Отношение к постсоветским государствам и отношение к границам в регионе. В Концепции в разделе региональных приоритетов СНГ (суть, постсоветское пространство) стоит на первом месте, что говорит о приоритетной значимости этого направления для России. Утверждается, что «Россия выстраивает дружественные отношения с каждым из государств -- участников СНГ на основе равноправия, взаимной выгоды, уважения и учета интересов друг друга». Иными словами, подчеркивается признание Россией постсоветских границ. При этом постулируется направленность России на создание нового геополитического пространства в регионе путем развития интеграционных процессов в сфере безопасности и экономики (активно работать в рамках <…> ЕврАзЭС <…> над созданием <…> единого экономического пространства…»). Имплицитно говорится о ведущей роли России в этих процессах. Таким образом, снова воспроизводится конструкт «Россия - Великая держава».
Отношение непосредственно к Украине. Украина напрямую упоминается в концепции всего один раз, когда речь идет о нежелательности расширения НАТО к границам России. Отсюда можем сделать вывод, что в целом Украина не воспринимается, как отдельный субъект, а скорее, как часть общего геополитического пространства, в котором Россия проводит политику, руководствующуюся едиными принципами. Кроме того, как уже писалось выше, говоря о нежелательности расширения НАТО, Россия, по сути, лишает Украину права самостоятельно определять векторы развития своей политики.
Отношение к Западу. Говоря о своем отношении к Западу, Россия, с одной стороны, подчеркивает свою обособленность от него используя такие конструкты, как «крупнейшая евразийская держава», то есть выделенная из Евро-Атлантического региона сущность. Кроме того, говорится и о конкуренции «между различными ценностными ориентирами и моделями развития в рамках универсальных принципов демократии и рыночной экономики». А с другой стороны - говорит о цели «построения подлинно общеевропейского правового пространства под эгидой Совета Европы», что само по себе значит включение России в западный, европейский мир. Наконец, прямо говорится, что Россия - «крупнейшее европейское государство». Подобная дихотомия прослеживается и в оценках политики Запада и ориентации на деятельность с ним: Россия готова и рада сотрудничеству, но только на условиях равенства и признания России в качестве глобальной державы.
Отсюда и восприятие угроз: Россия видит как ряд глобальных угроз, так и целую плеяду угроз для себя, вызванных односторонним подходом Запада к политике в отношении России и исключением России из политического процесса, как полноправного участника. Так, говорится, что «в военно-политической сфере Россия будет добиваться исправления дисбалансов <…> в Европе, и принятия новых мер доверия».
Таким образом, в исследуемом тексте также выстраивается образ России - Великой державы, которая должна играть ведущую роль в регионе. При этом Россия принимает государства, возникшие с распадом СССР, как данность, и нацелена на взаимовыгодное сотрудничество с ними, в том числе и с Украиной. Однако Россия не может допустить вмешательства других мировых держав в сферу приоритетных национальных интересов России, что ведет и к выстраиванию довольно жесткой позиции в отношении Украины, которая может стать точкой проникновения Запада в традиционно секьюритизированную сферу безопасности в регионе.
Обобщая все вышесказанное в настоящей главе, можно сделать вывод, что в период 2008-2009 годов российская политическая элита последовательно конструировала дискурс о России, как Великой державе. При этом, в противостоянии «Мы - Они» роль «Них» отводилась Западу (НАТО), в то время как Украина, будучи частью традиционной сферы российского влияния не воспринималась как полностью самостоятельная и независимая сущность. Россия всячески подчеркивала свое уважение к Украине и украинскому народу, как давнему и хорошему соседу, однако на уровне риторики не допускала возможности ее «разворота на Запад» и выходу из-под российского влияния. При этом, ни «Имперский», ни «Либеральный» дискурсы не получили сильного развития во внешнеполитическом дискурсе России в исследуемом периоде, хотя, безусловно, некоторые элементы обоих так или иначе присутствуют. Для России жизненно важно играть ключевую роль в регионе и строить свою систему безопасности, как собственно военной, так и энергетической и информационной. РФ, по сути, не пытается восстановить границы СССР или Российской Империи, она пытается восстановить свою силу и влияние. Украина в таком раскладе оказывается лишь тем геополитическим пространством, в котором интересы России встречаются с интересами Запада, Украине не предоставляется возможности выбирать, взгляд российской элиты однозначен - Украина останется в сфере влияния России, иными словами, появление баз НАТО, проведение антироссийской внутренней политики, ослабление энергетической зависимости недопустимы. При этом у России нет и активно агрессивных установок в отношении Украины - ее границы признаны, государственность признаны, признана и необходимость поиска новых форматов взаимодействия на основе равенства и взаимоуважения. конструктивизм геополитика лидер
Развитие дискурса «России - Великой державы» имело прямые последствия для Украины, когда после событий в Грузии в 2008 году Россия осудила Украину за поставки оружия Грузии (но не предприняла никаких значимых действий, как это следовало бы сделать в рамках Имперского дискурса), а также когда, по мнению России, в декабре-январе 2008-2009 годов Украина серьезно нарушала условия контракта по поставкам газа на Украину и в ЕС, что привело сначала к сокращению газового потока, а потом, после отказа Украины идти на компромисс, и вовсе отключению поставок газа. Такая мера была крайне негативно воспринята в Европе, негативно воспринята Украиной, однако она заставила Украину сесть за стол переговоров и заключить новый газовый контракт. Россия таким образом подчеркнула свой статус Великой державы, способной невоенными методами добиваться своего, несмотря на активное противодействие.
