Материал: Лукан. Фарсалия

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

278

Ф. А. Петровскuй

Катон считал, что гражданская война, если не суждено погибнуть

обоим ее вождям - и Uезарю и Помпею, - должна завершиться

установлением тираннической, царской власти иад миром. По­ этому он «неиавидел» не только Uезаря, но и Помпея и шел Зi\ ним, только из патриотизма подчиняясь воле Сената, оставав­

шегося, хотя бы формально, верховным римским учрежде·

нием. 1 В той же девятой книге имеется еще очень интересное «заве­

щание» Помпея, которое передает его сыну Сексту вдова Пом­ пея Корнелня (ст. 87-97):

«Ежели час роковой, сыиовья, обречет меня смерти, Вы продолжайте войну граждаискую, чтобы вовеки, Коль еще жив на земле потомок нашего рода, (Jезарям царства не дать. Могучие крепкой свободой Вы города и царей поднимайте именем нашим:

Эту обязанность вам и оружие я остав'\ЯЮ.

Каждый Помпей найдет себе флот, если пустится в море. В мире ведь племени нет, которое в бой не пошло бы Вслед за потомком моим: храните же дух непокорный, Помните отчую власть. Одного ТОЛhКО слушаться можно, Если он будет стоять за свободу, - только Катона».

Таким образом Помпей завещает своим сыновьям и всему своему роду: 1) продолжать гражданскую войну, чтобы не могли

воцариться Uезари; 2) поднимать на эту войну и свободные

города, и даже царей - именем Помпея, -- памятуя о законности

его власти; 3) подчиняться в борьбе за свободу одному только

Катону.

Такая программа действий в одно и то же время и мсти~

тельно~безрассудна и отвлеченна; в ней, кроме того, явно просве­

чивают сквозь внешние государственные интересы (защита Сена­

та и «свободы») личные интересы Помпея. Надо во что бы то ни стало бороться с Uезарями; для этого пригодны всякие средства,

лишь бы не допустить Рим до монархии, - даже союз с восточ-

1 См. выше стр. 272.

мар/С Анней AI/ICaH и e~o поэма

09

 

 

 

нымн деспотами! Не так думал Катон - хранитель древннх рес­

п;бликанских заветов, опасавшийся (11, ст. 293 сл.), что

... к римским знаменам пристанут

Дальнего мори цари, под звездою рожденные чуждо".

Катон не мог принять такой программы действий: для него династическая власть Помпея и его потомков, хотя бы и прикры­ тая формальными полномочиями от Сената, и нелепа 11 отврати­

тельна.

Помпей становится для Катона героем только ПОСАе своей смерти, когда Помпей окружается ореОЛОI\1 трагической славы как

противник тираннии; но до этого он - только наиболее при­

емлемое орудие для борьбы с врагом Сената и свободы -- Uеза­ рем. После смерти Помпея борьба эта теряет свою двусмыслен­ ность: никто уже не заподозрит Катона, что он борется в инте­ ресах одного из соперников, и Uезарь, говоря словами Брута (11, ст. 273 сл.), уже не станет ликовать при мысли о том, что такой гражданин, каков Катон, принимает участие в междоусоб­

ной войне. Помпей погиб, а Катон не сдается на милость победи­

теля н, наоборот, с удвоенною силой начинает новую борьбу

с Uезарем, борьбу, в которой он - представитель Сената, защит­

ник свободы, не руководимый никакими своекорыстными побу­

ждениями.

Катон в представлении Аукана - идеальный вождь, дея-

тельный и готовый

на любое

самопожертвование.

в походе

по страшной, полной

всяких ужасов

Африке

он

переносит

нее бедствия наравне с простыми

воинами,

он

ободряет

войско не только вдохновенными

патриотическими

речами, но и

личным примером выносливости и твердости духа. Для него нет и не может быть никаких компромиссов. И образ Катона у Ау­

кана все время остается не отвлеченным, а ж и в ы м образом: это

во всем - ч е л о в е к, человек идеальных стремлений, но никогда не отрывающийся от действительной жизни и деятельности.

Вот, в представлении сенаторских кругов эпохи Нерона. истин­

ный хранитель «свободы» и борец за Рим, которому он отдает

280

Ф. А. Петровский

 

 

все свои силы. Такой человек для Лукана истинно прекрасен. и

он. только он. а не божества. стоящие за lJезаря. и к которым

Лукан в сво.еЙ поэме относится с ·нескрываемым презрением. дол­

жен стать истинным богом римлян (lХ. ст. 601-604):

Вот он - отчизны отец. настоящий. о РИМ. и ДОСТОЙНЫЙ Вечиых твоих алтарей! Без стыда мог бы им ты поклястьси! И, если ныне иль впредь восстанешь ты. сбросивши ИГО, Стаиет ои боГОМ твоим!

у нас нет никаких документальных данных для того. чтобы определенно судить о .первоначальном замысле «Фарсалии», С ее обращением к Нерону, которому Лукан адресует с мольбой

как к будущему богу. «блюсти равновесие мира» (1. ст. 57); но

совершенно очевидно, что, по мере того как Лукан писал свою

поэму, он коренным образом изменил тот замысел, какой можно

предполагать в ней, судя по ее началу, и обратил ее в произведе­

ние, всецело направленное не только против Нерона, но и против

деспотнзма всяких «UезареЙ». Мстительные с.\ова Помпея­ «Uезарям царства не дать» ОХ, СТ. 90) - приобретают в поэме

значение основной программы Лукана и егО единомышленннков.

