Поскольку на морфологическом уровне существует достаточное количество переводческих универсалий, особое внимание следует уделить не стандартным способам словообразования, а неологизмам, фразовым глаголам, и сокращениям, которые, хоть и образуются в соответствии с правилами того или иного языка, но имеют особую эмоциональную и стилистическую окраску [38].
Грамматический уровень Тюленев называет «самым национальным», то есть, делающий язык «не похожим ни на какой другой, даже самый генетически родственный» [38, с. 165]. Поэтому при работе с грамматическими категориями переводческие трансформации используются наиболее часто, а основными проблемами выступают отсутствие равнозначной категории в переводящем языке; несовпадение в структурах грамматических значений в системах языков [1].
Проблемы на лексическом уровне обусловлены прежде всего несовпадением денотативного содержания и набором значений лексических единиц. Так, например, английское слово head имеет множество переносных значений и коллокаций, в которых оно может употребляться, в то время как русское слово «голова» не отличается такой выраженной полисемией. Также проблемами на лексическом уровне являются несовпадения стилистических окрасок лексических, сигнификативного содержания единиц: в европейской культуре день олицетворяет красоту, свет, жизнь, а ночь - это сон, темнота, смерть, холод. Поэтому при переводе произведений европейских писателей на арабский язык переводчик столкнется с проблемой различий культурных концептов: на Востоке ассоциации с днем абсолютно противоположные (ослепительныи? свет, отсутствие воды, убии?ственное солнце, смерть, грязь и пыль) [1]. Фразеологизмы, культурные реалии и «ложные друзья переводчика» также являются помехами в переводе лексических единиц.
На синтаксическом уровне особое внимание следует уделять не только формальной (синтаксической) структуре предложения, но и коммуникативной. Синтаксической структурой предложения считается его предикативная группа (подлежащее и сказуемое), в то время как коммуникативная структура тесно связана с теорией актуального членения предложения. Как правило, тематическая часть предложения находится в начале высказывания, а рематическая (наиболее информативная часть) стремится к его концу: если такая последовательность не соблюдена, зачастую текст становится трудным для восприятия. К трудностям синтаксического уровня также следует отнести коллигации и коллокации. Коллигацией называется «морфосинтаксически обусловленная сочетаемость слов в речи как реализация их полисемии» [4], однако, наиболее часто проблемы в переводе вызывают коллокации - устойчивые словосочетания, связь внутри которых обусловлена семантическим наполнением языковых единиц [4].
В рамках данной дипломной работы рассматриваются не только технические аспекты перевода, но и некоторые их прагматические свойства, позволяющие корректно донести культурный код и замысел, заложенные автором в произведение. Поскольку каждый текст создается представителем того или иного культурного сообщества, переводчик должен учитывать не только лингвистические особенности оригинала, но и его лингвоэтничеткие характеристики. Данное понятие представляет собой совокупность национальных представлений о мире, в той или иной мере отраженных в родном языке народа [1]. К числу таких особенностей относятся ситуативные реалии - приметы, правила народной этики и культурные обычаи: «например, в русских сказках лежание на печи, поскольку ни на немецкой, ни на голландской печи лежать нельзя - не говоря уже об английском камине» [1, с. 179]. Языковую картину мира также отражают интертекстуализмы - прямые или скрытые цитаты, известные носителям данного языка: цитата из кинофильма «Белое солнце пустыми» «Гюльчатай, открои? личико!», очевидно, не вызовет у иностранного читателя такой же реакции, как у русского. К лингвоэнтическим особенностям относятся экзотизмы (слова и словосочетания, отражающие был и традиции определенного народа - «икебана», «скальд», «Дед Мороз», «тролль») и арго [1].
Так как одной из главных задач перевода является обеспечение функционально-стилистической идентичности, зачастую приходится прибегать к прагматической адаптации перевода, позволяющей обеспечить понимание даже тех элементов, которые могут вызвать неправильную реакцию у реципиента или ее отсутствие. В отечественном переводоведении под прагматической адаптацией поднимается «внесение определённых поправок на социально-культурные, психологические и иные различия между получателями оригинала и переводного текста» [45, с. 273]. Характер таких поправок будет зависеть от фоновых знаний, психологических и культурных особенностей реципиента, его жизненного опыта и личностных характеристик: это может быть добавление пояснительных элементов и сносок, опущение некоторых частей оригинального текста [45].
