Материал: Шарапов Р.Д. Субъект транспортного преступления

должностными полномочиями по ст. 285 УК РФ, либо как халатность по ст. 293 УК РФ. В таком случае данные нормы являются специальными1.

Выполнение лицом работы означает выполнение каких-либо работ, связанных с движением и эксплуатацией транспорта, по гражданскоправовому договору без замещения соответствующей должности в транспортной организации или у индивидуального предпринимателя по трудовому договору, а равно использование транспорта для занятия какой-либо профессиональной деятельностью (например, в спортивных состязаниях). Речь идет об оказании услуг по перевозке грузов, пассажиров и багажа лицами, являющимися частными собственниками воздушных или водных судов, железнодорожного подвижного состава, иными субъектами, обеспечивающими безопасную эксплуатацию данных видов транспорта, на основании заключенных ими договоров перевозки, транспортной экспедиции, фрахтования, подряда и др.

Следует признать ошибочной позицию тех авторов, которые попрежнему считают субъектом преступления, предусмотренного ст. 263 УК РФ, исключительно работников транспорта (судоводителей, лоцманов, механиков, машинистов поездов, пилотов и штурманов воздушных судов, бортмехаников, диспетчеров, путевых обходчиков, стрелочников и т.п.)2.

Критикуемая точка зрения, ограничивающая круг субъектов преступления, предусмотренного ст. 263 УК РФ, работниками транспорта, обусловливает другой ошибочный вывод относительно возрастного порога уголовной ответственности по данной уголовно-правовой норме3. Так же

1Представляется интересным обратиться к положительному зарубежному опыту. Так, в ст. 302 УК Республики Казахстан предусмотрели уголовную ответственность за нарушение действующих на транспорте правил, сформулировав, по существу, состав служебного транспортного преступления: «Нарушение действующих на транспорте правил охраны порядка и безопасности движения лицами, выполняющими управленческие функции в дорожных, строительных и других организациях и ответственными за эксплуатацию дорог и дорожных сооружений, их оборудования, а также за организацию дорожного движения, если оно повлекло: а) причинение крупного ущерба; б) причинение телесного повреждения средней тяжести» (См.: Уголовный кодекс Республики Казахстан: учеб.-практ. пособие. Алматы, 2002. С. 121).

2См.: Агафонов А.В. Ответственность за преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта: учеб. пособие. Красноярск, 2004. С. 28; Тяжкова И.М. Неосторожные преступления с использованием источников повышенной опасности. СПб., 2002. С. 116; Хабаров А.В. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть. С. 9; Павлов В.Г. Квалификация преступлений со специальным субъектом. С. 204-206.

3В частности, А.В. Агафонов пишет следующее: «На работу, связанную с движением или эксплуатацией названных видов транспорта, в связи с требованиями, предусмотренными КЗоТ РФ, принимаются лица, достигшие 18-летнего возраста. Следовательно, с указанного возраста наступает и уголовная ответственность по рассматриваемой нами статье. Социально опасные деяния несовершеннолетних не могут образовывать состав преступления, предусмотренного ст. 263 УК РФ» (Агафонов А.В. Ответственность за преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта. С. 29. См. также: Уголовное право России: учебник для вузов: в 2 т. Т. 2. Особенная часть / под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. М., 2000. С. 559).

31

считает В.Г. Павлов, который полагает «целесообразным в законодательном порядке установить возраст привлечения к уголовной ответственности по ст. 263 УК РФ на уровне 18 лет»1.

Эта позиция справедлива в отношении работников транспорта как субъектов преступления по ст. 263 УК РФ. Что касается лица, в силу выполняемой работы обязанного соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации транспорта, то оно может быть ответственным по ст. 263 УК РФ по достижении 16 лет (например, учащиеся профтехучилищ, проходящие стажировку на железнодорожном или водном транспорте, лица, выполняющие работу на маломерных судах).

Позиция ученых-юристов была бы справедливой при условии, если бы законодатель в качестве субъекта преступления, предусмотренного ст. 263 УК РФ, указал лицо, управляющее железнодорожным, воздушным, морским или внутренним водным транспортом либо метрополитеном, а равно эксплуатирующее данные виды транспорта. На сегодняшний день позиция законодателя такова, что лицо, управляющее (эксплуатирующее) железнодорожным, воздушным, морским или внутренним водным транспортом либо метрополитеном и нарушившее правила безопасности движения и эксплуатации этих видов транспорта, может нести ответственность по ст. 263 УК РФ, если оно являлось работником транспорта либо выполняло определенную работу, связанную с функционированием транспортных средств. Поскольку не любое управление транспортным средством может рассматриваться с юридической точки зрения как выполнение работы, постольку не всякое лицо, управляющее транспортным средством и нарушившее правила безопасности его движения или эксплуатации, может считаться субъектом преступления, предусмотренного ст. 263 УК РФ (например, самовольное управление транспортным средством посторонним человеком или угонщиком).

