В данном случае Верховный Суд РФ дает отрицательный ответ. Так, в Определении от 25.05.2015 № 302-КГ15-2312 по делу № А78-5912/2013 судьи высшей инстанции пришли к выводу о том, что «результат соглашения клиента и представителя («гонорар успеха») не может быть взыскан в качестве судебных расходов с процессуального оппонента клиента, который стороной указанного соглашения не является» Определение Верховного Суда РФ от 25.05.2015 № 302-КГ15-2312 по делу № А78-5912/2013 // СПС «КонсультантПлюс».. Верховный Суд РФ аргументировал такой вывод тем, что эта сумма по существу является вознаграждением, которое уплачивается за уже оказанные и оплаченные услуги представительства и только в случае, если они привели к удовлетворению заявленных клиентом требований. Данное условное вознаграждение не подразумевает совершения представителями каких-либо дополнительных действий, оказания дополнительных услуг либо осуществления иного встречного предоставления в рамках договора на оказание юридической помощи. По сути, подобное вознаграждение является премированием представителей. Сумма указанной премии зависит от достигнутого сторонами в договоре оказания юридических услуг соглашения и поэтому не может быть взыскана с проигравшей стороны в составе судебных расходов. Схожая позиция высказана Верховным Судом РФ также в Определении от 26.02.2015 № 309-ЭС14-3167 по делу № А60-11353/2013 Определение Верховного Суда РФ от 26.02.2015 № 309-ЭС14-3167 по делу № А60-11353/2013 // СПС «КонсультантПлюс»..
В Определении от 18.07.2017 № 306-ЭС15-3469(17) по делу № А55-28168/2013 также неправомерным признано возложение расходов, отвечающих критерию «гонорара успеха», на проигравшую сторону. Более того, суд акцентировал внимание на сложившуюся в правоприменительной практике правовую позицию, согласно которой данное вознаграждение не может быть взыскано с проигравшей стороны, поскольку непосредственно не связано с конкретными действиями поверенного по оказанию юридических услуг, а поставлено исключительно в зависимость от положительного решения суда Определение Верховного Суда РФ от 18.07.2017 № 306-ЭС15-3469(17) по делу № А55-28168/2013 // СПС «КонсультантПлюс»..
Такой подход находит поддержку среди представителей юридического сообщества. Так, В. В. Кикавец полагает, что удовлетворение требований о компенсации судебных расходов в виде «гонорара успеха», то есть не основанных на совершении определенных действий или осуществлении определенной деятельности со стороны исполнителя, противоречит публичному порядку. Это расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающего свободу договора в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству Кикавец В.В. Судебные споры в контрактной системе: научно-практическое пособие. 2015// СПС «КонсультантПлюс».. Однако, из такой авторской формулировки не следует однозначно, в какой точке свобода договора пересекается с включением «гонорара успеха» в состав судебных расходов.
Автор настоящей работы не считает, что условие о «гонораре успеха» противоречит основам гражданского законодательства. Тем не менее, мы также полагаем, что взыскание данной суммы с процессуального оппонента в целом несправедливо. Подразумевается, что проигравшая сторона компенсирует расходы выигравшей стороны, затраченные на конкретные юридические услуги, то есть цена вопроса исчисляется исходя из совокупности последовательных действий в интересах клиента, стоимость которых может быть детально обоснована в суде, в том числе подтверждена документально. А «гонорар успеха» - это своего рода дополнительная благодарность клиента. Сумма такой премии, как правило, не зависит напрямую от реально оказанных услуг, а даже если зависит, эту корреляцию достаточно трудно доказать в суде. Таким образом, автор придерживается мнения, что отрицательная позиция Верховного Суда РФ по проблеме взыскания «гонорара успеха» в составе судебных расходов вполне состоятельна.
Примечательно, что в большинстве случаев правоведы не поддерживают и не критикуют позицию Верховного Суда РФ о невозможности включения «гонорара успеха» в состав судебных расходов. В основном, они ограничиваются констатацией того факта, что на практике это нереализуемо. Так, В. Белов говорит о недопустимости «перевыставления» «гонорара успеха» в качестве судебных расходов процессуальному оппоненту. Он отмечает, что взыскание судебных расходов на представителя в большинстве случаев является крайне тяжелым процессом, в том числе из-за необходимости соответствия критерию разумности, который носит оценочный характер Белов В. Возмещение судебных расходов. Обзор судебной практики // ЭЖ-Юрист. 2017. № 29. .
