Для исследователей атеистической направленности традиционными причинами обращения к религии считаются "недостаток уверенности к себе, недостаток самостоятельности", "потребность в зависимости, в покровительстве и защите со стороны высшей силы", "неуверенность человека", "чувство зависимости"' и т.п. Такое понимание причин обращения к Богу распространилось, вероятно, потому, что все религии рассматривают человека как существо несовершенное, в том числе и христианство: "...основное внимание Библия уделяет человеку... слабому, страждущему, нуждающемуся в помощи, защите и поддержке... Вера как специфическое духовное состояние, как феномен сознания и психики необходима прежде всего и главным образом слабому человеку.., т.е. библейская идея веры отражает реальное бессилие человека, его стремление обрести психологическую устойчивость. Следует иметь в виду тот факт, что в объяснении причин обращения человека в религиозное состояние, в понимании роли религиозной веры в человеческой жизни немаловажную роль играют мировоззренческие позиции исследователя, на что мы уже указывали. Нерелигиозные исследователи акцентируют внимание более на практическом бессилии людей, на неверии в человеческие силы, на недостатке и неточности знаний об окружающей действительности.
Именно сознание собственного бессилия, по их мнению, трансформируется в отречение от мирского и в прославление небесного, в презрение к "человеческому" и в преклонение перед "Божьим". Религиозные исследователи склонны рассматривать религиозное измерение как неотъемлемую часть метафизического самоопределения человека. С этих позиций решающую роль в возникновении религиозной веры играет творческая деятельность духа - искание совершенства, поиск оснований человеческого бытия и абсолютных ценностей. Говоря о собственной мировоззренческой позиции, мы склонны более к определению ее как нейтральной. Нейтральность не следует понимать как отсутствие мировоззрение вообще, в смысле неприятия ни Бога, ни материи, неверия ни в то, ни в другое. Нейтральность нашей позиции означает отсутствие выраженной приверженности религиозным или атеистическим позициям. Кроме того, нейтральная позиция означает отсутствие выраженных предпочтений тем или иным религиозным или атеистическим трактовкам и концепциям, имеющим отношение к теме данного исследования, содержащимся в литературе.
По мере необходимости (для развития нашей темы) мы будем принимать их во внимание. Все это дает, как нам кажется, большую свободу рассмотрения, равные возможности сомнения относительно существующих позиций, подтверждения тех или иных точек зрения на религиозность вообще и на русскую религиозность, в частности, или отказа от них. Кроме того, отсутствие односторонней направленности позволяет, по нашему мнению, избежать предвзятых и однородных выводов. Мы не будем здесь подробно останавливаться на всех имеющихся точках зрения относительно причин обращения к Богу. Отметим лишь два хорошо известных и не требующих особых доказательств факта, к которым обращаться практически все, религиозные и нерелигиозные исследователи, обосновывая возникновения религиозного состояния. Наиболее очевидный и болезненный факт, осмысляемый людьми - человеческая конечность. Перед лицом смерти жизнь может казаться бессмысленной, абсурдной. Убегая от смерти, не понимая ее, но зная и думая о ней, человек пытается искать гарантии вечной жизни, вопреки смерти физической утвердить бессмертие духовное. Конечно, есть еще буддизм как атеистическая религия, не ищущая вечной жизни, отрицающая душу, т.е. существует религиозность и вера атеистического характера. Но мы имеем объектом исследования христианскую религиозность, и не будем рассматривать иные религии. Другой столь же известный и бесспорный факт человеческого существования недопустимость в земном бытии идеальной полноты духовного и физического совершенства. Помимо своей конечности индивид ощущает несовершенство тела и души, поведения и социального устроения. Может, именно отсутствие гармонии делает его конечным существом?
«Поставленный в зависимость от внешнего мира, от его непреложных законов, повергаемый в ужас и отчаяние фактами смерти и страдания, человек ищет восполнения своих личных недостаточных сил». В борьбе с мыслью о собственной смерти и несовершенстве необходимо почувствовать себя каким-то образом лично причастным вечности и гармонии. Их существование трудно доказать средствами разума, но в него можно поверить. И попытаться приблизиться: к абсолютной красоте - в художественном творчестве, искусстве; к абсолютной истине - в научном поиске; к абсолютному добру в нравственной жизни и усовершенствовании человеческого общежития. Абсолютные ценности всегда были и будут предметом веры, благодаря идееобразному способу их бытия (они выступают в виде идеалов - того, во что человек может только верить). Естественно, что в каждом случае осмысление жизненных реалий индивидуально. Возможно, для отдельного человека этот процесс ограничивается осмыслением своих нравственных ориентиров, жизненной позиции в целом, выработкой новых критериев оценки себя и окружающих. Но вопросы и ответы чисто нравственного характера удовлетворяют не всегда. Потребность самовопрошания, будучи потребностью в некоем интегральном понимании, в объяснительном синтезе приводит и к вопросу о соотношении себя и окружающего мира в целом, о своем, личном месте в бытии. Погружение самого человека в глубины духовной жизни может привести его к признанию существования духа как источника всякой духовности, а, следовательно, к религии и вере. Религиозность становится своеобразным "ответом" всей личности на определенную экзистенциальную ситуацию. Это позволяет говорить об индивидуальных источниках религиозности, об автономном происхождении религиозной веры. «Вера есть функция не какой-либо отдельной стороны духа, но всей человеческой личности в ее цельности в нераздельной совокупности всех сил духа. В этом смысле религия есть в высшей степени личное дело, а потому она есть непрестанное творчество». Подведем краткий итог. Феномен христианской религиозности представляет собой единство духовной и практической сторон. Духовная сторона - религиозная вера как знание Бога, переживание связи с ним - составляет внутреннее основание религиозности. Вера может оставаться скрытой, не объективируемой, до конца принципиально невыразимой в слове. Тем не менее, именно вера как духовное состояние есть главная характеристика религиозности.
