В действующем УПК <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728rFv1J> РФ, несмотря на введение оснований, не известных прежнему уголовно-процессуальному законодательству, круг оснований для возобновления дел резко ограничен, что противоречит не только приведенному Постановлению <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02328B9640BA07A6E8C174565r2vFJ> Конституционного Суда РФ и ряду статей Конституции <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02323B3600FA07A6E8C174565r2vFJ> России, но и основным принципам и нормам международного права.
Если раньше ограничение существовало только относительно осведомленности суда о наличии вновь открывшихся обстоятельств, то в действующей редакции Закона <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vDJ> это ограничение не только оставлено законодателем вопреки решению <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02328B9640BA07A6E8C1745652FFE362AB9BADECA2FF0AAr5v7J> Конституционного Суда РФ, но и усугублено приведенным в ч. 3 ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vFJ> УПК РФ перечислением, которое сводится лишь к основаниям, связанным с совершением других преступлений.
Исходя из формулировок оснований для возобновления дел, данных в ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vAJ> УПК, законодателем упущены все основания, связанные с преступлением и наиболее часто встречающиеся в практике, а именно:
установление фактов, свидетельствующих о совершении преступления другим лицом, а не тем, кто был за него осужден;
самооговор осужденного;
новое заключение экспертов, существенно отличающееся от имеющегося в материалах дела и положенного в основу обвинительного приговора;
выявление новых соучастников преступления;
установление факта смерти потерпевшего в случаях, когда виновный был осужден за причиненный вред здоровью;
изменение одним из осужденных после вступления приговора в законную силу своих показаний, которые были положены в основу обвинительного приговора, если они повлекли необоснованное осуждение другого соучастника;
установление доказательств, ставящих под сомнение невиновность лица, в отношении которого вынесен оправдательный приговор ввиду непричастности к совершению преступления;
установление сведений в процессе расследований уголовных дел по другим преступлениям, которые существенно повлияли на характер обвинения по настоящему делу.
В комментарии к УПК РФ под редакцией Д. Козака и Е. Мизулиной была предпринята неудачная попытка исправить положение путем дачи понятия "иных новых обстоятельств", указанных в п. 3 ч. 4 ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A654r4vEJ> УПК. Они были определены как "обстоятельства, неизвестные суду при постановлении приговора или иного судебного решения, которые сами по себе или вместе с ранее установленными судом обстоятельствами доказывают невиновность осужденного или совершение им менее тяжкого или более тяжкого преступления, нежели то, за которое он осужден, а равно доказывают виновность оправданного или лица, в отношении которого уголовное дело было прекращено"
Обращает на себя внимание идентичность этой формулировки положениям ч. 4 ст. 384 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02322BF6102AE2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF1A757r4vAJ> УПК РСФСР, признанным в первой части Конституционным Судом <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02328B9640BA07A6E8C1745652FFE362AB9BADECA2FF0AAr5v7J> РФ не соответствующими Конституции <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02323B3600FA07A6E8C174565r2vFJ> РФ. Но кроме того, данное определение грешит противоречием с положениями ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vEJ> УПК РФ, где в качестве одного из условий, которым должны отвечать новые обстоятельства, указывается на то, что они должны быть исключающими преступность и наказуемость деяния или подтверждающие наступление в период рассмотрения уголовного дела судом или после вынесения судебного решения новых общественно опасных последствий инкриминируемого обвиняемому деяния, являющихся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления.
В других комментариях к действующему УПК также предпринимались попытки скорректировать закон, но они столь же неудачны, как и вышеуказанная.
Кроме того, оставлены без внимания указания Конституционного Суда РФ о том, что невозможность пересмотра неправосудных судебных решений, если это стало результатом либо игнорирования собранных доказательств, нашедших отражение в материалах дела, либо их ошибочной оценки, либо неправильного применения закона, является ущемлением конституционных прав и свобод граждан.
Решение перечисленных проблем, связанных с возобновлением уголовных дел, возможно только в изменении формулировки ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vAJ> УПК РФ в соответствии с требованиями норм международного права и положений Конституции <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02323B3600FA07A6E8C174565r2vFJ> России.
