Но если она действительно разыгрывает игру “Загнанная жен- щина”, ей будет очень трудно соблюдать эти правила. Дело в том, что в таком случае муж её был тщательно выбран; это человек в других отношениях разумный, а жену он критикует, когда она, по его мнению, уступает в хозяйственных делах его матери. В дей- ствительности она вышла замуж за его образ матери, воплощён- ный в его Родителе и подобный её собственному образу её мате- ри или бабушки. Найдя себе подходящего партнёра, её Ребёнок мо- жет теперь принять роль беспокойства, необходимую для поддержа- ния её психического равновесия; отказаться от этой роли ей нелег- ко. Чем больше деловая занятость мужа, тем легче для них обоих подыскать Взрослые основания для сохранения нездоровых сторон их брака.
Когда ситуация становится невыносимой, часто вследствие офи- циального представления школы по поводу их незадачливого от- прыска, зовут на помощь психиатра, чтобы превратить всё это в игру с тремя участниками. В одних случаях муж требует, чтобы тот капитально отремонтировал жену, в других — жена ищет в нём союзника против мужа. Дальнейшее развитие событий зави- сит от опыта и бдительности психиатра. Первая фаза, облегчение депрессии жены, обычно проходит благополучно. Решающей явля- ется вторая фаза, в которой она должна, оставив “Загнанную жен- щину”, переключиться на игру в “Психиатрию”. Эта фаза обычно вызывает растущее сопротивление обоих супругов, иногда скры- ваемое, а затем проявляющееся в виде внезапного взрыва, кото- рый, впрочем, можно предвидеть. Если удаётся справиться с этой стадией, можно приступить к действительному применению анализа игр.
Надо сказать, что подлинным виновником является Родитель жены — её мать или бабушка; муж, в некотором смысле, всего лишь подставная фигура, избранная для исполнения роли этого Родителя. Терапевту приходится бороться не только с этим Роди- телем и с мужем, далеко втянувшимся в роль, но и с обществен- ным окружением, одобряющим угодливость жены. Через неделю после статьи о множестве ролей, исполняемых хозяйкой, в воскрес- ной газете появляется тест из десяти вопросов “Как у меня полу- чается?” для проверки, хорошая ли она хозяйка (жена, мать, эко- номка, счетовод и т. п.). Для домохозяйки, играющей в “Загнанную женщину”, это всё равно что листок с правилами, прилагаемый к детским играм. Такая статья может ускорить развитие “Загнан- ной женщины”, которое, если его не прервать, может окончиться
игрой в “Больницу” (“Самое главное, я не хочу в больницу”).
Одна из практических трудностей, связанных с такими пара- ми, состоит в том, что муж уклоняется от личного участия в лече- нии (за исключением игры в “Посмотри, как я стараюсь”), потому что он обычно обеспокоен гораздо сильнее, чем признаёт. Вместо этого он может направлять психиатру косвенные послания посред- ством вспышек раздражения, которые жена, как он знает, переска- жет врачу. И тогда “Загнанная женщина” легко перерастает в иг- ру третьей степени на жизнь или смерть (или развод). При этом едва ли не один психиатр на стороне жизни; помогает ему лишь загнанный Взрослый пациентки, сцепившийся в, быть может, смер- тельной схватке со всеми тремя аспектами мужа, на стороне ко- торых ее внутренние Родитель и Ребёнок. Эта драматическая бит- ва, с шансами на успех два против пяти, — трудное испытание ис- кусства самого опытного и свободного от игр психиатра. Если он спасует, он может избрать лёгкий путь, возложив свою пациент- ку на алтарь бракоразводного процесса; это всё равно что сказать: “Я сдаюсь — подерись с ним”.
Всё из-за тебя
Тезис. Подробный анализ этой игры был уже приведён в главе 5. Исторически она была обнаружена второй, после “А почему бы вам не. . . Да, но. . . ”, которая до того рассматривалась просто как ин- тересное явление. Когда была вдобавок открыта ВИТ, стало ясно, что существует целая категория общественных явлений, основан- ных на скрытых взаимодействиях. Это привело к более активному поиску таких видов поведения; в результате возник приводимый в этой главе “каталог игр”.
Краткое описание игры: женщина выходит замуж за доминиру- ющего мужчину для того, чтобы он ограничивал её деятельность и тем самым предохранял её от пугающих ситуаций. Если бы это бы- ла просто операция, то она могла бы выразить ему благодарность, получив от него такую услугу. Однако в игре ВИТ её реакция пря- мо противоположна: она извлекает преимущества из ситуации, жа- луясь на запреты, и причиняет этим супругу неприятности, что и доставляет ей всевозможные преимущества от игры. Внутреннее об- щественное преимущество ВИТ выражается названием игры. Внеш- ним общественным преимуществом служит производное от этой иг- ры развлечение “Всё из-за него”, разыгрываемое женой вместе с сим- патизирующими ей подругами.
