Какие заинтересованные стороны должны принимать участие в организации и проведении фестивалей? Обязательна ли городская административная поддержка?
-- Всегда нужна городская поддержка, так Россия устроена. Когда администрация Парка Горького говорит: любой выходной день вам отдадим, за вами подметем и уберем и выставим адекватную цену - это тоже поддержка города. У любого города, бедного или богатого, всегда есть ресурс: общественная площадь, здание Дома культуры, помещения и зал театра -- все что угодно можно использовать. Пляж, набережную, безопасность (что всегда очень важный вопрос), уборка мусора, реклама. Это могут дать только местные власти.
Как события фестиваля меняют публичные простанства города?
-- Все что касается фестиваля культура, все приводит публику. Это иллюзия, что в Москве все люди регулярно ходят на культурные мероприятия. Потому что вот мы с вами встречаемся в 7 вечера, уже все спектакли начались, мы уже туда не попадем. Или человек, предположим, не выспался - домой хочет, или настроения нет.
Фестиваль -- это всегда хороший случай заманить в театр - жену повел или она тебя, девушку пригласил, друзья подарили билеты. И ты уже пришел в театр, и вроде здесь неплохо. Хотя в программе фестивалей чаще современное искусство и, может, что-то не очень понравилось или не понял, но тебе уже интересно - думаешь, надо в следующий раз сюда сходить, посмотреть постоянный репертуар. И выясняется, что театр этот -- очень хороший.
Вообще это такая атмосферная вещь -- продвижение того или иного культурного продукта. Допустим, я не фанат балета, но в Перми живу, а тут проходит Дягилевский фестиваль и это такое важное событие, что я покупаю билет и иду туда. Или, представим, я городской чиновник, получил приглашение на мероприятие и пошел -- может, потом я смогу помочь театру. И это хорошо.
Фестивали в регионах могут быть центрами притяжения для туристов?
-- Да, например Дягилевский фестиваль, но у нас пространства маленькие.
Рок-фестивали или фестивали электронной музыки, конечно, привлекают людей. Хотя не везде готовы к такому притяжению. Пермь привлекает культурной повесткой, но в Перми нет отелей и авиасообщение недостаточно. А в Башкирии или Екатеринбурге много отелей, потому что туда много летают нефтяники, металлурги. Есть инфраструктура -- легко фестиваль сделать. Везде по-разному.
И в-третьих, (что вам навряд ли пригодится) нужно понимать, что половину мероприятий, если это фестиваль не уличный, а закрытый, заполняют городские чиновники разного ранга. Оставшиеся билеты ты должен продать. Но ты не можешь продать их только туристам, чтобы местные не попали. То есть у тебя маленький объем финансирования, и поэтому такие фестивали короткие.
Но фестивали -- это драйвер развития культуры в нашей ситуации. Потому что даже самые продвинутые губернаторы на культуру денег давать не хотят, а фестивали всем всегда нравятся, потому что дают им возможность покрасоваться, пригласить важных и нужных гостей. Это такая внутренняя специфика вопроса.
Интервью с Юлией Бычковой
Респондент: Ну, вы поймите, что нет рецепта. Ну то есть тут инициатива может прийти откуда угодно, и жизнеспособность этой инициативы можно рассматривать и доказывать только на практике. Да, если мы возьмем город *, он стал известен благодаря очень активному мэру. Возьмем “Никола-Ленивец”, эта инициатива выросла в устойчивый проект благодаря 4-5 людям, которые в эту идею верят без поддержки государства, без поддержки бизнеса. Возьмем тот же самый “Арт-овраг”, это социальная ответственность бизнеса в чистом виде. Возьмем Ярославль, там вся эта активность, самая широкая масленица страны в Ярославле -- это тоже инициатива местных властей, то есть здесь нет рецепта, который бы вот 100% сработал. Понятно, что за каждой инициативой должен стоять стейкхолдер. Стейкхолдер -- это тот человек, который готов на себя взять ответственность, будь он местный бизнесмен, будь он местным мэром, будь он местным директором шиномонтажа, который хочет, чтобы вокруг его бизнеса развивалась территория. Нет точной композиции вот этой вот составляющей, которая могла бы сработать, поэтому должен за любой инициативой стоять человек, который готов за это отвечать.
Анна: Ага, поняла. Но получается, что вот, например, у “Арт-оврага” в основном это все-таки идет инициатива от объединенной металлургической компании, да?
Респондент: Да.
Анна: И ее взаимодействие вместе с городской властью, я правильно понимаю?
Респондент: Да.
Анна: Хорошо. Следующий вопрос. Могут ли такие события культурные на примере “Арт-оврага”, “Николы-Ленивца” становится центрами притяжения для жителей других городов или они все же больше нацелены на то, чтобы открывать город местным жителям?
