Материал: Длугач Т.Б. - Три портрета эпохи Просвещения. Монтескье. Вольтер. Руссо (Научное издание)-2006

но — потому что может привести — и приводит! — к убийствам этих «чужаков». Позор для России, что представителей некоторых других наций в ней определяют как «лица кавказской национальности» — этаким собирательным названием, указывающим лишь на цвет кожи, волос и глаз. Ну чем не расизм? Не говоря, далее, о том, что космополитизм — т.е. чувство гражданина мира (я горжусь тем, что я — Землянин!), когда я горд творениями Моцарта и Гете, Россини и Шекспира, Ионеску и Брейгеля, С.Дали и Гомера, — ничуть не менее значителен, чем патриотизм; не говоря об этом, мы заходим в тупик при мысли о «единстве крови». Какая единая кровь у русских, которые 300 лет находились «под татарами», которые призвали княжить варягов, которые, будучи в тесных связях то с Германией, то с Францией, имели своими императрицами чужеземок? И как понимать единство культуры по крови, если ее создавали наполовину арап Пушкин, евреи Мандельштам и Пастернак, татарка Ахмадуллина и др.? Эти вопросы, как и другие националисты, А.Ципко ставить боится. Все надежды Ципко — на новое Государство, при котором прекратится упадок деревни (пожалуй, трудно будет ее возродить — крестьян уж не осталось, тем более тех, кто может передать традиции), укрепятся порядок, патриотизм и православная вера. — Все же очень сомнительно, чтобы большинство населения повернуло назад к патриархальному и самодержавному прошлому, слишком сильны перемены; нет не только патриархальных крестьян, но даже и прежних рабочих. Нельзя дважды войти в одну и ту же реку, и проекты А.Ципко, пожалуй, утопичны. Более реалистическую картину того, что произошло со страной, и более реалистичные прогнозы дают политологи Ю.А.Красин (руководитель Центра социально-политических исследований Института социологии РАН) и И.К.Пантин (главный научный сотрудник Института философии РАН). Оба они, как и некоторые другие, отмечают глубокую кризисную ситуацию в России в связи с крушением коммунистических идеалов и прежнего политического строя, когда со-

22

хранялось единство народа как советского народа, единство государственного строя и типа хозяйствования — социалистического. Крушение старого мира не обусловило пока появления никакой твердой новой основы, так что общество «шарахается» из стороны в сторону — от полного отрицания своего прошлого до ностальгического желания вернуться обратно.

По мнению Ю.А.Красина, для сегодняшней России существует несколько дилемм, связанных с возможностями дальнейшего развития. Одна выражена в антиномии демократии и авторитаризма. Пик смещения в сторону демократии, по его мнению, приходится на 80-е годы; всеобщие выборы, разделение властей, многопартийность, свобода прессы, гласность и т.п. придают как будто обществу демократический характер. С другой стороны, как считает автор, эти атрибуты демократии во многом декоративны, «поскольку Конституция РФ, принятая в 1993 г., закрепила общественный порядок, тяготеющий к самовластию»38 . Первоначально, в 90-х годах, достаточно сильны были демократические установки, но затем маятник качнулся в направлении авторитаризма, т.к. резкий слом государственных институтов не сопровождался возникновением новых структур: обрушились институты социальной защиты, и обнищавшие и утратившие всякие ориентиры люди начали связывать свои надежды с появлением «сильной руки». Ю.Красин не боится наметить из нескольких возможных перспектив развития России такую, как «восстановление модернизированной версии советской системы»39 . Это маловероятно, но все же не исключено в связи с тяжелым материальным и социальнокультурным положением большинства населения.

Другой сценарий — «установление умеренно-авторитар- ной власти», применяющей при необходимости жесткие меры для обеспечения целостности страны, мобилизации

38Красин Ю.А. Политическое самоопределение России: проблема выбора // Полис. 2003. № 1. С. 125.

39Там же. С. 128.

23

всех ее ресурсов, преодоления системного кризиса. Эти два варианта вероятнее, чем два других — сохранение нынешней системы самовластия или становление сильной демократии как альтернативы авторитаризму.

Ю.Красин обращает также внимание на сращение в политике двух компонентов — государственности и авторитаризма. «Разделить эти две составляющие чрезвычайно трудно. Во всяком случае, в действиях Президента грань между ними ясно не просматривается. Пока в авторитарно-демократической связке нет наиболее сильного звена, так что процесс стабилизации может затянуться на долгие годы. Подтолкнуть общество к выбору могли бы силы гражданского общества, если бы оно появилось. Но и здесь существует альтернатива между ним и системой корпоративистских отношений. В нынешней России корпоративистские отношения развиваются практически беспрепятственно, отмечает Ю.Красин. Коррупция создала условия для появления олигархов. В России налицо явный приоритет групповых и клановых интересов над гражданскими и национальными, вследствие чего формирование гражданского общества затруднено.