Учитывая изложенное, можно дать ответ на вопрос об ответственности субъектов преступных нарушений правил безопасности движения и эксплуатации морских и речных транспортных средств, а также летательных аппаратов, находящихся в личной собственности граждан. В последнее время стали нередкими транспортные происшествия с участием владельцев указанных видов транспорта2.

1Павлов В.Г. Квалификация преступлений со специальным субъектом. С. 206.

2Например, чрезвычайное происшествие произошло в небе над Батайском Ростовской области на высоте 600 метров: пассажирский «Боинг-752», следовавший из Шарм-эль- Шейха в Ростов-на-Дону, шел на посадку, когда под ним на расстоянии пятидесяти метров пролетел дельтаплан. Экипаж лайнера был вынужден подкорректировать траекторию полета. Возможной катастрофы удалось избежать благодаря профессионализму пилотов. Задержанный сотрудниками ОВД нарушитель – житель Азова, увлекающийся дельтапланеризмом, не имеет вообще никаких документов, разрешающих полеты. Более того, он даже не знал элементарных правил полета, а также о том, что существуют строгие ограничения полетов в районе аэропортов и других режимных объектов (См.: Ионова Л. Чудом увернулись // Рос. газ. 2011. 31 окт.).

32

Всентябре 2011 г. в акватории рыбного порта Владивостока столкнулись частный катер и грузовое судно. Один человек погиб. В официальном сообщении Следственного комитета Российской Федерации выдвига-

лась версия о том, что причиной аварии могло стать нарушение правил судоходства, которое допустил капитан маломерного судна1.

По нашему мнению, к вопросу о квалификации указанных нарушений следует подходить дифференцированно, исходя из того, управляло лицо принадлежащим ему водным транспортом или летательным аппаратом

всилу выполняемой им работы по гражданско-правовому договору или в связи с какой-либо профессиональной деятельностью, либо эксплуатировало этот транспорт в иных личных (бытовых) целях (для развлечения, отдыха, рыбной ловли и т.п.). В последнем случае допущенные субъектом нарушения правил безопасности движения и эксплуатации водного или воздушного транспорта, повлекшие общественно опасные последствия, должны квалифицироваться как нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта, по ст. 268 УК РФ. Напротив, если находящееся в частной собственности граждан водное или воздушное транспортное средство, при эксплуатации которого совершены преступные нарушения правил безопасности, использовалось при осуществлении предпринимательской деятельности для перевозок пассажиров или грузов по договорам или организации развлекательных услуг (например, водных аттракционов), а равно при занятиях водным или авиамоторным спортом, то субъект, нарушивший указанные правила, должен нести ответственность по ст. 263 УК РФ, как лицо, в силу выполняемой работы обязанное соблюдать прави-

ла безопасности движения и эксплуатации транспорта. Такой же позиции придерживаются суды2.

Всилу прямого указания закона не подпадают под признаки анали-

зируемого преступления нарушение правил использования воздушного пространства Российской Федерации (ст. 271.1 УК РФ)3.

Несмотря на приведенное толкование субъекта преступного нарушения правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена, позиция законодателя по этому вопросу представляется несовершенной.

1В сентябре 2011 года в акватории рыбного порта Владивостока столкнулись частный катер и грузовое судно. URL: http://www.rg.ru (дата обращения: 12 мая 2018 г.). По мнению А.И. Коробеева, названные нарушения охватываются уголовно-правовой нормой, предусмотренной ст. 263 УК РФ, поскольку, в частности, маломерные моторные суда отвечают всем признакам водно-транспортного средства, которые имеются в виду в диспозиции данной статьи (Коробеев А.И. Транспортные преступления. С. 110).

2Кассационное определение Ростовского областного суда по уголовному делу № 224186 // Интернет-портал ГАС «Правосудие». URL: https://sudrf.ru (дата обращения:

13мая 2018 г.).

3См.: Шатилович С.Н. Преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта (глава 14) // Уголовное право России. Особенная часть: учебник / П.В. Агапов [и др.]; отв. ред. Р.А. Сабитов. 2-е изд., перераб. и доп. Тюмень: Тюм. ин-т повышения квалификации сотрудников МВД России, 2013. С. 492.

