Дипломная работа: Роман Джека Керуака В дороге: перевод и адаптация в русской культуре

Обратимся к примеру №1 таблицы 5, в котором имена Peaches, Bettys, Marylous, Ritas, Camilles и Inezes используются Керуаком в переносном значении и «служат средством образнои? характеризации, могут быть отнесены к иным референтам, чем в прямои? номинативнои? функции» [13]. Грамматическая категория множественного числа для женских имен свидетельствует об обобщенном характере денотата, собирательном образе всех лиц женского пола. Семантику данной группы антропонимов В. Ефанова корректно передает, используя ту же грамматическую категорию множественного числа для имен, переведенных в соответствии с правилами англо-русской транскрипции.

Тем не менее, М. Немцову не удается справиться с передачей имени Peaches: неясно, почему лингвист проигнорировал правила передачи личных имен и перевел лексему как «персик» - данное слово в русском языке не ассоциируется ни с женским именем, ни с каким-либо другим одушевленным объектом, а создает впечатление, будто автор говорит о фруктах, а не о девушках. Более того, переводчик использует строчные буквы при написании антропонимов, что является грубым орфографическим нарушением [11].

В примере №2 таблицы 5 собраны антропонимы, при передаче которых применятся разные принципы перевода. Так, стандартизированным переводом имени Joel является «Джоэл» , а фамилии с приставкой Mc-, согласно правилам транскрибирования, переводятся таким образом, что буквы, идущие после приставки являются строчными (соотвественно, правильным переводом фамилии McCrea будет «Маккри») [13]. Оба переводчика допускают ошибки при передаче данного имени: М. Немцов использует две прописных буквы в фамилии («МакКри»), а В. Ефанова некорректно переводит имя («Джоэль»). Более того, ни один из лингвистов, по всей видимости, не обратился к релевантному источнику для проверки уже существующего перевода персоналии, что непременно требуется при работе с антропонимами. Аналогичные ошибки можно встретить следующих переводах В. Ефановой: вместо кодифицированного варианта «Янг» для фамилии Young в ее переводе выступает «Ионг»; вместо коррекнтного транскрибирования «О'Дэй» для O'Day советская переводчица применяет «О'Дей»; Basie и Benny Moten должны быть переведены как «Бейси и Бенни Мотен» вместо «Бази и Бэни Монт» [13].

Следует также обратить внимание на перевод кинофильма «Sullivan's Travels» (русский дубляж - «Странствия Салливана») 1941 года в примере №2. Очевидно, что В. Ефанова не имела возможности обеспечить релевантное, устоявшееся название в связи с тем, что картины американского производства были запрещены для показа в Советском Союзе.

Хотя английские имена в примере №2 переведены М. Немцовым правильно, из примера №3 таблицы 5 следует, что переводчик допустил серьезные ошибки при переводе антропонимов испанских, которые должны транскрибироваться по правилам произношения соответствующего языка. Испанская фонетика устроена таким образом, что в звуковом строе языка отсутствует фонема [z], поэтому любые сочетания, содержащие букву z переводятся использованием русской буквы с: таким образом, имя Ponzo читается как [ponsиo] и должно иметь русскую репрезентацию «Понсо» [13], как в переводе В. Ефановой. Транслитерация М. Немцова в данном случае неправомерна. При переводе антропонима Don Ameche (Дон Амичи) переводчик также допускает ошибку: вариант «Дон Амеш» не соответствует ни устоявшемуся способу передачи имени, ни правилам транскрипции ни в английском, ни в испанском языках.

