На наш взгляд, наиболее верной является позиция тех авторов, которые считают, что отсутствие события преступления - это отсутствие самого факта деяния. Позиция авторов, которые рассматривают в отсутствии события преступления ошибочное восприятие деяния преступным, не совсем правильная, поскольку ошибочное восприятие деяния как преступления следует рассматривать как отсутствие состава преступления. При этом главным аргументом является то, что факт деяния имеет место, а в случае отсутствия события нет самого фактического деяния в действительности.
Использование основания, предусмотренного п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие события преступления) видится обоснованным в следующих типичных ситуациях.
Во-первых, в случае, когда отсутствует деяние, как объективное явление действительности. Например, лицо считало, что у него похитили какую-либо вещь, и подало заявление о совершенном преступлении в правоохранительные органы, а через несколько дней пропажа была обнаружена (лицо само ее переложило куда-либо и забыло об этом). Таким образом, возбужденное уголовное дело прекращается по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ -отсутствие события преступления ввиду отсутствия самого деяния. В судебной практике наблюдаются примеры, когда сообщение о заведомо не существующем в действительности преступлении делается умышленно, с целью получения какой-либо выгоды. Так поступил и житель Красноярского края, желающий таким способом присвоить себе чужой автомобиль. Он заявил о краже вверенного ему для ремонта транспортного средства, однако «в последствии органами следствия было выявлено, что данное лицо сделало ложное сообщение о совершенном преступлении. По факту кражи транспортного средства уголовное дело было прекращено по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в отношении же заявителя вынесен обвинительный приговор по ч. 1 ст. 306 УК РФ (заведомо ложный донос о совершении преступления)» Приговор Советского районного суда г. Красноярска № 1-551/2018 по делу № 1- 551/2018 от 16.05.2018 г. [Электронный ресурс] - URL: https://sudact.ru/regular/doc/2C6lJ0BUGILd/ (дата обращения: 17.03.2023)..
Во-вторых, в ситуации, когда вред охраняемым уголовным законом интересам был причинен исключительно вследствие обстоятельств непреодолимой силы. Под обстоятельствами непреодолимой силы следует понимать «такие явления объективной действительности, наступление которых или их воздействие на охраняемые уголовным законом общественные интересы не лежит в зависимости от воли привлекаемого к ответственности лица, непредвиденные и немогущие быть предвиденными им, немогущие быть предотвращенными или устраненными (например, стихийные бедствия, уничтожающие имущество, исключают квалификацию произошедшего по ст. 167 УК РФ)».
В-третьих, при обстоятельствах причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам действиями самого потерпевшего. Примерами подобных ситуаций может выступать: самоубийство; несчастный случай на производстве в результате вины самого пострадавшего при отсутствии вины других лиц; и т.д.
Пункт 2 части 1 статьи 24 УПК РФ закрепляет «отсутствие в деянии состава преступления в качестве основания отказа в возбуждении уголовного дела. В соответствии с ч. 1 ст. 148 УПК РФ отказать в возбуждении уголовного дела по данному основанию можно лишь в отношении конкретного лица. Данное основание подразумевает отсутствие в деянии хотя бы одного из элементов состава преступления, поэтому применение п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ возможно в случае возникновения следующих типичных ситуаций. Во-первых, при отсутствии признаков объекта преступления, т.е. деянием причинен вред интересам, не находящимся под уголовно-правовой защитой, например, при декриминализации того или иного деяния. Во-вторых, в случаях, когда отсутствует объективная сторона»Чистилина Д.О. Отказ в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям: проблемы правоприменения // Алтайский юридический вестник. 2022. № 1. С. 124..
Подобная ситуация возможна в самых различных формах, например, не наступление предусмотренных уголовным законом последствий (тяжкий вред, крупный ущерб). В-третьих, когда отсутствуют признаки субъекта преступления. Классическим примером такой ситуации, приводимым во многих научных трудах, является недостижение возраста привлечения к уголовной ответственности. Также применение п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ имеет место в тех случаях, когда обязательные для конкретного состава преступления признаки специального субъекта отсутствуют. В-четвертых, при отсутствии признаков субъективной стороны. «Ярким примером данной ситуации преступления является невиновное причинение вреда, предусмотренное ст. 28 УК РФ. Также к данному критерию относится ситуация, когда мотив, цели, форма вины не совпадают с предусмотренными в диспозиции состава особенной части УК РФ (например, перемещение автомобиля в целях освобождения парковочного места, возможности проезда нельзя квалифицировать как угон (ст. 166 УК РФ)), так как отсутствует цель завладения автомобилем» Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации за II полугодие 2021 г. // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2022. № 7..
