58 Часть II. Каталог игр

Роли: Роль субъекта игры, с точки зрения которого она описы- вается, указывается вначале и печатается курсивом.

Динамика: Так же, как и в случае цели.

Примеры: (1). Под этим номером приводится иллюстративный пример игры, как она разыгрывается в детстве — наиболее отчёт- ливый прототип. (2). Пример из жизни взрослых.

Образец: Служит в качестве краткой иллюстрации критическо-

го действия или взаимодействия на общественном и на психологи- ческом уровне.

Ходы: Здесь указывается минимально встречающееся на прак-

тике число действий-стимулов и действий-ответов. В разных ситуа- циях эти действия могут быть сколь угодно расширены, разбавлены или приукрашены.

Преимущества: (1). Внутреннее психологическое. Здесь дела-

ется попытка описать, каким образом игра содействует поддержа- нию внутреннего психического равновесия. (2). Внешнее психоло- гическое. Здесь делается попытка описать, каких именно тревож- ных ситуаций или близостей избегают при помощи этой игры. (3). Внутреннее общественное. Здесь приводится характерное выра- жение, применяемое в игре, когда она разыгрывается между близ- кими. (4). Внешнее общественное. Здесь приводится ключевое вы- ражение, применяемое в аналогичной игре или развлечении, разыг- рываемых в менее интимной обстановке. (5). Биологическое. Здесь делается попытка охарактеризовать вид поглаживания, ко- торое игра доставляет участникам. (6). Экзистенциальное. Здесь указывается позиция, с которой игра разыгрывается в типичных случаях.

Родственные игры: Здесь приводятся названия дополнитель- ных, сходных или противоположных (антитетических) игр.

Точное понимание игры может быть достигнуто лишь в услови- ях психотерапии. Конечно, люди, играющие в деструктивные игры, гораздо чаще приходят к психотерапевту, нежели играющие в кон- структивные. Поэтому хорошо изученные игры, как правило, раз- рушительны в своей основе; читатель должен помнить, однако, что есть и конструктивные игры, разыгрываемые более счастливыми людьми. Чтобы предотвратить вульгаризацию понятия игры, как это уже произошло с целым рядом психиатрических терминов, сле- дует подчеркнуть, что это понятие очень точно определено: игры следует ясно отличать с помощью приведённых выше критериев от процедур, ритуалов, развлечений, операций, манёвров и уста- новок, возникающих из тех или иных позиций. Игра тоже разыг-

Введение 59

рывается с некоторой позиции, но позиция и соответствующая ей установка не являются игрой.

2. Просторечные обороты

Многие используемые нами просторечные обороты были подска- заны пациентами. Все они, если пользоваться ими в подходящее вре- мя и при подходящем настроении игроков, встречают у них понима- ние, должную оценку и доставляют им удовольствие. Если некото- рые из них кажутся неуважительными, ирония их направлена про- тив игр, а не против их участников. Главное требование, предъяв- ляемое к просторечным выражениям — меткость. Если некоторые из них звучат забавно, то именно потому, что они попадают в точку. Как я уже пытался разъяснить в другой работе, касающейся этих выражений, целая страница длинных учёных терминов может ока- заться менее содержательной, чем утверждение, что такая-то жен-

щина — сука или такой-то мужчина — болван¹ [1]. Разумеется, для

академических целей можно формулировать психологические исти- ны на научном языке, но для эффективного распознавания на прак- тике эмоциональных стремлений может понадобиться другой под- ход. Мы предпочитаем, таким образом, игру в “Ну не ужасно ли”, а не в “вербализацию проецированной анальной агрессии”. Первый из этих терминов более выразителен и динамически осмыслен, а в действительности и более точен. В светлых комнатах люди иногда чувствуют себя лучше, чем в сумрачных.

