В настоящее время активно возрождается форма - культ, чему способствует восстановление разрушенных церковных храмов и сооружение новых, происходящее в массовом порядке; увеличение количества духовных семинарий, выпускающих священнослужителей. Но религиозная вера - содержание, сущность религиозности - в массовом порядке возродиться не может: она рождается не в массовом сознании и не есть приверженность «всемству». Религиозность есть личный религиозный опыт, отражающий особенности уникального индивидуального бытия. Массовость религиозного возрождения, его тотальность, некритическое отношение к православному прошлому русского народа приводит к тому, что «идея веры» выдается за веру, внешнее благочестие за истинную христианскую религиозность. Но и сами совершаемые таинства могут быть не только фиктивными, но и формальными. Их опасно совершать без веры, без благоговения. Столь же опасно приступать к ним формально, это грозит извращением, опустошением религиозных ценностей. В возрождении нуждается не только и не столько форма религиозности - церковный ритуал, который, в сущности, всегда был на первом месте, сколько само содержание - вера, сама христианская духовность и нравственность. Дальнейшие судьбы Православия в России и его положительная роль в жизни русского этноса будут зависеть прежде всего от того, какой тип религиозности получит наибольшее распространение и развитие, и насколько этому будет способствовать деятельность Русской Православной Церкви по формированию, укреплению религиозного сознания. Возможна также и некоторая модернизация традиционного Православия в целях соответствия этой религии духовным потребностям современной личности - это задача современного богословия.
Само по себе явление индивидуальной религиозности зарождалось не только благодаря работе революционеров и идеологов революции. К тому моменту церковь находилась в глубоком кризисе, и на то было несколько причин: неотделимость церкви от государства, так или иначе государство, император в частности, еще со времен появления Синода стремилось церковь контролировать, использовать её для управления народом, как, к примеру, в раннефеодальных государствах Западной Европы. Вторая причина, это кризис самой церкви, необходимость её полного реформирования и переосмысления ценностей и подходов к вере. Недаром церковь называли главным помещиком, при ближайшем рассмотрении выяснялось, что церковь имеет безграничные богатства, государственных крестьян для своих нужд и государственная земля, которой власти щедро одаривали церковь. РПЦ вступила в период революционных потрясений внешне мощной организацией: по данным на 1914 год в ней насчитывалось 1025 монастырей (550 мужских и 450 женских), в которых состояло 94 629 монашествующих мужчин и 73 299 женщин. Церквей, часовен и молитвенных домов было 78 488, из них 50 тысяч приходов.
В дореволюционной России был целый комплекс причин, способствовавших падению религиозности общества.
Во-первых, в результате капиталистических преобразований массы рабочих, - бывших крестьян, - оказались оторваны от традиционной религиозной культуры и в целом отошли от Церкви. Под влиянием антицерковной пропаганды, осуществляемой радикальной интеллигенцией через воскресные и земские школы, разваливалось и традиционное «бытовое» благочестие крестьянства.
Во-вторых, важным фактором падения авторитета РПЦ являлась синодальная система, при которой Церковь была полностью подчинена государству и в значительной степени оторвана от общества. Все стороны церковной жизни, вплоть до рукоположения духовенства и тем для проповедей, жестко контролировались государством. Церковь не имела возможности высказывать свое мнение по острым социальным проблемам, таким как:
-крепостное право (по сути дела рабство, сохранившееся в формально православном государстве до 1861 года),
-телесные наказания (окончательно отменены лишь в 1905 году),
-жестокая эксплуатация низших слоев общества (в начале XX века рабочий день на многих предприятиях составлял 12-14 и даже 16(!) часов).
По всем этим проблемам Церковь сохраняла почти полное молчание вплоть до самой революции. Хотя пастыри «на местах» и выступали иногда в защиту обездоленных, соборного голоса Церкви не было слышно.
