Материал: Длугач Т.Б. - Три портрета эпохи Просвещения. Монтескье. Вольтер. Руссо (Научное издание)-2006

Бельгии они наезжают в Мадрид, в Сирé, в Париж. В 1740 г. кардинал Флери посылает Вольтера в составе дипломатической миссии в Пруссию для переговоров с Фридрихом II, т.к. после смерти императора Священной Римской империи Карла VI надо было в спешном порядке укреплять границы Франции. Дипломатическая миссия не слишком удалась — хорошие личные отношения с королем не помогли Вольтеру политически повлиять на него. Затем Вольтер с Эмилией опять в Брюсселе, Лилле, Париже. Здесь Вольтер и маркиза пробудут несколько лет, т.к. Эмилия захочет присутствовать на свадьбе принцессы. Вольтера к 1745 г. ждет официальное признание, хотя много славы и даже личного удовлетворения оно не приносит: благодаря поддержке фаворитки короля мадам д’Этиоль, будущей мадам Помпадур, Вольтер получает должность королевского камергера и звание историографа Франции. Для этого ему пришлось написать либретто к опере «Принцесса Наваррская», музыку к ней пишет известный французский композитор Рамо, а либретто — Вольтер вместе с неизвестным тогда еще почти никому Ж.-Ж. Руссо. К этому эпизоду относится первая обида Руссо: в программе празднеств в числе авторов оперы назван только Вольтер. Он сам очень невысокого оценил свою поэму, но жаждал признания. В 1746 г. Вольтер, наконец, становится членом французской Академии наук, одним из «бессмертных»; этого звания он добивался давно. Пребывание при дворе отвлекает Вольтера от занятий, ему хочется вернуться к привычному распорядку дня Сирé. Вскоре опасность новой опалы заставляет Вольтера и Эмилию покинуть двор Людовика XV: маркиза очень любила карточные игры, а за ломберными столиками члены королевской семьи нередко жульничают. Вольтер по-английски сказал подруге, что она играет с мошенниками, совсем забыв, что это не слуги, не понимающие английского языка. Перехватив негодующий взгляд картежников, Эмилия поняла, что надо поскорее уносить ноги. Она велит срочно закладывать

67

карету, и любовники спасаются бегством в имение друга — герцогини дю Мен, где почти два месяца Вольтер проводит взаперти, страшась монаршего гнева. Наконец, Вольтер опять в Сирé, где проведет еще несколько счастливых лет, занимаясь теперь преимущественно историей, историческими романами, а также разработкой своей концепции просвещенного абсолютизма.

§ 4. Просвещенный государь — благоденствующее общество

Тема просвещенного государственного правления начинает привлекать внимание Вольтера в английский период. В Англии он увидел, что власть государя может быть ограничена парламентом, который препятствует королю совершать неблаговидные поступки, но не мешает делать добрые дела. Но, пожалуй, Вольтер уже склоняется в пользу правления одного просвещенного монарха, без всякого парламента, потому что во Франции не было английского парламентского опыта, кроме того, парламент (в отличие от Генеральных штатов, которые не собирались уже около 100 лет) включал представителей только первых двух сословий — дворянства и духовенства. Недоверие Вольтера к парламенту объяснялось также конкретными французскими обстоятельствами — ведь именно по решению парижского парламента были сожжены «Философские письма», именно по его решению горят сочинения Ламетри, впоследствии Дидро, Гельвеция, горит знаменитая Энциклопедия. Все средневековые инквизиционные суды творились во Франции парламентами, но и в XVIII веке, в течение жизни Вольтера, процессы против инакомыслящих вели парламенты Тулузы, Аббевилля, Кастра. Борьба Вольтера с парламентскими приговорами была одновременно борьбой и против церкви, и против парламента. Все его надежды поэтому — на просвещенного монарха. В историю политических учений

