Материал: Предпосылки повышения конкурентоспособной экономики Казахстана

Примечание - Составлено автором по данным источника /121, с.293/

Рисунок 5 - Институциональная схема национальной системы инноваций по Б. Йонсону

Также датские ученые предложили различать текущее функционирование и конечное функционирование НСИ. Так, текущее функционирование является прямым результатом деятельности НСИ в смысле производства нового продукта, инноваций и их диффузии. В этот раздел входят такие индикаторы как патенты, новые продукты в общем объеме продаж, доля продуктов «хай-тек» в производстве или торговле. Конечное функционирование отражает вклад инновационных процессов в базовые переменные, такие как рост и уровень дохода, уровень безработицы или занятости, платежный баланс.

Для более внимательного рассмотрения НСИ скандинавских стран шведский экономист Э.Дамен предложил рассматривать экономику по блокам развития. Под блоками развития понимается широкая сеть взаимосвязанных производителей и потребителей, развивающихся в тесном взаимодействии друг с другом и часто поддерживаемых со стороны частных или государственных организаций, которые создают знания [126]. Такие блоки развития часто концентрируются вокруг стратегического экспортного сектора экономики и включают в себя части различных секторов хозяйства страны, тесно связанных между собой прочными связями. В национальной системе инноваций такие блоки развития образуют опору для интерактивного обучения (обучения путем взаимодействия). Необходимо отметить, что блоки развития фигурируют в измененном виде и в концепции ромба конкурентных преимуществ стран М.Портера. Только там они называются «родственные и поддерживающие отрасли».

Очевидно, что понятие «экономика обучения» связано с популярным термином «экономика знаний», введенным также в начале 1990-хгг. [127]. Термин «экономика обучения» является, по нашему мнению, более реалистичным, так как учитывает не только важность науки в современном обществе и роль нововведений в производственной сфере, но и указывает на необходимость по возможности каждому члену общества непрерывно усовершенствовать свои знания как с помощью усваивания кодированной информации «знаю-что» и «знаю-почему», так и систематизации собственных навыков, относящихся к категориям «знаю-как» и «знаю-кто».

Лундваль назвал свою концепцию экономики обучения «альтернативной» концепции экономики знаний [128, с 1]. Он также подчеркнул, что в экономике обучения чрезвычайно важными являются неявные знания, которые невозможно отделить от человека или организации, которая ими владеет в отличие от явных знаний, заключенных в доступные базы данных. Кроме того, по его мнению, именно концепция экономики обучения закладывает фундамент выравнивания уровня жизни как в пределах одного государства, так и между разными по уровню экономического развития регионами, например, Европейского союза, исходя из принципов построения государства всеобщего благосостояния. Действительно, в реальности в развитии экономики знаний могут участвовать отнюдь не все страны или регионы, а только ведущие экономические субъекты. Концепция же Лундваля предполагает использование возможностей процесса обучения в странах и регионах с разным уровнем технологического развития.

Теоретические выводы концепции регионов обучения норвежских экономико-географов Б.Асхайма и А.Изаксена были сделаны на основе проведенных исследований развития промышленных районов в регионах Норвегии. Их концепция описывает возможности развития регионов для достижения ими высокой конкурентоспособности в мировом хозяйстве. Асхайм и Изаксен рассматривали промышленные районы в регионах как источник инноваций и нововведений. Используя работы М.Маршалла и Ф.Перру, они пришли к выводу о наличии значительного инновационного потенциала в промышленных районах для постоянного изобретения инноваций.

В целом промышленные районы, по Асхайму, обладают следующими характеристиками [129];

а) Внешняя экономия на масштабах производства в пределах района поддерживается через развитую вертикальную кооперацию между фирмами, которые обыкновенно делятся на фирмы-заказчики и фирмы-исполнители. Это сдерживает развитие горизонтальной технологической кооперации;

б) Часто между фирмами в промышленном районе наблюдается сильная горизонтальная конкуренция, так как фирмы производят одни и те же комплектующие и участвуют в производственном процессе на одной и той же стадии;

в) Главной характеристикой является наличие большого числа малых и средних предприятий и одной крупной фирмы, действующей как стратегический центр принятия решений. Для малых компаний самостоятельно практически невозможно поддерживать высокий уровень инновационности выпускаемых продуктов из-за нехватки человеческих и финансовых ресурсов, поэтому они взаимодействуют с компанией - лидером.