Итак, в силу неопределенности вокруг переводческого концепта «эквивалентность» в сравнительном анализе данной дипломной работы будут использоваться критерии репрезентативности, разработанные С. В. Тюленевым. Оригинальный текст «On the Road» Джека Керуака и переводы В. Ефановой и М. Немцова будут сравниваться и оцениваться на фонетическом, морфологическом, грамматическом, лексическом и синтаксическом уровнях, чтобы определить, насколько хорошо каждому из лингвистов удалось передать план содержания, художественные особенности произведения и национальный колорит Америки 1950-х годов XX века. В силу того, что роман «В дороге» Дж. Керуака является центральным произведением литературы бит-поколения, особое внимание будет уделяться и лингвоэтническим особенностям текста, отражающим философию и образ жизни социокультурного движения.
2.Роман Джека Керуака «В дороге» в контексте американской и российской культуры XX века
2.1 Влияние бит-культуры на общество США XX века
переводческий эквивалентность роман
Как утверждает культуролог К. Гейр, Великая депрессия 30-х годов, Вторая мировая война 40-х годов и Холодная Война с Советским Союзом сформировали консервативное создание американского общества середины XX века. И хотя «тенденция на изоляцию национальных идей» [3] поддерживалась подавляющим числом граждан страны, отрицание протоамериканских ценностей нашло свое отражение как в искусстве (джаз, бипоп, абстрактный экспрессионизм), так и в целых контркультурных движениях [51]. Одним из таких движений стал социально-культурный феномен бит-поколения, родоначальником которого принято считать американского писателя Джека Керуака. Так как роман писателя «В дороге» признается центральным литературным произведением, отражающим философию «разбитого поколения», необходимо сперва рассмотреть само социально-культурное явление и его влияние на общество США XX века.
Само название «битник» происходит от полисемичного английского слова beat, означающего «удар, барабанный бой, биение сердца; такт, ритм, дирижирование; колебание» [28]. Родственное ему слово beaten может быть переведено как «битый, поврежденный, разбитый; утомленный, измученный» [28]. Следует также отметить, что этимология слова beatnik имеет некоторые русские истоки: в конце 1950-х годов американские СМИ повсеместно освещали запуск Советским Союзом первого искусственного спутника Земли «Спутник-1». Американский журналист Херб Каен, работавший на San Francisco Chronicle, решил заимствовать часть популярного слова Sputnik: к слову beat добавился суффикс -nik [58]. По словам самого Керуака, «изначально слово «битник» означало бедного, сломленного, чертовски уставшего человека, живущего за чужой счет» [2], но позднее приобрело более масштабный характер и стало описывать людей, продвигающих «революцию нравов в Америке» [2].
Собирательный образ битника представлен и лингвострановедческой энциклопедии «Американа». Как утверждается в книге, «разбитое поколение - поколение людей, ставших взрослыми после второй мировой войны, ни во что не верящих, разочарованных всеобщим потребительством и ценностями «общества изобилия» и среднего класса, и выступавших за своеобразно понимаемые социальные свободы и за свободную любовь» [44]. «Битники провозглашали добровольную бедность, бродяжничество, эротическую свободу, анархический гедонизм, отрешенность от социальных проблем. Выражали нигилистический бунт против материального преуспевания, конформизма, стандартизации личности, ханжества и насилия» [19].
В 1952 году после упоминания термина «beat generation» в журнале New York Times понятие стало употребляться для уничижительного обозначения девиантной молодежи [64]: «Там, где нужно было заниматься спортом, битник пил и употреблял наркотики. Там, где социальным идеалом выступала крепкая семья, битник уходил в оголтелый промискуитет или чего доброго предавался богомерзкому содомскому греху, который среди деятелей бит-поколения миновал только избранных. Там же, где дядюшка Сэм пророчил тебе прочную карьерную лестницу, где национальным героем считалось что-то вроде новоявленного президента США Дональда Трампа, ты, будучи битником, угонял машину и рвал побираться в какие-то богом забытые южные штаты, пропахшие потом, пустыней и местной сивухой, без царя в голове и без синицы в небе» [43]. По словам самого Джека Керуака, несмотря на множество резонансных происшествий, в которые вовлекалось бит-сообщество, его представители не являются преступниками, повстанцами или бунтарями: их главной целью в жизни является получение удовольствия от жизни [50; 2].