Здесь же следует отметить и общее падение нравственности и в собственно церковной среде. К сожалению, многие представители приходского духовенства не соответствовали высокому званию пастыря. На приходах широкое распространение получили такие печальные явления как маловерие и неверие, отсутствие благоговения перед святыней, требоисполнительство и сребролюбие, формальное отношение к своему служению, равнодушие к нуждам паствы. Материальное положение духовенства было сложным: наряду с богатыми городскими приходами существовала масса бедных сельских храмов. Большинство клириков жило очень скромно, даже бедно и было вынуждено в первую очередь изыскивать средства на пропитание, а уже затем думать о религиозном воспитании паствы. Ради куска хлеба духовенству часто приходилось унижаться перед состоятельными прихожанами.
Данные обстоятельства приводили к тому, что многие выходцы из священнической среды стремились порвать с духовным сословием, уйти «от мелкой, безыдейной и фальшивой поддельной жизни». В связи с этим большинство учащихся духовных школ не хотели принимать священнический сан и стремились устроиться на более высокооплачиваемую светскую работу. Из 2148 выпускников семинарий 1911 года только 574 приняли сан к 1913 году.
Общий итог рассуждениям о печальном духовном положении духовенства и мирян РПЦ перед революцией подводит митр. Вениамин (Федченков): «Духовная жизнь и религиозное горение к тому времени начали слабеть. Вера становилась лишь долгом и традицией. Огня не было в нас и в окружающих».
Все эти обстоятельства резко понизили авторитет РПЦ среди российского общества и не позволили ей выступить в качестве консолидирующей силы во время революционных потрясений. Вместо этого в разгар революции Церковь была вынуждена заняться внутренним реформированием. Но было уже слишком поздно.
В-третьих, не подлежит сомнению, что революции в России не было бы, если бы не первая Мировая война. Самый надежный оплот монархии, - кадровая армия, и лучшие сыны России, пополнявшие ее, были убиты, ранены или попали в плен. Общие потери России в войне составили 1 миллион 800 тысяч человек убитыми и 2 миллиона 500 тысяч человек пленными.
После Февральской революции к власти в стране пришло Временное правительство, осознаваемое в обществе как переходное от монархии к буржуазной республике. Предполагалось, что оно будет править до созыва Учредительного Собрания, - всенародного законодательного органа, который был должен собраться в конце 1917 года и решить дальнейшую судьбу России. Временное Правительство предприняло ряд мероприятий, направленных на решение самых актуальных проблем, назревших в стране. К сожалению, и во Временном Правительстве никому и в голову не пришло предоставить РПЦ хотя бы некоторую свободу, и оно продолжало руководить церковной жизнью административными методами.
Новая власть провела ряд мер по секуляризации общества. 20 марта 1917 г. были отменены национальные и вероисповедные ограничения. Теперь для занятия важных государственных должностей и для коммерческой деятельности не требовалось принадлежать к православной вере. 14 июля был принят закон о свободе совести, в котором впервые в российской истории предусматривалось и вневероисповедальное состояние. Это было нормальное буржуазное законодательство, однако оно свидетельствовало о глубокой секуляризации в обществе. 25 июля Временное правительство наконец-то отменило синодальную систему управления. Однако, вместо нее было создано министерство по делам религий, в подчинении которому продолжала оставаться Церковь. И все же, несмотря на все эти издержки, РПЦ получила по сравнению с Синодальным периодом гораздо большую самостоятельность и смогла организовать созыв Собора Русская Православная Церковь в советское время.
Следует отметить, что своеобразная «революционная ситуация» сложилась к 1917 г. внутри самой Церкви. С 1905 г. значительная часть духовенства, в том числе епископата, проявляла недовольство системой синодального управления. Развивалось движение за реформирование церковной организации, создавались многочисленные кружки и общества, в которых шли дискуссии о необходимых переменах. В ходе внутрицерковных реформ в епархиях образовывались исполнительные епархиальные комитеты, ограничивавшие власть епископата, вводился выборный порядок замещения духовных и административных должностей. Таким образом, в жизнь Церкви вводилось соборное начало, причем происходило это по инициативе «снизу». Если в царское время соборы не собирались более 200 лет, то теперь на организацию собора ушло всего несколько месяцев. Но состоявшийся вскоре приход к власти большевиков остановил церковное возрождение.