Респондент: Ну вот вы назвали два кейса, которые работают в ровно противоположных направлениях. “Арт-овраг”, основной кипиай “Арт-оврага” -- это вовлечение местных, потому что на заводе работает больше половины населения города. Соответственно, завод заинтересован в том, чтобы лояльность местных жителей была стабильной и росла. “Никола-Ленивец” -- это инициатива, которая выросла в богом забытой глуши, и там, конечно, никаких особо местных жителей нет. Соответственно, 200 километров от Москвы и 80% аудитории -- это москвичи. Поэтому здесь надо понимать, что суть, ядро проекта, она закладывается в сути самой *, то есть на кого ты работаешь, какая твоя задача. У нас была задача в “Никола-Ленивце”, чтобы к нам приезжали наши друзья. 15 лет назад, когда мы начинали это делать. Ну вот наши друзья, нашими друзьями стала почти вся Москва.
Анна: Да, это правда.
Респондент: Соответственно, в ОМК, в Выксе я уже задачу озвучила, то есть там это 100% поддержка бизнеса своей же аудитории, которая работает внутри. Просто Выкса в этом смысле отличается от других моногородов тем, что она не заботится просто о своих сотрудниках прямым способом, то есть покупки, путевки в пансионат или устройство забега или субботника. ОМК заботится в принципе о среде в широком понимании этого слова, в которой существуют их сотрудники, поэтому бенефициарии самого проекта становятся не просто сотрудники, а весь город. В этом их различие.
Анна: Вот по ощущениям есть какой-то все-таки туристический приток людей во время фестиваля или, может быть, во время параллельной программы, которая происходит весь год, насколько я понимаю, да?
Респондент: Ну, он есть туристический приток, но он не потокообразующий, потому что здесь все-таки эта капсулированность моногорода и все-таки очень конкретные задачи, как поддержка лояльности жителей города, она, конечно же, не то, чтобы открывает рамки для всех туристов, потому что туризм-это субстанция достаточно стихийная, то есть я думаю, что в случае с Выксой он возникнет, но возникнет не сразу, а возникнет тогда, когда кто-то скажет, что это нужно. Сейчас пока туризм как таковой городу не нужен, потому что решаются очень конкретные задачи. То есть экспертная поддержка города есть, о городе знают, город побеждает во всяких федеральных конкурсах. Прямо на туризме это не совсем отражается, потому что туристам все же нужны какие-то другие вещи, нежели комфорт для местных жителей. Но в какой-то момент критическая масса сработает, и турист поедет, потому что все-таки кейс уникальный.
Анна: Да.
Респондент: И он станет популярным, я думаю, что скоро.
Анна: Ну на самом деле я читала когда про “Арт-овраг”, у вас очень-очень широкое освещение в федеральных СМИ, в различных Интернет-ресурсах, которые читают вся Москва, мне кажется, весь Петербург.
Респондент: Да.
Анна: И как раз я нашла очень много статей в стиле, куда поехать в какое-то нетипичное место, куда поехать развлечься. Вот, и как-то мне, наоборот, показалось, что, возможно, в отличие от других фестивалей на самом деле у “Арт-оврага” гораздо больше таких статей и рекомендаций от различных Интернет-ресурсов. И на самом деле следующий мой вопрос про то, как помогает такое яркое присутствие в информационной среде фестивалю, плюс я на самом деле еще недавно была на вашем выступлении на культурном форуме, и вот оттуда, кстати, и узнала про арт-овраг. Как вот этому помогает такое присутствие в медиа среде?
Респондент: Это, конечно, помогает, это работает на узнаваемость бренда, на лояльность в новых начинаниях. ОМК, конечно же, имеет политические дивиденды большие как от региональной власти, таки от федеральной. Турист он едет, но это не тот туристический поток, за счет которого может, например, существовать город или даже проект “Арт-овраг”, то есть , например, “Никола-Ленивец”, его основные обороты зависят от аудитории, которая к нам приезжает, то есть у нас нет государственных субсидий, мы живем только на те деньги, которые нам приносит наша аудитория. “Арт-овраг” -- это другое. То есть к туризму он не имеет, экономически не влияет на существование проекта, понимаете?
Анна: Да-да-да.
