Различались преступления умышленные и неумышленные. Причем степень участия в деянии сознания и воли правонарушителя в законе теперь была определена более подробно. И особенно отчетливо эти формы вины выявлялись при характеристике преступлений против жизни, здоровья и чести. Так, например, рассматривая дело об убийстве, суд выяснял, “как оно учинилось – умышлением или неумышлением”. Обычно за умышленное убийство по закону полагалась смертная казнь, а за неумышленное – битье кнутом или тюремное заключение. Как мы видим, формы вины влияли на наказание за преступление. Нужно сказать, что в то время просматривалась и определенная непоследовательность при решении вопроса о формах вины. Это выражалось в том, что умышленное деяние иногда смешивалось с неумышленным, а неумышленное со случайным. В XVI-XVII вв. случайные и неосторожные деяния еще мало отличались друг от друга. Учение о степенях осуществления преступной воли в действии или, другими словами, вопрос о стадиях преступления в то время также был недостаточно изучен, хотя и были известны такие явления, как голый умысел, приготовление, покушение и оконченное действие. Покушение как степень осуществления преступления большинство исследователей относили еще к периоду Русской правды. Большинство исследователей относили покушение еще к периоду Русской правды. По Соборному Уложению лицо, обнажившее на кого-либо на государевом дворе меч, но не ранившее его, заключалось в тюрьму на три месяца (III, 5). В указе 1661 г. о подделке монеты покушение уже было четко отделено от совершения преступления. Если преступники “хотели деньги делать, но не делали”, то лишь за одно намерение у них отсекали пальцы руки, а если деньги делали, то отсекали руку [1]. От покушения тогда не отличали неудавшееся преступление. Упоминался в Уложении голый умысел при посягательстве на здоровье государя и на жизнь господина. По всей вероятности, в первом случае этот умысел выражался в каких-либо приготовительных действиях, так как для подтверждения его необходимо было произвести сыск: “Кто каким умышлением учнет мыслить на государьское здоровье злое дело и делать хотел, то такова по сыску казнить смертью” (II, 1). А умысел несвободного человека на жизнь своего господина, как и покушение, наказывался отсечением руки (XXII, 8).
Впервые упоминается о рецидиве как отягчающем вину обстоятельстве. Судебники вводят понятие «ведомого лихого» человека, совершение которым любого преступления влечет смертную казнь. )Более строгое наказание влекло также совершение преступления с особой жестокостью , например отравление, «мучительное наругательство», с насилием й хитростью,' а также лицами, злоупотребляющими своим служебным положением: разного рода судебными чинами, ратными людьми.
Отягчающими вину обстоятельствами считались убийство «в розное», ночная кража, любое «воровство», совершенное в церкви, на государевом дворе или в отношении должностных лиц; преступление, совершенное по предварительному сговору (скоп и заговор), во время стихийных бедствий, а также при стечении преступлений, т. е. по совокупности.
К смягчающим вину обстоятельствам еще со времен Русской Правды относилось совершение преступления в состоянии опьянения. Смягчающим вину обстоятельством являлся возраст, хотя точные рамки его не определялись; воровство вследствие нужды и «простота ума», которая могла даже влечь освобождение от наказания
Если обидные слова в адрес государя человек изрекал по скудости ума, он подлежал помилованию еще по Кормчей.
О совершении преступления в таком состоянии упоминалось и в Соборном Уложении, причем не только как о смягчающем, но и как об отягчающем обстоятельстве. Так, например, убийство в драке пьяным делом наказывалось битьем кнутом, а убийство “с похвалы или с пьянства” каралось смертью.
Крайняя необходимость – традиционное обстоятельство, исключающее преступность деяния, в отечественном уголовном праве Крайняя необходимость, впервые намеченная Уложением, освобождает от наказания за истребление чужих животных в случае их нападения: «А будет кто собаку убьет ручным боем не из ружья, бороняся от себя; и ему за ту собаку цены не платить, и в вину ему того не ставить» (ст. 283 гл. X).
Обстоятельством, освобождающим от наказания, является неведение (ст. 77 гл. XXI), а также помилование со стороны государя.
К обстоятельствам, освобождающим от наказания, относилась необходимая оборона. Проявление этого института А. Богдановский связывает со статьями Русской Правды, ограничивающими возможность убийства ночного вора . Но фактически впервые о ней говорится в одной из дополнительных статей к Судебнику, предусматривавшей возможность человека убить засевшего на него в засаде, «от себя боронясяь. Отвечать за убийство он не будет лишь в том случае, если раньше с убитым «в поборанке» (ссоре) не был и сразу же известил воеводу о происшедшем Особо отмечалась оборона прав государственных — догнавший или убивший изменника получал награду .
