Второй келейный корпус одноэтажный с мезонином. В одной части здания проживали монахи, вторую, которая выходила за ограду, занимали мастерские, комнаты для рабочих и прачечная. Мезонин использовался как складское помещение для хранения одежды, обуви, перчаток и различных инструментов.
За оградой размещались конюшня, каменный скотный двор с деревянным флигелем, изба для рабочих, флигель для кучеров, гумно с овином, хлебный амбар, два каретника. На берегу реки Песьей Деньги под монастырём было две бани: одна для братии, а вторая настоятельская, а также помещение для прачечной. В описях монастырского имущества за разные годы подчёркивалось, что все строения находились в хорошем состоянии, «крепки и просторны». Вокруг обители была построена каменная ограда, высотой 3 сажени, по углам которой располагались четыре башенки.
Стена имела три основных функции: чисто символическую, - отделяла обитель от мира; утилитарную - для защиты монастырского холма от осыпания; и третью - декоративную.
Оборонительной роли монастырь не выполнял, возможно, за исключением 1613 года, но письменных сведений об этом нет, только некоторые случайные находки сделанные уже в XX веке. В частности, на реке Ковде, под монастырём, было обнаружено 17 пушечных ядер, диаметром 6 сантиметров и весом 1,5 кг.
В начале XX века все монастырские строения были застрахованы. Самой большой суммой был оценён Вознесенский собор, имевший наиболее дорогое внутренне убранство, даже по сравнению с главным монастырским храмом Преображения. Его страховая стоимость составляла 36000 рублей, тогда как Преображенский собор был оценён в 15000 рублей, Успенская церковь в 9200 рублей, а каменная колокольня, которая строилась практически сорок лет всего в 6000 р.
Ещё одной частью монастырского ансамбля являлся некрополь. Установить местоположение кладбища достаточно проблематично, так как после революции оно было уничтожено. В документах за 1917 год отмечен так называемый «новый» некрополь и кладбищенская часовня. Они располагались напротив монастыря за рекой Ковдой. Вероятнее всего, кладбище там появилось в последнем десятилетии XIX века, так как именно в эти годы жители окрестных деревень Молоково и Воробьёво выделили монастырю участок, где была построена церковная школа, а неподалёку часовня и устроено кладбище.
Одно из первых монастырских известных захоронений - это могила Феодосия Тотемского, умершего в 1568 году. Она была отмечена каменной плитой. В 1693 году императором Петром I на неё был возложен янтарный образок на цепочке. Позднее, плита была уничтожена пожаром, а место захоронения утеряно. В 1796 году, при строительстве Вознесенской церкви мощи Феодосия были найдены и помещены в храме Иоанна Златоуста. В настоящее время они находятся в Вознесенском соборе.
В 1887 году, в приделе Антония и Феодосия Печерских у стены на правой стороне был погребён архимандрит Феодосий (в миру П.П. Арсеньевский).
В Преображенском соборе, в приделе Александра Невского, в 1872 году был захоронен епископ Вологодский и Тотемский Христофор, который провёл в Спасо-Суморине монастыре последние годы жизни.
Нужно заметить, что чести быть захороненными внутри монастырской ограды были удостоены почётные граждане, благотворители и выдающиеся деятели. У Вознесенского собора в 1917 году был построен склеп для упокоения купца второй гильдии Н.И. Токарева, прославившегося активной меценатской деятельностью.
За Преображенским собором установлен памятный крест на месте предполагаемого захоронения видного деятеля Российско-Американской компании И.А. Кускова, умершего в 1823 году. Считается, что его могила находилась напротив алтаря церкви, но в советское время вместе с другими захоронениями стёрта с лица земли. По версии сотрудников Тотемского музейного объединения, могила Кускова находилась не с восточной стороны храма, а с западной. На этом месте сейчас проложена дорога.
