Материал: Шарапов Р.Д. Субъект транспортного преступления

виноваты оба участника дорожного движения. В ряде регионов РФ (например, Астраханская область, Брянская область, Краснодарский край, Ростовская область, Тамбовская область, Челябинская область), накоплен положительный опыт расследования уголовных дел данной категории. Такой подход прослеживается в решениях судов апелляционной, кассационной и надзорной инстанций различных уровней, в том числе Верховного Суда РФ1. Кроме того, Верховный Суд РФ в своем постановлении от 9 декабря 2008 г. № 25 прямо указал на необходимость привлечения к ответственности по ст. 264 УК двух или более участников дорожного движения, допустивших нарушения ПДД, если их действия по управлению транспортным средством находились в причинной связи с наступившими последствиями, указанными в данной статье УК РФ2.

Следует согласиться с последней оценкой правоприменителей.

Для правового анализа действий участников дорожно-транспортного происшествия необходимо учитывать, что для обеспечения безопасности дорожного движения в систему ПДД заложен принцип подстраховки: если один из участников движения нарушает нормы безопасности, то на другом лежит обязанность действовать таким образом, чтобы не создать аварийную обстановку3.

Всоответствии с данным принципом ПДД в равной мере возлагают на всех участников дорожного движения обязанность по недопущению до- рожно-транспортного происшествия и непричинению вреда, вне зависимости от наличия (отсутствия) у тех или иных лиц (водитель, пешеход, пассажир транспортного средства) прав в конкретной дорожно-транспортной ситуации. Например, права на первоочередное движение в намеченном направлении.

Впроцессе установления причинной связи необходимо выяснить, что конкретное нарушение ПДД и эксплуатации транспортных средств, вменяемое лицу в качестве причины наступления преступного результата,

являлось необходимым условием, без которого это последствие не могло бы наступить4.

Приведем несколько типичных ситуаций из судебной практики, когда при обоюдном нарушении ПДД РФ ответственность наступает дифференцированно и зависит от наличия причинно-следственной связи.

1Определение Верховного Суда РФ от 17 февр. 2015 г. № 50-УД14-9 по приговору Октябрьского районного суда г. Омска от 1 окт. 2013 г. в отношении Позднякова, обвиняемого по ч. 3 ст. 264 УК РФ, и Михайлова, обвиняемого по ч. 3 ст. 264 УК РФ // Верховный Суд Российской Федерации: официальный сайт. URL: http://www.vsrf.ru (дата обращения: 5 мая 2018 г.).

2Бюллетень Верховного Суда Рос. Федерации. 2009. № 2. С. 3.

3См.: Романов Н. О причинной связи в дорожно-транспортных преступлениях // Социалистическая законность. 1981. № 8. С. 54; Соктоев З.Б. Причинная связь в дорожнотранспортных преступлениях // Lex Russica. 2013. № 7.

4См.: Наумов А.В. Российское уголовное право: курс лекций: в 3 т. Т. 1. Общая часть. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2007. С. 323-332.

56

На нерегулируемом перекрестке неравнозначных дорог водитель Х-в, управляя автомобилем «КАМАЗ 5320», при повороте налево с второстепенной дороги, проявил преступную небрежность, не уступил дорогу водителю Х., который, проявляя легкомыслие, двигался на автомобиле «Mazda», превысив скорость (90,7 км/ч). Согласно выводам автотехнической экспертизы, в случае соблюдения скоростного режима последний располагал технической возможностью предотвратить столкновение транспортных средств. В результате допущенных нарушений ПДД РФ, обоюдной формы вины водителей Х-ва и Х. пассажирке, находившейся в автомобиле «Mazda», были причинены телесные повреждения, повлекшие ее смерть. Советским районным судом г. Краснодара Х-в и Х. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного по ч. 3 ст. 264 УК РФ1.

Другой показательный пример. В., управляя автомобилем «Volkswagen Passat», двигаясь в со скоростью 119 км/ч, выехал на регулируемый перекресток на красный (запрещающий движение) сигнал светофора, где совершил столкновение с автомобилем «Great Wall СС» под управлением водителя М., который со встречного направления выполнял левый поворот, создал помеху для движения водителю В. В результате дорожнотранспортного происшествия пассажиру автомобиля «Great Wall СС» причинены по неосторожности телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью. Приговором Красносельского районного суда г. СанктПетербурга В. и М. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ2.