Во-первых, необходимо в определении "вновь открывшихся обстоятельств" добавить фразу "или не учтены судом при принятии решения".
Во-вторых, ч. 3 ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vFJ> УПК дополнить пунктом 4 следующего содержания: "иные обстоятельства, которые сами по себе или в совокупности с другими, ранее установленными обстоятельствами, свидетельствуют о неправосудности вынесенных по делу решений".
Такое определение будет включать в себя и все вышеперечисленные в этой статье основания возобновления уголовных дел, которые упущены законодателем в действующей редакции ст. 413 <consultantplus://offline/ref=0BF27D08722344FF2B1CD748AF9EC02324BA660EAB2764844E496728F1693DBEF3D2CB2FF2A657r4vAJ> УПК РФ.
Рассмотрим вопрос о соотношении понятий преюдиции и вновь открывшихся обстоятельств. Преюдиция призвана обеспечить принцип единства, то есть не противоречивости судебных актов. В этом отношении интересна междисциплинарная преюдиция, между судебными актами, вынесенными в ходе разных процессов. В этой связи интересный пример привел А.А. Казаков:
«Ф. осужден районным судом за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ. После того как принадлежащий ему дом был уничтожен в результате пожара, у него возник преступный умысел, направленный на хищение, путем обмана, денежных средств, принадлежащих одной из страховых компаний. Во исполнение задуманного Ф. подыскал ранее ему знакомую и неосведомленную о его преступных намерениях С., являющуюся представителем страховщика ООО "Д". Затем Ф. сообщил С. о намерении страхования данного дома. Последняя, не зная о произошедшем пожаре, заполнила от имени ООО "Д" бланк договора добровольного страхования и квитанцию на получение от Ф. страховой премии, указав в этих документах дату составления, предшествующую времени повреждения имущества. Затем Ф. обратился в центр урегулирования убытков ООО "Д" с заявлением о наступлении страхового случая. Однако довести свой преступный умысел до конца он не смог по независящим от него обстоятельствам, поскольку в ходе проведения внутренней проверки в ООО "Д" установлено, что страховой полис оформлен после наступления страхового случая и в выплате возмещения было отказано.
Примечательно, что на момент постановления рассматриваемого приговора вступило в законную силу решение городского суда, которым удовлетворен иск Ф. к ООО "Д" о взыскании страхового возмещения и отказано в признании договора страхования недействительным. Органом, осуществляющим правосудие в рамках гражданского судопроизводства, констатировано наступление страхового случая после заключения договора имущественного страхования. Доводы ответчика о наличии обратной последовательности событий отвергнуты, поскольку не были подтверждены достаточным объемом доказательств. При этом судом отмечено, что до тех пор, пока в ходе уголовного процесса факт мошенничества не будет установлен, решение по гражданскому делу должно толковаться в пользу истца, поскольку одним только предположением о совершении преступления нельзя опровергнуть его добросовестность.
Последнее утверждение, будучи разумным, по сути, не учитывает нормативных требований, содержащихся в ст. 90 УПК РФ, которыми суд, разрешая гражданское дело, и не должен руководствоваться. Однако должностные лица, подвергавшие уголовному преследованию Ф., не вправе их игнорировать. Поэтому с учетом буквального толкования положений УПК РФ о межотраслевой преюдиции им следовало исходить из того, что договор был заключен в тот момент, когда объект, подлежащий страхованию, еще не был уничтожен. Это означало отсутствие противоправности как признака хищения.
Вместе с тем в рассматриваемом случае вступившее в законную силу решение суда не послужило препятствием к привлечению Ф. к уголовной ответственности».
Таким образом, органами предварительного следствия был проигнорирован принцип преюдиции, более того в ходе расследования уголовного дела в отношении Ф. факт заключения договора между ним и страховой компанией на дату, указанную в договоре, был опровергнут. Вынесение обвинительного приговора послужило основанием для пересмотра гражданского дела по вновь открывшимся обстоятельствам, с отменой вынесенного в пользу истца решения.
Вместе с тем, стоит отметить, что согласно нормам действующего УПК, возможна и обратная последовательность, то есть установление в ходе гражданского, административного или арбитражного процессов каких-либо юридически значимых фактов, которые позволяли бы инициировать пересмотр уголовного дела по новым и вновь открывшимся обстоятельствам.