Например, следователем был рассмотрен материал проверки № 590/21 по заявлению С. по факту кражи ее имущества. Были установлены лица совершившие преступление, а именно С.Д.А. и Н.К.В., в их действиях присутствовали признаки преступления, предусмотренного ст. 158 ч. 2 п. «в» УК РФ, но отсутствовал состав преступления, а именно субъект преступления. Исходя из нормы ст. 158 УК РФ «субъектом кражи может быть физически вменяемое лицо достигшее к моменту совершения деяния 14 летнего возраста». В ходе доследственной проверки было установлено, что С.Д.А. и Н.К.В. не достигли возраста уголовной ответственности предусмотренной ст. 158 УК РФ. Следователем было вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ Материал проверки сообщения о преступлении № 590/21 // СУ УМВД России по г. Барнаулу..
В связи с отсутствием состава преступления в возбуждении уголовного дела должно быть отказано и в том случае, если деяние формально содержит признаки преступления, но в силу малозначительности не представляет общественной опасности (ч. 2 ст. 14 УК РФ), а также если имеются такие обстоятельства, исключающие общественную опасность деяния, как необходимая оборона, правомерное применение мер по задержанию преступника и крайняя необходимость (ст. ст. 37-39 УК РФ).
В соответствии с п.5 ч.1 ст.24 УПК РФ в качестве одного из оснований отказа в возбуждении уголовного дела выступает отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 УПК РФ. Согласно ч.2 и ч.3 ст.20 УПК РФ дела частного и частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, вследствие чего отсутствие данного заявления является основанием для отказа в возбуждении уголовного дела. При этом отказ в возбуждении уголовного дела органом, осуществляющим предварительное расследование, на основании отсутствия жалобы пострадавшего не препятствует его возбуждению путем подачи заявления мировому судье потерпевшим или его законным представителем. Однако в ч.4 ст.20 УПК РФ указаны случаи, когда правоохранительные органы возбуждают уголовное дело по делам частного и частно-публичного обвинения при отсутствии соответствующего заявления. Так, «руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора, дознаватель возбуждают уголовное дело о любом преступлении по делам частного и частно-публичного обвинения и при отсутствии заявления потерпевшего, если данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам неспособного самостоятельно защищать свои права и законные интересы». К иным причинам относится также случай совершения преступления лицом, данные о котором неизвестны.
Для привлечения к уголовной ответственности отдельных категорий лиц установлена особая процедура. Соответствующие гарантии неприкосновенности лицам, исполняющим отдельные государственные функции, предусмотрены не только в УПК РФ, но и в специальных законах. «Отсутствие предварительного заключения коллегии, состоящей из трех судей Верховного Суда РФ, принятого по представлению Президента РФ, о наличии признаков преступления в действиях Генерального прокурора РФ или Председателя Следственного комитета РФ, отсутствие согласия на возбуждение уголовного дела либо на привлечение в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, в отношении члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы соответственно Совета Федерации и Государственной Думы, Конституционного Суда РФ в отношении судьи этого суда, соответствующей квалификационной коллегии судей в отношении судьи, является безусловным и достаточным основанием для отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения возбужденного уголовного дела в отношении указанных лиц. В соответствующем постановлении дознаватель, следователь должны сослаться на норму специального закона (при ее наличии), применимый пункт ч. 1 ст. 448 и п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ»Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Главы 1-32.1: постатейный научно-практический комментарий / отв. ред. Л. А. Воскобитова. М., 2015. С. 244..
Отдельно следует отметить, что УПК РФ не содержит термина «самооговор».
Самооговор нужно рассматривать как разновидность обвинительных показаний. К тому же самооговор не освобождает правоохранительные органы от обязанности всесторонне исследовать все обстоятельства дела в их совокупности. Если этого не было сделано, то в последствии, в случае реабилитации обвиняемого, нельзя, ссылаясь на самооговор, лишить его права на возмещение ущерба. Осуждение в результате самооговора - это последствие ненадлежащего исполнения сотрудниками правоохранительных органов и суда их непосредственных обязанностей. Поэтому переложение бремени ответственности за необоснованное осуждение на реабилитируемого представляется несоответствующим требованиям справедливости.
