В 2001 году был восстановлен тест на девственность среди девочек в старших классах, ввиду чего 5 девочек хотели покончить собой, под нажимом общественности в 2002 году этот закон был отменен.
Контроль над сексуальностью женщин посредством ограничения, принуждения, насилия или более сложных форм политических и социальных манипуляций остается самым мощным инструментом патриархата в большинстве обществ. Религия часто используется в корыстных целях, как инструмент контроля и как культурная система, для того чтобы узаконить нарушение прав человека. Однако сосредоточение внимания на роли религии в построении женской сексуальности без учета ее взаимодействия с экономическими и политическими структурами в конкретном сообществе может привести к ошибочным выводам. Как и многие другие религии, ислам не имеет статической или монолитной традиции. Ислам взаимодействовал с социально-политическими и экономическими условиями той географической местности, в которой он интегрировался, чтобы обеспечить легитимность правления. В этом процессе он усвоил традиции двух других монотеистических религий, а также доисламских обычаев и традиций того географического ареала, в ту культурную и политическую систему, в которую он стремился влиться. Таким образом, очень сложно определить, что является основополагающим для ислама в организации сексуального поведения. Проблема становится еще более сложной, когда мы смотрим на взаимодействие с исламом таких факторов, как класс и раса, в контексте определенного времени и места, что привело к различным религиозным интерпретациям и практикам. Все эти факторы часто порождают разные школы исламской мысли, некоторые из которых могут существовать даже в одной и той же общине. Рассуждения о сексуальности в исламе часто не учитывают различия в практике в разных мусульманских общинах, а также, создаваемые социальными табу, связанные с сексуальным поведением. Тем не менее, даже дискурсы, основанные на анализе Корана и литературы, традиционно принятые как установленные нормы практики ислама, могут привести к противоречивым выводам о женской сексуальности. С одной стороны, ислам признал женщин и мужчин как имеющих сексуальные пристрастия и права на сексуальное удовлетворение. С другой стороны, особенно с точки зрения сексуальных влечений, мужчины и женщины истолковываются как противоположности, мужчины как рациональные и способные к самоконтролю; женщины как эмоциональные и лишенные самоконтроля. Женская сексуальность, если она неконтролируема, изображается как ведущая к социальному хаосу (фитне). Ислам разделяет мир на публичный и частный. Место женщины в частном секторе. Женская сексуальность опасна и мужчина должен контролировать ее. Таким образом, социальный порядок требует контроля мужчин над женской сексуальностью.
В Коране нет прямых ссылок на убийство во имя чести, и мусульманские ученые заявляют, что ислам строго запрещает такую практику, однако многие мусульмане интерпретируют
ислам так, что он оправдывает убийство женщины для восстановления мужской чести. Традиционная патриархальная социальная структура интерпретирует исламские учения и практику, подтверждая ценность существующих структур и подтверждая привязанность к местным традициям людей.
Традиционная ценность чести глубоко укоренена в турецкой культуре, как и обычное ближневосточное культурные убеждения, связывающие честь с женщинами и предоставление мужчинам права контролировать своих родственниц. Эти противоречивые толкования ислама коренятся в разных системах культурных ценностей, переплетении традиционной практики и религиозных учений.
Статья 82 Уголовного кодекса Турции (2004), которая регулирует убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах, и гласит, что «убийства, совершенные во имя соблюдения обычаев имеют статус «убийства с отягчающими обстоятельствами». В тоже самое время убийство, совершенное во имя «чести» (намус), не упоминается в Уголовном кодексе (2004). Это препятствует эффективному наказанию виновников убийства во имя чести.
В Уголовном кодексе (2004) нет упоминаний об убийствах, оправданных во имя намуса (чести). Обнаружено, что «использование термина «убийство по обычаю» вместо «убийство по чести» в Уголовном кодексе может привести к более мягкого наказания.
Ограничительная среда, культивируемая религией, правом и семьей, привела к ряду взаимосвязанных проблем для женщин и препятствовала достижению гендерного равенства.
Поправка к Гражданскому кодексу 1926 года устанавливает минимальный возраст вступления в брак в семнадцать лет, однако родители могут заключать религиозные брачные контракты (никах). Женщины редко могут выбирать своих мужей. Особенно в восточных провинциях, где родство играет более сильную роль в социальных отношениях, девочки и молодые женщины вынуждены вступать в брак в соответствии с определенными патриархальными традициями.
