Автор даже связывает эти четыре функции государства с особенными духовными принципами. Так функция обороны - это храбрость, суд - справедливость, законодатель - мудрость, правительство - могущество. По сути, им делается попытка придать фундаментальность своей теории путём привязки составных элементов к основополагающим духовным принципам.
Наконец, пишет К. Франц, в каждой из этих функций отражается вся государственная жизнь, и история каждой из них охватывает весь период развития государства.
Что касается форм, которые принимают эти функции, то как и предметы, к которым они относятся, могут быть весьма различны, смотря по особенностям индивидуальной природы отдельного государства, по состоянию культуры и по духу времени. Говоря о цели государства, как целого, немецкий философ отмечает, что она заключается ни в чём ином, как в подчинении совокупной деятельности многоразличных элементов и сил одной общей государственной идее. Каждая государственная функция, взятая отдельно имеет значение только средства к достижению цели и только по отношению к государственному целом приобретает собственную целесообразность, которую она утрачивает, как только отделяется от этого целого.
Теория К. Франца, если отбросить некоторые положения, в целом, верна. Она подводит нас к привычному выделению функций государства в соответствии с принципом разделения властей. Однако, она всё же отличается от оной.
На наш взгляд максимально приблизился к ней и наиболее полно описал функции государства французский юрист Дюги Леон в своих работах, посвящённых конституционному праву.
Как отмечает данный автор, зачастую говоря о функциях государства, имеют в виду вмешательство последнего в общественную, экономическую и духовную жизнь народа. Часть желает свести это вмешательство к минимуму, требуя, чтобы государство ограничивалось обеспечением внешней безопасности нации, территории и внутренней безопасности индивидов и никоим образом не вмешивалось бы в экономические отношения, умственную и нравственную жизнь страны. Так полагают убывающие сторонники знаменитого девиза: «Laissez faire, Laissez passer». Другие, напротив, считают, что государство имеет весьма широкую миссию, отнюдь не поддающуюся определению в конкретных положениях. Миссию изменчивую, которая обнаруживает естественную тенденцию к дальнейшему росту. Они полагают, что государство преследует культурную цель, и что оно не может достигнуть этой цели иначе, как путём деятельного вмешательства в экономические отношения индивидов, отношения труда и капитала, и взяв в свои руки регулирование материальных, нравственных и духовных интересов народа.
Необходимо констатировать тот факт, что происходило значительное усиление деятельности государства в качестве общей тенденции. Это был факт неминуемый.
Французский юрист, говоря о функциях государства, имеет в виду только юридические его функции, то есть те функции, которые проявляются в области права. При этом он пишет: «… такое определение слишком широко, оно должно быть сформулировано точнее».76 И выводит немного другое определение. Юридическая функция государства предполагает открытое проявление воли государства, понимаемое в смысле воздействия этого последнего на другие воли.
Рассуждая о классификации функций государства, Дюги Леон отмечал, что необходимо как следует усвоить и понять, что для классифицирования различных юридических функций государство вовсе не требуется рассматривать преследуемую им цель. Государство стремится к своей цели, и чтобы достигнуть её, оно хочет, чтобы этот волевой акт производил действие в сфере права, то есть воздействуя на воли других, он творит, видоизменяет или констатирует объективное право, а также творит право субъективное. Это и будет юридическая функция. Как констатирует французский автор, на рубеже 19 и 20 вв. господствовала доктрина, которая различала три важных функции государства:
1. законодательную;
2. административную;
3. юрисдикционную.
Однако, существовали разногласия насчёт того как определять каждую из этих функций. Обыкновенно же их определяли так. Посредством законодательной функции государство формулирует объективное право, посредством административной - создаёт состояние субъективного права, посредством юрисдикционной - констатирует существование и объём правовой нормы или правового состояния, а в случае их нарушения или оспаривания - предписывает необходимые мероприятия, с целью обеспечения уважения к ним.
При этом нередко смешивают юрисдикционную функцию с судебной. Судебную функция - это функция, которую отправляют должностные лица, существующая в большинстве стран. Такова формальная точка зрения. Дюги Леон подмечает, что без сомнения суды совершают множество юрисдикционных актов, но они совершают также немало и таких актов, которые не имеют этого характера. По этой причине он говорит именно об юрисдикционной функции, а не о судебной.