Так ч. 3 ст. 413 УПК содержит закрытый перечень вновь открывшихся обстоятельств. При этом в части пятой, указанной статьи, говорится о том, что перечисленные обстоятельства, кроме приговора могут быть установлены: «постановлением следователя или дознавателя о прекращении уголовного дела за истечением срока давности, вследствие акта об амнистии или акта помилования, в связи со смертью обвиняемого». Правовой смысл данного уточнения вообще не ясен. Если исходить из принципа преюдиции, установленного ст. 90 УПК, то буквально следует, что без дополнительной проверки признаются только факты, установленные судебным актом. Здесь, как мы видим, законодатель предлагает в качестве новых и вновь открывшихся обстоятельств признавать факты, указанные в постановлении следователя и дознавателя о прекращении уголовного дела по не реабилитирующим основаниям.
В связи с этим легко смоделировать следующую ситуацию: допустим, гражданин Н. был осужден за преступление небольшой тяжести, через 2 года (то есть после истечения сроков давности) «появляется» гражданин О., который признается в том, что оговорил Н. из личной неприязни. В отношении О. выносится постановление о прекращении уголовного дела, за истечением срока давности, а гражданина Н. реабилитируют. Где гарантии что О. и Н. не в сговоре?
При этом следует понимать, что данные процессуальные решения (постановления следователя и дознавателя) даже не являются доказательствами, и могут быть оспорены заинтересованными лицами. Однако, законодатель, говоря о том, что вновь открывшиеся обстоятельства могут быть установлены следователем или дознавателем, фактически приравнивает процессуальные решения органов предварительного расследования к судебным актам, что не допустимо. Кроме того, говоря о постановлениях о прекращении уголовного дела вследствие издания акта амнистии, помилования или смерти подозреваемого, законодатель предлагает принимать данные решения следователя «на веру», без их рассмотрения, что противоречит ст. 49 Конституции РФ, согласно которой лицо считается не виновным, пока его вина не доказана в суде. Тогда как из системного толкования совокупности ч.3 и ч.5 ст. 413 УПК следует, что прокурор имеет полномочия инициировать пересмотр приговора, в связи с принятием следователем одного из указанных решений.
И последнее на что хотелось бы обратить особое внимание - это «установление новых общественно-опасных последствий инкриминируемого обвиняемому деяния, являющихся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления». Таким образом, законодатель закрепляет принцип, что лицо после установления этих обстоятельств может быть подвергнуто более строгому наказанию. Например, гражданин был осужден за причинение тяжких телесных повреждений, затем у потерпевшего возникли медицинские осложнения и он скончался. Фактически есть основания для пересмотра судебного решения и перекфалификации деяния с ч.1 на ч.4 ст. 111 УК РФ. Получается, что не закон, а уже обстоятельства имеют обратную силу и ухудшают положение уже осужденного лица, что так же, по нашему мнению, является нарушением его конституционных прав.
2.2 Понятие и виды новых обстоятельств
Это обстоятельства, неизвестные суду на момент вынесения судебного решения и которые либо:
а) исключают преступность и наказуемость деяния, либо
б) подтверждают наступление в период рассмотрения дела судом или после него новых общественно опасных последствий деяния, являющихся основанием для предъявления более тяжкого обвинения. Такие последствия не должны наступать до рассмотрения дела судом, так как в этом случае налицо было бы восполнение неполноты предварительного расследования.
Рассмотрим понятие «новых обстоятельств». Согласно ч.2 ст. 413 УПК РФ это: «исключающие преступность и наказуемость деяния, или подтверждающие наступление в период рассмотрения уголовного дела судом или после вынесения судебного решения новых, общественно-опасных последствий инкриминируемого обвиняемому деяния, являющихся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления». С одной стороны, «иные новые обстоятельства» позволяют говорить о том, что возможно преюдициарное применение фактов гражданского, административного и арбитражного судопроизводства. Но одновременно с этим, законодатель устанавливает, что иными являются только «обстоятельства исключающие преступность и наказуемость деяния», при этом установление данных обстоятельств исключительно прерогатива уголовного процесса и не может быть разрешена, например, в гражданском процессе. Таким образом, применение принципов преюдиции при пересмотре приговора по новым и вновь открывшимся обстоятельствам исключается.