Изложенное позволяет сделать следующие выводы: вопрос о реабилитирующих основаниях в уголовном судопроизводстве Российской Федерации представляет определенные сложности в практической деятельности сотрудников правоохранительных органов и суда, которые порою не могут найти нужного ответа при выборе реабилитирующего основания отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовных дел.
Реабилитирующие основания являются одним из структурных элементов уголовно-процессуального института реабилитации как поводы для признания за невиновным лицом права на его реабилитацию. Проблематичность заключается в том, что от степени разработанности классификации реабилитирующих оснований зависит и сам процесс реабилитации.
2.2 Нереабилитирующие основания отказа в возбуждении уголовного дела
Отказ в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям не означает признания лица виновным в том смысле, «что данному лицу не назначается уголовное наказание, у него не возникает судимость и не наступают прочие последствия, вызванные вступлением в законную силу обвинительного приговора. Возникает специфическая правовая ситуация. С одной стороны, в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела констатируется прямая причастность лица к соответствующему деянию, как правило, императивно утверждается, что деяние совершено конкретным лицом. С другой стороны, данное лицо официально не признается виновным в этом преступлении. На первый взгляд, такое положение противоречит принципу презумпции невиновности, поскольку факт совершения конкретным лицом преступления констатируется не судом, а органом предварительного расследования. Однако более детальный анализ соответствующих норм приводит к иным выводам»Некрасов С.В., Кесарева Т.П. Правовые вопросы возбуждения уголовного дела и предварительного расследования: учеб.-метод. пособие. М., 2006. С. 56..
Во-первых, вряд ли законно и целесообразно возбуждать уголовное дело в ситуации, когда лицо заведомо нельзя привлечь к уголовной ответственности. Суд будет вынужден принять единственное решение - о прекращении уголовного преследования, что означает нарушение базовых положений о независимости суда, его праве выносить собственные, непредрешенные изначально решения. По сути, направление дела в суд изменит лишь субъекта, принимающего решение по существу, - данные полномочия от следователя перейдут к суду. Однако в Российской Федерации следователь гораздо ближе по своему статусу и по порядку осуществления деятельности к судебным органам, чем, например, к сотрудникам органа дознания, проводящим непроцессуальные действия. Следственные подразделения лишь организационно входят в структуру административных органов, однако принимают процессуальные решения по тем же правилам, что и судьи.
Во-вторых, отказ в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям возможен лишь с согласия лица, в отношении которого принимается соответствующее решение. Таким образом, отказ в возбуждении уголовного дела представляет собой не форму признания лица виновным, а своеобразную форму окончания уголовно-процессуальной деятельности, суть которой состоит в следующем. Государственные органы, усматривая одновременно причастность лица к совершению преступления и невозможность продолжения уголовного преследования по процедурным причинам, принимают решение о прекращении уголовно-процессуальной деятельности без возбуждения уголовного дела. Лицо, соглашаясь с такой оценкой своих действий, принимает указанное решение без спора. В результате ситуация разрешается без предварительного расследования и направления дела в суд. Если лицо не согласно с основанием отказа в возбуждении уголовного дела, оно заявляет об этом, и уголовно-процессуальная деятельность продолжается, а принятие итогового решения предоставляется суду.
Следует особо подчеркнуть, что «при конкуренции реабилитирующего и нереабилитирующего оснований выбирается реабилитирующее. Например, если в действиях лица отсутствует состав преступления и одновременно истекли сроки давности уголовного преследования, отказывать в возбуждении уголовного дела необходимо за отсутствием состава преступления»Денисов Е.А. Проблемы выделения и применения нереабилитирующих оснований отказа в возбуждении уголовного дела // Скиф. 2017. № 14. С. 82..
Процессуальный порядок отказа в возбуждении уголовного дела является единым, в частности, он не имеет особенностей и применительно к лицам, указанным в гл. 52 УПК РФ. Иными словами, не требуется согласия компетентных органов на отказ в возбуждении уголовного дела в отношении лиц, названных в ст. 447 УПК РФ.