Для начала отметим, что любая реформа рынка юридических услуг, так или иначе, затрагивает интересы трех сторон: это государство, как регулятор, адвокат и его клиент. Государство, проводя реформы юридического рынка, по сути, преследует две глобальные цели - повысить качество услуг и защитить граждан от различного рода злоупотреблений и некомпетентности юристов. Интерес юриста, оказывающего правовую помощь, если только это не работа «pro bono», состоит в получении денежных средств и привлечении новых клиентов. Для доверителя же важен конечный результат и, как правило, умеренная и обоснованная стоимость работы юриста.
Любая реформа российского юридического рынка может считаться успешной тогда и только тогда, когда между этими интересами удается достичь баланса.
Данная глава посвящена анализу изменений, которые, возможно, произойдут в ближайшие годы и в корне изменят институт представительства в России. Речь, в частности, идет об адвокатской монополии. Нужно заранее оговориться, что автор настоящего исследования отрицательно относится к подобному нововведению, и далее, рассмотрев достоинства и недостатки возможных реформ, постарается доказать, почему преимущества не столь существенны, а отрицательные стороны, напротив, весьма значительны.
Представители российского юридического сообщества на протяжении многих лет обсуждают два взаимосвязанных вопроса: о повышении качества предоставляемых юридических услуг и целесообразности введения в этих целях адвокатской монополии на представление интересов доверителей в судах Тай Ю. В. Реформа рынка юридических услуг. Принять неизбежное // Закон. 2017. № 11..
Российский законодатель, в свою очередь, принял государственную программу «Юстиция» на 2013 - 2020 гг., в которой, в частности, провозгласил цель создания единого рынка услуг по оказанию юридической помощи, доступной различным группам населения Постановление Правительства РФ от 15.04.2014 № 312 (ред. от 31.03.2017) «Об утверждении государственной программы Российской Федерации «Юстиция» // «Собрание законодательства РФ». 05.05.2014. № 18 (часть II)..
Следующий шаг в этом направлении был сделан 24 октября 2017 г. На официальном сайте Минюста России был опубликован проект Концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи, разработка которого велась в течение нескольких лет. Минюст России сформулировал такие задачи реформы, как повышение уровня правовой защиты получателей юридических услуг; совершенствование института адвокатуры, в том числе путем устранения ограничений, затрудняющих организацию эффективной адвокатской деятельности; создание условий для недопущения низкоквалифицированных юристов к оказанию юридических услуг, условий исключения из профессии недобросовестных консультантов; создание системы профессиональной правовой помощи, отвечающей общепризнанным международным стандартам, и формирование условий для интеграции институциональной среды адвокатуры в мировое правовое пространство Концепция регулирования рынка профессиональной юридической помощи. 24.10.2017 // Режим доступа: https://minjust.ru/ru/deyatelnost-v-sfere-advokatury/proekt-koncepcii-regulirovaniya-rynka-professionalnoy-yuridicheskoy (дата обращения: 02.05.2020)..
Предполагается, что реформа коснется адвокатуры, юридических компаний, частнопрактикующих юристов, представляющих в судах интересы третьих лиц на возмездной основе.
Российский законодатель в Концепции обозначил ряд мер, которые, по его мнению, способствуют сплочению юридического профессионального сообщества и повышению качества юридических услуг:
1) оказывать юридические услуги на возмездной основе смогут лишь те, кто вошел в адвокатуру;
2) изменится порядок перехода юристов в адвокатуру: на переходном этапе планируется ввести упрощенный порядок приема, проверку в форме тестирования знаний только законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре. Экзамен можно будет сдать повторно;
3) адвокаты будут разделены на адвокатов общего профиля и специализированных. Планируется ввести специализацию по корпоративному, налоговому, трудовому, семейному и наследственному праву, праву социального обеспечения и праву в сфере недвижимости;
4) адвокаты получат возможность работать по трудовому договору, в том числе у других адвокатов;
5) будут введены коммерческие адвокатские образования, создаваемые в форме обществ с ограниченной ответственностью, непубличных акционерных обществ, полных товариществ, производственных кооперативов;
6) доверители получат возможность заключать договоры на оказание юридических услуг с адвокатскими образованиями, а не только с самими адвокатами;
7) иностранцы будут постепенно вытесняться с российского рынка юридических услуг.
Для целей настоящей работы наибольший интерес представляет первый пункт из перечисленных выше: с 01.01.2023 юридическую помощь на возмездной основе смогут оказывать лишь адвокаты и адвокатские образования Обзор: Приведет ли реформа рынка юруслуг к адвокатской монополии // СПС «КонсультантПлюс».. Иными словами, планируется окончательное установление адвокатской монополии.