Практическая сторона может быть представлена, прежде всего, внешними признаками религиозности: знанием догматов религии, участием в культовой практике и т.д. Но только этот аспект христианской религиозности не свидетельствует об ее подлинности. Если внешняя религиозность не одухотворена живой верой, то ее следует расценивать лишь как мнимую, формальную религиозность. Поэтому самое существенное здесь, на наш взгляд, - особое поведение верующего субъекта в соответствии с требованиями религии и веры. Главная человеческая способность - способность к бесконечному самосовершенствованию. Она актуализируется творческой деятельностью духа, направленного в религиозную сторону: «дух есть не только энергия видения, но и энергия действования, он есть концентрация сил не только для восприятия совершенного, но и для осуществления его». Т.е. подлинная религиозность связана с желанием совершенствования и выражается в стремлении приблизиться к своему первообразу - Богу. Это желание совершенства и воля к нему неизбежно захватывает все существо человека, все сферы его жизни и деятельности. Догматы религии и обрядовая практика «получают жизненное значение, поскольку становятся предметом деятельной и живой веры, надежды и любви, регулятивом религиозной жизни».
Таким образом, подлинно христианская религиозность становится способом существования. Эта теоретическая идеализированная модель христианской религиозности, когда последняя берется в своей развитой форме, будет служить нам критерием оценки русской религиозности, прежде всего православной.
1.2 Индивидуальная религиозность как предмет исследования различных отраслей научного знания
Религиозность как психологическое явление давно привлекла внимание исследователей. Но тема религии в психологии разработана меньше, чем можно было бы предположить. Религиозность можно исследовать как психологическое явление с разнящимся местом в структуре мотивации личности. Это не новая мысль в психологии -- например, Э. Фромм считал, что религии суть символические системы, которые наполняются разным содержанием. За религиозностью могут стоять разные потребности и черты -- какой человек, такая у него и вера. Распространен функциональный подход к религиозности, т. е. рассмотрение не конкретных верований и практик, а психологических и социальных функций религии. Такой подход обосновывал еще У. Джеймс. C 1960-х гг. продолжается изучение двух из них -- внешней и внутренней религиозности. Эти понятия, введенные Г. Олпортом, стали точкой отсчета современной психологии религии.
С одной стороны, концепции Г. Олпорта предшествовали попытки теоретического и эмпирического изучения религиозности «как таковой». Разногласия по поводу ее сути и пользы или вреда мы находим как в рамках одного подхода (З. Фрейд и К.Г. Юнг), так и у одного автора на протяжении творческого пути (А. Эллис). Эмпирические исследования продолжаются до сих пор, был получен ряд значимых результатов. Но данные часто противоречивы. С другой стороны, существовали дихотомические типологии: внешний и внутренний аспекты религии У. Джеймса, мистическая и законническая религия А. Маслоу, авторитарный и гуманистический векторы религии Э. Фромма. Все они имеют некое сходство -- оценочный характер, противопоставление внешнего и внутреннего, возможность сосуществования обоих типов.
Мысль Олпорта прошла следующие этапы. Намек на развитие религиозности некоторые авторы усматривают уже в книге Олпорта 1937 г.
«Личность: психологическая интерпретация», конкретно -- в понятии функциональной автономии мотивов, т. е. их «отрыва» от своих корней и приобретении самостоятельной побудительной силы. В 1950 году в книге с характерным названием «Индивид и его религия» описываются стадии религиозного чувства. Зрелая религиозность отличается от незрелой, отходом от эгоцентризма, что, по Олпорту, происходит только под давлением, и поэтому в области религии эгоцентризм легко может присутствовать всю жизнь. Зрелая религиозность дифференцирована, не зрелая же проста, некритична. Зрелая религиозность -- целостная, всеобъемлющая и структурированная жизненная философия личности, интегрирующая как когницию (картина мира), так и мотивацию (моральное приложение, иерархизация мотивов), она дает цель в жизни и систему ценностей.
