Наиболее адекватные определения данного термина, которыми мы будем пользоваться в нашей исследовательской работе, находим в прагмалингвистических работах Л. Н. Саакяна: «Эвфемизм - это лексическая единица, реализующаяся при помощи вторичной лексической номинации, явление ономасиологического плана, имеющее свои особые, зависящие от потребностей общения и коммуникативной тактики, языковые способы выражения» [Саакян 2009: 24] и трудах Л. П. Крысина в русле социолингвистики: «эвфемизм… способ непрямого, перифрастического и при этом смягчающего обозначения предмета, свойства или действия».
Значительным и исследовательски точным является определение эвфемизма не через образность, а через вторичную лексическую номинацию. Последняя подразумевает наличие двух слов, за которыми стоят представления об объектах, явлениях или свойствах действительности, т.е. наборы признаков, приписываемых говорящим. Данные сущности имеют некую зону пересечения (сему, несколько сем или даже ассоциацию), которая и является означенным «сходством», своеобразным «мостом», соединяющим два слова. Соответственно, мы имеем дело с двойной соотнесённостью лексемы: с её изначальным и с приобретённым (окказионально или узуально) значением. Понимание эвфемизма как конвенциональной метафоры, которая является инструментом полисемантизации значения, уместно также и потому, что в данном языковом явлении экспрессия является умеренно выраженной, «конвенциональной», благодаря чему может выполнять функцию «смягчения» изначально экспрессивной языковой единицы.
«Эвфемизация» как научное понятие, согласно Л. Н. Саакяну, имеет два понимания: системное и дискурсивное. Согласно системному подходу, эвфемизация является языковым процессом формирования конкретных лексически выраженных эвфемизмов, а в русле дискурсивного подхода эвфемизация осмысливается как процесс насыщения коммуникации эвфемизмами. Таким образом, наиболее глубоким и всеохватным осмыслением эвфемизмов является подход, при котором осмысливается двусторонняя сущность эвфемизма: как конкретной лексической единицы выражения и как речевого акта, включенного в определенную речевую стратегию или тактику и являющуюся элементом коммуникативной ситуации в большей степени, чем фразы или отдельного выражения.
Одной из важнейших характеристик эвфемизмов как языковых явлений является его временность, тесная связь с эпохой и социокультурными явлениями. Например, Б. А. Ларин писал: «Эвфемизмы недолговечны; условие их действенности зависит от наличия грубого или недопустимого эквивалента. Когда подразумеваемая единица выходит из узуального употребления, эвфемизм лишается своей облагораживающей функции, перехода в разряд прямых наименований и требует замены». Следовательно, изучение определенного корпуса эвфемизмов следует соединять с изучением социокультурных явлений, послуживших источником формирования данных языковых единиц или тесно с ними связанных.
На основе всего корпуса проанализированных нами словарных и исследовательских дефиниций, мы можем сделать вывод о том, что подвергаемое эвфемизации слово или выражение должно быть номинацией понятия, обладающего следующими признаками: страшного, постыдного, одиозного, неприличного, нетактичного, грубого или неуместного. Наиболее справедливым в этом отношении нам кажется подход, при котором использование эвфемизма на месте неадекватного слова обуславливается желанием соответствовать речевому этикету и устранить возможность коммуникативной неудачи. Однако существует ряд частных целеполаганий, при которых использование эвфемизмов может быть детерменировано языковой картиной мира адресанта, его статусом или языковыми тенденциями. Так, в работе А.Ю. Мирониной «Эвфемизмы как явление языка и культуры (лингвистическийи лингвокультурологический анализ)» предложены шесть основных факторов использования эвфемизмов, остановимся на некоторых из них:
. Для замены прямых названий «пугающих предметов и явлений», а также неприятных, вызывающих неприятные ассоциации. Это связано с самим происхождением эвфемизмов как лингвокультурного явления - посредством табуизации сакральных или ужасных явлений, страх или поклонение которым приводил к запрету на их обсуждение. Под пугающими явлениями прежде всего понимаются «смерть» (например, в «Словаре синонимов русского языка» нами было обнаружено более 51 синонима к этому слову), сферы физиологического, межполовых отношений, которые
были отнесены Л. В. Крысиным в сферы «личного». В сферах социального наибольшим количеством эвфемизмов обладает наименование «войны» и его тематического круга, далее идут названия отделов государственного аппарата, силовых структур и механизмов (полиция, тюрьма). Однако надо отметить также тот факт, что табуистическая лексика и эвфемизмы на данном этапе научных исследований разграничиваются по экстралингвистическому признаку: первая отражает различные формы онтологических запретов, а вторые соотносятся с языковыми реалиями эпохи, эстетическим или идеологическим желанием носителей языка завуалировать, скрыть, приукрасить определенные явления.