Тезис. В своей обычной клинической форме это игра с тре- мя участниками, разыгрываемая супружеской парой и психиатром. Муж, несмотря на громкие протесты с его стороны, как прави- ло, добивается развода, в то время как жена более искренне стре- мится к продолжению брака. Он неохотно является к терапевту и говорит ровно столько, сколько нужно, чтобы продемонстриро- вать жене свою волю к сотрудничеству; обычно он разыгрывает лёгкую форму “Психиатрии” или “Судебной камеры”. С течением времени он начинает проявлять по отношению к терапевту либо всё более досадливое мнимое одобрение, либо воинственное несо- гласие. Дома он сначала выказывает больше “понимания” и сдер- жанности, но потом начинает вести себя хуже, чем когда-либо. По- сле одного, пяти или десяти визитов, в зависимости от искусства терапевта, он отказывается являться дальше и вместо этого от- правляется на охоту или рыбную ловлю. Это вынуждает жену на- чать дело о разводе. Он находится в выгодной позиции, с которой может заявить любому адвокату, судье, другу или родственнику: “Посмотри, как я старался!”
Антитезис. Супругов принимают вместе. Если один из них — скажем, муж — явно играет в эту игру, приступают к индивидуаль- ному лечению второго, игрока же отсылают прочь, на том справед- ливом основании, что он меньше готов к лечению. Конечно, он и в этом случае может получить развод, но ему придётся расстаться со своей позицией, будто он в самом деле старается. Жена, если на- до, может начать бракоразводное дело, причём её позиция заметно улучшается, так как она действительно старалась. Предпочтитель- нее всего такой исход: муж, игра которого сорвана, погрузится в состояние отчаяния и обратится за лечением в другое место, с доб- росовестной мотивировкой.
В повседневной форме эту игру легко наблюдать у детей; в ней два участника — Ребёнок и один из родителей. Игра разыгрывается с одной из двух позиций: “Я беспомощен” или “Я безупречен”. Ребё- нок пытается что-то сделать, но запутывается или терпит неудачу. Если он — Беспомощный, родителю приходится сделать это за него. Если же он — Безупречный, у родителя нет разумных оснований его наказать. В этом и обнаруживается смысл игры. Родители должны уяснить себе две вещи: кто из них научил Ребёнка игре, и что они делают для продолжения игры.
Интересным, хотя иногда и мрачным вариантом является игра
“Посмотри, чего мне это стоило”; обычно это более упорная игра вто- рой или третьей степени. Её можно продемонстрировать на примере тяжело работающего человека с язвой желудка. Многие люди с про- грессирующей болезнью делают всё возможное, чтобы справиться с положением, законным образом заручаясь при этом поддержкой своего семейства. Однако те же условия могут эксплуатироваться в скрытых целях.
Первая степень: человек объявляет своей жене и знакомым, что у него язва. Одновременно он сообщает им, что продолжает работать. Это вызывает восхищение. Можно допустить, что человеку в болез- ненном и неприятном состоянии простительна некоторая похвальба, в какой-то мере вознаграждающая его страдания. Ему надо отдать должное за то, что он не разыгрывает вместо этого “Деревянную но- гу”, а продолжение трудовой деятельности заслуживает некоторого поощрения. В таком случае вежливый ответ на игру “Посмотри, как я стараюсь” гласит: “Да, мы все восхищаемся вашей выдержкой и добросовестностью”.
Вторая степень: Человеку сказали, что у него язва, но он дер- жит это в секрете от жены и знакомых. Он продолжает трудиться, не давая себе послаблений, пока однажды не сваливается на работе. Когда об этом сообщают жене, она тут же воспринимает поучение: “Посмотри, как я старался”. Он рассчитывает после этого, что она оценит его как никогда прежде, и раскается во всем дурном, что она говорила и делала в прошлом. Короче, теперь она должна полю- бить его, после неудачи всех предыдущих домогательств. К несча- стью для супруга, проявления её нежности и заботы объясняются скорее чувством вины, чем любовью. В глубине души она, вероят- нее всего, обижена, потому что он использует против неё нечестное средство, а также нечестно приобрёл над ней преимущество, скрыв свою болезнь. Короче говоря, браслет с алмазом — куда более чест- ное орудие ухаживания, чем дырявый желудок. Драгоценность она могла бы при желании швырнуть ему в лицо, но не так-то просто уклониться перед видом язвы. Внезапное столкновение с тяжелой болезнью вряд ли завоюет ее сердце; более вероятно, что она почув- ствует себя в ловушке.
