Он родился в Грязовецком уезде в семье причетника Белошингорской Введенской церкви. В 1841 году окончил духовную академию в Петербурге, после чего преподавал в Вологодской семинарии церковное право и церковно-библейскую историю, и получил степень кандидата. В течение пяти лет был помощником инспектора семинарии, в 1849 году стал протоиереем Тотемского Богоявленского собора и назначен смотрителем Тотемского духовного училища, а с 1885 года являлся его блюстителем. С 1850 по 1873 год занимался преподаванием в училище греческого языка, катехизиса и объяснением богослужения. Участвовал в работе Тотемского церковного правления, был благочинным и цензором проповедей, состоял в ряде городских попечительств. Будучи протоиереем Богоявленского собора, принимал участие в работе Тотемского уездного земского собрания. В фондах Тотемского музейного объединения сохранилась общая фотография гласных созыва 1870 года, среди которых легко узнаётся фигура протоиерея Арсеньевского.
В 1873 году Павел Петрович принял постриг в Тотемском Спасо-Суморине монастыре и стал его игуменом, а через два года архимандритом, принял должность блюстителя Устюжского Иоанно-Предтеченского женского монастыря. Имел множество наград: ордена святой Анны 2-ой и 3-ей степени, наперсный золотой крест от Св. Синода, серебряный эмалевый знак Красного Креста за пожертвования в период Русско-Турецкой войны 1877-1878 года. За усердную службу был награждён деталями священнического облачения - камлавкой и скуфьёю, имел множество благодарностей за деятельность на ниве благотворительности и призрения. Феодосий, пользуясь материалами монастырского архива, издал работу «Исторические сведения о Преображенском соборном храме в Тотемском Спасо-Суморине Феодосиевском монастыре» 1881 года.
На должности настоятеля архимандрит Феодосий сменил умершего в 1872 году бывшего епископа Вологодского и Устюжского Христофора Эммауского (1795-1872 гг.), пребывавшего в обители с 1866 года.
Христофор (в миру Фёдор Эммауский) происходил из семьи священника Тверской губернии села Эммаус. Получил образование в Тверской духовной семинарии, затем учился в Новгородской, а в 1815 году поступил в Петербургскую духовную академию. Обучался четырём языкам: еврейскому, английскому, греческому и французскому, имел степень кандидата богословия. С 1819 года преподавал историю в Киевской духовной семинарии, а с 1824 в Орловской. В монашество постригся в 1834 году по случаю вдовства, был настоятелем Болховского Оптина Троицкого женского монастыря с возведением в сан архимандрит, был благочинным по Орловской епархии, занимался преподаванием.
В 1847 году был переведён в Петербург, где занимал должность ректора духовной семинарии и состоял в звании профессора, состоял в комиссии Св.Синода по отбору назидательных статей для распространения их среди населения, занимался сбором сведений о раскольниках. Занимал должность вице-президента Петербургского тюремного комитета.
С 1850 года епископ Ревельский, а с 1855 - Вологодский и Устюжский. Председательствовал в Вологодском тюремном комитета, с 1863 - председатель Вологодского Губернского временного присутствия по улучшению быта духовенства. В 1866 году уволен от управления и по своему желанию направился в Тотемский Спасо-Суморин монастырь, где принял должность настоятеля. Христофор был полным кавалером ордена Святой Анны, имел множество благодарностей от синода за церковную, благотворительную и педагогическую деятельность. Кроме того, он составлял тексты проповедей, которые публиковались в «Вологодских епархиальных ведомостях», а также занимался переводами.
Епископ Христофор и архимандрит Феодосий - это примере так называемого «учёного монашества», особой категории среди чёрного духовенства. Они имели право свободно распоряжаться своим имуществом, передавать его по наследству. Основная их деятельность - это преподавание в духовным училищах, семинариях и академиях, они служили инспекторами и ректорами, а высшей ступенью их карьеры была епископская хиротония.