Во всех играх, связанных с выпивкой, вспомогательную роль иг- рает профессионал, содержатель бара или продавец. В игре “Алко- голик” он исполняет пятую роль: это Поставщик, прямой источник напитков, понимающий речь пьяного; в некотором смысле это важ- нейшее лицо в жизни пьяницы и наркомана. Разница между Постав- щиком и другими игроками та же, что между профессионалами и любителями в любой игре: профессионал знает, когда остановиться. В нужный момент умелый продавец отказывается обслуживать Ал- коголика, который остаётся тем самым без выпивки — если только ему не удаётся отыскать более снисходительного Поставщика.

В начальной стадии “Алкоголика” жена может играть все три поддерживающие роли: в полночь она Покровительница, раздеваю- щая мужа, варящая ему кофе, позволяющая ему прижаться к себе; наутро она Преследовательница, обличающая его дурное поведение; вечером — Избавительница, молящая его исправиться. На поздних стадиях, иногда вследствие ухудшения здоровья, Преследователь и Избавитель могут оказаться лишними; их терпят, если они готовы при этом служить источником снабжения. Теперь Уайт готов отпра- виться в благотворительную столовую и подвергнуться Избавлению за бесплатную кормёжку, или вынести головомойку — любитель- скую или профессиональную, — если за ней следует подачка.

Как видно из имеющихся данных, вознаграждение в игре “Ал- коголик” (как это характерно для игр вообще) происходит от её ас- пекта, менее всего привлекающего внимание большинства исследо- вателей. Анализ игры показывает, что сама выпивка является лишь попутным удовольствием, доставляющим дополнительные преиму- щества; это процедура, ведущая к подлинной кульминации игры, которой является похмелье. Дело обстоит так же, как в игре “Шле- миль”: все безобразия, привлекающие больше всего внимания, для Уайта лишь приятный путь к развязке — получению прощения от Блэка.

Для Алкоголика похмелье — не столько физическое страдание, сколько психологическая мука: Любимые развлечения пьяниц — это “Мартини” (сколько напитков и как их смешивали) и “А наутро” (дай-ка я расскажу тебе о моем похмелье). “Мартини” разыгрывают преимущественно пьющие в компании; многие алкоголики предпо- читают жёсткую психологическую встряску “А наутро”, и организа-

ции алкоголиков вроде АА¹ доставляют им для этого неограничен-

ные возможности.

Посетив психиатра после очередного цикла, пациент охотно осы- пает себя обидными кличками; психиатр молчит. Позже, вспоминая об этом в терапевтической группе, Уайт будет утверждать, что эти- ми кличками обозвал его психиатр. В терапевтической ситуации главный интерес разговора состоит для многих алкоголиков не в самом пьянстве — упоминаемом, по-видимому, больше из почтения к преследователям — а в последующих страданиях. В смысле вза- имодействий цель состоит, кроме собственного удовольствия, в со- здании ситуации, в которой Ребёнок получает суровый нагоняй не только от внутреннего Родителя, но и от какой-нибудь родительской личности из его окружения, достаточно заинтересованной, чтобы исполнить такую роль. Поэтому терапия этой игры должна быть сосредоточена не на выпивке, а на “следующем утре” — на само- оправдании посредством самобичевания. Впрочем, встречается тип запойных пьяниц, у которых не бывает похмелья, и которые не от- носятся к рассматриваемой категории.

Существует также игра “Сухой алкоголик”, в которой Уайт про- ходит путь финансового или социального падения без бутылки, но с той же последовательностью ходов и с той же потребностью самоби- чевания. В этом случае кульминацией опять-таки является “следу- ющее утро”. Именно это сходство между обычным “Алкоголиком” и “Сухим алкоголиком” подчёркивает, что то и другое — игры; в обоих случаях сходна и процедура, приводящая к увольнению с работы. Игра “Наркоман” подобна “Алкоголику”, но мрачнее, драматичнее, развивается сенсационнее и быстрее. Эта игра, во всяком случае в нашем обществе, больше нуждается в наличии Преследователя; Покровители и Избавители немногочисленны и редки, а Поставщик играет гораздо более важную роль.

В игре “Алкоголик” принимает участие ряд различных органи- заций — местных, национальных, и даже международных. Многие

¹“Анонимные Алкоголики” — организация бывших алкоголиков, ставящая целью избавить других от этого порока. — Примеч. пер.