В предисловии к переизданной в 1960 году статье «Религия и предрассудки» были сформулированы четкие определения двух типов религиозности. Если ранее акцент был поставлен на внешней религиозности как явлении, связанном с предрассудками (а внутренняя религиозность -- неясно определенная противоположность), то теперь они предстают как два равноправных полюса некого континуума. В статье 1966 года «Религиозный контекст предрассудков» Олпорт добавил к «парадоксу религиозности» и тот эмпирический факт, что выраженность предрассудков криволинейно связана с частотой посещения церкви (при более частом посещении сначала растет, потом падает). На основании этого он заключил, что внешняя и внутренняя религиозность по-разному связаны не только с предрассудками, но и с частотой посещения церкви -- внешне религиозные люди ходят в церковь реже. Это не мешает им номинально принадлежать к своей конфессии и, на пример, получать утешение в трудные минуты (зайти поставить свечку). Не все внешне религиозные люди маргинальны в церкви: «Есть и внешне, и внутренне религиозные фанатики». Но лишь внутренняя религиозность «не ограничена отдельными сегментами эгоистического интереса».
Внутренняя религиозность «наполняет всю жизнь мотивацией и смыслом. Она уже не ограничена отдельными сегментами эгоистического интереса». Таким образом, на основе своих, зачастую глубоко личных, взглядов на религиозность, ее развитие и связь со склонностью к предрассудкам Олпорт сформулировал богатое теоретическое основание.
Первую попытку составить опросник на основе концепции Олпорта предпринял Вилсон. Он использовал более ранний «односторонний» подход и рассмотрел только внешнюю религиозную ориентацию как ту, которая связана с предубеждениями. Его шкала отражала зависимость от внешней церковной структуры и утилитарный подход к религии. На небольших религиозных выборках шкала показала хорошую надежность и сильную связь с антисемитизмом. Эта связь оказалась сильнее, чем у шкалы религиозного конвенционализма, которая основана на идеях, развитых в «Авторитарной личности», что показывает связь с предубеждениями не столько сильной религиозности, сколько особого рода мотивации.
Внутренняя религиозность положительно связана с альтруизмом, внутренним локусом контроля, психологическим здоровьем в целом, сложностью стиля атрибуции, отрицательно -- с депрессией.
С конца 60-х годов XX века отход от традиционных религиозных институтов стал в Европе массовым явлением. Послевоенная молодежь не находила в вере своих предков ответа на вопрос: «Как жить?» Наряду с атеизмом и агностицизмом альтернативой конфессиональному вероисповеданию стала индивидуальная религиозность. У нее много разновидностей, но все они имеют общий знаменатель: свой внутренний запрос и собственное мнение для религиозных индивидуалов превыше всяких предписаний.
В настоящее время еще не выработаны объективные критерии оценки самостоятельного богоискательства. Нет даже признания, что такие искания не только часть личной жизни отдельных людей, но и социальное явление, воздействующего на духовное состояние общества.
Тем не менее, как и всякое социальное явление, индивидуальная религиозность имеет проявления, которые общество склонно воспринимать как вредные. Но среди проблем, которые она может вызвать, нет и не может быть религиозного фанатизма и нетерпимости к инаковерию, возникающих в большинстве конфессиональных форм вероисповедания. Индивидуальная религиозность потому и называется индивидуальной, что предназначена для личного пользования, а не для распространения во всем мире во имя его спасения - такая задача противоречит ее сущности. Для религиозного индивидуала все истины относительны и все учения не полные.
В развитых странах христианского мира индивидуальная религиозность вытесняет традиционную. В ее потоках и волнах сейчас вырабатывается иное, чем в прежние эпохи, отношение к религии как таковой и к религиозным традициям в частности. Это знаковый процесс, в котором выражается дух времени. К настоящему моменту те, кто первым пришел к индивидуальной религиозности, став в 60-х годах хиппи или десятилетием позже нью-эйджерами, имеют уже более чем 30-летний опыт самостоятельных поисков и открытий. Личные особенности религиозных индивидуалов определяют их духовный маршрут и выбор духовной пищи. Разные эмоциональные потребности могут развести их в духовном поиске так же далеко друг от друга, как от традиционных верующих. У индивидуальной религиозности много форм, подчас внешне не похожих друг на друга, но все ее разновидности являются выражением определенного менталитета. Этот менталитет отличает индивидуалов от конфессионалов и сектантов - с одной стороны, и от самозваных провидцев, пророков, небесных посланников и им подобных - с другой. Догматические, канонические и авторитарные формы веры так же чужды индивидуалам, как и воинствующий атеизм.
Религиозные индивидуалы обходят стороной все, что претендует на признание единственно правильной веры, которую требуется вбирать в себя полностью, ничего в ней не убавляя и уж тем более ничего к ней от себя не добавляя. Они признают единство религий и потому считают в порядке вещей брать из разных традиций отдельные элементы и соединять их друг с другом. Им присуще убеждение, что настоящая «встреча с Богом» происходит внутри и к ней лучше всего готовят самопознание и саморазвитие. Они проявляют интерес как к духовной практике в разных религиозных культурах, так и к современным психотренингам и методикам личностного роста.