Таким образом, Пленум увязал ответственность за превышение пределов необходимой обороны со следующими обстоятельствами:
1) характером и опасностью посягательства;
2) способом и средствами защиты, применение которых явно не вызывалось необходимостью;
3) умышленное, осознанное причинение посягающему смерти или тяжкого вреда здоровью не было необходимо для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства.
С.В. Винник дополнительно выделена степень подготовленности посягающего к совершению преступления (подготовление заранее предметов и орудий совершения преступления, подготовка места совершения посягательства), физическая, психологическая и психофизическая возможность обороняющегося отразить посягательство (физическое развитие, психологический тип личности, особенности темперамента).
По мнению Б.Д. Завидова, вопрос о наличии либо отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны решается помимо остального с учетом таких обстоятельств: удаленность места нападения от лиц, которые могли бы прийти на помощь, криминогенная наклонность нападавших (нападающего), о которых было известно оборонявшемуся.
По нашему мнению, именно степень общественной опасности посягательства выступает базисом для установления пределов допустимого вреда. Тут имеется прямая зависимость: чем опаснее посягательство, тем шире пределы допустимого вреда, который причиняется посягающему.
Понятие посягательства, при котором возможна ответственность за превышение пределов необходимой обороны, раскрывается в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27.09.2012 года. Это посягательство, сопряженное с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Пленум дал примерный перечень подобных посягательств (побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью, грабеж, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья), а также указал, что это могут быть любые умышленные и неосторожные деяния, предусмотренные Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации, которые хотя и не сопряжены с насилием, однако с учетом их содержания могут быть предотвращены или пресечены путем причинения посягающему вреда.
Иначе говоря, в п. 3 Постановления разъясняются основания правомерного применения необходимой обороны при условии непричинения посягающему смерти или тяжкого вреда здоровью под страхом наказания.
При оценке обоснованности применения способов и средств защиты в п. 13 Постановления Пленума рекомендуется решать вопрос о наличии признаков превышения пределов необходимой обороны на основании всего спектра обстоятельств, имеющих отношение к делу. В частности, объекта посягательства, избранного посягавшим способа достижения результата, тяжести последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца, наличия необходимости причинения посягавшему смерти или тяжкого вреда здоровью для предотвращения или пресечения посягательства, места и времени посягательства, наличия оружия или иных предметов, использованных посягавшим в качестве оружия, возможности оборонявшегося лица отразить посягательство.
Кроме того, Пленум рекомендует решать вопрос о наличии превышения пределов необходимой обороны на основании любых иных обстоятельств, которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и оборонявшегося лица. Например, в п. 12 Постановления специально обращено внимание на то, что в случае группового посягательства обороняющееся лицо вправе применить к любому из посягающих такие меры защиты, которые определяются характером и опасностью всей группы.
Чтобы правильно квалифицировать действия обороняющегося, нужно определить, было ли несоответствие способа и средств обороны характеру и опасности противоправного посягательства явным, очевидным, если было совершено умышленное причинение посягающему, но без необходимости смерти либо тяжкого вреда здоровью. Такое мнение выражено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 19 от 27.09.2012 года.
По данному вопросу Н.Н. Турецкий отметил, что превышение пределов необходимой обороны является именно явным, т. е. очевидным, бесспорным, резким, значительным, не подлежащим сомнению, не требующим дополнительного толкования несоответствием защиты характеру и опасности противоправного посягательства. При этом обороняющемуся заведомо известно, что посягательство можно отразить и с применением более мягких средств, причинив посягающему менее тяжкий вред. Как видно, правомерная оборона вовсе не требует пропорциональности (абсолютной соразмерности) между способом, средствами защиты и противоправного посягательства.
Стоит подчеркнуть, что в п. 11 Постановления № 19 от 27.09.2012 года говорится о том, что квалификация деяния обороняющего по ч. 1 ст. 114 УК РФ допускается лишь при осознании им того, что причиненный вред не был необходим для предотвращения или пресечения посягательства.
В то же время, как отмечает С.В. Тасаков, в судебной практике широко применяет «механический» подход к установлению соразмерности средств защиты и нападения, результатом которого довольно часто является то, что, к примеру, применение защищающимся оружия против невооруженного преступника, в случае отсутствия явной угрозы жизни защищающегося, однозначно квалифицируется как превышение пределов необходимой обороны. При этом не принимается во внимание, что даже удар кулаком средней силы в шею или висок может оказаться роковым для обороняющегося и привести к наступлению летального исхода или фактически лишить возможности защищаться по физиологическим причинам (при нокауте, головокружении, частичной или полной потере ориентации, сознания).
И.А. Тараканов отмечает абсурдность такого подхода, указывая, что такая трактовка означает запретить обороняющемуся использование пистолета или ножа тогда, когда посягающий пытается его задушить.
Ошибочность в применении «механического» подхода к установлению пределов необходимой обороны подтверждена еще и тем, что для отражения внезапного агрессивного посягательства обороняющийся должен иметь определенное превосходство над нападающим, которое как раз и может быть достигнуто с помощью более эффективного средства защиты - боевого приема, оружия или иного предмета.
Ситуации, в которых вред, причиненный обороняющимся, не был минимально возможным, необходимым для прекращения нападения, некоторыми учеными также относились к разновидностям превышения пределов необходимой обороны. Но такое толкование уголовного закона, по нашему мнению, изменяет содержание принципа соразмерности и необходимости причиняемого вреда, чем ограничивается само право гражданина на оборону от преступного посягательства. Уголовное законодательство не содержит дополнительных требований о минимальном размере вреда, причиняемого посягающему, единственно важно, чтобы данный вред не был резко несоразмерным с предотвращенным вредом, а не минимально возможным.