В сущности же бит-идеологи настаивали на принципиально различной трактовке философии движения - «разбитым поколением» следовало называть молодых людей, отрицающих идею «американской мечты», протестующих против устоявшихся американских ценностей, заключавшихся в поиске высокооплачиваемой должности, «накопительстве» и культуре потребления. Следует отметить, что «король битников», Джек Керуак, вкладывал в название и религиозный смысл (Дж. Керуак получил католическое воспитание): битники по его мнению были «блаженными» людьми, находящимися в поиске бога и гармонии с самими собой [2].
Многие битники открыто заявляли о своей гомосексуальности [63, с. 32]: в связи с демонстративной экспликацией сексуальных интересов движением, в том числе и в литературных произведениях, государство не единожды предпринимало попытки купировать творческую активность «разбитых» с помощью Комстокстого акта (Comstock Law), призванного регулировать распространение «непристойной», «неугодной» информации [58, с. 51]. Фигурантом одного из наиболее резонансных судебных разбирательств на предмет эротического содержания в литературе следует считать Аллена Гинзберга: напечатанная в 1956 году партия книги «Вопль и другие стихотворения» была изъята полицией США, а Л. Ферлингетти, опубликовавшего сборник, представители власти заключили под стражу. В ходе слушания была доказана социальная значимость поэмы, что означало победу битников в борьбе за свободу слова [60]. Несмотря на то, что «разбитому поколению» все же удавалось отстаивать свои права на проведение поэтических вечеров и публикацию литературных произведений, борьба с цензурой и сексуальным консерватизмом оставалась приоритетом для субкультуры [58].
Помимо пропаганды сексуальной либерализации общества, битникам зачастую приписывали чрезмерную заинтересованность в употреблении запрещенных в США наркотических веществ: «Это была экосистема, тесно переплетенная с употреблением большого количества наркотиков, истоки которой уходили в джаз и авангард, и корни плотно вросли в традицию богемы» [26, с. 88]. По мнению У. Лоулора, культуру употребления каннабиса и прочих наркотиков битники позаимствовали у «черных музыкантов» и хипстеров, а эксперименты с разными видами опиатов осуществлялись с целью получения вдохновения и единения с собственным разумом [58]. И хотя отношение к подобному досугу у представителей «разбитого поколения» могло отличаться, роман «В дороге» был написан Керуаком в состоянии наркотического опьянения (о чем также свидетельствуют соответствующие сцены в книге). Несмотря на то, что многие активисты движения в результате долговременного злоупотребления получали множественные осложнения (сам Дж. Керуак был зависим от бензедрина и, как следствие, страдал от тромбофлебита), битники выступали за легализацию некоторых видов наркотиков, считая продажу легальных лекарств «лицемерием» [58].
Еще одним примечательным явлением в культуре бит-поколения является понятие «исповедальной литературы» («confessional literature» [58]): в своих поэмах такие писатели, как Джек Керуак («Под землей»), Аллен Гинзберг («Каддиш») и Диана ди Прима («Pieces of a Song»), рассуждали о личном опыте, делясь с самыми откровенными, порой интимными, переживаниями и фактами биографии. Такая тесная связь с читателем, по мнению литературоведов, способствовала не только более близкому знакомству с автором, но и духовному обогащению самого читателя [58]. Авторы-битники призывали вновь сделать искусство открытым и демократичным, проводя публичные чтения поэзии. Следует отметить, что многие произведения битников, включая роман «В дороге» являлись автобиографичными и аллюзивными.
Несмотря на то, что ценности бит-поколения на первый взгляд могут показаться совершенно антиамериканскими, данная субкультура хорошо вписывается в общую канву развития американского общества [43]. Культура битников изменила не только американцев, но также повлияла на философию европейского народа: «именно они начали духовную революцию в Америке, из которой впоследствии выросли многие молодежные, духовные, литературные, артистические и общественные движения» [25]. Эд Сандерс в статье «Наследие бит-поколения» подчеркивает значение вклада «разбитого» поколения в Западную культуру: на своем примере битники продемонстрировали важность стремления выделяться, преодолевать трудности. Более того, в борьбе за свободу слова и легализацию ЛГБТ-сообществ, представители данного социального пласта привили обществу либеральные ценности, способствовав развитию культа молодости и гедонизма [62]. Писатель А. Гинзберг замечает, что развитие искусства, снижение милитаризации и развитие дружественных отношений во всем мире также во многом являются заслугой Джека Керуака и его последователей [62].