Похищенная девушка может быть принуждена выйти замуж за человека, осужденного за лишение ее девственности. Как упоминалось ранее, Уголовный кодекс 1926 года позволил снять обвинения, если насильник женился на своей жертве. Семейное насилие, как физическое, так и сексуальное, широко распространено и в значительной степени принято. Насилие используется как в качестве превентивной меры, так и в качестве наказания. Крайним проявлением этого насилия является «убийство за лишения чести», влекущее за собой убийство девочки или женщины мужским родственником, ввиду ее ненадлежащего поведения, которое нарушает моральные кодексы ее семьи. Эта практика наиболее распространена в юго-восточном регионе и среди мигрантов.
2.2.2 Изменение в Гражданском кодексе Турецкой Республики
В результате изменений, начатых в конце 1980-х годов, закон неуклонно реформировался в пользу гендерного равенства. Важной вехой в процессе реформы стало решение Конституционного суда от 29 ноября 1990 года, в котором были изложены статьи Гражданского кодекса, которые нарушали принцип равенства полов, охраняемые конституцией, и изложенные в нескольких международных конвенциях. Например, положения в Гражданском кодексе (1926), которые по-разному определяли супружескую измену для мужчин и женщин, были аннулированы в 1996 году.
Между тем, в 2001 году был создан новый Гражданский кодекс Турецкой Республики, который изменил положение женщин в семье. Этот кодекс готовился на протяжении долгого времени, но из-за нападок исламских консерваторов и националистов долгое время не вступал в силу. Они утверждали, что равенство между мужчиной и женщиной приведут к хаосу и анархии в семье и угрожают основе турецкого общества.
Новый Гражданский кодекс (№ 4721), вступивший в силу с 1 января 2002 года, пересмотрел Гражданский кодекс 1926 года. Это означало резкий сдвиг в сторону равенства путем использования термина «супруг» вместо гендерных терминов - «муж» и «жена» - и избегая намеков на разделение труда в соответствии с полом и обязанностей в браке. Новый закон определяет брак как союз, в котором «супруги обязаны поддерживать счастье союза вместе и заботиться о воспитании детей совместно» (Статья 185). Вместе они выбирают свой дом, управляют союзом и семейными расходами (Статья 186). Оба супруга представляют союз на протяжении всей своей жизни (Статья 188). Что касается занятости и работы, «ни одному из супругов не требуется разрешение другого при выборе профессии или работы. Тем не менее, закон поддерживает патриахальные нормы, требуя от женщины, чтобы она брала фамилию своего мужа, но позволяет ей использовать ее девичью фамилию до фамилии мужа, если есть письменное ходатайство.
Законодательные реформы последнего десятилетия также включали внесение поправок в конституцию. Закон, принятый 3 октября 2001 года, ввел в статью 41 Закона о защите семьи, в которой говорится, что «семья является основой турецкого общества», добавив: «и она основана на равенстве супругов». Положения о равенстве (Статья 10) были внесены поправки в мае 2004 года и добавлен пункт: «Женщины и мужчины имеют равные права. Государство обязано реализовать это равенство в жизни» (тур. Kadэnlar ve erkekler eюit haklara sahiptir. Devlet, bu eюitliрin yaюama geзmesini saрlamakla yьkьmlьdьr). Кроме того, измененная Статья 90 отдает приоритет международным договорам по отношению к законам страны в случае конфликтных ситуаций, касающихся прав человека.
2.2.3 Изменения в Уголовном кодексе Турецкой Республики
Также правовые реформы включают в себя замену Уголовного кодекса 1926 года, который был известен своей терпимостью к насилию в отношении женщин. Новый Уголовный кодекс (№ 5230), принятый 26 сентября 2004 года, признает и предусматривает уголовную ответственность за несколько преступлений против женщин. Статья 102/2 признает сексуальное насилие в браке, расширяет определение самого сексуального насилия. Уголовный кодекс также признает бытовое насилие (eziyet) как преступление, наказуемое тюремным заключением на срок от трех до восьми лет (Статья 96/2). Статья 105 дает определение сексуальному домогательству. В соответствии со статьей о равенстве перед законом и правосудием (Статья 3) она устраняет дискриминационные ссылки и классификацию преступлений в соответствии с полом жертвы. Несмотря на то, что он не признает убийства в защиту чести в качестве отдельной категории преступлений, он включает «обычаи» (Статья 81 / j) и наказание за убийство родителя, потомства или супруга (Статья 81 / d) и устанавливает пожизненный срок с каторжным трудом. Хотя общий тон нового Уголовного кодекса по-прежнему сосредоточен на защите государственной безопасности больше, чем на защите и обеспечении отдельных свобод и безопасности человека, он воздерживается от перевода действий морального характера в сферу уголовной ответственности. Так, прелюбодеяние больше не является уголовным преступлением, а защита целомудрия (эrz) не рассматривается в новом законе.