Именно для развития промышленных районов Норвегии главной проблемой являлось практически полное отсутствие радикальных инноваций при доминировании добавочных инноваций. Добавочные инновации могут поддерживать конкурентоспособность района на высоком уровне, но в случае резкой смены техноэкономической парадигмы внутренних ресурсов может и не хватить для генерирования радикальных инноваций. В результате может оказаться под вопросом конкурентоспособность экономики всего региона. Во время фордистской эры производства господствовала так называемая линейная инновационная модель [130]. Она базировалась на формальных знаниях, которые генерировали научно-исследовательские институты, большие транснациональные корпорации и национальные системы инноваций. Но у этой модели обнаружились два больших недостатка. Первый недостаток связан с переоценкой исследований, как главного источника новых технологий. Невысокая способность страны к созданию инноваций объяснялась низкими вложениями государства в НИОКР. Поэтому во многих странах основные ресурсы были направлены на фундаментальные исследования. Второй недостаток - рассмотрение инновации как технократического акта, т.е. создание новых технических приборов и аппаратов. Поэтому норвежский исследователь К. Смит называет такую модель «основанной на исследованиях, последовательной и технократической» [130, с. 2].

В настоящее время инновационный потенциал страны не может быть объяснен только проведением фундаментальных исследований. С введением Б.-О.Лундвалем в научный оборот термина «экономика обучения», основанной на взаимодействии между людьми, представления об инновациях приобрели социологическую составляющую. Современная модель инноваций может быть представлена как интерактивная инновационная модель. В современной модели инновационной экономики «знание является главным ресурсом, а обучение - главным процессом» [131, с. 8]. Разница между двумя моделями представлена в таблице 3.

Таким образом, Асхайм и Изаксен сделали вывод о необходимости развивать конкурентные преимущества регионов на основе процессов обучения в располагающихся в них промышленных районах (сильную конкуренцию, по М.Сторперу [103, с. 174]. Поэтому такие регионы получили название регионы обучения. А региональные инновационные системы рассматривались как основа для повышения конкурентоспособности региона.

Главной особенностью региональных инновационных систем, Асхайм и Изаксен считали сочетание использования как местных региональных, так и экзогенных знаний. При комбинировании внешних и внутренних знаний у промышленных районов появляется возможность генерировать не только добавочные, но и радикальные инновации, необходимые для поддержания высокой конкурентоспособности. Сочетание локальных глобальных убиквитетных знаний является главной характеристикой регионов обучения и их региональных инновационных систем [132].

Таблица 3 - Характеристики двух инновационных моделей

*Составлено автором на основе источника /132, с. 8/

Для выделения различных типов регионов обучения было проведено исследование специализации городских агломераций Норвегии в рамках международного разделении труда. С помощью коэффициента локализации и абсолютных значений занятости в регионах Асхайм и Изаксен выделили более 40 экспортно-ориентированных агломераций. В результате исследования, было выделено три типа региональных инновационных систем по соотношению внутренних и внешних знаний.

Второй тип - региональная сетевая инновационная система, в которой фирмы тесно связаны с региональными особенностями развития, но в то же время они ориентированы в значительной степени на экспорт производимой продукции за рубеж.

Внешние знания привносятся в кластер через филиалы ТНК, работающие в кластере. Типичным примером такой системы является промышленный район Йерэн, специализирующийся на машиностроении. Высокое техническое обеспечение производственного процесса привлекло в этот локальный кластер иностранные инвестиции. В ней присутствуют местные фирмы, иностранные филиалы, а также поддерживающие институты, генерирующие новые знания.

Третий тип региональной инновационной системы значительно отличается от первых двух. Во-первых, потому что часть фирм и институтов включена в интернациональную инновационную систему. Во-вторых, совместная работа основана на линейной инновационной модели, направленной на изобретение радикальных инноваций. Другими словами, большинство компаний промышленного района ориентированы на экспорт, являясь поставщиками комплектующих или контрактными поставщиками для конечных потребителей, так называемые производители оригинальной продукции (OEM - original equipment manufactures). Такой тип региональной инновационной системы может быть назван «моделью экзогенного развития».

Например, в промышленном районе Хортен, специализирующимся на электронике, работают 25 компаний с общим числом занятых 1,9 тыс. чел. Три из них являются поставщиками ОЕМ (450 чел. занятых), 13 - прочими субконтрактниками (500 чел. занятых). Современная структура района сформировалась через коммерциализацию научных разработок норвежских ученых, в частности военного сектора. Конкурентные преимущества района в мировой экономике заключались в наличии высококвалифицированного человеческого капитала и личных связей между норвежскими учеными, работающими как в частных компаниях, так и в государственных НИИ.

Таким образом, для конкурентоспособного развития практически любой отрасли специализации региона и устойчивого повышения жизненных стандартов населения необходимо найти оптимальное соотношение необходимых локальных и убиквитетных знаний в рамках развивающегося в регионе промышленного района или регионального/локального кластера.

«Индекс качества» экономической деятельности Э.Райнерта.