Демонстрирует работу переводчиков с транслатемой, содержащей рифму, которая также является предметом анализа репрезентативности на фонетическом уровне. И. С. Алексеева отмечает, что перевод цитат из песен и стихотворений требует первоначального поиска глобального источника, а также возможного его целостного перевода. При отсутствии оных целью переводчика становится максимально полная передача не только семантического содержания цитаты, но и эстетической (художественной) информации, заложенной в ней [1]. Иными словами, при переводе каких-либо зарифмованных элементов переводчик должен стараться сохранить не только смысл, но и форму. Оригинальная цитата Керуака содержит рифмы «do it - boogie» и «know - show - how»: подобные сочетания должны быть максимально полно воспроизведены и при переводе на русский язык. В. Ефанова, за неимением глобального источника, прибегает к использованию собственной рифмы «рискну - научу», учитывая и семантический, и художественный аспекты фразы. М. Немцов, напротив, игнорирует данный элемент, делая свой текст менее репрезентативным.

Итак, для обеспечения репрезентативности на фонетическом уровне переводчикам пришлось решить множество трудностей, связанных с звуковым строем языка. Так, М. Немцов допускает принципиально значимые ошибки при переводе междометий: в погоне за воссозданием формы, лингвист некорректно передает семантическое наполнение слов. Такие ошибки приводят к затруднениям в понимании текста. В. Ефанова придерживается использования уже устоявшихся, хоть и менее экспрессивных вариантов перевода. Обратное положение дел наблюдается при работе с топонимами: переводчица игнорирует существование универсалий, а также не преуспевает при переводе внутреннего, семантического содержания названия организации. Некоторые упущения В. Ефановой связаны с применением неправильных транскрипций антропонимов, однако авторы дипломной работы допускают, что советской переводчице приходилось работать с иными сборниками правил звукового переноса, которые могли отличаться от современных. Настоящий перевод М. Немцова содержит множество упущений в переводе рифм, испаноязычных топонимов и антропонимов, а также грубые орфографические ошибки. Более того, с точки зрения теоретического переводоведения, перевод М. Немцова менее успешно выполняет коммуникативную функцию, поскольку не учитывает характеристику реципиента и его владение фоновой информацией.

3.2 Оценка репрезентативности на морфологическом и грамматическом уровнях

Поскольку сравнительный анализ переводов не выявил многочисленных принципиальных различий при переводе трудностей на морфологически- и грамматически обусловленных транслатем, авторами данной работы было принято решение объединить рассмотрение данных случаев в одну главу. Как отмечалось в Главе  I, трудности при обеспечении репрезентативности на морфологическом уровне составляют различные словообразовательные модели, среди которых следует выделить сокращения. С. В. Тюленев поясняет, что перевод аббревиатур требует особого внимания к культурной традиции языка реципиента; знакомое носителю иностранного языка сокращение может быть непонятно носителю переводящего языка - в таких случаях «стилистическая компонента репрезентативности приносится в жертву ради донесения до реципиента содержания данной языковой единицы» [38]. Работа переводчиков с аббревиациями продемонстрирована в таблице 6:

Таблица 6

Перед непосредственным переводом сокращения переводчик должен произвести поиск информации об организации, носящей это название. Так, буквенное сокращение YMCA происходит от названия Young Men's Christian Association - христианкой некоммерческой организации, основанной в 1844 году и ставшей известной благодаря своим общежитиям и детским оздоровительным лагерям. В России филиал данного объединения был впервые основан в Санкт-Петербурге в 1900 году, а издательство ИМКА-Пресс (основано в 1944 году), функционирующее под эгидой организации, опубликовало большое количество ключевых российских произведений литературы [67]. В настоящее время аббревиатура YMCA имеет общепринятый перевод ИМКА, но следует отметить, что Young Men's Christian Association имела разные переводы: РСХД (Русское студенческое христианское движение), АМХ (Ассоциация молодых христиан), ХСМЛ (Христианский союз молодых людей) и т.д. В переводном варианте М. Немцова организация получает форму «ИМКИ», однако далее лингвист добавляет пояснение-сноску: «по начальным буквам названия Христианского Союза Молодых Людей, сеть общежитий которого существует по всей стране» [18]. Из пояснения следует, что в таком случае организация должна иметь название ХСМЛ (Христианский Союз Молодых Людей): подобные расхождения в расшифровках аббревиатур могут привести к некорректному восприятию текста.