Автор останавливается и на многих других трудностях, но в итоге все же высказывает надежду на то, что развитие России пойдет в сторону демократии.

И в своей книге «Россия и мир: историческое самоузнавание» (М., 2000), и в различных статьях И.Пантин подробно и достаточно основательно разбирает как варианты дальнейшего движения страны, так и многие трудности, возникающие на этом пути.

Подобно другим авторам, он говорит о кризисной ситуации: произошла полная ломка всех прежних форм труда и быта, страна оказалась вброшена в новые условия существования, не имея ни навыков рыночных отношений, ни механизмов регулирования товарного производства, ни инструментов защиты населения. Несправедливое распределение богатств, коррупция, нищета широких слоев населения, утрата прежних ценностей и т.п. — все это затрудняет пробле-

24

му выбора россиян — куда же двигаться? В условиях продолжающегося обнищания раскол общества на очень бедных и очень богатых, протест против социальной несправедливости может обернуться (и оборачивается) шовинизмом, национализмом и даже фашизмом. Приватизация экономическая принесла народу нищету, но приватизация власти «по сути дела стерла границу между легальным и криминальным бизнесом, создала почву для бесконтрольного распоряжения государственным имуществом при отсутствии четко артикулированных прав собственности»40 . В связи с этим достаточно убедительны приводимые автором слова политолога А.Фурсова, характеризующие собственность в России: «То, что у нас называют собственностью или даже капиталом, часто не есть ни то, ни другое, но всего лишь продукт распада, экономическая часть распавшегося присвоения, которая не обрела еще собственной социальности, а по сути — и реальной правовой собственности и, следовательно, не есть самостоятельное или тем более систематизирующее явление»41 .

В качестве причин неудач демократических преобразований в России И.Пантин выделяет следующие: Россия приступила к ним в отсутствии реального общественного субъекта преобразований; им не предшествовала, как, например, во Франции, революция в умах и идеях; налицо была гибельная психологическая и социально-политическая незрелость народа. Не было также ни одной политической партии, интересы которой совпадали бы с народными, национальными интересами. Поэтому инициативу преобразований захватила государственная власть, вначале ее либеральные звенья, перешедшая позже к консервативным. Но сохраняется приоритет государства по отношению к обществу с его традиционным всевластием чиновничества.

40Пантин И.К. Демократия в России: противоречия и проблемы // Полис. 2003. № 1. С. 145.

41Фурсов А. Колокола истории. М., 1996. Ч. II. С. 206.

25

По мнению И.Пантина, Россия уже сделала свой выбор — выбор в пользу демократии, хотя этот выбор нельзя считать одномоментным — он может растянуться на годы с отклонениями в ту или иную сторону: «Процесс превращения старой политической системы в новую демократическую, как правило, асинхронен: демократический выбор раньше всего проявляется в создании системы представительных институтов, появлении партий; затем — в идеологической сфере, где остается место разнонаправленным тенденциям; и лишь потом намечается восстановление внутренней свободы, осознание прав человека, человеческого достоинства»42 .

И, далее, И.Пантин пытается осветить некоторые важные особенности российской демократии. Он соглашается с определением российской демократии Б.Г.Капустиным как, во-первых, особой, так называемой «шумпетерианской демократии» — верхушечной, когда «демократический процесс есть не власть народа, а власть политиков, но политиков, избираемых на условиях «свободной конкуренции»43 . Это — форма причастности людей как граждан к осуществлению политической власти, но косвенно — через политиков. Главное, отмечает Пантин, что такая демократия органично вписалась в традиционно-российский способ правления «с присущим ему безусловным приоритетом интересов государства по отношению к интересам личности и общества»44 .

К несчастью российского народа, это государство, «управленческий аппарат которого выведен за рамки экономической и политической ответственности перед гражданами, обладающее монопольным правом интерпретировать (с помощью подзаконных актов) принятые Думой законы. Это государство, чьи политические элиты, выборные или невы-

42Пантин И.К. В чем же заключается выбор россиян? // Полис. 2003. № 6. С. 157.

43Капустин Б.Г. Грядущие выборы и правила шумпетерианской демократии // Идеология и политика в посткоммунистической России. М., 2000. С. 290.

44Пантин И.К. В чем же заключается выбор россиян? С. 158.

26