Последним настоятелем Спасо-Суморина монастыря был игумен Кирилл (Константин Иванович Ильинский), уроженец Вологодского уезда, сын дьякона Космо-Домиановской церкви. В 1893 году Кирилл окончил Вологодскую духовную семинарию, после чего был определён псаломщиком в Воскресенскую церковь. В 1898 году рукоположен в священники Иоанно-Богословской церкви Грязовецкого уезда и состоял законоучителем в местной земском, а также в двухклассном министерском училищах. Состоял депутатом по синодальным и хозяйственным делам, членом благочиннического округа.
В 1914 году, овдовев, принял постриг в Крестовой церкви Вологодского архиерейского дома. Преосвященнейшим Александром епископом Вологодским и Тотемским зачислен в братство Тотемского Спасо-Суморина монастыря и назначен временно исполняющим обязанности настоятеля. Он продолжил заниматься педагогической деятельностью, был заведующим монастырской церковно-приходской школой.
С 1914 года с резолюции Преосвященнейшего епископа Александра утверждён блюстителем Тотемского духовного училища. За усердную службу и полезную пастырскую деятельность был награждён набедренником и бархатной скуфьёю.
С 1916 по 1919 год Кирилл был игуменом Спасо-Суморина монастыря, вплоть до момента своего ареста. Случилось это в связи с делом о вскрытии и выставлении на всеобщее обозрение мощей Феодосия Суморина. Прихожане, возмутившись подобному кощунству, потребовали поместить преподобного обратно в раку, что собственного говоря, игумен и сделал. 16 мая 1919 года Кирилл был заключён в Вологодскую тюрьму и 5 июня приговорён к расстрелу. Однако высшая мера наказания была заменена на пять лет ареста. Дальнейшая его судьба неизвестна.
К 1917 году система монастырского управления выглядела следующим образом. Во главе обители, в зависимости от её класса, находился либо архимандрит либо игумен. Заштатными монастырями управляли строителями. Вместе с настоятелем управленческими делами занимался келарь или казначей. Архимандриты, начиная с XVIII столетия, в основном, - это выпускники высших духовных учебных заведений, зачастую имеющих звание кандидатов богословия или состоявших в должности ректора.
Монастырская братия и настоятель находились в непосредственном подчинении архиерея, возглавлявшего местную епархию. В случае Тотемского Спасо-Суморина монастыря изначально это была Ростовская епархия, затем Устюжская, а при упразднении последней - Вологодская.
Архиерей возглавлял духовную консисторию, которая подчинялась Святейшему синоду во главе с Обер-Прокурором. Синод появился в результате преобразований Петра I, заменив Монастырский приказ.
Настоятели монастырей занимались
различными видами деятельности за пределами обители и активно участвовали в
общественной жизни города: занимались благотворительностью, преподаванием,
заседали в различных комиссиях. За усердную службу духовенство получало
награды: детали церковного облачения, ордена, памятные медали, наперсные
кресты.
.2 Монашествующие и бельцы
Согласно законодательству Российской Империи, в монашество принимались лица, достигшие тридцати лет у мужчин и сорока у женщин. В монахи не постригали лиц, имеющих малолетних детей и состоящих в браке, солдат, неосвобождённых от службы, а также тех, кто имел долги или состоял перед судом. Перед постригом необходимо было передать всё своё имущество наследникам, либо же употребить средства на обустройство монастыря. Правила, ужесточающие требования к желающим принять постриг были установлены Петром I и закреплены в дополнении к «Духовному регламенту» в 1721 году.
Монашествующие, согласно церковным традициям, разделялись на четыре категории. Первая - это послушники, которые, в случае успешного прохождения искуса, обычно длившегося около трёх лет, принимали постриг и становились рясофорными монахами. Если послушник мог по своему желанию покинуть монастырь, то новопостриженным монахам это запрещалось. После пострижения рясофорный монах получал право носить камилавку и чёрную рясу, а также ему давалось новое имя.
Следующая степень монашества - это малая схима. В отличие от рясофорных монахов, схимники при постриге давали основные монашеские обеты: нестяжательства, безбрачия, и послушания. Схимникам полагалось носить власяницу, поверх которой надевался параман, а затем мантия. На голову водружался клобук.
Если монах проживал в монастыре более тридцати лет, он имел право принять великую схиму. В этом случае, он освобождался от основных монастырских послушаний, и обязывался соблюдать особо строгий пост. При постриге вместо клобука на великосхимника надевался куколь.