. Вуалирование понятий, которые считаются неприличными именно в данной культуре: так, в американской языковой среде является оскорбительным использование слова «негр», необходимо использовать слова с нейтрализированным полом; в современной русской языковой среде непозволительными являются использование слова «ватник», «колорад», негативную оценку встречают «феминитивы» типа «священница», «авторка» и пр., постепенно входящие в обиход. Также следует указать на то, что эвфемизмы тесно взаимодействуют с другими лексическими корпусами конкретного языка: например, они затрагивают терминосистемы (политики, медицины, экономики), видоизменяя нормативный статус терминов, во- вторых, эвфемизация воздействует на социолекты, формируя в противовес подчеркнуто экспрессивным, грубым жаргонам пласт эвфемистической лексики.
Следует отметить, что эвфемизмы во многих языковых культурах имеют одни и те же аксиологические системы, где во главе всего стоит добро, честность, справедливость, сила государства и его лидеров, миротворчество страны, ее величие и вклад в общечеловеческое достояние.
3. Камуфляж истинной сущности обозначаемого. Глубокое и всестороннее рассмотрение данного аспекта эвфемизмов содержится в трудах Д. Н.Шмелева, Л. П. Крысина, И. Р. Гальперина, где данный фактор рассматривается в связи с идеологическими системами, военно- промышленными комплексами, отношениями внутри партийных и властных структур.
Следовательно, факторы использования эвфемизмов различаются в зависимости от объекта, на который она направлена, и сферы, в которой она используется (личная или общественная). Личная сфера предполагает использование эвфемизмов для предупреждения коммуникативной неудачи, лигвопсихологической же функцией эвфемизмов в общественной сфере является создание чувства безопасности, защищенности, понижению уровня тревожности. Во втором параграфе нашего исследования мы более подробно остановимся на анализе того, как информационная функция политических и медийных текстов становится вторичной по своему значению, а важнейшей задачей становится воздействие на адресата. По нашему мнению, глобальное использование лингвистических ресурсов современных СМИ с целью воздействия на массового адресата приводит к снижению не только данных показателей, но также мыслительной и деятельностной активности.
Существует ряд классификаций эвфемизмов, которые характеризуют различные аспекты данного языкового явления. Самой распространенной классификацией является выделение групп эвфемизмов по специфике языковых средств, и пользуемых при их конструирования. На этом основании исследователем Куркиевым А. С. в статье «Семантика единиц различных уровней языковой системы» выделены:
• эвфемизмы-пропуски слов или словосочетаний,
• эвфемизмы, представляющие собой частичную замену неприличных выражений;
• эвфемизмы, заменяющие исходную единицу фонетическим созвучием,
• эвфемизмы-местоимения;
• эвфемизмы, в состав которых входят числительные;
• эвфемизмы, заменяющие исходные единицы словами общего значения (родовидовая абстракция);
• эвфемизмы-иноязычные лексемы, антифразы, синонимы (следует указать на характерную особенность синонимических рядов эвфемизмов, в которых доминантой будет табуируемое слово, а синонимами служат эвфемистические наименования, например: «умереть» - «испустить дух»,
«отойти в мир иной», «проститься с жизнью» и так далее), паронимы («скончаться» - «кончиться»);
• в основе эвфонии также могут лежать следующие стилистические приемы: рифма, анафора, эпифора, аллитерация, ассонанс, диссонанс, другие разновидности звуковых повторов;
• по мнению ряда исследователей, можно выделить также эвфемизацию, в основе которой лежит прием литоты, двойного отрицания («не думаю, что вы правы») и мейозисом, в основе которого лежит намеренное преуменьшение интенсивности свойст какого-либо объекта («он вполне прилично говорит по-английски»).