Теперь разберём подробнее каждую из предложенных функций.
Законодательная функция, отмечает французский учёный, есть та функция, в которой по преимуществу выражается суверенитет государства, так что часто смешивали даже законодательство с суверенитетом, полагая, что закон не может исходить иначе как от органа, в котором воплощается государственный суверенитет, и что всякий акт, исходящий от этого органа, есть закон. Это не совсем так. Если бы мы хотели сказать, что закон исходит только от органа, который непосредственно представляет общую волю, то это было бы неверно, поскольку очень многие акты, являющиеся по существу законами, исходят не от парламента, а от других органов. И также было бы неправильно называть всякий акт общей воли законом, по той причине, что парламент издаёт зачастую такие акты, которые по существу не имеют характера закона. С этими пояснениями, можно принять предложенное определение.
Дюги Леон, проникая в суть законодательной функции, указывает, что она, естественно, есть государственная функция, предназначенная для создания законов в указанном смысле. При этом положительный закон, будет ли он простой формулой правовой нормы или совокупностью правил, предназначенных для обеспечения применения этой нормы, - всегда имеет в своей основе норму объективного права. Помимо прочего, данный автор утверждает: «… социология прочно установила, что законодательная функция есть та самая юридическая функция государства, которая появилась хронологически последней. В течение долгого времени политическая власть, даже у народов, достигнувших известной степени цивилизации, действовала лишь путём индивидуальных актов, совершая то, что мы называем теперь актами административными и юрисдикционными».
При этом даже само государство не может злоупотреблять законодательной функцией, отменяя или нарушая индивидуальные права, а также общие нормы права.
Административную функцию французский автор определяет с чисто материальной точки зрения, то есть с точки зрения внутренней юридической природы административного акта, независимо от характера органа или «агента», осуществляющего акт. В своей работе он отмечает: «Если, пользуясь законодательной функцией, государство вступает в область объективного права, то следует предположить, что путём административной функции оно вступает в другую юридическую область, которой естественно может быть только область субъективного права». Устанавливая закон, государство формулирует абстрактное правило, не зависящее от обстоятельств и лиц. Всё обстоит иначе, когда государство совершает административный акт, тогда оно вступает в отношение с определённым лицом. Закон является общим правилом, которое можно приложить к неопределённому количеству лиц и случаев. Административный акт - это акт индивидуальный, который исчезнет, как только будет достигнут желаемый частный результат.
Стоит также отметить, что область административной функции определена законодательством, и «государство-администратор» может действовать только в случаях и под условиями, которые определенны «государством-законодателем».
Итак, что же такое административная функция по Дюги Леону. Административная функция - это функция, с помощью которой государство совершает юридические акты, то есть выражает волю с тем, чтобы вызвать какое- либо положение субъективного права.
Французский юрист, говоря о приведённом определении, констатирует тот факт, что многие авторы неправильно определяют административную функцию, пытаясь вывести дефиницию через её цель. К таким авторам он относит Мориса Ориу, Артюра, Позада и О. Майера.
Опровергая их точку зрения, он ещё раз утверждает, что административная функция является именно той функцией государства, которая состоит в совершении юридических актов, а юридический акт представляет проявление воли, совершенное с целью создать положение субъективного права. Здесь он опять упоминает об административном акте. Сам же административный акт он определяет, как юридический акт, совершаемый государством или всяким другим публичным лицом.
Дюги Леон, как мы упоминали ранее в своей классификации функций государства, употребляет термин юрисдикционная функция, а не судебная, хотя последнее выражение и более распространённое. Однако, по его мнению, оно ведёт к смешению. Так он пишет: «…слово судебный необходимо сохранить для обозначения известной власти, которая во Франции и в большинстве современных стран отлична от административной власти, и тогда судебная функция будет функцией, исполняемой судебной властью, т.е. функцией, определённой с формальной точки зрения». Судебная власть осуществляет преимущественно юрисдикционную функцию, но не всю полноту юрисдикционной функции. Как отмечает французский автор, во Франции на рубеже 19-20 веков многие юрисдикционные акты совершаются административной властью, а многие административные акты совершаются судебной. По этой причине необходимо при определении характера юрисдикционной функции совершенно отрешиться от органов, исполняющих эту функцию.