В целом состав внешнеполитического дискурса России в отношении Украины в период 2008-2009 г. можно отразить в таблице:
Таблица 2. Содержание внешнеполитического дискурса РФ в 2008-2009 гг.
|
Россия как часть Запада |
Россия как Империя |
Россия как Великая держава |
||
|
Распад СССР |
В дискурсе, объектом которого является Украина, в период 2008-2009 г. проблеме распада СССР отводится не так много места. Однако, в целом конструируется образ необходимости восстановления влияния и силы России, которые были утрачены с распадом СССР. |
|||
|
Отношение к русским, оставшимся за рубежом в результате распада СССР |
В концепции внешней политики говорится о поддержке желания граждан СССР вернуться в Россию. Именно такое решение «русского вопроса» свойственно данной парадигме. |
При этом Россия поддерживает двойное гражданство и особые взаимоотношения с русскими, в том числе говорит о необходимости защиты бизнеса на Украине и поддержки сохранения русского языка и культуры. |
||
|
Отношение к постсоветским государствам |
Россия признает Украину и ее границы. Однако считает, что та находится в сфере российского влияния, а, следовательно, не может проводить антироссийскую политику. |
|||
|
Отношение к границам в регионе. |
Россия признает границы Украины, однако, по аналогии, с Грузией в случае возникновения ряда важных угроз оставляет некий имплицитный backdoor для своих действий. |
|||
|
Отношение к территориям, отделившимся от постсоветских государств |
||||
|
Отношение непосредственно к Украине |
Декларация признания независимости и суверенитета Украины. |
Эксплицитное конструирование образа Украины как братского славянского государства. Имплицитно же подразумевается, что находится в сфере жизненно важных национальных интересов России, что накладывает на Украину ряд ограничений. Отсюда и критика украинских властей, отсюда и непринятие возможности вступления в НАТО и т. п. Более того, к Украине применяются методы экономического и политического давления. Так, в случае «газовой войны» Россия посчитала допустимым восстановить справедливость и отключить поставки газа. А в случае антироссийской позиции Украины в конфликте в Грузии - жестко критиковать, обращаясь к русскоязычному населению Украины, и поддерживать пророссийских политиков. |
||
|
Отношение к Западу |
Констатация односторонней политики Запада, НАТО, особенно США, которая до сих пор носит цель сдерживания России. |
Декларация готовности России идти на сотрудничество на основе равенства и взаимоуважения. При этом, постоянно подчеркивается негативное отношение к текущей политике Запада и необходимость учета интересов России. |
||
|
Восприятие угроз |
Конструируется образ враждебного Запада, противостоящего восстановлению России, как сильной и великой нации. |
Расширение НАТО конструируется как угроза безопасности России. Самостоятельность Украины в отдельных сферах воспринимается как угроза лидерству России в регионе, то есть как угроза ее могуществу. На это накладывается и антироссийская политика Украины в такой секьюритизированной сфере как энергетика, а также в сфере прав русского населения на Украине. |
Глава 3. Российский внешнеполитический дискурс об Украине в 2014-2015 гг
Для анализа российского внешнеполитического дискурса в отношении Украины в 2014-2015 гг. в качестве основных источников использованы:
Обращение Президента Путина перед внесением законопроекта о принятии Крыма и Севастополя в состав РФ от 18 марта 2014 года.