Пытаясь подчеркнуть манеру Дж. Керуака писать в сниженном, разговорном стиле, М. Немцов также склоняет аббревиатуру в винительном падеже: изменение грамматической категории сокращений не рекомендуется для использование в официальной речи и является маркером коллоквиальной речи [11]. Стоит отметить, что из-за некорректного объяснения аббревиатуры реципиент с недостаточными фоновыми знаниями может посчитать, что сокращение «ИМКИ» стоит в именительном падеже и буква и здесь соответствует какому-либо слову. Перевод В. Ефановой («АМХ - Ассоциация Молодых Христиан - религиозная организация, содержащая небольшие отели почти во всех городах Америки» [17]) также нельзя считать ошибочным, однако не следует забывать, что у переводчицы была возможность перевести аббревиатуру более корректно: во время «хрущевской оттепели» многие книги издательства ИМКА-Пресс были доступны на территории СССР.

Таблица 7

Некоторые особенности английского просторечия находят свое выражение на грамматическом уровне: это могут быть опущения, добавления или замена звуков, отсутствие согласования между подлежащим и сказуемым и прочие нарушения грамматических правил языка.

Речь «чиновника-мексиканца» в примере №1 таблицы 8 умышленно оформлена Керуаком с грамматическими ошибками для того, чтобы подчеркнуть принадлежность говорящего к малообразованному классу населения Мексики, скудно владеющим английским языком. Такая особенность является помехой для обеспечения репрезентативности на соответствующем уровне, поскольку переводчику придется подобрать релевантные языковые средства для передачи информации, заложенной в грамматических формах. В обоих текстах данная проблема решается путем переноса элементов значения на уровень лексический, использованием разговорных и устаревших слов («валяйте», «не зевайте», «кушайте», «правите»). Язык В. Ефановой, однако, едва ли похож на речь необразованного иностранца: использование разговорного стиля достаточно лишь для создания эффекта неформального общения, поэтому М. Немцов прибегает к изменениям и на самом грамматическом уровне, некорректно склоняя название города Мехико («добро пожаловать в Мехику»), что в русском языке вполне успешно может замещать соответствующие преобразования оригинала. Советская переводчика отказалась от дополнительных способов передачи характеристик персонажа либо в силу строгих критериев для публикуемого материала, либо в силу собственной убежденности в необязательности каких-либо преобразований. Поэтому ее вариант в данном случае нельзя считать репрезентативным.

Аналогичный характер преобразований наблюдается и в примере №2: в высказывании «аnd the road don't look any different than the American road» нарушена связь между подлежащим в третьем лице единственного числа и сказуемым, что свидетельствует о неформальной коммуникативной ситуации, в устной форме общения. Подобные нарушения зачастую передаются в русском языке путем лексических компенсаций, однако и в переводе М. Немцова, и в переводе В. Ефановой единственным видимым маркером разговорного стиля может служить частица «а». Так же происходит и с переводом предикативных групп предложения «you gotta, you gotta or you'll die!»: показателями разговорной речи в данном случае является, во-первых, сокращение «you have got to» до «gotta» с дублированием согласной t, а также краткая версия «you'll» от «you will». Как и в предыдущем случае, В. Ефанова отказывается от полноценных преобразований для передачи стилистической окраски; М. Немцов использует частицу «ну», а также эмоционально окрашенное слово «сдохнешь». В. Ефанова игнорирует грамматический маркер коллоквиальной речи в примере №3: слово «gurls» (girls) пишется Керуаком некорректно намеренно, однако единственное воспроизведение в русском языке данная особенность находит в переводе М. Немцова - здесь присутствует уменьшительно-ласкательное слово «девчонки». Сомнения может вызвать решение М. Немцова некорректно склонять имена собственные в примере №4 («Педры и Панчи»): согласно правилам русского языка, мужские и женские имена и фамилии, заканчивающиеся на -о, не склоняются [39]. Тем не менее, не следует забывать, что писательская манера Дж. Керуака отличается некоторой простотой, вольностью, что и попытался передать переводчик с помощью употребления просторечной конструкции.