Около восточной стены монастыря находятся плиты с именами купцов Кузнецовых, Серегодских, дворян Славоницких. Эти захоронения датируются концом XIX столетия. Установление более ранних погребений без проведения археологических работ невозможно. Но систематических полевых исследований на территории монастыря, какие, например, ежегодно ведутся в Кирилло-Белозерском или Соловецком, не проводилось. Тем не менее, археологические раскопки в Спасо-Суморине монастыре необходимы не только для установления местоположения некрополя, но и для обнаружения и датировки более ранних культовых и хозяйственных построек.
Архитектурный ансамбль Спасо-Суморина монастыря формировался, начиная с XVI века и вплоть до начала XX (Приложение 12). В 80-е годы XVII столетия начинается каменная застройка, прерванная нестабильным экономическим положением монастыря практически на 80 лет. Следующий этап строительства совпал с годами расцвета в Тотьме местного стиля барокко, в котором была выстроена монастырская колокольня. Однако, в ходе дальнейших перестроек, барочные архитектурные формы были вытеснены классицизмом. В этом стиле был возведён Вознесенский собор и церковь Иоанна Златоуста с колокольней. Элементы классицизма присутствуют и на Преображенском соборе, однако, в целом, архитектурный стиль этого храма так называемый псевдорусский.
Комплекс хозяйственных построек
включал в себя кладовые, скотный двор, конюшню, баню, прачечную, столярные
мастерские. Они были отделены от соборов и келий монастыря стеной. То есть,
фактически, на его относительно небольшой территории сформировались две зоны:
«земная» мирская и «небесная» монашеская. Как отмечали путешественники,
посещавшие обитель, создавалось обманчивое впечатление о размерах монастыря.
Прежде всего, за счёт вытянутого с юга на север здания келий, которое на
проверку оказывалось достаточно узким.
3. Социокультурный портрет чёрного
духовенства
.1 Строители, игумены, архимандриты
В 1554 году верхушка Тотемской посадской общины, среди которых были владельцы солеварен Саблины и Истомины, подали челобитную царю Ивану IV с просьбой об основании в Тотьме монастыря, мотивируя это тем, что «и кто, де, их при старости и при смерти захощет пострищись, ино де ему пострищись негде». В ответ царь присылает несудимую жалованную грамоту, согласно которой было получено разрешение устроить в Тотьме обитель, а Феодосия Суморина назначить при ней строителем. Изначально, данным званием именовались чиновники при епископе или монастырском настоятеле, которые занимались устройством хозяйства и возведением различных строений. Как правило, монастыри во главе со строителями основывались под ведомством более крупных обителей и с благословения их настоятелей.
Вместе с жалованной царской грамотой была получена благословенная от митрополита всея Руси Макария, разрешающая постройку в монастыре Преображенской церкви.
Согласно жалованной грамоте, братия монастыря не подчинялась светскому суду, за исключением тяжких уголовных преступлений: разбоя, татьбы и душегубства. В этом случае, монастырь был обязан выдать преступника наместнику или волостелю. Если же совершивший преступление не будет найден, то монастырь был обязан выплатить виру в размере двух рублей. Суд над братией и монастырскими людьми находился в юрисдикции строителя. Самого же настоятеля имел право судить только митрополит. Монастырская братия и строитель не имели права участвовать ни в качестве обвиняемого, ни в качестве свидетеля в делах, разбираемых на посаде. То есть, здесь уже прослеживается чёткое разделение светского и церковного суда.
По тексту жалованной грамоты от 1539 года, данной Режской пустыни, важские и тотемские наместники имели право судить монастырских людей только в том случае, если преступник был пойман с поличным. Суд над братией и игуменом совершался непосредственно великим князем или его дворецким.
Наместники и другие представители царской администрации не имели права кормиться с монастырских территорий. Но сама система кормлений на севере и в центре России была ликвидирована в результате земской реформы 1555-1556 г., то есть фактически через два года после получения Спасо-Сумориным монастырём жалованной грамоты.