Первые сведения о монахах Спасо-Суморина монастыря относятся к 1567 году. В духовной грамоте основателя обители Феодосия Тотемского упоминаются трое старцев: «и я то приказываю строенье свое все и оба монастыря, у Спаса на Тотьмѣ и на Рѣжѣ, въ свое мѣсто постриженику своему старцу Iсаiю , да своимъ же постриженпикомъ старцемъ, старцу Тихону да старцу Iонѣ Бѣлявѣ». Также в духовной упоминается племянник Феодосия Андрей, который проживал в монастыре, но без принятия пострига, и старец Феогност. По всей видимости, первоначально монашеская община формировалась из родственников основателя, то есть монастырь имеет ктиторское начало.
Сколько было иноков после смерти Феодосия точно не установлено, однако известно, что один из них впоследствии был канонизирован. Он родился около 1550-х годов в Тиксненской волости Тотемского уезда в деревне Бурцево. При рождении будущий инок получил имя Василий, а после пострига Вассиан (Приложение 14). Он зарабатывал на жизнь портняжным ремеслом, был женат и имел двоих детей. В 80-е годы XVI века он оставил семью и принял постриг в Спасо-Суморине монастыре. В 1593 году Вассиан ушёл из монастыря на Тиксну, где проводил время в молитвах и уединении. Свою келью он покидал только во время церковных служб и ни у кого себя не принимал, за исключением своего духовного отца Ферапонта. С приходившими к нему за духовными наставлениями местных жителей Вассиан беседовал через окно, и таким же образом принимал от них подаяния. С благословения духовного отца инок возложил на себя вериги, руки и ноги заковал в оковы, а на голову надел железный обруч.
После смерти Вассиана в 1624 году, местные жители, почитая его как святого, поставили над его гробом часовню, куда поместили икону Пресвятой Живоначальной Троицы, принесённую иноком из Спасо-Суморина монастыря.
На месте захоронения Вассиана начали происходить чудеса, самое знаменитое из которых оказалось в избавлении округи от эпидемии моровой язвы в 1647 году. В 1694 году монахом Спасо-Суморина монастыря Протасием здесь была основана пустынь, просуществовавшая до 1764 года.
В 1619 году, согласно материалам писцовых книгам, в Спасо-Суморине монастыре проживал старец Герасим и 6 старцев. В 1676-1678 гг. в монастыре было девять келий, в котором проживало 30 человек братии, «да двор коровий, а в них живут конюх Стёпка Димитриев, да Федька Тихонов». В Корнилиево-Комельском в эти годы зафиксировано рядовой братии 50 человек, игумен, 8 старцев и два чёрных священника. В Спасо-Каменном монастыре было 29 монахов, а в 1701 уже 59.
В первой половине XVIII века количество монашествующих снова резко уменьшилось, что связано с ухудшением экономического положения обители, живущей за счёт соляного промысла, который в то время пришёл в упадок.
В документах за 1710 год упоминался келарь монах Маркел, иеромонах Павел и иеромонах Филарет, который подписывался за других монахов, имена и количество которых неизвестно. В 1736 году в монастыре проживал игумен Киприан, иеромонах Фотий, келарь монах Филипп, гробовой Марк, а также ещё три монаха. Количество братии в 1749 году составляло шесть человек: казначей монах Иоанн, иеромонах Лев, иеромонах Иоаким и три монаха.
После проведения Екатериной II в 1764 году секуляризационной реформы, обитель была выведена за штат, и имела право содержать лишь шесть человек монашествующих и настоятеля строителя.
В 1795 году в монастыре проживало два человека братии и строитель Израиль, о чём свидетельствуют подписи в приходо-расходных книгах. В 1804 году в обители было 6 монахов, настоятель, и пять бельцов. В 1812 году семь монахов и игумен.