Понятен поэтому и тот ореол, каким окружает Лукан Катона, и

его обожествление, как героического вождя Сената и идеолога

«свободы» в представлении аристократических сенаторских кругов

времен римской империи.

111

Из крупных литературных произведений времен Нерона у нас

сохранилась часть огромного сатирического романа, написанного

Петронием Арбитром,l которого в настоящее время с полным основанием отожествляют с Петронием, бывшим одно время

I П е т р о н и й А р б и т р. Сатирикон. Персв. под ред. Б. И. Ярхо.

М.-л., 1924.

марlC Анкей ~!I/CQН U e~o поэма

281

 

 

 

любимцем Нерона и игравшим при его дворе роль «судьи изящ­ ного вкуса» (elegantiae arbiter).1

Так же, как и Лукан, но уже после заговора ПИЗО\lа, Петро­

ний пал жертвой жестокости Нерона, оклеветанный Bpe:vleH-

щиком Тигеллином.2

 

Роман Петрония - его «Сатиры»,

ИЛИ, как обычно, но непра­

вильно его называют, «Сатирикон», -

чрезвычайно интересен дли

суждения о том, как относились ближайшие современники Лукана

к его исторической поэме.

Поэт Эвмолп в романе Петрония говорит:

"Вот, например, описание гражданской войны: кто бы ни

взялся за этот сюжет без достаточных литературных познаний,

будет подавлен труднс.СТЯМИ. Ведь дело совсем не в том, чтобы

встихах изложить факты, - это историки делают куда лучше;

нет, свободиый дух должен устремляться в потоке сказочных вы­

мыслов по таинственным переходам, мимо святилищ богов, чтобы

песнь казалась скорее вдохновениым пророчеством исступлеиной

души, чем достоверным показанием, подтвержденным свиде­

телями» (гл. 118).

Эвмолп декламирует иебольшую поэму о гражданской войне,

в которой все исследователи видят протест против художествеи­

ных прииципов, принятых Лукаиом.

По своему содержанию поэма Эвмолпа соответствует первым

книгам поэмы Лукана И, несомненно, подражает отдельным ее

местам.

Несмотря на сходство отдельных частей и даже стихов поэмы Лукана и поэмы Эвмолпа, два эти произведения показывают

с полной ясностью коренную разницу как идейных установок, так

и поэтических приемов, применяемых Эвмолпом и Луканом. Обычно считается, что вложенная Петронием в уста Эвмолпа

поэма о гражданской войне «возникла В ВИАе реакции против

I Образ Петроння НСI(лючнтельно ЖНDО н ярко обрисован Пушкиным

в его неоконченной "Повести из римской жизни». 2 т а Ц и т. Летопись. кн. xvr. ГЛ. 18-19.

282

Ф. А. Петровский

--------------------------

сухого изложения, пропитанного односторонней политической тен­

денцией»; I что Лукан -- новатор в области эпической поэзии,

считающий, «что до поэзии можно добраться и помимо путей,

указанных Гомерим, что ее смело можно искать в правде и в истории» 2 И что Петроний своей поэмой о гражданской войне

хотел

«проучить

Лукана» и

доказать, что его «Фарсалия»

«была

бы несравненно лучше,

будь она написана по правилам

старой

школы»,

С непременным

введением в исторический

эпос

богов, мифологических подробностей и элемента чудесного,

от ко­

торого

отказался

Лукан.

З

 

 

 

 

 

Таким образом, выходит, что Петроний -- литературный про­

тивник Лукана, что поэма Эвмолпа выражает мнение самого автора «Сатир», а что Лукан открыл новые пути историческому

эпосу и порвал с укоренившимися в античной литературе тради­

циями. Такое представление о Лукане и об отношении Петрония

кего поэме вызвано, безусловно, программным заявлением

Эвмолпа в главе 118-й и, в осuбенности, словами, что «дело со­ всем не в том, чтобы в стихах изложить факты». Многие из со­ временников Лукана и позднейших римских критиков не считали

его поэму поэтическим произведением и не причисляли его к по­

этам: «Лукан, -- говорит комментатор Вергилия

Сервий (lУ в.

н. э.), -- потому не достоин быть в числе поэтов,

что, очевидно,

сочинял историю, а не поэму»; а схолиаст в комментарии к пер­

вому стиху «Фарсалии» замечает: «Лукан потому не считается

большинством в числе поэтов, что следует только историкам, что

не соответствует поэтическому искусству».4 Но не таково было мнение большинства читателей «Фарсалии», которую, по свиде-

1 При~еч. 354 J; г.,. 118 перевода «Сзтирикона» Петрония, под ред. Б. И. Ярхо, стр. 189 ел.

2 Г. Б у а с ь е. Общественные настроения вре",ен римских цезарей. П.,

1915, стр. 201.

3

Там же,

стр.

202-204.

 

 

4

S е r v i 11 5

ad

А е п. 1,

382. Соmm.

Вет. ad

Phars. 1, 1. -- Оба эти

~Iнения. скорее

всего,

восходят

!< ИСТОЧНИI<у

1 или 11

в. н. Э.