личности. При этом, чем больше человек достиг к какому-то моменту времени, тем обширнее и объёмнее будет «выглядеть» его новый запрос. Как пишет об этом В.А. Петровский: «каковы амуниции, таковы и амбиции» [Петровский В., 2008, С. 98].
Внутренние и внешние ресурсы личности, которыми она обладает в конкретный момент времени, составляют основу реализуемости её устремлений, выражающуюся в вовлечённости в процесс претворения имеющихся устремлений и в готовности к самоосуществлению в деятельности, что и определяется как личностная состоятельность [Петровский В., 1996]. Именно здесь видны точки пересечения с конструктом самоэффективность в смысловом аспекте.
Личностная состоятельность представлена рядом сочетающихся между собой характеристик. В первую очередь, это само намерение субъекта реализовать устремления в конкретной деятельности. Вторая характеристика - интерес и желание, испытываемые контрагентом к конкретному действию и его совершению. И, наконец, третья характеристика заключается в представлении субъектом итоговой реализации устремления - будет результат успешным или нет. Если в обыденной речи состоятельность часто понимается как отсутствие проблем и каких-либо патологий, то В.А. Петровский придаёт данному конструкту гораздо более содержательно наполненное значение. Помимо описанных выше характеристик состоятельности, важно отметить большую роль оценки субъектом своего собственного состояния, то есть самооценки своего психологического благополучия, которое фиксируется в процессе оценивания в виде степени удовлетворённости собой (как личности) и своей жизнью в целом [Петровский В., 1996]. Психологическое благополучие - интегральное системное состояние человека или группы, которое представляет собой сложную взаимосвязь физических, психологических, культурных, социальных и духовных факторов и отражает восприятие и оценку человеком своей самореализации с точки зрения пика потенциальных возможностей [Ryff, 1995, C. 719-727].
Запросы субъекта можно разделить на два типа, где в содержание первого войдут те, которые относятся к использованию внутреннего ресурса субъекта («запросы на использование»); а в содержание второго войдут запросы, связанные с «заполнением пробелов», то есть с получением ресурсов, отсутствующих на данный момент времени («запрос на дефицит») [Шадриков, 2009].
Кроме того, В.А. Петровский выделяет такие компоненты состоятельности или регуляторные состояния, как: сила интенции (включающая в себя запросы, соответствующие реальным возможностям и внутренним ресурсам агента); доступность возможностей или шанс на успех (видение возможностей и желание воспользоваться этим внешним ресурсом); вера в чудо (иррациональные ожидания агента) [Леонтьев Д., 2009].
Состоятельность - это итоговый ресурс субъекта, достигаемый за счёт актуализации резервных ресурсов и присвоения внешних ресурсов. Ощутить свою состоятельность человек может при выполнении задач различного рода, которые и можно объединить понятием активность [Петровский В., 2008, С. 77 - 100]. Благополучие же выступает в виде формы активности. По аналогии с этим способом проявления состоятельности можно говорить и о проявлении самоэффективности - личность должна занимать активную позицию по отношению к выбранной деятельности. В.А. Петровский говорит о двух типах состоятельности: состоятельность потребления - удовлетворение потребностей, состоятельность производства - дееспособность, желание возможного, осуществление способностей.
Состоятельность - это также состояние удовлетворённости и переживаемый оптимум благополучия, полученный с точки зрения оценки запросов, ресурсов и результатов активности.
Поскольку сам В.А. Петровский метафорически сравнивает содержание понятия состоятельность с кентавром, у которого одна «часть» - реальна, другая - идеальна, можно также провести аналогию с компонентами Я-концепции. В этом случае идеальная часть или устремления контрагента в своём динамическом стремлении напоминают стремления субъекта к Я-идеальному, тогда как наличные представления о себе, которые имеются на данный момент, представляют из себя содержание Я-реального [Бернс, 1986]. Этот идеальный образ существует лишь в пространстве «возможного», хоть и конструироваться может здесь и сейчас - в настоящий момент [Куликов, 2009].
Состоятельность может быть представлена не только как сумма реальных и идеальных благ, присутствующих у агента и приобретаемых им, но и как реалистичность или иначе реализуемость его притязаний [Шадриков, Старовойтенко, 2009]. Этот же аспект важен и при прогностической функции самоэффективности личности.
Одно из проявлений состоятельности - возможность самостановления через процесс личностной самореализации. Поэтому справедливо выделить состоятельность самореализации в отдельный её подтип. Главная характеристика состоятельности самореализации - уровень реальных (фактически отмеченных человеком) достижений, которые сопровождаются в какой-то степени чувством удовлетворённости и благополучия. По сути, это и есть самоэффективность личности [Бандура, 2000]. Состоятельность самореализации по своим ключевым проявлениям тесно переплетается с профессиональной деятельностью человека и с возможностью быть удовлетворённым своим профессиональным выбором.