пресечь торговлю то варами, не оплаченными пошлиной. Корабли с таким грузом, уклонявшиеся от уплаты пошлин, подлежали захвату, а их груз - конфискации. Чтобы сделать эту меру эффективной, английское правительство постановило, что захваченный подобным образом груз подлежит распределению в качестве добычи поровну между таможенным чиновником, задержавшим груз, губернатором колонии, куда прибыло судно, и короной, которой полагалось отчислить третью часть стоимости конфискованного товара. С введением морского патрулирования Тайный совет в Англии дополнил этот порядок новым правилом. Если незаконный груз захватывался в открытом море военным судном, он распределялся поровну между командой захватившего его корабля и короной. По понятным причинам мера эта внесла раздор в среду британских представителей в Америке: ни таможенное ведомство, ни губернатор не желали мириться с тем, что конфискованный груз доставался теперь не им, а королевской казне и команде морских судов (Jensen M. Op. cit., p. 274 - 277.).
На этой почве происходили серьезные разногласия и резкие столкновения между представителями различных британских служб, которыми умело пользовались купцы-контрабандисты. Приступая к своей деятельности, вновь созданное таможенное управление констатировало, что за предыдущие два с половиной года было захвачено 6 судов с контрабандой, но только одно из них было конфисковано. 3 судна были освобождены «толпой», а с двух снят арест в результате решения судебных
инстанций (Ibid., p. 280.).
Контрабандисты не умерили своей активности. Они действовали все более решительно, совершая под носом британских властей дерзкие операции в обход принятых постановлений. В феврале 1768 г. известный бостонский контрабандист Д. Малькольм обратился к таможенной службе с просьбой не облагать пошлиной его судно, груженное вином. Просьба Малькольма была отвергнута. Тогда он приказал капитану не подходить к Бостону, став на якорь в нескольких милях от берега. Ночью груз был доставлен на берег, а затем на повозках, сопровождаемых вооруженными людьми, перевезен в склады Малькольма. Утром капитан судна явился в таможенное управление и заявил, что пришел порожним рейсом с о. Ямайки. Весь город знал, что это неправда. На бортах судна еще не просох след более глубокой осадки, ясно свидетельствовавший о том, что оно было только что разгружено. Но власти оказались бессильны что-либо предпринять. «Ни один таможенный чинов-пик, - писал Т. Хатчинсон, - не мог и подумать, чтобы попытаться конфисковать груз, а если бы он и захотел это сделать, никаких шансов на успех не имел». В Провиденсе (Род-Айленд) сборщик пошлин был вымазан в дегте и вывалян в перьях. В другом городе той же колонии - Ныо-порте - в результате столкновения с британскими военными моряками один человек был убит, и разъяренная
толпа сожгла таможенное судно (Howard G. E. Preliminaries of the revolution 1763 - 1775. New York - London. 1905, p. 194 - 195.).
Недовольство нарастало изо дня в день и сопротивление усиливалось. «Контрабандисты, которые составляли основную часть купечества в городах нескольких колоний, - отмечал современник тех событий П.
Оливер, - считали, что в их интересах необходимо объединиться, дабы силой воспрепятствовать осуществлению Актов. Бостон стал во главе этого
сражения» (Oliver P. Origin and progress of the American rebellion. Stanford. 1967, p. 61). .
Особой дерзостью отличались действия «короля» бостонских контрабандистов Джона Хэнкока. Это был один из руководителей местной организации «Сынов свободы», руководитель бостонской милиции, человек амбициозный и решительный. По прибытии британских таможенных чиновников в Бостон представители королевской администрации пытались уговорить Хэнкока выстроить милицейские части, чтобы устроить своего рода церемонию встречи. Эта просьба была отвергнута. Хэнкок держался вызывающе. Он наотрез отказался бывать на официальных приемах, хотя ему и посылались на них приглашения. С чиновниками таможенного управления у него происходили постоянные стычки.
В апреле 1768 г. таможенники пытались досмотреть прибывшее в Бостон судно «Лидия», которое принадлежало Хэнкоку. Однако судовладелец не допустил досмотра и удалил таможенников, приказав разгружать судно (Jensen M. Op. cit., p. 280 - 281.) Двумя месяцами позже произошел более серьезный инцидент. К этому времени к Бостону были прикреплены британские военные суда. 10 июня таможенные чиновники задержали принадлежавшее Хэнкоку судно «Либерти», груженное контрабандным товаром. Под конвоем фрегата «Ромни» оно было доставлено в бостонский порт.
Это породило волнения среди жителей города, чьи симпатии неизменно были на стороне тех. кто участвовал в антибритапском движении, какими бы интересами они ни руководствовались. Лидер бостонских контрабандистов Хэнкок стал известной и популярной фигурой, захват принадлежащего ему судна вызвал в Бостоне демонстрации и беспорядки.