из них публикуют правила игры. Почти все они объясняют, как иг- рать роль Алкоголика: выпивать перед завтраком, тратить деньги, предназначенные для других целей, и т. п. Они разъясняют также функции Избавителя. Например, Анонимные Алкоголики продол- жают играть в ту же игру, побуждая, однако, Алкоголика принять на себя роль Избавителя. Для этой роли предпочтительнее бывшие Алкоголики, ибо они лучше знакомы с игрой и имеют более высо- кую квалификацию для исполнения поддерживающих ролей, чем те, кто в неё прежде не играл. Известны случаи, когда члены неко- торой секции АА не находили алкоголиков, с которыми можно было бы работать, и, не имея возможности продолжать игру в роли Из- бавителя, вновь начинали пить [1].

Имеются организации, стремящиеся улучшить судьбу других иг- роков. Некоторые из них оказывают давление на супруг алкоголи- ков, побуждая их сменить роль Преследователя на Избавителя. Од- на организация, стоящая, по-видимому, ближе всего к теоретическо- му идеалу лечения, работает с подростками — детьми алкоголиков, поощряя их вообще порвать с игрой, вместо того чтобы только ме- нять роли.

Психологическое лечение алкоголика состоит также в том, что- бы заставить его совсем бросить игру, а не просто сменить одну роль на другую. Иногда этого удаётся добиться, хотя и нелегко подыс- кать Алкоголику другое занятие, столь же интересное для него, как продолжение игры. Поскольку классическим признаком алкоголи- ка является страх перед близостью, заменой будет скорее другая игра, а не свободные от игр отношения. Так называемые излечен- ные алкоголики часто представляют собой в общественном смысле малоинтересных партнёров; их жизнь, по-видимому, лишена силь- ных впечатлений, что постоянно сбивает их на прежнюю дорогу. Критерий действительного “излечения от игры” состоит в том, что- бы бывший Алкоголик мог выпить в компании, не подвергая себя риску. Обычное лечение “полным воздержанием” рассматривается специалистами по анализу игр как неудовлетворительное.

Как видно из описания игры, для Избавителя существует силь- ный соблазн играть в “Я только стараюсь вам помочь”; для Пре- следователя — в “Вот что ты со мной сделал”; для Покровителя

• в “Славного парня”. В результате распространения избавитель- ных организаций, популяризирующих идею о том, что алкоголизм

• болезнь, алкоголиков научили играть в “Деревянную ногу”. За- кон, весьма заинтересованный в такой публике, в настоящее время склоняется в пользу этой игры. Главная роль теперь отводится не

Преследователю, а Избавителю; позиция “Я — грешник” сменяется позицией “Чего вы хотите от больного человека?” (что составляет часть общей тенденции современного мышления, удаляющегося от религии в сторону науки). С экзистенциальной точки зрения такая смена позиций представляется спорной; с практической же стороны она вряд ли привела к уменьшению продажи напитков пьяницам. И всё же для большинства людей Анонимные Алкоголики остаются наилучшим введением в лечение сверхснисходительностью.

Антитезис. Как известно, в “Алкоголика” играют упорно, и от этой игры трудно отказаться. В одном случае женщина-алкоголик, помещённая в терапевтическую группу, принимала в ней очень не- большое участие до тех пор, пока, как ей показалось, она не узнала достаточно о других членах группы, чтобы завести свою игру. То- гда она попросила их сказать ей, что они о ней думают. Поскольку она вела себя достаточно приятно, ряд членов группы высказался о ней одобрительно; но она возразила: “Мне нужно другое. Я хо- чу знать, что вы на самом деле думаете”. Она дала понять, что ей нужны уничижительные отзывы. Другие женщины, однако, отказа- лись её преследовать. Тогда она пошла домой и сказала мужу, что если она ещё раз напьётся, он должен либо развестись с ней, либо положить её в больницу. Он обещал ей это; в тот же вечер она напи- лась до бесчувствия, и муж отправил её в санаторий. В этом случае другие члены группы отказались играть преследовательские роли, которые им предназначила миссис Уайт; она оказалась неспособной выдержать этот антитезис, вопреки общему желанию укрепить уже достигнутое ею понимание процесса. Дома же она нашла человека, согласного исполнить нужную ей роль.