Значимой также для понимания системности эвфемизмов также классификация в
русле социолингвистики, основанная на лексико- семантической категоризации,
представленная в диссертации А. М. Кацева «Эвфемизмы в современном английском
языке: Опыт социолингвистического описания». Исследователь выделяет ряд
эвфемистических наименований в зависимости от понятийной сферы, в которую они
включены: так, наименования сверхъестественных существ, смерти, болезней, а
также эвфемистические наименования пороков он выносит в группу,
детерминированную с одной стороны, религиозным фактором, с другой -
биологическим страхом перед смертью; в другую группу выделены эвфемистические
названия, связанные с межполовой сферой, детерминированные биологически;
эвфемистические наименования явлений социальной действительности - преступлений
и их последствий, бедность, непрестижных профессий, психофизической ущербности,
инвалидности, дефектности или маргинальности с социальной точки зрения.
2.2 Виды эвфемизмов
Ввиду неоднозначности понятия, его языковой и культурной природы, существует большое количество классификаций, рассматривающих это явление с разных точек зрения. К критериям, лежащим в основе классификации, относятся следующие: происхождение эвфемизмов, их соотнесенность с различными языковыми уровнями, их закрепленность и общеупотребительность, семантика и тематическая отнесенность эвфемизмов к различным сферам действительности, структурная характеристика эвфемизмов, сфера и основные способы реализации эвфемизма, функциональное назначение использования эвфемизма, способы мотивации и так далее. Большинством исследователей признается тот момент, что эвфемизмы обладают большой степенью разнообразия, трудны для исследовательского описания, а их общими признаками являются только степень смягчения явления, на которое они указывают, и принадлежность к определенной сфере человеческой деятельности. Ввиду большого количества выделенных в исследовательской литературе видов эвфемизмов с учетом различных точек зрения, мы приводим самые обобщенные и наиболее выразительные типологизации, необходимые для дальнейшего исследования и работы.
С точки зрения происхождения и типов функционирования в речевом дискурсе исследователи выделяют следующие виды эвфемизмов (лексикологический параметр) [Лазаревич 2014: 8]2
. Эвфемизмы-табу. Наиболее древний с точки зрения происхождения тип эвфемизмов, который связан с сакрализацией или демонизацией определенных сфер человеческой жизни, выделения «верха», правильного, божественного, приличного, элементы которого потом станут основой аксиологической системы общества, и «низа», неприличного, неправильного, которое нужно скрывать, не обсуждать. На данный момент мало кто из носителей языка осознает, что корпус обсценной лексики, просторечной, слов, обозначающих анатомические подробности, сексуальность, физическое и нравственное уродство выходят за рамки литературного языка именно потому, что являются языковым воплощением социального табу. Естественно, что педагог, как проводник нравственных понятий, не может употреблять эвфемизмы-табу данного типа, так как посредством этого он может сформировать у обучающихся неправильное понимание об основах общества, которое развивается благодаря сдерживающим агрессию, деструкцию правилам, табу.
2. Эвфемизмы-историзмы. Как и любая другая группа лексической системы языка, эвфемизмы обладают выраженными факторами времени и места их употребления, временной изменчивостью, способностью устаревать и образовывать неологизмы. В древности, когда создание какого-либо имени, номинации было сакрально, практически все номинации были эвфемизмами, призванными не реализовывать вербально сущность явления: например: змея изначально обозначало земляная, и использование относительного прилагательного вместо существительного объяснялось нежеланием адресант призвать это существо. Таим образом, исторические эвфемизмы в современном языке не осознаются как выполняющую свою функцию, а используются просто в качестве узуальной номинации. Когнитивный диссонанс возникает тогда, когда общеупотребительное слово насильно заменяют искусственным обозначением, которое вызывает прямые ассоциации с явлением, которое оно скрывает, и функцию свою выполняет лишь частично, например, замена слова негр на афроамериканец.
3. Генетические эвфемизмы. Номинации, которые изначально не употреблялись в этой функции, в отличие от предыдущего типа, однако в результате частотности употребления и функции в речевом контексте приобрели свойства эвфемизации. К ним относятся, например, употребление медицинских терминов вместо прямых узуальных наименований, педикулез
вместо вши, использование аббревиатур, иноязычных слов и так далее. Это связано с тем, что такая лексика не обросла в языковой системе пейоративными ассоциациями с чем-либо неприличным или неправильным. Также играет роль в этом случае традиционное культурное восприятие терминологии и иностранных слова как чего-то благородного, связанного с образованностью и высокой духовностью адресанта.