Д. Ю. Рощин подчеркивает, что в российской судебной практике сложилась ситуация, в которой расходы на «гонорар успеха» не включаются судами в сумму судебных издержек. В основе такого подхода лежит рассмотренная ранее позиция Конституционного Суда РФ, согласно которой судебное решение не может выступать ни объектом гражданских прав, ни предметом гражданско-правового договора. Правовед отмечает, что закон позволяет включать в судебные расходы только фиксированные расходы на представителя, которые затем взыскиваются с учетом принципа разумности Рощин Д.Ю. Оптимизация института судебных расходов в гражданском процессе Российской Федерации // Администратор суда. 2017. № 2..
Отметим, что некоторые представители юридических кругов, например Д. В. Тютин Тютин Д.В. Налоговое право: курс лекций. 2017 // СПС «КонсультантПлюс». и С. В. Иванова Иванова С.В. Договорный практикум. 2015 // СПС «КонсультантПлюс». , придерживаются мнения, что вопрос о возможности взыскания в качестве судебных расходов «гонорара успеха» является дискуссионным. Они видят некий диссонанс в том, что несмотря на признание условия о «гонораре успеха» действительным, суд может отказать стороне в возмещении указанных расходов.
В связи с изложенным представляет интерес дело, рассмотренное Верховным Судом РФ (Определение от 12.12.2016 № 305-КГ16-1735 по делу № А41-24310/2013). Истец пытался взыскать с проигравшего оппонента 3 000 000 руб. расходов на оплату услуг представителя. Суд счел, что условие соглашения между истцом и его представителем о вознаграждении фактически является условием о «гонораре успеха». Верховный Суд РФ не признал данное условие ничтожным и не отказал во включении «гонорара успеха» в судебные расходы. Однако заявленную к взысканию сумму расходов на оплату услуг представителя суд счел чрезмерной и снизил до 150 000 руб. По мнению судей, именно такая сумма являлась обоснованной и соразмерной, отвечающей требованию разумности, учитывающей фактическую сложность спора и объем выполненной представителями работы, а также документально подтвержденной Определение Верховного Суда РФ от 12.12.2016 № 305-КГ16-1735 по делу № А41-24310/2013 // СПС «КонсультантПлюс»..
Таким образом, даже включение «гонорара успеха» в состав судебных расходов не является гарантией на возврат средств, потраченных на оплату юридической помощи. В рассмотренном выше примере суд снизил взыскиваемую сумму в 20 раз.
Дополнительно отметим, что Совет ФПА РФ в Правилах включения в соглашение адвоката с доверителем условия о вознаграждении, зависящем от результата оказания юридической помощи, сформулировал обязанность адвоката при заключении соглашения предупредить доверителя о том, что последнему не может быть гарантировано взыскание в качестве судебных издержек с другого лица, участвующего в деле, суммы выплаченного адвокату обусловленного вознаграждения (п. 9 Правил) Правила включения в соглашение адвоката с доверителем условия о вознаграждении, зависящем от результата оказания юридической помощи (утв. Решением Совета Федеральной палаты адвокатов от 02.04.2020, Протокол № 12) // СПС «КонсультантПлюс»..
На основании изложенного по проблеме «гонорара успеха» автор настоящей работы пришел к следующим выводам.
Несмотря на законодательное закрепление возможности включения в соглашение об оказании юридической помощи по гражданским делам условия, согласно которому размер выплаты доверителем вознаграждения может ставиться в зависимость от результата оказания адвокатом юридической помощи, нет никаких гарантий, что выигравшая дело сторона впоследствии взыщет «гонорар успеха» с менее удачливого оппонента в составе судебных расходов.
В качестве решения проблемы и для поддержания баланса интересов адвоката и доверителя автор настоящей работы рекомендовал бы адвокатам и получателям юридической помощи, заключающим договор на возмездной основе, делить вознаграждение на фиксированную часть и «гонорар успеха». При этом большую часть предполагаемого вознаграждения все же включать именно в фиксированную часть. Для адвокатов это выгодно в принципе, так как сокращает их риски при проигрыше дела. Но это выгодно и для доверителя. По мнению автора, при взыскании судебных расходов у выигравшей стороны есть хоть какие-то шансы обосновать для суда стоимость юридической помощи, продемонстрировав составленные процессуальные документы, осветив сложность дела и объем работ, указав на количество затраченного юристом времени со ссылкой на его почасовую ставку. Подчеркнем, что суд может по основаниям соразмерности, обоснованности, разумности и документальной подтвержденности снизить не зависящую от судебного решения часть адвокатского вознаграждения. Однако, по нашему мнению, это менее рискованно, поскольку суды в целом реже отказывают в «перевыставлении» обязательной суммы вознаграждения в качестве судебных расходов процессуальному оппоненту, чем в «перевыставлении» «гонорара успеха». Взыскать же «гонорар успеха» в адекватном объеме практически невозможно.