68

точка зрения Вольтера вошла как концепция «просвещенного абсолютизма». В общем и целом социальная теория Вольтера основывается на теориях общественного договора, пришедших из XVII века. Но все функции государства исполняет его глава — просвещенный монарх. Личные отношения Вольтера с царственными особами вписываются в контекст его теории. Он хочет находиться в дружеских отношениях с Фридрихом II и Екатериной II не потому, что ему это принесет какую-то выгоду (хотя выгоду это приносит); гораздо важнее для Вольтера — быть воспитателем монархов, делать их просвещенными. И, несмотря на то, что отношения с королями (даже с теми, которые претендуют на роль передовых, даже с теми, кто восхищается Вольтером, превознося его гений до небес) складываются непросто, он не отказывается от своих убеждений. Показательна в этом отношении его дружба с Фридрихом II. Знакомство с Фридрихом II относится к 1736 году, когда Фридрих еще был кронпринцем, которого не очень-то жаловал король-отец. В поисках утешения Фридрих обратился к стихам и музыке. Как и его сестра, принцесса Вильгельмина, принц был образован, знал латынь и греческий, писал стихи, играл на флейте. И, конечно, он не мог не заметить такого знаменитого литератора, каким был уже в те годы Вольтер. Фридрих пишет ему письма, в которых восхищается его стихами, его даром трагика, его умом; он хочет стать его учеником. На этом примере видно, что уже в 30-е годы XVIII в. идеи Просвещения распространяются по Европе, что уже в этот период установка на ум, на личные дарования начинает подчинять себе установку на сословные привилегии. Разбитая на множество мелких феодальных княжеств Пруссия, казалось, была далека от социальных преобразований, и тем не менее и здесь явственно ощущаются новые веяния. Действительно, если Австрия и Франция являют собой монархии старого образца, то Пруссия — монархия нового типа, заинтересованная в развитии промышленности. Фридрих II хочет быть не просто монархом, он хочет быть

69

70

В таком духе переписка продолжается годы, при этом Фридрих не перестает восхищаться, и оба льстят друг другу сверх меры. Фридрих не считает зазорным унизиться перед великим философом: «Посмотрите, какая разница между мною и Вами. Я, бедное исчадие философии, по мере напряжения ума, произвожу одни химеры и мечты, а ты, великий первосвященник Аполлона, вдохновенный самим Богом, которому служишь, имеешь дар пленять и восхищать. Мне ли бороться с тобой? Подобно ангелу библейскому ты в состоянии вывихнуть мне ногу»91 .

Приведенные письма от Фридриха объясняют, почему Вольтер, в конце концов, принял приглашение короля и переехал (на время) в Берлин. Но понадобилось несколько лет заверений, а затем смерть Эмилии (которая была категорически против переезда), чтобы Вольтер решился на этот шаг. Он лично знакомится с принцем в 1740 г. в маленьком городке Клеве, где Фридриха настигла лихорадка. Он видится с ним кратко позже и в 1741, и в 1742 гг., в том числе, когда Вольтер в составе дипломатической миссии приезжает в Берлин. Решающим стимулом для переезда послужило письменное уверение Фридриха в бесконечном уважении и любви: «Мы оба — философы, что может быть естественнее, если два философа, связанные одинаковыми предметами изучения, общностью вкуса и образа мыслей доставляют себе удовольствие совместной жизнью? Я уважаю Вас как моего учителя в красноречии и знании; я люблю Вас как добродетельного друга. Какого же рабства, какого несчастья Вы можете опасаться в стране, где Вас ценят, как в отечестве, живя у друга, имеющего благородное сердце?»92 .

Эмилия умерла в 1749 г. И в 1750 г. находившийся в глубоком отчаянии Вольтер, получив разрешение Людовика XV, решает отправиться в Берлин. В Потсдаме, во дворце Сан-

91Переписка Фридриха Великого, короля прусского, с г-ном Вольтером. С. 48.

92Там же. С. 45.

71