После получения благословенной грамоты от митрополита Макария, Феодосий обратился к ростовскому архиепископу Никандру, в чьей юрисдикции тогда находилась тотемская церковь. Составление духовной и смерть Феодосия (1568 г.) приходятся на время управления Ростовской епархией Корнилия, но в тот момент подчиненность Спасо-Суморина монастыря могла поменяться с Ростова на Москву.
Ещё одно разрешение для строительства монастыря Феодосий получил в Вологодском Спасо-Прилуцком монастыре от игумена Арсения. Связи с данной обителью при жизни преподобного не прерывались, о чём свидетельствуют наказы в духовной грамоте Феодосия Суморина: «дати ми на Прилук к Спасу десять рублев», а также сообщения о торговых операциях с вологодским монастырём.
Перед смертью Феодосий передал управление обителью и всё её имущество своему постриженику старцам Исайе, Ионе и Тихону, но последний от управления монастырём отказался: ««мне да ней дела нет».
Исайя назначил своим приемником постриженика Левонида Власьева сына Суморина. В приписке к завещанию, Исайя высказал пожелание о принятии в ряды братии своего сына Богдана без вклада.
В целом, если рассматривать ранний этап существования монастыря, то можно отметить вовлечение Феодосием в дела обители своих родственников. Сказать с точностью, был ли изначально монастырь общежительным нельзя. Скорее, в нём видится ктиторское частное начало, где роль ктитора выполнял сам основатель и его семейный клан.
В 80-90-е годы XVI века монастырём управлял строитель Ферапонт. Его имя известно из жития преподобного Вассиана Тиксненского (+1624), который принял постриг в Спасо-Суморине монастыре, а в 1594 году с благословения настоятеля основал пустынку на реке Тиксне в 18 верстах от Тотьмы.
В XVII веке монастырём управляли игумены, а к концу столетия архимандриты. В сборнике актов Холмогорской и Устюжской епархий в памяти, адресованной келарю монастыря Макарию, за 1683 год упоминается архимандрит Игнатий. В это время Тотемский уезд входил в Устюжскую епархию, образованную в 1683 году, о чём свидетельствует указанное в памяти имя Великоустюжского архиепископа Геласия. Согласно документу, он приказал архимандриту Игнатию и келарю Макарию провести опись Зосимо-Савватиевской Брусенецкой пустыни.
В поле деятельности архимандрита находился не только управление обителью, но и ведение различных разбирательств в делах, связанных с городским духовенством. За 1695 год датировано дело о доносе некой Татьянки, жительницы Тотемского посада, на священника Иоанно-Богословской церкви Алексея, по обвинению его в блудном деле и прижитии ребёнка. Судя по документу, сначала активно проводились допросы, после чего была направлена челобитная Устюжскому архиепископу Александру о дальнейшем решении дела. Фигурантов разбирательства было приказано отправить в архиерейский разряд с приставом. В результате проведённой очной ставки и допросов, было выяснено, что женщина попросту оклеветала священника, за что её подвергли телесному наказанию и отправили обратно домой в Тотьму.
Судебные дела, касающиеся непосредственно, самих монастырей, игуменов и архимандритов, разбирались в Монастырском приказе, созданном в 1649 году по указу царя Алексея Михайловича. В 1677 году приказ был упразднён, и восстановлен в начале следующего столетия. Фактически, это был светский орган управления, в чьи задачи входило управление земельными вотчинами церквей и монастырей.
В 1720 году монастырский приказ был окончательно упразднён, управление церковью полностью перешло в поле деятельности Святейшего синода. При архиереях вместо приказных органов начали создаваться консистории во главе с секретарём, назначаемым обер-прокурором. В обязанности консистории входило наблюдение за благосостоянием монастырей, поведением иноков, контроль за монастырскими доходами и расходами. Наблюдение осуществлялось через настоятелей обителей или церковных попечителей, в чьи обязанности входило ведение отчётной финансовой документации. Также указом архиерея назначались настоятели монастырей.
С 1744 Спасо-Сумориным монастырём управляли архимандриты, а после определения обители за штат в 1764 и вплоть до 1785 года, игумены, хотя по закону полагался строитель.