Несмотря на откровенно антирелигиозный характер Советской власти, следует признать, что значительную часть ответственности за ее появление несет царское правительство, осуществлявшее по отношению к церкви неправильную политику. Вполне возможно, что здравая религиозная политика царской России могла бы предотвратить появление богоборческой власти.
Заключение
религиозность православный христианство языческий
Итак, в данной работе были затронуты понятие индивидуальной религиозности, появление этой теории и соответствующие исследования на этот счёт.
Подвоя итоги, можно сказать о том, что проявление индивидуальной религиозности возможно не только под влиянием внешних факторов, но и под влиянием внутреннего состояния человеческого существа. В работе наглядно было продемонстрировано формирование русской религиозной философии, которая, естественно, диктовалась духом времени, но тем не менее, наличие работ на эту тему, свидетельствует о том, что человек постоянно находится в поиске истинной веры, подходящей ему одному.
Мы можем говорить о том, что простой русский народ, отказавшись от религии в 20ые годы ХХ столетия, в первую очередь искал новое спасение, цель. Так как церковь в отсутствие радикальных реформ, перестала казаться людям своеобразным утешением, защитницей угнетенных. Полностью разочаровавшись в идеалах православия, начинает формироваться новый тип людей - советский человек, основным стремлением которого становится построение «светлого коммунистического будущего», эту идею можно сравнить с религиозной задачей каждого человека, о спасении собственной души и возможности попасть в рай.
Основным выводом исследования считаю: индивидуальная религиозность действительно может оказывать влияние на исторический процесс. Так как церковь изначально создавалась для возможности духовного влияния на простых людей, очень опасно давать людям понять, что церковь может являться не только местом для духовного единения, как это было с Русской Православной Церковью дореволюционной России. Стагнация, которой привела к массовому оттоку верующих, и почти безболезненному отказу от христианской веры, в пользу коммунистических идеалов.
Теоретическое значение диссертационного исследования связанно с полученными основными выводами.
1. Феномен христианской религиозности представляет собой единство духовной и практической сторон. Духовная сторона - вера как знание Бога, переживание связи с Ним - составляет внутреннее основание религиозности, является ее главной характеристикой. Практическая сторона представлена внешними признаками религиозности (участие в культовой практике). Но только внешний аспект религиозности не свидетельствует об ее подлинности. Внешняя религиозность, не одухотворенная живой верой, может расцениваться как мнимая, формальная религиозность. Поэтому самое существенное проявление подлинной религиозности - особое поведение верующего субъекта в соответствии с правилами религии и веры. Подлинная христианская религиозность есть желание совершенствования, выражается в стремлении приблизиться к своему первообразу - Богу. Это желание совершенства и воля к нему неизбежно захватывает всё существо верующего, все сферы его жизни и деятельности. Поэтому истинная религиозность становится самостроительством как способом существования человеческой личности.
2. Анализ русской религиозности в ее историческом развитии в диалектических категориях формы (участие в культе как внешнее проявление религиозных чувств) и содержания (вера как духовно- душевное состояние) позволяет сделать вывод о неоднородности рассматриваемого феномена. Нами выделены и рассмотрены следующие преобладающие типы русской религиозности:
• «Обрядоверие», характеризующееся преобладанием внешней формы как исключительно внешняя формальная религиозность - «внешнее благочестие» (конфессиональное и внеконфессиональное). Форма не является в этом случае внутренней организацией, органичным продолжением духовного содержания (веры), следовательно, она нейтральна по отношению к последнему, нефункциональна; также форма отличается консервативностью, отсутствием активности и динамики. Этот тип религиозности является наиболее массовым на протяжении всей истории русского Православия.