Интервью Д. Медведева телеканалу Блумберг 20 мая 2014 года.
Речь министра иностранных дел России С. Лаврова на Мюнхенской конференции от 7 февраля 2015 года.
Заявление В. Путина для прессы по итогам переговоров в «нормандском формате» от 12 февраля 2015 года.
«Интервью ВГТРК. Владимир Путин ответил на вопросы журналиста» от 23 февраля 2015 года.
Интервью Владимира Путина в рамках документального фильма А. Кондрашова «Крым. Путь на Родину», выпущенного в 2015 году.
Указанные тексты были отобраны по критериям, аналогичным описанным в начале предыдущей главы. Схема для анализа эмпирических данных также не поменялась - будут использованы критерии, описанные в соответствующем разделе.
Первым политическим текстом, который будет проанализирован, является общение Владимира Путина от 18 марта 2014 перед внесением в Федеральное Собрание РФ законопроекта о включении Крыма и Севастополя в состав России. Следует отметить, что данная речь была предназначена для российской аудитории и давалась в Кремле. Такие обстоятельства позволяют делать речь более эмоциональной и наполненной образами, резонирующими с представлениями жителей России, а также более последовательно выстраивать линию аргументации и логику повествования.
Что касается текста и его особенностей, то необходимо отметить использование большого количества риторических оборотов и тропов. Например, говоря об утере Россией своего влияния и силы в 1990х годах, оратор использует череду риторических вопросов, на которые потом сам дает неутешительные ответы: «Российское государство, что же оно? Ну что, Россия?». А говоря о негативной реакции Запада на действия России в Крыму, Владимир Путин с помощью риторического вопроса усиливает аргументацию в поддержку легальности этих действий: «что же мы якобы нарушаем?». Кроме того, активно используя вопросы «почему?», «чему?», «что ли?» и т. п., оратор деконструирует позицию оппонентов России по вопросу принадлежности Крыма. Наконец, апеллируя к ценности свободы и независимости, важной, по мнению В. Путина, для граждан США, оратор задает вопрос: «Разве стремление жителей Крыма к свободному выбору своей судьбы не является такой же ценностью?» - тем самым завершая атаку на позиции Запада и демонстрируя полную аналогию поведения крымчан историческому поведению граждан США.
Помимо риторических вопросов В. Путин в своей речи использует много эмоционально окрашенных слов. Для негативной репрезентации геополитических оппонентов и нового руководства Украины используются такие слова, как «абсурд и издевательство», «интервенция», «право сильного», «нагнули всех», «захватить власть» и т. п. Все эти слова несут четко выраженное отрицательное значение. В то же время для позитивной саморепрезентации, наоборот, используются положительно окрашенные слова: «свято для нас», «русской воинской славы», «невиданной доблести», «восстановят их права, доброе имя», «на <…> правде и справедливости», - которые позволяют придать действиям России ореол героизма, доблести и некой безусловно доброй миссии.
Таким образом, средства выразительности служат поддержке противопоставления «Мы-Они» в указанном тексте, а также усиливают образы и смыслы, которые конструирует оратор.
Говоря об образах и смыслах, представляется важным отметить, что данный текст строится в основном на апелляции к истории и к миссии России, как защитника людей, а также на негативной репрезентации Запада и новых властей на Украине.
В целом логика повествования строится следующим образом.
Во-первых, оратор начинает с обоснования того, почему Крым - это исторически российская территория.
Для этого используются отсылки к общему культурному наследию, в частности, к православию, которое предопределило «общую культурную, ценностную, цивилизационную основу, которая объединяет народы России, Украины и Белоруссии». Здесь, казалось бы, можно увидеть отсылку к имперскому (цивилизационному) геополитическому дискурсу, однако вернемся к этому позже.
Кроме того, Крым в повествовании оратора становится городом русской военной славы, говорится о том, что именно русские (россияне) проливали кровь, завоевывая и защищая полуостров: «Крым - это Севастополь, город-легенда, город великой судьбы, город-крепость и Родина русского черноморского военного флота», «это символы русской воинской славы и невиданной доблести».
Дальше Крым встраивается и в конструируемую в России «многонациональную» идентичность, демонстрируется, что в Крыму живут те же самые люди, которые проживают и в России, что этнический состав в Крыму такой же разнообразный, как и в России. «Крым - это и уникальный сплав культур и традиций разных народов. И этим он так похож на большую Россию, где в течение веков не исчез, не растворился ни один этнос» - именно так Крым становится частью российского геополитического пространства.