Материал: Лукан. Фарсалия

кратко передает события, начиная от переправы Uезаря с вой­

ском в Эпир и до действий обоих противников у Диррахия (кн. V). Но от исторической поэмы, разумеется, нельзя тре­ ~OBaTb того, что требуется от историка. Зато психологические

подробности - переживания действующих ЛИЦ, их страхи, на­

,1ежды и т. п. - изображаются подробно, живо и во многих слу­ чаях очень глубоко и тонко.

Особенно интересуют Лукана те события гражданской войиы, t<акие могут дать ему возможность драматизировать изложение

и ввести в него живую человеческую речь. О чем бы ии повест­ вовал Лукан, он всюду, где только возможно, заставляет своих действующих лиц говорить. Само собою разумеется, что ни речи

главных участников войны, ни тем более таких второстепенных

фигур, как Сцева, Ахроей, Брут, Амикл и жители острова Лес­ боса, не могут претендовать на подлинность. Но ведь и аитич­ ные историки, не только подобные Титу ЛИВИI9, но и такие, как

Фукидид, старавшийся быть как можно более точным и крити­

чески подходивший к своим источникам,I вводили в свое из­

.ложение речи, нисколько не скрывая, что эти речи никак не мо­

тут быть точною записью того, что в действительности было ска­

зано.2 «Записки» Юлия Uезаря также переполнены речами. Это

-вполне понятно, потому что и в r реции и в Риме исторические

-сочинения считались литературным жанром, близким к оратор-

-скому искусству.

И вот, Лукан сле~ует этому обычаю и настолько широко

пользуется речами в своем историческом эпосе, что к.винтилиан

имел полное право назвать его произведение более подходящим

I\ЛЯ изучения оратору, чем стихотворцу. Лукан настолько увле­

'кается р~чами, что идет и на некоторые отклонения от истgриче-

'11 этнх речах со всею ТО'IНОСТЬЮ.,. Речи составлены у меня так, как, по

моему мнению, каждый оратор... скорее всего мог говорить о настоящем

~О.,оженин дел, причем я держался возможно ближе общего смысла Аей­

<Ствительно Сllазанного». (Там же).

19 ;'//арк Ланей ЛУкаН

'лЮДИ, стоящие во главе его, а за ними н ря,ltовые граждане, за·

бывая о своей родине и своем долге перед ней, преследуют лич·

яые, своекорыстные интересы.

V

в согласни с учением стоиков, Лукан считает, что все в мире

определено с у Д ь б о й, или р о к о м (fatum), законов К010рОГО не в силах изменить ,ltаже сами боги. При таком мироваззрении

богам в его поэме, действительно, не может быть места. Но, от­

вергнув божества как действующие силы, Лукан не хочет совер­

шенно порвать с таинстынным и чудесным, которое занимает

такое важное место в героическом эпосе. В «Фарсалии» мы

но сам он протнв стремления людей раскрывать предопределе­

ния судьбы, осуждая (в начале кн. 11) «правителя Олимпа,.

за то, что он тревожит н смущает людей,

в грозных ПРОРО'lествах нм о'П<рывая грядущую гибель,

и с полною определенностью высказывает устами Катона свое

отрицательное отношение к оракулам (в КН. IX). Катон отказы­

вается узнать о судьбе посредством обращения к прорицалИIЦУ

Юпитера-Аммана (IX, СТ. 566--584); особенно же резко пори­

Особое место занимают в «Фарсалии» легенды и МИфы, ко­ торые Лукан очень любит вставлять в свое повеств')вание, стре-

19"

мясь украсить и оживить ими изложение исторических событий.

Так, Лукан пользуется мифами, например, для сравнения беспо­

коиного сна воинов (jезаря после QPарсальской битвы с муками Ореста, преследуемого Эвменндами, с безумием Пенфея и с отчая­

нием Агавы (УН, ст. 777-780); для сопоставления участи кuраб­

лей Помпея с кораблем Аргонавтов, ПРОХОДИDшем между Снмпле­ гадами (11, СТ. 711-718), а также 11 для того, чтобы расцветить

подробиые географические описания, занимающие в его поеме

значительное место. Так, например, говоря о посеlцеllИИ Аппием

ДельфОВ, Лукан начинает свой рассказ мифом о создании дель­

фийского прорицалища Аполлоиом (У, СТ. 79-85); при описа­

нии QPессалии (VI, СТ. 333-412) поет проявляет в полной

мере свою мифологическую ученость и уснащает это описание

всевозможными мифами, связанными с этою областью: тут 11

Геркулес, и Ахилл, и Агава с головою ПенФея, и кентавры, н ПИфон и Т. ,!t. И Т. Д.

НО иаибольший интерес представляют для нас у Лукаиа те

мифы, которые он излагает обстоятельно и подробно. К таким

мифам относятся миф об Антее и Геркулесе ОУ, СТ. 581-660), миф о Палладе-Тритониде и саде Гесперид (lХ, СТ. 348-367) и миф о Медузе и Персее ОХ, СТ. 619-699).

Чрезвычайно любопытны различные МОТИDИРОDКИ введеиия

в текст поемы мифа о саде Гесперид и мифа о Медузе и Персее. В первом случае Лукан оправ,!tывает себя правом поэта укло­

няться от истины,· а во втором, признавал невозможность

уяснить истинные причины происхождения заразных испарений

и ядов в ливийской земле, он указывает на вздорность МИфиче­

ского объяснения:

Столько смертей почему источает Ливии воздух, Всякой заразой бегат? Какиt. тайиые ЯАЫ

В этой смешала земле природа? Трудом и усердьем

Мы не узиаем того; а сказанье, И:5Rестиое в мире,

Все обмануло века, за истину выдав Hel1paBAY.

I См. выПl~. стр 288.