Интересным представляется и дело № 44у-42/16. По данному делу Президиум Кировского областного суда 28.09.2016 года возобновил производство по уголовному делу в отношении Субботина А.В. ввиду новых обстоятельств. Признав новыми обстоятельствами следующее. «на момент вынесения приговора в отношении Субботина А.В. потерпевшая ФИО9 была жива и находилась на лечении в КОГБУЗ «<данные изъяты>». Однако 26 августа 2014 года ФИО9, не приходя в сознание, скончалась в данном медицинском учреждении.
августа 2015 года прокурором Ленинского района г. Кирова возбуждено производство ввиду новых обстоятельств.
Согласно заключению проведенной в ходе расследования новых обстоятельств комиссионной судебно-медицинской экспертизы № от 20 июля 2016 года, смерть ФИО9 наступила в результате <данные изъяты>.
Таким образом, выводами указанной экспертизы установлена причинно-следственная связь между полученными ФИО9 24.02.2013 года телесными повреждениями и её смертью.
По мнению заместителя прокурора, данные обстоятельства свидетельствуют о наличии в действиях осужденного Субботина А.В. более тяжкого состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ <https://rospravosudie.com/law/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_111_%D0%A3%D0%9A_%D0%A0%D0%A4>, и являются основанием для возобновления производства по уголовному делу ввиду новых обстоятельств, указанных в пункте 2.1 ч. 4 ст. 413 УПК РФ <https://rospravosudie.com/law/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_413_%D0%A3%D0%9F%D0%9A_%D0%A0%D0%A4>, и отмены состоявшихся судебных решений». При этом суд отмечает, что согласно п. 2.1 ч. 4 ст. 413 УПК РФ <https://rospravosudie.com/law/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_413_%D0%A3%D0%9F%D0%9A_%D0%A0%D0%A4> новыми обстоятельствами, влекущими возобновление производства по уголовному делу, является наступление после вынесения судебного решения новых общественно опасных последствий инкриминируемого лицу, привлеченному к уголовной ответственности, деяния, являющихся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления.
В соответствии с ч. 3 ст. 414 УПК РФ <https://rospravosudie.com/law/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_414_%D0%A3%D0%9F%D0%9A_%D0%A0%D0%A4> пересмотр обвинительного приговора в связи с необходимостью применения к осужденному уголовного закона о более тяжком преступлении допускается лишь в течение сроков давности привлечения к уголовной ответственности и не позднее одного года со дня открытия вновь открывшихся обстоятельств.
Согласно ч. 4 ст. 414 УПК РФ <https://rospravosudie.com/law/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_414_%D0%A3%D0%9F%D0%9A_%D0%A0%D0%A4> днем открытия новых обстоятельств считается день подписания прокурором заключения о необходимости возобновления производства ввиду новых обстоятельств, в случае, указанном в п. 2.1 ч. 4 ст. 413 УПК РФ <https://rospravosudie.com/law/%D0%A1%D1%82%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F_413_%D0%A3%D0%9F%D0%9A_%D0%A0%D0%A4>.
Срок давности привлечения Субботина А.В. к уголовной ответственности не истек.
Таким образом, новыми обстоятельствами, влекущими возобновление производства по уголовному делу, закон (п. 2 ч. 2 ст. 413 <consultantplus://offline/ref=377E157D73D4B8C4A99D5F2A788691190213C9F1C936B04FAC276152C263EC750BB6778FF25DA986X2hDR> УПК) признает обстоятельства, не известные суду на момент вынесения судебного решения, устраняющие преступность и наказуемость деяния. То есть пересмотр судебного решения по правилам гл. 49 <consultantplus://offline/ref=377E157D73D4B8C4A99D5F2A788691190213C9F1C936B04FAC276152C263EC750BB6778FF25AA184X2hER> УПК согласно идее законодателя может иметь место исключительно в сторону, благоприятную для осужденного.