К концу XVIII столетия в монастыре осталось два монаха и строитель Аммос. Функции церковного попечителя с 1784 по 1796 год выполнял купец I гильдии И.Г. Лебзинов.
Указом Вологодской духовной консистории, по резолюции епископа Иринея, в 1795 году вместо умершего Аммоса новым строителем был назначен иеромонах Спасо-Прилуцкого монастыря Израиль. По его представлению был назначен новый попечитель - Тотемский городской голова И.А. Кузнецов.
При Израиле в монастыре начались большие строительные работы: заложена новая колокольня, начата перестройка Вознесенского и Преображенского соборов, возведены новые кельи для богомольцев. В годы его настоятельства были обнаружены мощи преподобного Феодосия Суморина, канонизированного в 1798 году.
За усердную службу Израиль был возведён в сан игумена и награждён наперсным крестом, украшенным бриллиантами. После смерти Израиля в 1803 году его сменил игумен Август. В 1807 году настоятелем был определён постриженик Александро-Невской лавры Флавиан, выходец из дворян. При его настоятельстве был удалён от монастырских дел и от казны попечитель Кузнецов, обвинённый в растрате. С этого момента времени эта должность была упразднена. Финансами в монастыре стали заведовать настоятель и казначей.
Обычно, настоятелями назначали выходцев из других монастырей. Первый из пострижеников Спасо-Суморина монастыря, назначенный на эту должность - это монах Август, принявший постриг в 1800 году, а через три года, в возрасте 55 лет ставший игуменом. Его образование ограничивалось знанием грамоты и церковного пения. До пострига был дьяконом при Преображенской церкви Тиксненской волости, в 1775 году рукоположен в священники, но после нескольких лет служения оставил должность из-за болезни глаз.
Вторым настоятелем, принявшим монашество в Спасо-Суморине монастыре, стал архимандрит Нафанаил (Николай Новожилов). Он родился около 1805 года в Тотьме, по происхождению мещанин, получил домашнее образование.
Нафанаил был определён в монастырь в 1830 году и в 1832 принял здесь постриг, а также рукоположен в иеродиаконы. В 1836 году посвящён в иеромонахи, исполнял должности ризничего и казначея. В 1838 году Нафанаила перевели настоятелем в Дионисиево-Глушицкий монастырь. В 1841 году он становится игуменом Тотемского Спасо-Суморина монастыря. При нём завершился этап грандиозного строительства, начатого ещё строителем Израилем.
Епископ Вологодский и Устюжский Иннокентий в 1841 году ходатайствовал в Священный Синод об учреждении в монастыре архимандрии и присвоение обители статус трёхклассного. Епископ мотивировал свою просьбу тем, что ежегодно Спасо-Суморин монастырь посещало большое количество паломников, желавших поклониться преподобному Феодосию. Между тем, при всей своей известности, обитель оставалась заштатной и не имела подобающего ей статуса.
Просьба о введение монастыря в 3-й штат была отклонена, но всё же в 1844 году игумен Нафанаил был произведён а архимандриты. За свои труды он был награждён палицей и набедренником. Ещё одна заслуга Нафанаила - это издание самой первой работы, в которой было изложено описание и история Спасо-Суморина монастыря (1850). По сути, книга по своему типу напоминает путеводитель, и продавалась паломникам в качестве сувенира.
В 1862 году Нафанаил был назначен благочинным по Кадниковским, Тотемским, Вологодским и Грязовецким обителям, а в 1866 году определён настоятелем Спасокаменного Духова монастыря, где активно занимался благоустройством. За свои труды Нафанаил был награждён орденами святой Анны 2-ой и 3-ей степени и святого Владимира 4-ой степени. Нафанаил скончался в 1879 году и был погребён в монастырской Знаменской церкви.
Среди настоятелей Спасо-Суморина монастыря особо выделяется фигура архимандрита Феодосия, в миру Павла Петровича Арсеньевского.