4. Лингвистические эвфемизмы. Разделяются на три типа в зависимости от степени закрепленности в языковой системе языка: общеязыковые, которые употребляются всеми носителями языка и могут даже ими не сознаваться, речевые эвфемизмы, которые связаны с определенным дискурсом (например, семейным, бытовым, дружеским) и указывает соответственно на те ненормативные сферы, вербализация которых не принята в конкретной социальной групп, а также окказиональные, которые детерминированы частной ситуацией речевого сообщения. Таким образом, преподаватель должен уметь ориентироваться в типах эвфемизмов и использовать все возможные варианты, так как этим он проявит деликатность в отношении общих для обучающихся ценностных категорий, конкретных, связанных с существованием школы и класса как отдельной социальной микрогруппы со своими правилами и нравственной позицией, а также сиюминутных требованиях, в случае затрагивания в ходе образовательного процесса специфических тем и понятий.
С точки зрения мотивации исследователями выделяются следующие типы эвфемизмов, психолингвистический параметр [Москвин 2007: 59]3:
1. Мотивация страхом. Используются в случае нежелания адресата обозначать явления действительности, к которым он относится настороженно, не желает вводить обсуждение данных тем в дискурс (обычно
– различные наименования смерти и болезней, уснуть вечным сном, приказал долго жить, так как вербализация данных тем связана с суевериями об их реализации в жизнях тех, кто их обсуждает).
2. Мотивация приличием. Этот этический подтип эвфемизмов связан с неделанием вводить адресанта сообщения в дискурс обозначения ненормативных тем, начиная от предосудительных с точки зрения общественности понятий типа наркомании, проституции, и заканчивая обозначением неприличных частей тела и физиологических особенностей: поехать в Ригу вместо рыгать, мягкое место вместо ягодицы и так далее. Обычно они связаны с ориентацией на общепринятые ценности, на этику нормативного дискурса.
3. Мотивация деликатностью. Это также этические случаи употребления эвфемизмов, однако они направлены не на поддержание нормативного общения, а на вуалирование или представление в смягчающем виде конкретных деталей, особенностей. Их использование говорит об индивидуальной культуре человека, его способности ориентироваться в ситуации и выбирать наименее негативные определения понятиям, которые являются ценностными для его собеседника. Например, при общении с родителем ученика, который характеризуется повышенной активностью, неусидчивостью, агрессивным общением с детьми, педагог должен выбрать общее определение: ребенок с некоторыми поведенческими отклонениями (отклонениями в развитии). Таким образом, данный тип эвфемизмов наиболее тесно связан с нравственной саморегуляцией человека и в структурно-семантическом аспекте являет собой указание на родовые понятия, а не на конкретные особенности описываемого явления.
4. Мотивация маскировкой или сокрытием. Этот тип эвфемизмов связан с желанием адресанта сообщения скрыть какое-то событие или явление с тем, чтобы сформировать положительный образ у адресата и скрыть негативные детали, могущие изменить характер сообщения в противоположную, невыгодную для него, сторону. Такой тип наиболее часто употребим в речи политиков, формулирующих на языковом уровне объяснение тех или иных поступков, за которые ответственны, например превентивный удар. В семантической структуре прилагательного превентивный существует указание на то, что это явление предшествовало другому, и было совершено для его предупреждения, и использование такого эвфемизма компенсирует само объяснение по поводу причин нанесения удара. Для педагога крайне нежелательно использовать в речи эвфемизмы, мотивированные таим способом, потому что они указывают на лицемерие и общую некомпетентность преподавателя, не желающего нести ответственность за факты, которые он описывает.
5. Мотивация облагораживанием. Данная мотивация позволяет с положительной точки зрения описать какое-либо явление действительности, которое с точки зрения самого описывающего является нелицеприятным и могущим вызвать невыгодные ассоциации у адресата сообщения. Как и в предыдущем случае, адресант сознает негативные аспекты реального явления действительности, но из прагматических соображений или личной корысти не описывает его действительные черты, а эвфемизирует их, чтобы достичь нужного эффекта. Например, когда преподаватели характеризуют место своих занятий как исправительное учреждение, они выбирают наиболее выгодную сторону образовательного заведения (достаточно условную, отметим, та как касающуюся общего целеполагания) - исправление трудных подростков, и делают его генеральной характеристикой, не указывая на контингент и особенности посетителей данных заведений. Следовательно, этот тип основан на акцентировании одного аспекта явления в ущерб другим, более реалистичным.