Когда задержавшие «Либерти» таможенные чиновники сошли на берег, там уже ожидала большая толпа, закидавшая их камнями и палками. Трое получили серьезные ранения. Не ограничившись этим, толпа направилась в город и выбила окна в домах таможенников и других британских чиновников. Было разгромлено здание таможни и на виду у всех сожжен бот, принадлежавший таможеннику, который участвовал в задержании «Либерти». Умеренное крыло руководства «Сынов свободы» стремилось сдержать массовое недовольство. Чтобы избежать эксцессов периода кампании против гербового сбора, был созван городской митинг под председательством Д. Отиса. Никаких радикальных решений принято не было (Hoerder D. Op. cit, p. 249 - 251.) . Участники митинга одобрили резолюцию с требованием к губернатору убрать английское военное судно. Но последний, любезно приняв делегацию «Сынов свободы» и даже угостив ее вином, отговорился, что не имеет власти над британскими военноморскими силами.
Было составлено воззвание, в котором говорилось, что захват «Либерти» - это часть плана, рассчитанного па закабаление колоний, что в скором времени следует ожидать прибытия новых военных судов и
контингентов войск. М. Дженсен предполагает, что принятие этого документа было вызвано слухами о том, что таможенные чиновники обратились в Лондон с просьбой прислать дополнительные воинские подкрепления (Jensen M. Op. cit.. p. 281 - 283.) . Что же касается представителей таможенной службы, то они после задержания «Либерти», будучи заранее предупреждены руководством «Сынов свободы» о грозящей им опасности со стороны «толпы» (Hоerder D. Op. cit., p. 250. ), бежали на борт фрегата «Ромнп», а затем в течение нескольких месяцев отсиживались в британском
форте Кэстль Уильям (Oliver P. Op. cit., p. 69.) .
Получив известие о событиях в Америке, анг лийское правительство действительно приняло решение о посылке в колонии новых воинских конингентов. Нескольким отрядам было отдано распоряжение высадиться в Бостоне. Бостонский городской митинг обсуждал и этот вопрос, приняв резолюцию протеста. Решение бостонцев гласило, что они «будут даже при крайней опасности для своей жизни и имущества отстаивать и защищать свои права, свободу, привилегии» и что «как налоги не могут быть введены, кроме как по их (колонистов,- А. Ф.) собственному свободному волеизъявлению, так и размещение регулярных войск в колониях не может происходить без их согласия» (Ноwаrd G. Е. Op. cit., p. 196.) . Было выдвинуто предложение немедленно вооружить население, раздав мушкеты, находившиеся в бостонской ратуше. Однако верные своей тактике руководители «Сынов свободы» предложили этого не делать, опасаясь, что дело грозит зайти слишком далеко. Они заявили, что оружие может попасть не в те руки и что следует раздать его, когда наступит «подходящий
момент» (Jensen M. Op. cit., p. 294.).
Положение было серьезным, и в этом отдавали себе отчет обе стороны. В преддверии надвигавшейся опасности и та, и другая сторона старались избегать крайностей. Губернатор Массачусетса имел возможность вызвать войска, получив на это санкцию ассамблеи и состоявшего при нем Совета. Однако ассамблея этого никогда бы не сделала. К тому же она была распущена за отказ подчиниться приказам лорда Хиллсборо, а члены Совета при губернаторе боялись это сделать, опасаясь за собственные жизни. Губернатор мог и сам обратиться к главнокомандующему британскими силами в Америке, и тот обязан был немедленно прийти ему на помощь. Но губернатор не решался на этот шаг. В письмах в Лондон Бернард говорил о необходимости подавить силой выступления колонистов, но предпочитал, чтобы инициатива посылки войск исходила от британского
правительства (Ibid., p. 289 - 290. 126.).
Хиллсборо приказал генералу Гойджу отправить войска в Бостон. Однако приказ этот вступал в силу лишь в случае просьбы Бернарда. Когда последний узнал об этом от главнокомандующего, то категорически отказался обратиться с такой просьбой. Только после того как в Лондон прибыл один из таможенников, избитых после задержания «Либерти», и рассказал о том, что представители таможенной службы были практически изгнаны из Бостона и вынуждены укрываться за стенами военного форта, живописуя при этом ужасы массовых выступлений, британский кабинет был созван на экстренное заседание. Однако и теперь решение о посылке войск
было принято при условии, что Гейдж получит соответствующий запрос от Бернарда, Спустя некоторое время Гейдж получил безоговорочный приказ отправить войска в Бостон (Ibid., p. 290.) .
Руководители патриотического движения давно предостерегали, что против них могут быть направлены войска. Они резко критиковали Квартирный акт 1765 г. и санкции против Нью-Йорка. Посылка военных судов в бостонскую гавань и последовавший затем инцидент с судном «Либерти» подлили масла в огонь. Лидеры патриотов обвиняли королевских чиновников, прежде всего Бернарда и Хатчинсона, в том, что они ответственны за применение английским правительством военной силы
(Ibid., р. 292; Ноwаrd G. E. Op. cit., p. 194.) . Вскоре после инцидента с «Либерти»,
выступая перед собравшейся на улице толпой, С. Адамс бросил призыв вооружаться. «Если мы мужчины, то поведем себя, как мужчины, - говорил он. - Возьмемся за оружие, добьемся свободы и захватим всех королевских чиновников». Он заявил, что в случае посылки войск в Бостон на помощь городу придет 30 тыс. колонистов (Miller J. С. Sam Adams, p. 144.) . Радикально настроенная «Бостон газетт» поддержала этот призыв, заявив, что действия Англии, облагающей колонии незаконными налогами, распустившей законодательные ассамблеи и готовящейся отправить дополнительные войска в Америку, свидетельствуют о том, что метрополия растоптала ею же самой дарованные колониям хартии. В этих условиях, по словам газеты, колонистам ничего не остается, как провозгласить независимость (Jensen M.