33

Трудно найти научное обоснование для дифференциации уголовной ответственности нарушителей правил безопасности движения и эксплуатации указанных в ст. 263 УК РФ видов транспорта в зависимости от того, являются они работниками транспорта, лицами, выполняющими какую-либо работу на транспорте, либо эксплуатирующими принадлежащий им транспорт в бытовых целях. В связи с этим научно обоснованной является позиция А.И. Коробеева, признающего субъектами преступлений ст. 263 УК РФ любых лиц, фактически управляющих или эксплуатирующих соответствующие виды транспорта. Для этого, по его мнению, целесообразно изменить редакцию ст. 263 УК РФ, сформулировав диспозицию нормы

применительно к субъекту этого преступления по аналогии со ст. 264 УК РФ1.

При этом, на наш взгляд, следует избегать другой крайности – чрезмерно широкого описания признаков субъекта соответствующего транспортного преступления, как это, например, имеет место в ст. 275 УК Грузии. Согласно данной норме специальным субъектом нарушения правил безопасности движения или эксплуатации железнодорожного, водного, воздушного или подвесного транспорта признается лицо, которому специально поручено соблюдать эти правила2.

Полагаем, что описание субъекта данного преступления в условиях действующей редакции диспозиции ч. 1 ст. 263 УК РФ должно быть сле-

дующим: «1. Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена лицом, осуществляющим управление и (или) эксплуатацию указанных видов транспорта, а равно отказ указанного лица от исполнения своих трудовых обязанностей в случае, когда такой отказ запрещен законом, если эти деяния повлекли по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо причинение крупного ущерба, – наказывается…»3.

§ 2. Лицо, ответственное за обеспечение транспортной безопасности (ст. 263.1 УК РФ)

Статьей 263.1 УК РФ установлена уголовная ответственность за неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности на объектах транспортной инфраструктуры и транспортных средствах лицом, ответственным за обеспечение транспортной безопасности, если это деяние повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека либо причинение крупного ущерба.

1Коробеев А.И. Транспортные преступления. С. 105.

2Уголовный кодекс Грузии. СПб., 2002. С. 294.

3См.: Зворыгина С.А. Уголовно-правовая характеристика специального субъекта транспортного преступления: автореф. дис. … канд. юрид. наук. С. 8-9.

34

Данный состав преступления является новым для российского уголовного законодательства, поскольку был включен в УК РФ Федеральным законом от 27 июля 2010 г. № 195-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с обеспечением транспортной безопасности»1. Установление уголовной ответственности лиц, ответственных за обеспечение транспортной безопасности, является необходимой и адекватной мерой противодействия распространенным в последние годы актам незаконного вмешательства в безопасную деятельность транспортного комплекса, и прежде всего террористическим актам. Совершение последних нередко становится возможным благодаря незащищенности объектов транспортной инфраструктуры, безответственности перевозчиков и других субъектов, эксплуатирующих транспортные объекты, их безучастности в деле обеспечения транспортной безопасности. С криминологической точки зрения такое положение представляет собой условия для совершения террористических актов и других актов незаконного вмешательства в деятельность транспортного комплекса.

К сожалению, включение в УК РФ такого состава преступления, как неисполнение требований по обеспечению транспортной безопасности на объектах транспортной инфраструктуры и транспортных средствах, произошло с существенной задержкой после принятия в феврале 2007 г. Федерального закона «О транспортной безопасности». Уголовно-правовой запрет, предусмотренный ст. 263.1 УК РФ, напрямую корреспондирует положениям названного закона и другим принятым в соответствии с ним нормативным правовым актам по вопросам обеспечения транспортной безопасности. Данные нормативные правовые акты составляют бланкетное содержание диспозиции ст. 263.1 УК РФ, в том числе относительно признаков специального субъекта рассматриваемого преступления – лица, ответственного за обеспечение транспортной безопасности.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О транспортной безопасности» под обеспечением транспортной безопасности понимается реализация определяемой государством системы правовых, экономических, организационных и иных мер в сфере транспортного комплекса, соответствующих угрозам совершения актов незаконного вмешательства. Обеспечение транспортной безопасности объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств, как указано в ст. 4 данного закона, возлагается на субъекты транспортной инфраструктуры, если иное не установлено законодательством Российской Федерации. Субъектами транспортной инфраструктуры признаются юридические и физические лица, являющиеся собственниками объектов транспортной инфраструктуры и транспортных средств или использующие их на ином законном основании.

Обязательность для исполнения требований по обеспечению транспортной безопасности всеми субъектами транспортной инфраструктуры продублирована в ст. 8 Федерального закона «О транспортной безопасно-

1 Собр. законодательства Рос. Федерации. 2010. № 31. Ст. 4164.

35