В связи с изменением понятия об объекте преступления по сравнению с правом Русской Правды и судных грамот уголовный закон защищает не только права физических лиц, но и строй, установленный государством и церковью, т.е. объектами выступали государство и свободные люди.
Классификация преступных действий идет по следующим основным направлениям: преступления против религии и церкви; преступления государственные; преступления по службе; преступления против частных лиц — против жизни, здоровья, нравственности и их имущественных прав.
-преступления против Церкви; (нарушение церковн.порядка,неверие, отрицание православной веры, оскорбление святынь, нарушение порядка литургии) Соборное Уложение (гл. I ст. 3)
-государственные преступления; (Любые действия (и даже умысел), направленные против личности государя или его семьи, бунт, заговор, измена. По этим преступлениям ответственность несли не только лица, их совершившие, но и их родственники и близкие.Злостный поджог в городе.Заговор-рассматривался как направленный против государя,бранные слова в адрес государя.За недоносительство – смертная казнь.)
-преступления против порядка управления;(Злостная неявка ответчика в суд и сопротивление приставу, изготовление фальшивых грамот, актов и печатей, самовольный
-выезд за границу, фальшивомонетничество, наказывается смертной казнью, за примеси менее драгоценных металлов – наказание кнутом),
-должностные преступления; (взяточничество, неправомерные поборы, вымогательство), (Судебник 1550 г., статья 7, Судебник 1497г., статья 1, Соборное Уложение гл. X ст.150)
-воинские преступления; (Самовольное оставление службы («посул»), потравы посевов, насилие по отношению к мирному населению, кража оружия, уклонение от воинских смотров, побег со службы, не дождавшись отпуска. Введено понятие «дезертирство»)
-прест. против личности; (Составы преступлений:Убийство, разделявшееся на простое и квалифицированное (убийство родителей детьми, сестер, убийство господина рабом, женой мужа, мужем жены, нанесение увечья (тяжелого телесного повреждения), в нем соучастники отвечали наравне с виновниками.Отравление – квалифицированный вид убийства (по способу совершения) Уложение XXII.20, преступления против здоровья Уложение гл. XXIIст. 10-12, против нравственности Уложение гл.XXV,статьи 11 и 16 )
Впервые противоцерковные преступления включаются в Судебник 1497 г. К ним относилась «церковная татьба», «церковный мятеж» , богохульство,
Церковная татьба. По мнению большинства исследователей, упоминаемый в Судебниках «церковный тать» является не просто лицом, совершившим кражу в церкви, а святотатцем. Если укравший из церкви частное имущество, положенное туда на хранение, наказывался, помимо возмещения украденного, отлучением от церкви, то укравший, продавший или обменявший церковное имущество рассматривался как церковный вор, скверно- стяжатель-корыстолюбец, лихоимец и подлежал высшей мере наказания. Церковные тати с точки зрения Стоглава не столько воры и грабители, сколько отступнию , враги церкви божией
В ответ на попытки секуляризации земель церкви и ограничения ее доходов Стоглав дает расширительное понятие святотатства, относя к субъекту этого преступления любого вплоть до царя человека, покусившегося, хотя бы лишь мысленно, на те или иные права и прерогативы церкви.
Церковный мятеж. Он мог выразиться в появлении в церкви в пьяном виде, громком смехе, разговоре, введении в нее животного и других деяниях, не направленных прямо против церковных устоев, но наносящих «досаду», обиду церковнослужителям, трактуемую Уложением уже как их оскорбление (ст. 3 гл. I). Субъектом этого состава преступления могло быть как светское, так и духовное лицо.
Уложение, где составы преступных деяний против религии выдвигаются на первое место в системе светского законодательства, а наказания за них ужесточаются, расширяет понятие церковного мятежа, приравнивая к этому составу противоправные действия против мирян: убийства, нанесение ран, побоев, оскорбление словом, совершенные в церкви, а также обращение во время церковной службы к царю или патриарху с челобитной о расследовании дела (ст. 4—9 гл. I).
Богохульство. Это поношение, оскорбление словами или действиями, а также неверие, отрицание «господа бога», «Иисуса Христа», «богородицы», «честного креста и святых», что являлось посягательством на основы христианского вероучения. Субъектом преступления могли быть не только христиане, но и люди других вероисповеданий. К богохульству приравнивалось совращение православного в «бусурманскую» (.мусульманскую) веру, проведенное «насильством или обманом». На практике совращение в «бусурманство» толковалось расширительно. Наказывалась даже попытка совращения и не только в магометанскую или иудейскую, но и лютеранскую и римско-католическую веру.