3.1 Институт адвокатской монополии: теоретические и практические проблемы
Федеральная палата адвокатов поддержала предложенную Минюстом РФ идею введения адвокатской монополии на судебное представительство и объединения всех практикующих юристов в профессиональную корпорацию на базе адвокатуры. Более того, ее представители активно участвовали в подготовке Концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи.
Президент Федеральной палаты адвокатов РФ, д.ю.н. Ю. С. Пилипенко в 2016 г. в интервью подчеркнул значимость введения адвокатской монополии в России. По его словам, именно от качества юридической помощи во многом зависит исход дела, а, следовательно, и судьба человека. В этой связи принадлежность лица, оказывающего юридические услуги, к профессиональной корпорации гарантирует качество оказываемых им услуг Гриб В. Интервью с президентом Федеральной палаты адвокатов РФ доктором юридических наук Юрием Сергеевичем Пилипенко // Юридический мир. 2016. № 9..
С одной стороны, уважаемый ученый ссылается на положительный опыт мировой практики, на успешное существование адвокатской монополии в большинстве стран мира, за исключением России, Конго, Албании, Киргизии и еще двух-трех. И, безусловно, это веский аргумент в пользу нововведения.
Однако не следует забывать, что каждая общность людей уникальна: если в одной стране институт существует, развит и вполне оправдывает себя, то это еще не гарантирует, что в другой стране он будет успешно функционировать. В России за долгие годы своего существования адвокатура по разным причинам не превратилась в «естественную монополию». Подобный опыт уже был опробован в арбитражном процессе и не имел положительного результата: изначально в ч. 5 ст. 59 АПК РФ было предусмотрено, что представителем организации в арбитражном суде может выступать ее руководитель, штатный сотрудник или адвокат. Однако на практике выяснилось, что для подавляющей части юристов это правило крайне неудобно, поэтому распространилась тенденция оформления с клиентами трудовых отношений. Однако судьи тщательно проверяли трудовые договоры на предмет того, были ли они заключены до или после подписания доверенности. Юрист, входя в штат клиента, нес риск неполучения гонорара по договору на оказание услуг. Закономерным исходом стала отмена в 2004 г. Конституционным Судом РФ данной нормы. Ч. 5 ст. 59 АПК РФ была признана неконституционной Постановление Конституционного Суда РФ от 16.07.2004 № 15-П // «Российская газета». № 158. 27.07.2004.. Суд счел недопустимым привилегированное положение адвокатов. Было отдельно отмечено, что законодатель путем установления такого условия не предъявляет четких требований к качеству предоставляемой юридической помощи и, следовательно, не гарантирует ее надлежащий уровень.
Акцентируем внимание на том, что в настоящей работе мы обсуждаем введение адвокатской монополии в отношении гражданских и арбитражных споров. В уголовном судопроизводстве монополия уже существует. Ст. 49 УПК РФ предусматривает, что защитник - это лицо, осуществляющее защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказывающее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу, при этом в качестве защитников участвуют адвокаты. Иные же лица (в том числе юристы без адвокатского статуса) могут быть допущены в качестве защитника наряду с адвокатом по определению или постановлению федерального суда, если об этом ходатайствует обвиняемый. Однако очевидно, что суд по своему усмотрению может такое ходатайство отклонить. Таким образом, налицо наличие адвокатской монополии в уголовном процессе. Но, полагаем, именно в уголовном процессе монополия оправдана, поскольку адвокатский статус дает дополнительные преимущества и, как следствие, гарантии для подзащитного. Так, например, адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием (п. 2 ст. 8 ФЗ об адвокатуре). Проведение оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий в отношении адвоката, в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности, допускается лишь на основании судебного решения (п. 3 ст. 8 ФЗ об адвокатуре). Запрещены вмешательство в адвокатскую деятельность и препятствование этой деятельности (п. 1 ст. 18 ФЗ об адвокатуре). Не допускается истребование от адвокатов и работников адвокатских образований, адвокатских палат или Федеральной палаты адвокатов сведений, связанных с оказанием юридической помощи по конкретным делам (п. 3 ст. 18 ФЗ об адвокатуре).
В уголовном деле речь идет о противостоянии государственной машине, ведь на стороне обвинения выступает само государство с гораздо более широкими возможностями, а подзащитный адвоката - слабая сторона. Гарантии адвокатской тайны и независимости адвоката необходимы для того, чтобы защитить клиента от всевозможного произвола со стороны государства, а также уравновесить реальные, а не декларативные состязательные возможности сторон. Юрист без статуса, не обладая преимуществами, данными законом только адвокату, даже при наличии самой высокой квалификации не смог бы оказать доверителю эффективную защиту и помощь. Таким образом, при действующем законодательстве адвокатская монополия в уголовном судопроизводстве абсолютно оправдана и необходима.