Сложность установления сущности юрисдикционной функции состоит также в том, что она довольно поздно выделилась из административной и линия, разделяющая эти функции, остаётся порой размытой.
При рассмотрении данной функция, соответственно, как и при рассмотрении административной функции, французский юрист предлагает дефиницию акта, которым она осуществляется. «Юрисдикционный акт - это акт, путём которого правители констатируют существование субъективного юридического положения, изъявляют волю, чтобы оно осуществлялось и объявляют, что в случае, надобности, для обеспечения осуществления его силой прямо или косвенно, будет употреблено материальное принуждение, которым они располагают».
Кроме этого, Дюги Леон пишет о том, что функция суда, всегда оставаясь юрисдикционной функцией, осуществляется в двух формах.
Первая форма - это субъективная юрисдикция. Она действует в случае, когда возникает вопрос о существовании или объеме известного состояния субъективного права; судья констатирует, по фактическим и правовым элементам, существует или нет это положение, признав его существование, он определяет его объём и принимает решение, являющееся логическим следствие его констатирования и повелевающее осуществить положение под прямой или косвенной санкцией принуждения.
Вторая форма - объективная юрисдикция. Действует в случае, когда возникает вопрос, нарушено или нет объективное право или закон, в силу ли публичного или частного акта, совершённого с целью создать правовое положение, или же в силу какого-нибудь неюридического факта; если власть констатирует нарушение, то она делает отсюда логический вывод и принимает решение, которое, смотря по случаю, является отменой, восстановлением или репрессией, и выполнение которого гарантируется применением в случае надобности принуждения.
Касаясь вопроса распространённости одной из двух юрисдикций, французский юрист отмечал: «В настоящее время наиболее обычно юрисдикционная функция проявляется в форме субъективной, хотя область её сокращается в пользу объективной юрисдикционной функции».
Теория функций государства, предложенная Дюги Леоном, как видим, является достаточно разработанной. Однако, на наш взгляд она не является однозначно универсальной, поскольку в большинстве своём основана на практике деятельности только французского государства. При всём при этом данная теория имеет право на существование и соответствует цели государства, которую выделял французский автор, а именно развитию народной культуры при помощи права и сообразно с правом.
Итак, с развитием юридической науки и политико-правовой мысли в течение 18-19 веков произошло развитие и формирование теории функций государства. От периода, когда отсутствовало само понятие «функций государства» и смутно говорить о его функциях можно было только исходя из цели, до периода, когда была сформирована теория функций прошло немало времени. Лишь со второй половины 19 века в работах ученых стал встречаться термин «функции государства». Уже за этот относительно короткий промежуток времени появилось множество теорий за авторством различных учёных, которые пытались по-своему объяснить функции государства. Однако, на этом эволюция функций государства не закончилась, она продолжила своё движение вперёд в 19 и 20 веках.
§3. Сравнительно-правовой анализ современного подхода к функциям государства и подхода учёных 18-19 вв.
Теперь, когда мы изучили теорию функции государства в 18-19 веках и в современности, проведём их сравнительно-правовой анализ по ряду критериев.
Первый критерий - это наличие понятия функции государства в юридической науке. В политико-правовой мысли 18 века и первой половины 19 века понятие функций государства, как мы выяснили, полностью отсутствовало. Это не означает что у государства не было функций, просто в теории к этому времени не была выработана дефиниция данного понятия. Говорить о функциях государства можно было лишь исходя из его цели и сущности, выделяемых ещё с античных времён. Лишь во второй половине 19 века в работах учёных стали фигурировать функции государства. Это время зарождения теории функций государства. Сейчас, что логично, в теории государства существует устоявшаяся ещё в 20 веке дефиниция, которая в той или иной степени повторяется всеми учёными. Однако, существует и те, кто пытается развивать это направление юридической науки и дальше, предлагая альтернативные определения данному понятию.