Игру часто удаётся обнаружить сразу же после того, как паци- ент впервые услышал о своей, возможно, усиливающейся болезни. Если он будет играть в неё, то весь план, по-видимому, возникает у него как раз в этот момент и может быть устранён тщательным пси- хиатрическим анализом ситуации. Устранению здесь подлежит тай- ное злорадство Ребёнка, который обзавёлся такого рода оружием;
маскируется же это злорадство заботой Взрослого о практических вопросах, возникающих в связи с заболеванием.
Третья степень: Ещё более мрачно и злобно внезапное, ничем не предвещаемое самоубийство на почве серьёзной болезни. Язва при- водит к раку, и вот однажды не подозревавшая ни о чем серьёзном жена заходит в ванную и находит там мёртвого мужа. Записка гово- рит достаточно ясно: “Посмотри, как я старался”. Если что-нибудь подобное случается с одной и той же женщиной дважды, ей пора подумать, какую игру разыгрывает она.
Тезис: Я не позволю помыкать мною.
Цель: Самоутверждение.
Роли: Подвижник, Преследователь, Начальство.
Динамика: Анальная пассивность.
Примеры: (1). Одевание Ребёнка. (2). Супруг, добивающийся развода.
Общественный образец: Взрослый — Взрослый. Взрослый: “Пора одеваться (идти к психиатру)”.
Взрослый: “Хорошо, я попробую это сделать”.
Психологический образец: Родитель — Ребёнок.
Родитель: “Сейчас я заставлю тебя одеться (пойти к психиат- ру)”.
Ребёнок: “Вот видишь, ничего не вышло”.
Ходы: (1). Предложение — сопротивление. (2). Давление — по- корность. (3). Одобрение — неудача.
Преимущества: (1). Внутреннее психологическое — свобода от вины за агрессию. (2). Внешнее психологическое — избежание до- машних обязанностей. (3). Внутреннее общественное — посмотри, как я старался. (4). Внешнее общественное — то же. (5). Биологиче- ское — обмен воинственными выпадами. (6). Экзистенциальное — я беспомощен (безупречен).
Тезис. Эту игру можно увидеть в полном развитии на ран- них стадиях лечения в супружеских терапевтических группах, ко- гда участники настроены оборонительно; встречается она и в об- щественных условиях. Уайт делает тонкое обидное замечание по поводу миссис Уайт, замаскированное под видом анекдота, и окан- чивает его словами: “Не правда ли, моё солнышко?” Миссис Уайт соглашается, по двум на первый взгляд Взрослым причинам: а) по-
тому что анекдот, в главной своей части, передан верно, и было бы чрезмерным педантизмом оспаривать второстепенную подроб- ность (ради которой в действительности и было предпринято это действие); б) потому что было бы грубо возражать человеку, назы- вающему её при людях “моё солнышко”. Психологической причиной её согласия является, однако, её депрессивная позиция. Она вышла за него замуж именно потому, что знала, что он будет оказывать ей эту услугу: выставлять на вид её недостатки, избавляя её тем са- мым от замешательства, с которым она выставляла бы их сама. Её родители доставляли ей то же удобство, когда она была девочкой.
Наряду с “Судебной камерой”, это самая распространённая иг- ра в супружеских группах. Чем напряжённее ситуация и чем бли- же игра к разоблачению, тем горше звучит слово “солнышко”, по- ка, наконец, затаённая обида не выходит на поверхность. При вни- мательном рассмотрении обнаруживается, что эта игра родственна “Шлемилю”; в самом деле, решающим ходом является подразуме- ваемое прощение выходки мистера Уайта его женой, изо всех сил старающейся этой выходки не заметить. Поэтому анти-“Солнышко” разыгрывается аналогично анти-“Шлемилю”: “Ты можешь расска- зывать обо мне обидные анекдоты, но не называй меня, пожалуйста
«солнышком»”. Такой антитезис связан с теми же опасностями, что и анти-“Шлемиль”; более утонченный и менее опасный антитезис — ответить: “Да, мой милый!”
Другая форма состоит в том, что жена, вместо согласия, отве- чает аналогичным анекдотом типа “Моё солнышко”, касающимся её мужа; этим она в действительности говорит: “И у тебя тоже рыльце в пушку, мой дорогой”.
Иногда ласкательные выражения явно не произносятся, но вни- мательный слушатель заметит, что они подразумеваются. Это мол- чаливый тип “Моего солнышка”.