Материал: Лукан. Фарсалия

богам защиту Сената, и заканчивает свою речь такой знамена­

теАЬНОЙ фразой:

Знать желает Сенат, - он войско твое нлн только Свнта, Велнкий~

Истинным героем для Лукана был непреклонный ПРОТ,fRIIИК

тираннии Марк Порций Катон Младший (правнук Катона Стар­

шего), не пожелавший подчиниться милости Uезаря н Оll.ончив­ ший жизнь самоубийством в 46 г. до н. э. В африканском городе утике (отчего и назван был «Утическим» ). Восторженное прекло­

нение перед этим хранителем традиций римской респуб.\ики, воз­

главляемой Сенатом, видно уже в самом начале первой книги «Фарсалии», где Лукан, сопоставляя соперников в ГР3.ЖД'lискоЙ войне - Uезаря и Помпея, говорит (ст. 128):

Мил победитель богам, побе'Кденный любезен Катону.

Отношение Катона к гражданской войне и к бuрющчмся друг

С другом «тестю» И «зятю», т. е. к Uезарю и Помпею, выяс­ няется первый раз в книге второй поэмы Лукана (ст. 23~-391).

Племянник Катона, будущий убийца Юлия Uезаря, Марк Юнпй

Брут приходит к Катону спросить el'o совета и мнения о гра­

жданской воине, говоря, что

Бруту едннственный BOffiAh - Катон.

Разговор Брута с Катоноы очень важен для понимания идео­

логии самого Лукана и el'O воззрениli не только на историческое

прошлое, но и на современный ему государственный строй Рима.

Брут и Катон - оба убежденные сторонники аристократической

республики, воплощающей, по их мнению, да и по ~1нению Лу­ кана, идею свободы; оба - последователи стоической философии,

в принципах которой был воспитан Лукан. Но Лукан отнюдь не

соединяет Брута и Катона в один отвлеченный и безжизненный

образ идеального представителя и стража республиканских тра­

диций. Оба они - живые и живо обрисованные люди, несмотря

на всю риторичность характеристики их автором «Фарсалии».

18 Мари Анней ЛУШlII

Придя к Катону, Брут сразу заявляет, что он не стоит ни на

стороне По~пея, ни на стороне Uезаря (ст. 246), но тут же, как

мы видели, говорит, что во всем последует за Катоном. Первый вопрос, который задает Брут Катону, это - останется ли Катон

в гражданской войне нейтральным или же примет в ней участие,

признав ее тем самым не подлежащей осуждению (ст. 247-2jО):

... Пребудешь ли в мире,

Шествуя твердой стопой сквозь смуты тревожиой вселенной?

Иль, в преступленья вождей и в раздоры народа вмешавшись, Междоусобную брань ты решил оправдать соучастьем?

Но Брут тут же отвергает нозможность участия Катона в «междоусобной брани», так как Катон, чуждый всяких корыст­

ных целей, не может

Бой ради боя любить,

и советует Катону (уверенный в его согласии) оставаться в сто­

роне от гражданской войны (ст. 265 сл.):

... Влачи на покое

Свой безоружный досуг: так звезды небесные веЧIIО

Без потрясений текут своей чередой постоянной,­

Воздух же, близкий к земле, пылает сверканием МОЛIIИЙ.

В долах бушуют ветра и дождя огневого потоки,-

Но повеленьем богов Олимп над тучами блещет: Распри ведет лишь то, что IIНЧТОЖНО; то, что веЛИI{Q­ Свой сохраняет покой.

Брут доказывает правоту своей мысли тем, что, если Катон при­ мет участие в борьбе между Помпеем и Uезарем, он отступит от

истинных республиканских принципов, от которых отступили MH~

гие сенаторы, должностные лица и другие представители знати.

Если же и Катон примет иго Помпея (о возможности подчинения Катона Uезарю Брут, разумеется, и помыслить не может),

... тогда во вселенной свободным

Будет лишь Uезарь одии,

Этим аргументом разгорячившийся Брут хочет окончательно убе­

дить Катона остаться вне борьбы между Помпеем и Uезарем и

добавляет, что если Катон решит встать на защиту закоиов ро­ дины и на охрану свободы, то (ст. 283 сл.):

Брут нн Помпею врагом, ни Uеэарю иыие ие стаиет: Будет ои после войиы врагом победителю.

Но Катон вовсе не «Дон-Кихот аристократии», как называет

его Моммзен,l а гораздо более реальный политик, чем его пле­ мянник. Он опровергает доводы Брута, советующего быть в сто­

роне от гражданской войны, и заявляет о необходимости для

честного человека принять личное участие в защнте родины. Он

признает преступность гражданскоя вояны, но считает ее роковою

необходимостью, перенося ответственность за нее на богов

(ст. 286-288). Хотя Катон и смотрит довольно мрачно на исход

гражданскоя вояны и опасается, что в нее будут вовлечены ино­

земные народы и РИМ может пасть «под натиском дагов и гетов»

(ст. 296), но он считает, что должен будет поступить в таком слу­

чае как сын, провожающий тело умершего отца до могилы и соб­

ственноручно зажигающия погребальный костер (ст. 297-301 ),

11 восклицает (ст. 300-303):

... Оторвать меия CMoryr не раньше,

Чем обниму я, о Рим, твой труп; и твою, о Свобода. Невоплощенную тень провожать я буду до гробаI

Сравнивая себя с легендарным Децием, пожертвовавшим собою

за отечество, Катон готов на то, чтобы его поразили оба лагеря -

и Uезаря и Помпея (ст. 309). Он считает себя последним рес­

публиканцем, после гибели которого некому будет Зalцищать.

свободу, а победителю, желающему царской власти, не придется

больше воевать со своими подданными (ст. 315-319):

18*