Норвежский экономист Э.Райнерт занимался исследованием причин достижения развитыми странами высокой конкурентоспособности, под которой понимал высокий уровень жизни их населения. Он придерживался мнения, что традиционные неоклассические теории устранили из своего анализа реальные факторы, вызывающие неравномерное развитие в мире. Например, основными предположениями теории международной торговли А.Смита и Д.Риккардо является 1) функционирование «одинаковых» фирм в 2) условиях совершенного доступа к информации и с 3) постоянной экономией на масштабах производства. Однако, очевидно, в реальности ни одно из этих предположений не подтвердилось. В данном случае, как отметил Райнерт, термин «конкурентоспособность» потерял бы всякий смысл, так как все отрасли хозяйства вне зависимости от того, являются ли они низко- или высокотехнологичными, представляются в рамках этих теорий одинаковыми, а изобретение новых технологий ведет к тому, что цены на продукты падают, повышая общий уровень жизни населения во всех странах [133, с.4]. Согласно теории сравнительных преимуществ Д.Рикардо сельскохозяйственные нации должны оставаться сельскохозяйственными, а промышленные - промышленными. Но сельскохозяйственные нации не достигали высокого уровня развития, подчеркнул Райнерт. Райнерт также отметил, что его выводы согласуются с теорией «нового» роста П.Ромера и теорией «новой» торговли П.Кругмана [69, с.24].

Он указал на другой путь развития - распределение дополнительного дохода от внедрения новых технологий внутри государства, производящего данный продукт, через повышение доходов фирм, выплаты более высоких зарплат работникам и взимание более высоких налогов. В данном случае термин «конкурентоспособность» приобрел смысл, так как более конкурентоспособным становится то государство, где существует производство с более высокими промышленными доходами (промышленной рентой, по Райнерту).

Первый механизм распределения доходов от экономического роста он назвал «классическим», второй - «договорным» [133, с.4]. Существование и национальное присвоение высокой промышленной ренты является, по Райнерту, главной целью политики повышения конкурентоспособности страны. Страны должны стараться удержать у себя ключевые производства с наиболее высокой промышленной рентой и потенциалом роста - в первую очередь так называемые «выборочные победители».

Райнерт выделил две различные школы экономической мысли: англо-саксонскую (А.Смит, Д.Риккардо) и германскую (Ф.Лист, А.Мюллер, Й.Шумпетер и др.) Первая, представленная теориями равного роста, выступает за свободную торговлю, и ведущие страны мира, по мнению Райнерта, не следовали ее советам при развитии своей промышленности. В германской школе развивались теории неравного роста в мире, она поддерживала умеренный протекционизм, и именно ее советам следовали наиболее развитые страны.

Райнерт приводит несколько убедительных исторических примеров в защиту протекционизма. Только развив собственную обрабатывающую промышленность, Англия, Германия, США, Япония и другие развитые страны выходили на открытый международный рынок.

Следует, однако, отметить, что в настоящее время при развитии собственной промышленности ведущую роль играет наличие современных технологий, которых у развивающихся стран может и не быть. Поэтому наиболее успешные развивающиеся страны выбрали все же не стратегию разумного протекционизма и импортозамещающую модель развития, а, наоборот - развивали экспортоориентированную экономику. Так что для развивающихся стран даже умеренный протекционизм не является оптимальной стратегией для развития своей промышленности.

Райнерт на нескольких примерах показал, что некоторые развивающиеся страны, даже обладающие абсолютными преимуществами торговли (наивысшей производительностью труда в мире в определенной отрасли) не могут повысить уровень жизни населения из-за доминирования «классического» распределения доходов.

Например, развитие двух отраслей специализации Кубы, культивации табака и сахарного тростника, по-разному влияет на уровень жизни населения, занятого в этих отраслях. Страна имеет прекрасную почву для выращивания обоих растений и обладает абсолютными преимуществами в производстве обоих видов продукта. Однако специализация на производстве табака образовала в стране средний класс, а выращивание сахарного тростника не способствовало росту доходов работников. Культивация табака потребовала выработки определенных знаний и способностей к его собиранию, например, листочки табака должны быть аккуратно срезаны маленьким ножичком - надо быть уверенным, что растение не повреждено. В выращивании и сборе тростника была и будет необходима только грубая сила. У табака есть различные бренды, известные на мировом рынке, а у продукции сахарного тростника они отсутствуют. Цена на кубинский табак практически не варьируется в течение года, в то время как цены на тростник очень сильно колеблются в зависимости от урожая [67, с. 16]. То же распределение было обнаружено и в США в 1930-х гг. США обладало самой конкурентоспособной промышленностью и высокопроизводительным сельским хозяйством. Но работники в промышленности богатели, а фермеры оставались бедными.