Е.М. Берлин даже было высказано предложение в зависимости от обстоятельств конкретного дела считать законным «добивание» преступника, т.е. причинение ему таких телесных увечий, которые гарантированно лишат его возможности продолжить посягательство, если у обороняющегося нет полной уверенности в том, что посягательство закончилось. Считаем такое предложение весьма спорным, способным спровоцировать причинение чрезмерного, не вызванного необходимостью вреда.
Смоделируем ситуацию, в которой обстановка обороны такова, что у защищающегося есть явное превосходство в силе перед посягающим и он осознает данное обстоятельство. Например, владеющий навыками боевого искусства после нанесения нескольких ударов имеет «стратегическое» превосходство перед нападающим, который едва держится на ногах, однако все еще продолжает высказывать угрозы и предпринимает попытки нанести удар. Несмотря на это, обороняющийся применяет крайне опасный для жизни нападающего боевой прием, в результате чего его здоровью причиняется тяжкий вред.
Указанная ситуация является бесспорным примером превышения пределов необходимой обороны. Необходимости в причинении такого вреда нет, поскольку обороняющийся прекрасно осознает факт своего превосходства. При таких обстоятельствах пределы необходимой обороны превышены вследствие проведения боевого приема, который причинил тяжкий вред здоровью посягавшего.
Судебной практике известны случаи, когда причинение тяжких последствий не одному, а нескольким нападавшим квалифицируется как превышение пределов необходимой обороны исходя из того, что совокупный результат оказался более значительным, нежели вред, причиняемый обороняющемуся.
Такая позиция должна быть оценена весьма негативно: судами совершаются грубые ошибки, поскольку нарушаются требования п. 8 ранее действовавшего Постановления № 14 от 16 августа 1984 г., в соответствии с которым, если посягательство совершается группой лиц, то обороняющийся имеет право применить к любому нападающему такие меры защиты, которые определяются опасностью и характером действий всей группы. Считаем, что в целях искоренения указанных ошибок, аналогичное предписание нужно закрепить в п. 12 Постановления № 19 от от 27.09.2012 года.
Умышленное, осознанное причинение посягающему лицу смерти или тяжкого вреда здоровья, что не было необходимо для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства, предполагает следующее. Причиненный вред явно, очевидно не соответствовал характеру и опасности посягательства. Обороняющийся умышленно, т. е. действуя с прямым или косвенным умыслом, осознавая возможность предотвратить или пресечь посягательство иным образом, причиняет посягающему смерть или тяжкий вред здоровью. Однако если обороняющийся, например, в силу душевного волнения, вызванного посягательством, не мог в полной мере оценить характер и опасность посягательства и, как следствие, избрать соразмерные способы и средства защиты, то он не должен отвечать за превышение пределов необходимой обороны. Об этом правильно отмечается в п. 14 Постановления.
На основании изложенного, приходим к выводу, что превышение пределов необходимой обороны - это явное, очевидное, резко выраженное, бросающееся в глаза, осознаваемое обороняющимся лицом несоответствие защиты характеру и опасности посягательства.
Уголовная ответственность за превышение пределов необходимой обороны возможна при наличии совокупности следующих обстоятельств:
1) совершено посягательство, не сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или иного лица, либо иное умышленное или неосторожное деяние, предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса Российской Федерации, которое хотя и не сопряжено с насилием, однако с учетом его содержания может быть предотвращено или пресечено путем причинения посягающему вреда;
2) посягающему умышленно причинены смерть или тяжкий вред здоровью;
3) обороняющийся применил способы и средства защиты, применение которых явно не вызывалось необходимостью.
Уголовная ответственность за превышение пределов необходимой обороны исключается при наличии любого из следующих обстоятельств:
1) совершено посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия;
2) имело место неожиданное посягательство, вследствие которого обороняющееся лицо не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения;
3) обороняющийся в силу душевного волнения, вызванного посягательством, не мог правильно оценить характер и опасность посягательства и, как следствие, избрать соразмерные способы и средства защиты;
4) при причинении смерти или тяжкого вреда не было допущено явного несоответствия мер защиты характеру и опасности посягательства;
5) совершено групповое посягательство, вследствие которого обороняющийся применил такие меры защиты, которые определялись характером и опасностью всей группы.
2.4 Понятие и виды мнимой обороны в уголовном праве. Квалификация причинения вреда при мнимой обороне
К сожалению, УК РФ не раскрывает содержание понятия «мнимая оборона»: ст. 37 попросту не содержит даже упоминания о нем. Имеются определения данного понятия в науке уголовного права. Было высказано немало точек зрения, однако большинство ученых склонялось к тому, что термин «мнимая оборона» служит для обозначения «кажущегося нападения» в уголовном праве.
Так, З.Г. Алиев под мнимой обороной понимает психическое отношение лица к своему деянию (действию или бездействию) и его последствиям, имеющее в интеллектуальном и (или) волевом моменте порок, обусловленный заблуждением, то есть неправильной интерпретацией юридического факта либо неправильной оценкой поведения другого лица как общественно опасного посягательства на охраняемые законом права и интересы, связанного с причинением вреда такому лицу либо с угрозой причинения такого вреда.