В 1825 году в ведомости о братии зафиксировано 5 монашествующих в возрасте от 35 до 86 лет и 11 послушников от 14 до 68 лет. Самые молодые из них - это сироты из семей духовенства. Они находились в монастыре на содержании и получали здесь образование. Эти функции помогала выполнять открытая в конце XIX века монастырская школа. В 1917 году в монастыре в качестве послушников проживали два брата Феодосий и Фёдор Смирнов, 9 и 13 лет, дети умершего псаломщика Чевецкой церкви Кадниковского уезда. Братьев определили в обитель в 1914 году по указу епископа Вологодского и Тотемского Александра, с предписанием позаботиться об их образовании и воспитании. Феодосий в 1917 году обучался в церковной школе при монастыре, а старший был на первом курсе Тотемского духовного училища.
В 1841 году количество братии выглядело следующим образом: 9 монахов, то есть их количество превышало положенный штат, и 11 бельцов от 15 до 95 лет, среди которых было двое, принявших великую схиму. С 1852 года, с учреждением архимандрии, монастырь получил право содержать братии 30 человек.
В 1872 в монастыре проживал 21 монах и 24 послушника. В 1917 году было 25 монахов, включая настоятеля, и 15 послушников, в основном выходцы из крестьян.
По месту рождения большой процент монашествующих Спасо-Суморина монастыря - это представители восточных уездов Вологодской губернии: Тотемского, Никольского, Вельского. Впоследствии, данная географическая карта расширилась, в монастырь прибывали монахи из Костромской, Курской, Владимирской, Санкт-Петербургской губерний. Прежде чем оказаться в Спасо-Суморине монастыре, иноки, порой сменяли несколько обителей. Так, например, в ведомостях за 1841 год числился иеромонах Герман (в миру Георгий Иоаннов Иванов). Постриг он принял в Валаамском монастыре, затем был переведён в Коневский Рождествено-Богородичный монастырь на Ладожском озере. Пробыв там около двух лет, иеромонах Герман ушёл в Дымский Антониев монастырь, а вскоре уехал в Кирилло-Новоозерскую обитель. После ухода оттуда, год пробыл в Соловецком монастыре, а затем вернулся на Валаам. Здесь он прожил пятнадцать лет, и в 1839 году, по указу Святейшего Синода был определён в Тотемский Спасо-Суморин монастырь. Но уже в ведомостях за 1842 год его имя уже не встречается, при этом он не был отмечен как умерший.
По сословному происхождению в начале XIX века преобладали выходцы из белого духовенства: священники, дьячки, пономари, ушедшие в монастырь по вдовству или невозможности заниматься служением в силу ослабленного здоровья. Перед революцией подавляющая часть иноков - это крестьяне, в основном холостые.
Из мест пострижения иноков отмечены: крестовая церковь при Вологодском архиерейском доме, Сямский монастырь, Сольвычегодский Введенский, Лальский Архангельский, Корнилиево-Комельский, Дионисиево-Глушицкий, Белавинская пустынь. После нескольких лет пребывания в монастыре, иноки могли быть переведены в другой. При этом их могли повысить в должности: назначали настоятелями либо казначеями.
Перемещения монашества прослеживаются не только к местам их служения, но и в различных отпускных поездках. Так, например, игумен Израиль в 1801 году посещал село Спас-Ямщики Вологодского уезда, вероятнее всего там проживала его семья. В ведомостях зафиксированы отъезды братии в Москву и Саров.
Монахи имели различный уровень образования. Минимальный составлял владение грамотой и нотным пением. Неграмотных обучали прямо в монастыре, очевидно, по желанию. В 1917 году из двадцати пяти монахов семь не владели грамотой, и только один из них обучился в обители. Наиболее образованный пласт монашества - это выходцы из среды белого духовенства. До пострига они могли обучаться в духовных училищах, семинариях, изучали латынь, греческий, словесность, риторику.
Для самообразования в обители была организована библиотека. Начало ей положил ещё Феодосий Суморин. В 1567 году это были, в основном, богослужебные книги - Евангелие, Трефолой, Минеи, наставления отцов церкви. В XIX веке монастырская библиотека насчитывала свыше 800 книг. Все они были пронумерованы и занесены в каталог, каждая имела по 3 экземпляра. Помимо богослужебной литературы в библиотеке были книги по истории, законодательные тексты, например, Духовный регламент, иноческая литература («Полезные наставления иноку в начале его подвижничества»), жития святых, а также журналы («Вологодские епархиальные ведомости», «Русский паломник»).