Необходимо учитывать, что в соответствии со ст. 39 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости. Ее основанием является возникновение опасности, угрожающей охраняемым законом интересам, независимо от источника этой опасности. Главным при крайней необходимости является столкновение двух правоохраняемых интересов, одним из которых, менее значительным, необходимо пожертвовать для предотвращения опасности более значительному интересу, поскольку без причинения вреда устранить опасность, угрожающую более ценному благу, невозможно.

Считаем необходимым в рамках рассматриваемого вопроса проанализировать случаи невиновного причинения вреда. Поскольку уголовный закон стоит на позиции субъективного вменения (ответственности за виновно причиненный вред), в ч. 2 ст. 5 УК РФ указано, что объективное

1Приговор Советского районного суда г. Краснодара по уголовному делу 1-38/2013 (1- 762/2012). Интернет-портал ГАС «Правосудие». URL: https://sudrf.ru (дата обращения:

1апр. 2018 г.).

2Приговор Красносельского районного суда г. Санкт-Петербурга от 18 окт. 2016 г. по уголовному делу в отношении В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ // Архив Следственного департамента МВД России.

57

вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается1.

Всоответствии с ч. 1 ст. 28 УК РФ «деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия) либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть». В данной норме уголовного закона речь идет о так называемом «казусе», то есть о случае, о случайном причинении вреда.

Вкачестве примера «казуса» можно привести случаи, когда лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий

ипо обстоятельствам дела не должно было и не могло их предвидеть. Например, гражданин У. ехал на лошади, запряженной в сани. В санях вместе с ним сидела Л., его малолетняя дочь, и Б. При обгоне трактора сани наехали на бревно, лежащее под снегом, отчего опрокинулись и выпавшая из них Л. попала под трактор и была им задавлена. Установлено, что гражданин У. не предвидел возможности наезда на бревно, падения Л. и ее смерти и по обстоятельствам дела не должен и не мог этого предвидеть (не

видел лежащие на дороге под снегом бревна), то есть имело место невиновное причинение вреда2.

Впричинении смерти отсутствует вина водителя транспортного средства, нарушившего ПДД, в результате чего транспортное средство опрокинулось и был задавлен потерпевший, запрыгнувший за несколько

секунд до этого на подножку, если водитель не видел погибшего и конструкция транспортного средства не позволяла увидеть его3.

Вподобных ситуациях могут отсутствовать либо оба критерия преступной небрежности (обязанность предвидения и возможность предвидения), либо один из них. Следует отличать казус (случай) от другой разновидности невиновного причинения вреда – невиновного причинения вреда,

обусловленного экстремальными ситуациями или нервно-психическими перегрузками4. Так, в ч. 2 ст. 28 УК РФ установлено, что «деяние признается также совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, хотя и предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но не могло предотвратить эти последствия в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам».

Втаких ситуациях законодатель говорит о предвидении наступления последствий, но невозможности их предотвращения лицом в силу экстремальных условий (при проведении специального вида работ, при внезап-

1См.: Научные основы квалификации преступлений: учебник / С.Н. Шатилович [и др.]. Тюмень: Тюм. ин-т повышения квалификации сотрудников МВД России, 2015. С. 145.

2Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1965. № 9. С. 10-11.

3Бюллетень Верховного Суда Рос. Федерации. 2003. № 4. С.15-16.

4См.: Научные основы квалификации преступлений: учебник / С.Н. Шатилович [и др.]. С. 146.

58

ном, близком от автомашины появлении человека или возникновении препятствия и т.д.), когда лицо не может найти способ избежать наступления последствий в силу несоответствия своих психофизиологических качеств данным условиям.

Кроме того, невиновное причинение вреда может иметь место и при нервно-психических перегрузках, которые также исключают возможность предотвращения последствия (в силу специфического состояния организма, например, усталости водителя и т.п.)1.

§4. Лицо, совершившее дорожно-транспортное преступление

всостоянии опьянения (чч. 2, 4 и 6 ст. 264, ст. 264.1 УК РФ)

Среди активно обсуждаемых проблем квалификации дорожнотранспортных преступлений существует одна из наиболее значимых для правоприменительной практики – дорожно-транспортное преступление, совершенное субъектом в состоянии опьянения, о чем свидетельствует анализ принимаемых следственных и судебными органами решений, а также вопросы, поступающие от следователей ОВД на занятиях по повышению квалификации.