Иными словами, автор рекомендовал бы и адвокатам, и доверителям не рисковать всей суммой вознаграждения, именуя ее «гонораром успеха», а выделять и отдельно от основной части оплаты фиксировать в договоре размер такового, которым стороны готовы «рискнуть»: адвокат - при проигрыше, а доверитель - при взыскании судебных расходов. Как видится, это наиболее релевантный способ снизить финансовые риски обеих сторон и обеспечить баланс их интересов.
2.3 Механизмы возмещения убытков, возникших в результате некачественного оказании адвокатом правовой помощи
Актуальной была и остается проблема возмещения убытков, возникших у доверителя в связи с непрофессиональным подходом адвоката к оказанию юридической помощи. Не вызывает сомнений, что исход дела существенным образом зависит от того, насколько качественно проведена его подготовка, выработаны позиция по делу и линия поведения, а также представлены интересы клиента в суде.
На случай, если вся эта работа или ее часть проделаны непрофессионально, и это негативно повлияло на исход дела, действующее законодательство предусматривает два механизма, позволяющих клиенту получить материальную компенсацию. Во-первых, это привлечение самого адвоката к имущественной ответственности. Во-вторых, получение страховой суммы у страховщика, если имущественная ответственность адвоката перед клиентом была застрахована.
К сожалению, в настоящее время оба эти механизма работают недостаточно хорошо и на практике не позволяют доверителю в полной мере возместить потери, а потому он был и остается слабой стороной, подлежащей защите.
Начнем с привлечения адвоката к гражданско-правовой ответственности. Вопросы ответственности, как правило, выступают инструментом проверки избранных законодателем нормативных моделей на адекватность и эффективность Подшивалов Д.В. Некоторые размышления об условиях реформирования судебного представительства // Информационно-аналитический журнал «Арбитражные споры». 2017. № 4.. Однако действующее российское законодательство фактически освобождает представителя от имущественной ответственности перед клиентом, несмотря на то, что формально ее предусматривает.
Так, Гражданский кодекс РФ определяет условия привлечения адвоката к материальной ответственности за нарушение обязательств (гл. 25) - это ответственность договорная, и вследствие причинения вреда, когда потерпевший и причинитель вреда, как правило, не состоят в договорных отношениях (гл. 59) - это ответственность деликтная. Нас в данном случае интересует именно договорная ответственность, поскольку мы рассматриваем ситуацию, когда между адвокатом и поверенным заключено соглашение об оказании юридической помощи.
В силу ст. 24 ГК РФ адвокат, как и любой гражданин, отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание.
Нарушение договорных обязательств может повлечь для нарушителя обязанность возместить причиненные потерпевшему убытки (реальный ущерб и упущенную выгоду). Причем ответственность применяется независимо от того, предусмотрена ли она договором или отраслевым законодательством, регулирующим данное обязательство. При умышленном нарушении обязательств по договору адвокат несет ответственность в полном объеме ущерба.
Клиент, желающий получить компенсацию, может обратиться в суд с исковым заявлением о взыскании с адвоката убытков в связи с ненадлежащим оказанием юридической помощи на основании ст. 15 ГК РФ. Он должен будет доказать в суде факт нарушения (действиями или бездействием) конкретного обязательства адвоката по договору об оказании юридической помощи; наличие у доверителя убытков с обоснованием их размера, а также прямую причинную связь убытков с нарушением адвокатом своего обязательства Адвокатура в России: учебник для вузов / под общ. ред. В.И. Сергеева. 5-е изд., перераб. и доп. М.: Юстицинформ, 2019..
Проблема состоит в том, что клиент, как правило, не является юристом и не обладает всей полнотой навыков и знаний, необходимых для защиты своих интересов в суде (иначе зачем бы ему обращаться за помощью адвоката?). Трудности возникают, в первую очередь, с доказыванием.
Предметом договора об оказании юридической помощи является не результат, а действия, направленные на достижение определенного результата. Круг обязанностей поверенного зачастую выходит за рамки того, что прописано в тексте соглашения. Обязанность адвоката совершить определенные действия может возникнуть и после наступления результата от других, предыдущих его действий, либо после наступления иных событий. Следовательно, в некоторых случаях не может быть исчерпывающего перечня обязательств адвоката, за неисполнение которых он может быть привлечен к материальной ответственности. Именно клиенту придется доказывать, что то или иное действие, не указанное напрямую в договоре, должен был совершить, но не совершил адвокат. Еще сложнее доказать наличие прямой причинной связи между убытками доверителя и неисполнением или ненадлежащим исполнением адвокатом своих обязанностей по договору об оказании юридической помощи.