2.2.4 Фамилизация турецкого общества
Одним из направлений современной социальной политики Турецкой Республики является политика сохранение семейных ценностей. Стоит отметить, что поддержка института семьи не является чем-то новым для политики Турции, как и для других восточных и мусульманских стран. Однако столь внушительная поддержка со стороны государства имеет ряд негативных последствий для турецкого общества. Данный аспект был проработан в книге профессора Явуза Х., в который он говорит о фамилизации турецкого общества. Он утверждает, что семейные ценности в контексте турецкой республики могут рассматриваться как религиозные. Профессор Хакан Явуз склонен предполагать, что Партия справедливости и развития через семейный дискурс пытается избежать индивидуализации общества, что в свою очередь может привести к большим индивидуальным свободам и как следствие различным взглядам на осуществляемую государственную политику. Управление монолитным обществом, поддерживаемым единым консервативно-религиозным сознанием, осуществляется гораздо проще, чем над обществом, в котором присутствует плюрализм мнений.
Еще одним негативным фактором является то, что институт семьи в турецком обществе строится на патриархальных ценностях, где мужчина доминирует над женщиной. Все это, по мнению профессора Хакана Явуза, увеличивает гендерное неравенство и уменьшает количество женщин, участвующих в жизни страны во всех областях, в особенности экономической и политической.
Феминистические протесты также вызвала другая политика ПСР, когда они в 2011 году на третьем своем сроке сменили название с «Министерства женщины и семьи» на «Министерство семьи и социальной политики», упразднив этим отдельное министерство женщин. Возмущение вызвало то, что главный институт по делам женщин включили в министерство семьи, и к тому же наряду с этим институтом в министерство семьи включены министерства по детским делам, инвалидам и старикам, и социальной помощи. То есть женщину не воспринимают как индивида, а как только субъект семьи. Но ведь жестокость против женщин происходит не только в семье. Европейский суд по правам человека признал этот шаг как индикатор нарушения прав женщин, дискриминацию и установления неравенства полов.
Между тем 11 сентября 2011 год Турция подписала конвенцию Совета Европы по предотвращению и борьбе с насилием в отношении женщин. 47 стран Европы, а также страны, не являющиеся членами Совета Европы должны улучшить свое законодательство путем введения гражданской и уголовной ответственности в борьбе с насилием по отношению к женщинам.
Изменения в Гражданском кодексе, прежде всего, коснулись положения женщины в семье и обществе. В Гражданском кодексе 1926 года были закреплены следующие положения, напрямую ставящие женщину в зависимое положение от мужчины. Он определил мужа как главу союза брака (Статья 152 / I) и представителя союза брака (Статья 154). Ему было назначено право и ответственность за решение места жительства (Статья 152 / II) и обеспечения его жены и детей (Статья 152 / II). Хотя отец и мать разделяли обязанности опекунства, в случае разногласий опекунство было предоставлено отцу (Статья 263). Представительские права жены ограничивались юридическим представительством по вопросам, касающимся предоставления «постоянных потребностей дома» (Статья 155). Жена могла устроиться на работу или заняться ремеслом только по «явному или неявному разрешению» ее мужа (Статья 159 / I), но муж может потребовать от своей жены внести свой вклад в семейный бюджет «в разумной степени» (Статья 190). После брака жена должна была принять фамилию мужа (Статья 153 / I) и была ответственна за уход за домом (Статья 153 / II). Второе положение жены было подтверждено в статье 153 / II: «В той мере, в какой она может, жена служит помощником и консультантом своего мужа, чтобы обеспечить счастье семьи».