Op. cit., p. 293.) .
Известие о посылке свежих войск в Америку обсуждалось на тайном совещании «Сынов свободы». «Мы возьмем в руки оружие и будем сражаться до последней капли крови», - заявлял С. Адамc (Miller J. С. Sam Adams, p. 145. ). Было принято решение обратиться к жителям «пограничных» селений - западных районов колонии - с призывом прислать свои отряды, чтобы помешать высадке британских войск. Наконец, городской митинг Бостона принял, как уже указывалось, постановление, объявлявшее незаконными решения английских властей. Попытка немедленного вооружения населения потерпела неудачу, хотя сторонники такого рода действий, чтобы не бросать открытого вызова метрополии, мотивировали необходимость принятия соответствующей резолюции ссылками на то, что якобы имеется угроза нападения со стороны Франции (Howard G. E. Op. cit., p. 190.) . Предпринятые вслед за тем шаги по созыву законодательной ассамблеи для обсуждения создавшегося положения кончились безуспешно. Этому помешал Бернард, отказавшийся санкционировать возобновление деятельности распущенной по приказу из Лондона ассамблеи. 12 сентября по предложению С. Адамса был созван городской митинг Бостона, а вслед за тем инициативный комитет в составе Д. Хэнкока, С. Адамса, Т. Кашинга и Д. Отиса призвал провести в Бостоне 22 сентября конвент представителей городов и графств Массачусетса (Mille r J. C. Sam Adams, p. 149 - 158. ). Конвент этот собрался и принял резолюцию протеста
(См.: The writings of Samuel Adams, v. I, p. 243 - 244. ). Правда, практически только
этим и ограничилась его деятельность. Но самый факт созыва конвента - «еще одного нового орудия революционной борьбы» (Аптeкep Г. Указ, соч., с.
96.) - имел большое значение. Его созыв был тем более важным, что аналогичные конвенты открылись в других колониях.
На конвент в Массачусетсе собрались делегаты почти ста городов. Однако представители ряда городов и округов отказались в нем участвовать. Кроме того, делегаты с Запада, в отличие от тех, кто прибыл из районов атлантического побережья, проявили сдержанность и далеко не во всем собирались следовать за «Сынами свободы». К тому же и те, кому принадлежала инициатива созыва конвента, в решающий момент стали склоняться к умеренным действиям. Этому способствовала также позиция ныо-йоркской организации «Сынов свободы», отказавшейся поддержать своих бостонских собратьев (Miller J. С. Sam Adams, p. 159 - 160.) . В результате конвент ограничился решением об отзыве Хатчинсона и Бернарда, необходимости возобновления деятельности законодателей ассамблеи и обсуждения на ней сложившейся ситуации. 28 сентября два полка английских солдат под дулами наведенных на Бостон орудий восьми английских военных кораблей беспрепятственно высадились на берег. В этих условиях при отсутствии единства в позиции делегатов конвента и двойственном поведении лидеров «Сынов свободы» делегатам ничего не оставалось, как разъехаться по домам.
Таким образом, правительство Англии, отбросив сомнения, сделало шаг, на который оно длительное время не решалось. А патриоты, заявлявшие о своей решимости воспрепятствовать силой высадке английских войск, в последний момент отступили. Однако Англия не одержала победы, а патриотические силы не потерпели поражения.
Принимая решение о расквартировании войск в Бостоне, правительство Англии отнюдь не преодолело колебаний. При обсуждении в парламенте предложенных правительством мер они подверглись критике со стороны оппозиции в лице Э. Берка и А. Барре. Но не только представители оппозиции выразили свое несогласие с предложениями правительства. Решительные возражения они вызвали со стороны бывшего губернатора Массачусетса Т. Паунелла. Последний обвинил правительство в том, что оно извратило смысл происходящих в Америке событий, и предостерег, что применение силы приведет к «разрыву навсегда» (Jensen M. Op. cit,, p. 298 - 299.) Даже Д. Гренвиль, положивший начало новому курсу метрополии попыткой введения в колониях гербового сбора, теперь выражал сомнение в правильности британской политики. Он отмечал, что «только сила ничего не сделает», необходимо придерживаться «системы, твердости и умеренности» (Ibid., p. 298.) . Все это заставляло представителей британской администрации проявлять известную осторожность. Сделав шаг вперед, они то и дело оглядывались назад. Поэтому после высадки войск в Бостоне британский военачальник полковник Делримпл вступил в переговоры с Хэнкоком и другими лидерами патриотического движения. Британские власти в конечном итоге вынуждены были назначить нового губернатора вместо Бернарда, бежавшего в Англию из страха, что «Сыны свободы» учинят над ним расправу.