Вместе с тем в Российском государстве действовал принцип свободы вероисповедания. Русские не только не обращали иностранцев в свою веру, но тем, кто состоял на русской службе, разрешалась постройка молитвенных храмов.
1497г: Под крамолой понималась измена, заговор, призыв к восстанию или поднятие восстания и другие действия, совершаемые преимущественно представителями господствующего класса и направленные против правительства. Первоначально крамола выражалась главным образом в «отъездах» князей и бояр, пытавшихся сохранить свою самостоятельность. Крамольник, покушавшийся на государственный строй или особу государя, наказывался даже за голый умысел. Крамольник и его дети лишались боярского чина и права на имущество, но не подлежали еще уголовному наказанию. По мере усиления борьбы с великокняжеской властью крупные бояре стали прибегать к прямой измене, заговорам, восстаниям и иным действиям, направленным против власти и жизни самого великого князя.
«Подым». Можно предположить, что подымщиками называли людей, подымающих народ на восстание.
"Зажигальник" - лицо, поджегшее город с целью передать его врагу.
1550г: К государственным преступлениям относились крамола (измена, заговор против государя), поднимание народа на бунт («подымщик»), умышленный поджог («зажигальником») осажденного города для сдачи врагу, подбрасывание («подмет») вражеских грамот с целью склонить жителей осажденного города к измене и прямые действия («градского сдавцы») по сдаче крепости неприятелю.
Особенно распространенным было понятие так называемой земской измены, тайного перевета, т. е. разного рода сношений с врагами своего князя. Уточнение состава измены связано с так называемыми крестоцеловальными записями конца XV — начала XVI в. В них давалось обязательство «никуда не отъехати», «служить князю, княгине и их детям» «в правду, безо всякие хитрости», «лиха... не мыслити, ни думати, ни делати» и «о готовящемся на государя лихе известить». Целовавший крест представлял поручителей, которые отвечали за него денежной суммой от 2 до 20 000 руб.
-имущественные преступления. (Татьба простая и квалифицированная (церковная, на службе, конокрадство, совершенная в государевом дворе, кража овощей из огорода и рыбы из садка),Разбой и грабеж обыкновенный или квалифицированный (совершенный служилыми людьми или детьми в отношении родителей)
Измена могла выражаться в завладении государством, т. е. узурпации власти путем самозванства — так называемое «подыскание под государство Московское». Решающим условием для существа измены являлось не только совершение преступления, но и обнаружение умысла против великого государя. Выезд в иное государство в целях измены или «для инаго какова лихого дела» карался , по Уложению 1649 г. смертной казнью (ст. 3 гл. VI), а оказание всякого рода помощи «государеву недругу» военнослужащими во время военных действий расценивалось как квалифицированный вид государственной измены, которая могла включать такой состав, как шпионаж.
1649г: Уложение выделяет «злое дело» на государское здоровье со стороны отдельных лиц. Объектом здесь является особа государя и его «двор», т. е. местожительство, а субъектом — отдельные лица. Не определяя конкретно характер «злого дела», Уложение предусматривает смертную казнь за голый умысел, направленный против здоровья государя. Любой, заподозренный в применении зелья, кореньев, волхвования и иных способов «порчи», подвергался пытке, во время которой выяснялось также, не по заказу ли от иностранного государства это предпринято. Уложение выделило еще один состав политического преступления — недоносительство, караемое смертной казнью «без всякие пощады». Субъектом состава этого преступления являлись всякого чина люди, знающие не только о каком-либо-готовящемся преступлении как против особы государя, так и против его державы, но и о «непристойных словах» в адрес государя
Для предъявления обвинения » не требовалось никакой активности со стороны подозреваемого. Под «злым делом» понималось также «невместимое» или «неистовое» слово в адрес государя. Помимо «невместимых слов», различались «непристойные речи», т. е. бранные, оскорбительные слова в адрес государя. «Непристойные слова» персонально государя не обижали, но могли быть так поняты. Например, на пиру при провозглашении здравицы сначала был упомянут воевода, а государь позже; или человек спьяна бахвалится: «...я де тебе не брат, я царям брат». Для подтверждения того, что эти слова сказаны без умысла, а «спроста ума своего», человека дважды пытали. Объектом этого преступления могло быть иное лицо, имеющее отношение к власти.