В феврале 2009 года состав преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, пополнился новым квалифицирующим признаком – совершение данного преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения, в связи с чем редакция указанной статьи была полностью обновлена2. Введение более строгой уголовной ответственности для лиц, совершивших преступное нарушение ПДД в состоянии опьянения, является необходимой и адекватной мерой в ответ на сложившуюся в последние годы тревожную ситуацию с количеством дорожно-транспортных происшествий, произошедших по вине водителей.

Так, по данным Научно-исследовательского центра проблем безопасности дорожного движения МВД России, после непродолжительного периода снижения показателей аварийности из-за нарушения ПДД водителями, находившимися в состоянии опьянения, в 2016 году наблюдался их рост: всего произошло 15 669 (+2,1 %) таких дорожно-транспортных происшествий, в которых погибли 4569 (+21,7 %) и ранены 21 315 (+0,4 %)

1 Там же. При этом в литературе подчеркивается, что «факт наличия нервнопсихических перегрузок или экстремальных ситуаций необходимо учитывать при квалификации деяния субъекта или при назначении ему уголовного наказания в ситуации, когда субъект, обладая определенным уровнем своих психофизиологических свойств, способен был избежать наступления общественно опасных последствий» (См.: Морозов В.И., Коткова Ю.С. Невиновное причинение вреда, обусловленное экстремальной ситуацией или нервно-психическими перегрузками. Тюмень, 2005. С. 79).

2 О внесении изменения в статью 264 Уголовного кодекса Российской Федерации: федер. закон от 13 февр. 2009 г. № 20-ФЗ // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2009. № 7. Ст. 788.

59

человек. При этом снизилось количество дорожно-транспортных происшествий из-за нарушения ПДД водителями, отказавшимися от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и число пострадавших: всего зарегистрировано 4043 (-9,1 %) дорожно-транспортных происшествий, 169 (-16,7%) погибших и 5786 (-6,6%) раненых человек1. В свою очередь, в 2017 году показатели аварийности из-за нарушения ПДД водителями, находившимися в состоянии опьянения, снижались: всего произошло 14 972 (-4,4 %) таких дорожно-транспортных происшествия, в которых погибли 4336 (-5,1 %) и ранены 20 300 (-4,8 %) человек. Одновременно с этим снизилось количество дорожно-транспортных происшествий из-за нарушения ПДД водителями, отказавшимися от медицинского освидетельствования на состояние опьянения, и число пострадавших в них: всего зарегистрировано 3771 (-6,7 %) дорожно-транспортных происшествий, 156 (-7,7 %) погибших и 5336 (-7,8 %) раненых2.

Отечественная судебная психиатрия исходит из того, что простое алкогольное опьянение является нормальной физиологической реакцией организма. В связи с этим, формулируя общие признаки субъекта преступления, законодатель предусмотрел в ст. 23 УК РФ, что лицо, совершившее преступление в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, новых потенциально опасных психоактивных веществ либо других одурманивающих веществ, подлежит уголовной ответственности (тем самым физиологическое алкогольное опьянение не отнесено к состоянию невменяемости). Кроме того, в силу ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного суд, назначающий наказание, может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением названных средств и веществ. Отсюда следует, что установление факта совершения преступления в состоянии опьянения не исключает уголовную ответственность, но может учитываться при ее индивидуализации.

С учетом того, что само по себе использование транспортных средств создает повышенную опасность для окружающих (п. 1 ст. 1079 ГК РФ), а управление ими в состоянии опьянения объективно снижает уровень безопасности дорожного движения, Федеральным законом от 10 декабря 1995 г. № 196 «О безопасности дорожного движения» запрещена эксплуатация транспортных средств лицами, находящимися в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения (п. 2.1 ст. 19). ПДД также запрещают водителю управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного),

1Дорожно-транспортная аварийность в Российской Федерации за 12 месяцев 2016 года. Информационно-аналитический обзор. М.: НИЦ БДД МВД России, 2017. С. 7.

2Дорожно-транспортная аварийность в Российской Федерации за 12 месяцев 2017 года. Информационно-аналитический обзор. М.: НИЦ БДД МВД России, 2018. С. 7.

60