Но в гражданском и арбитражном судопроизводстве дело обстоит совершенно иначе. Во-первых, на кону не стоит личная свобода и неприкосновенность человека. Во-вторых, даже если стороной по делу выступает государство, оно участвует в деле на равных началах с гражданами и юридическими лицами. Истец и ответчик обладают равными правами и сопоставимыми реальными возможностями. Большинство гражданских дел просто не требует наличия у представителей сторон особых гарантий - им не найдется практического применения. Таким образом, здесь в адвокатской монополии нет никакой необходимости.
Полагаем, что одно только вхождение юриста в адвокатуру не повысит качества оказываемых им услуг. Многие исследователи, например, Н. А. Чудиновская Чудиновская Н.А. Некоторые аспекты участия адвоката в арбитражном процессе // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. № 12., считают, что корреляция в данном случае отсутствует.
Некоторые противники введения института адвокатской монополии, однако, признают разумным и обоснованным требование об обязательном высшем юридическом образовании у представителей. Так, например, авторы учебника «Гражданский процесс: учебник для студентов высших юридических учебных заведений» полагают, что необходимость закрепления дополнительных цензов в отношении представителя, таких как наличие высшего юридического образования, не вызывает сомнения. При этом они негативно относятся к введению адвокатской монополии, поскольку опасаются, что это приведет к снижению конкуренции на рынке юридических услуг и неизбежному росту цен на эти услуги Гражданский процесс: учебник для студентов высших юридических учебных заведений / Д.Б. Абушенко, К.Л. Брановицкий, В.П. Воложанин и др.; отв. ред. В.В. Ярков. 10-е изд., перераб. и доп. М.: Статут. 2017.. Стоит подчеркнуть, что авторы учебника также не видят взаимосвязи между наличием адвокатского статуса у юриста и качеством предоставляемых им услуг. О необоснованном росте цен, как неизбежном следствии монополии, пишет и Д. Ю. Рощин, подчеркивая, что при небольшом на сегодняшний день количестве адвокатов (порядка 70 тысяч человек) потребности страны в юридическом представительстве гораздо выше. Введение адвокатской монополии вызовет дополнительное превышение спроса над предложением, а значит, цены на услуги адвокатов вырастут Рощин Д.Ю. Оптимизация института судебных расходов в гражданском процессе Российской Федерации // Администратор суда. 2017. № 2..
А. Н. Бумагин обращает внимание на такую важную проблему как отсутствие должной законодательной регламентации эффективного контроля над деятельностью адвоката в судебном процессе, исчерпывающих мер ответственности за неэтичное и недобросовестное поведение адвоката и принципиального подхода адвокатских образований к нарушениям, допускаемым адвокатами Бумагин А.Н. Адвокатская монополия и ответственность адвоката за злоупотребление процессуальными правами в свете реализации конституционных норм // Российская юстиция. 2018. № 1.. В виду этих факторов автор находит преждевременным установление адвокатской монополии, поскольку в такой ситуации доверитель, хотя и будет защищен от некачественного оказания услуг лицами, не имеющими адвокатского статуса, фактически останется беззащитен перед самим недобросовестным адвокатом - и тогда теряется весь смысл реформирования существующего порядка.
Автор настоящего исследования склоняется к мнению, что доводы противников адвокатской монополии являются более вескими, нежели доводы ее сторонников. Обобщим основные отрицательные последствия предлагаемого нововведения, прогнозируемые правоведами:
1) необоснованный рост цен на юридические услуги;
2) отсутствие защиты доверителя от самого адвоката ввиду недостаточно развитого правового регулирования;
3) отсутствие взаимосвязи между статусом адвоката и реальным качеством оказываемых услуг.
Кроме того, по нашему мнению, существуют еще две причины, препятствующие введению адвокатской монополии.
Во-первых, несмотря на ряд очевидных преимуществ вступления в адвокатуру, таких как адвокатская тайна, адвокатский запрос и гарантии независимости, с получением адвокатского статуса связаны некоторые неудобства. Так, Федеральный Закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» серьезно ограничивает возможности адвокатов работать по найму: будучи адвокатом, нельзя работать юристом в компании или государственным служащим, нельзя заниматься предпринимательской деятельностью, а также использовать упрощенную систему налогообложения. Помимо перечисленного, у адвоката всегда есть риск быть привлеченным в качестве защитника по назначению в уголовном процессе по фиксированным ставкам, а также обязанность оказывать бесплатную юридическую помощь.
Если юрист, оценив все «за» и «против», решается получить статус адвоката и претерпевать соответствующие неудобства - это его осознанный выбор и его право. Однако на каком основании мы можем говорить об обязательности вступлении в адвокатуру для тех, кто находит издержки более весомыми, чем преимущества? Введя адвокатскую монополию, российский законодатель фактически поставит некоторых практикующих юристов перед выбором: получить статус адвоката и столкнуться с названными трудностями, либо не иметь возможности продолжать представлять интересы доверителей в суде, а, следовательно, лишиться средств к существованию.