Однако в других случаях удаётся подготовить пациента настоль- ко, что он может расстаться с игрой, а затем добиваться настояще- го общественного излечения, причём терапевт отказывается играть как Преследователя, так и Избавителя. Столь же не терапевтично с его стороны играть роль Покровителя, позволяя пациенту прене- брегать его расписанием и финансовыми обязательствами. С точки зрения теории взаимодействий правильная терапевтическая проце- дура состоит в том, что врач после тщательной подготовительной работы занимает договорную позицию Взрослого и отказывается иг- рать какую-либо из ролей; он рассчитывает при этом, что пациент окажется способным выдержать отказ не только от выпивки, но и от разыгрывания своей игры. Если он не может, лучше отослать его к какому-нибудь Избавителю.

Антитезис особенно труден по той причине, что пьяница в боль-

шинстве стран Запада высоко ценится как объект осуждения, за- боты или великодушия, и всякий, отказывающийся играть одну из этих ролей, рискует навлечь на себя негодование общества. Рацио- нальный подход может встревожить Избавителей даже больше, чем Алкоголика, что подчас приводит к печальным последствиям для лечения. Одна группа исследователей, работавшая в клинических условиях, серьёзно заинтересовалась игрой “Алкоголик” и пыталась добиться действительного излечения путём прекращения игры, а не простым “избавлением” пациентов. Когда это было замечено, коми- тет попечителей, финансировавший клинику, поспешил отделаться от этих людей, и никто из них не привлекался впоследствии к лече- нию таких пациентов.

Родственные игры. Интересная игра, сопутствующая “Алко- голику”, называется “По одной”. Она была открыта одним внима- тельным исследователем, занимавшимся промышленной психологи- ей. Уайт и его жена (непьющая Преследовательница) отправляются на пикник с Блэком и его женой (оба Покровители). Уайт гово- рит Блэкам: “Выпьем по одной!” Если они согласны, это даёт воз- можность Уайту выпить четыре или пять. Если Блэки отказыва- ются, игра разоблачается. По правилам выпивки Уайт в этом слу- чае вправе оскорбиться, и он найдёт для следующего пикника более подходящих компаньонов. То, что на общественном уровне кажет- ся щедростью Взрослого, на психологическом уровне оказывается актом наглости, с помощью которого Ребёнок Уайта получает от Блэка Родительское разрешение путём открытого подкупа, прямо под носом у миссис Уайт, лишённой возможности протестовать. В действительности миссис Уайт соглашается на всё это мероприятие именно потому, что она будет “бессильна” протестовать. На самом деле она так же заинтересована в продолжении игры в своей роли Преследовательницы, как мистер Уайт — в своей роли Алкоголика. Нетрудно представить себе её обвинения в адрес мужа на следую- щее утро после пикника. Этот вариант может вызвать осложнения, если Уайт — начальник Блэка.

Вообще говоря, “Покровители” не так уж плохо “зарабатывают” в игре. Часто они — одинокие люди, извлекающие немалую выгоду из своей доброты к Алкоголикам. Торговец, разыгрывающий “Слав- ного парня”, приобретает таким образом много знакомых; он может заслужить хорошую репутацию в своём социальном окружении не только как великодушный человек, но и как хороший рассказчик.

Между прочим, один из вариантов “Славного парня” состоит в том, что игрок ищет повсюду совета, как лучше помогать людям.

Это пример милой и конструктивной игры, заслуживающей поощ- рения. Противоположную игру представляет собой “Блатной”, беру- щий уроки насилия или спрашивающий, как лучше вредить людям. Хотя уроки никогда не применяются на практике, игрок извлекает преимущество, ассоциируя себя с настоящими блатными, играющи- ми до конца, и может сиять в их отражённой славе. Это разновид-

ность того, что французы называют un fanfaron de vice¹.