Респондент: Они не приносят тех дивидендов, тех денег, что можно сказать, что это туризм. Потому что туризм -- это человек приехал, заплатил за жилье, заплатил за еду, заплатил за сувениры и опять вернулся. Вот это туризм. Туризм, который не исчисляем, назвать туризмом нельзя. Событийный туризм-да, на фестиваль приезжают, конечно, в течение года пока…
Интервью с Алексеем Соколовым
Респондент: Смотрите, в Туле довольно большая проблема была до недавнего времени с досугом для молодежи, потому что есть кино, есть бары, есть какие-то там такие уже места какие-то помельче, но никаких таких точек, связанных с каким-то научпопом, с дополнительным образованием, с какими-то хорошими современными концертами, их практически нет. Ну то есть есть какие-то рок клубы, есть какие-то ночные клубы, это все немножко не то. И вот получается в 18 году мы открылись, и вот одна из основных задач -- это как раз, во-первых, создание качественно нового досуга для Тулы, вот. Во-вторых, естественно, создание некой площадки для доп. Образования. У нас, как вы, наверное, знаете, очень богатый лекторий.
Анна: Да-да.
Респондент: И он принципиально бесплатный. И естественно одна из таких тоже немаловажных задач -- это создание такой точки притяжения, в том числе и для туристов, потому что *(1:18), который на “Октаве”, он уникален для России, такой площадки больше нет нигде.
Анна: Поняла. Спасибо. Вот дальше я слышала много, что в вашей команде довольно много специалистов из Москвы. Можете немного рассказать о том, какое соотношение местных жителей в команде и тех, кто приехал специально в Тулу из других городов?
Респондент: Ну, смотрите, здесь как раз позиция, я бы даже сказал, кардинально другая. У нас есть тульская команда, которая состоит в основном в большей части из туляков и из туляков, которые специально для работы над проектом в Тулу вернулись, в том числе из столицы. Вот, например, директор кластера Анна Осипова у нас до этого работала в выставочной деятельности “Сколково”, Маша Черная, которая курирует зин-редакцию, она много очень лет прожила в Москве, работала над проектом “Циферблат” небезызвестном и много-много, где еще. Ну и я в том числе. Я работал в крупном столичном деловом медиа-холдинге, на радио 2 года и вернулся вот в Тулу для того, чтобы работать здесь.
Анна: А вы родились в Туле, потом приехали в Москву и вернулись в Тулу?
Респондент: Да-да-да.
Анна: Ага, класс, супер. Ну то есть получается, что все-таки большая часть, наверное, команды -- это туляки?
Респондент: Да, команда, которая работает в Туле, действительно, -это туляки. У нас есть, конечно, и столичные коллеги, которые отчасти курируют нашу событийную программу, дают нам какие-то рекомендации, какие-то контакты, есть коллеги по пиару, которые тоже в том числе нацелены на федеральный пиар проекта, но как бы команда, которая работает в Туле,-это преимущественно ребята, которые либо из Тулы, либо из Тульской области, либо так или иначе с Тулой связаны.
Анна: Хорошо. Про посетителей фестиваля. Я знаю, что, недавно на “Афише” читала, что у вас 65000…
Респондент: Мы про который сейчас фестиваль говорим, про “Трансформатор”?
Анна: Ой-ой, извините-извини, я путаюсь, про проект “Октава” кластер мы говорим, нет, я просто много пишу про фестивали, а “Октава” -- это у меня немножко идет в другой категории. Вот. Да, про “Октава” кластер, у вас 65000 человек было в этом году, это всего лишь за первый год.
Респондент: Ну я думаю, что можно даже уже говорить на самом деле о 70, потому что 66, эта цифра была до дня рождения. В день рождения нас посетили 3500 человек, ну я думаю, что эти 500 буквально в ближайшую неделю еще набьются и добьются, поэтому более 70 тысяч за год нас посетило.
Анна: Да. Вот интересно, не знаю, есть ли у вас какие-то данные, может быть, по ощущениям вы просто расскажете. Сколько туристов приезжает в кластер, туристов, я имею в виду, неважно москвичи или жители ближних городов к Туле или вообще из других совсем российских городов дальних?
Респондент: Ну это естественно, скажем так, в процентовке это будет не очень большое количество, я даже не могу сейчас примерно цифры назвать, но их такой небольшой, но относительно стабильный поток, тем более, когда есть большие праздники, большие каникулы, ну сейчас, например, в майские, я думаю, много очень туристов будет из Москвы, потому что Тула близко к Москве, и это такой прекрасный вариант туризма выходного дня, когда ты садишься либо на электричку, либо в машину. До Тулы от Москвы 2 часа пути. Ну и соответственно день здесь можно погулять, здесь есть, что посмотреть. Понятное дело, что за день вы не обойдете всю Тулу, не посетите “Ясную Поляну”, но как раз вот прогуляться по центру, по новой набережной, в Кремле и зайти на “Октаву”, которая недалеко от центра города, буквально в 5 минутах, на это на все времени хватает, и вот как раз в основном такие ребята к нам и приезжают.