«свободы как произвола» до «свободы как субстанции человека».
Человек осужден быть свободным125 .
Историко-философский анализ феномена свободы от антично-
сти до нашего времени подтверждает ее метафизический характер
и косвенно свидетельствует о противоречивом отношении инди-
вида и общества. Аксиома: «нельзя жить в обществе и быть сво-
бодным от общества» допускает три толкования:
* в обществе свобода в принципе невозможна;
* возможно осуществление относительной свободы;
* наряду с социальной детерминацией свобода возможна, но за
пределами общества.
Согласно первому толкованию, общество обладает абсолют-
ным приоритетом перед индивидом.
Второе толкование предполагает возможность умеренной сво-
боды, но на практике подлинная свобода подменяется здесь ил-
люзией подлинности.
Третье толкование ориентировано на сосуществование соци-
ального мира и внутреннего духовного мира человека. В первом
социальная детерминация оборачивается необходимостью, во вто-
ром свобода заявляет о себе как условие самовыражения.
Идеальным общественным устройством является гармония от-
ношений человека и общества, но реальным полноценным обще-
ственным устройством является то, которое, будучи ориентиро-
ванным на этот идеал, постоянно преодолевает состояние есте-
ственной дисгармонии. Ибо сегодня, как и в далеком вчера, человек
вслед за античным мыслителем Протагором высказывает свою
претензию быть мерой всех вещей, а общество ему отвечает: «не
ты, а я есть мера всех вещей мира, включая тебя и твое поведение;
твои права и твои свободы».
Рассуждение о свободе, раскрытие ее сущности следует начи-
нать с определения субъекта свободы. В качестве субъекта свобо-
ды может выступать и индивид, и даже целые социальные общно-
сти (малые или большие социальные группы). Представители этих
групп через механизм социализации (проекции, идентификации и
символизации) заявляют о единых ценностных ориентирах, а, стало
быть, и о готовности к действию в качестве совокупного истори-
ческого субъекта, преследующего свои интересы.
Но если для отдельного индивида с претензией на субъект сво-
боды «познанная необходимость» внешних обстоятельств может
быть осознанием его несвободы, то для совокупного историчес-
кого субъекта «познанная необходимость» законов развития при-
роды или общества является отправной точкой отсчета осуществ-
ления его свободы выбора цели и средств ее осуществления с ори-
ентиром на достижение желаемого результата. Все это
свидетельствует, что свобода как самоопределение на уровне ин-
дивида и на уровне общества — это не одно и то же.
Источником свободы является воля человека. Воля — это со-
знательная целеустремленность человека на осуществление опре-
деленного действия. Полагая цель и готовность к действию, воля
является одним из компонентов сущностных сил человека. Мож-
но ли на этом основании сделать вывод, что свобода — это форма
выражения воли? — Не совсем, ибо человек как личность заявля-
ет о том, что он есть существо общественное.
Если бы человек в процессе своей жизнедеятельности не замы-
кался на общество, его свобода была бы чистой формой выраже-
ния его воли и равна была бы произволу. Сочетание воли, свобо-
ды, произвола весьма опасно для человеческого общежития, где
свобода одного человека предполагает свободу других людей. В
границах общества свобода проявляется не только как самоопре-
деление, но и как мера ответственности за оное. В этом соотноше-
нии самоопределения и ответственности проявляется парадокс
феномена свободы. Свобода одновременно требует самоутверж-
дения и самоограничения.
Источник свободы — воля, а не разум. По своей сути воля ир-
рациональна, но в своей иррациональности она тяготеет к соб-
ственной противоположности — свободе как разумной необходи-
мости, косвенно подтверждая вывод И. Канта о принадлежности
человека к двум мирам: феноменальному (природному, социаль-
ному) и интеллигибельному (духовному). В первом случае чело-
век подчиняется законам развития природы и общества, а его сво-
бода возможна лишь как познанная и осознанная необходимость.
Во втором случае свобода имеет свое основание в духовном мире
человека. Эта свобода не только предопределяет самоопределе-
ние человека, но и в известной мере ограничивает его поведение.
Свобода духовного мира человеческого «Я» требует от своего
носителя самореализации (самовыражения, самоутверждения) воп-
реки внешней детерминации со стороны природы и общества, а
также требует постоянного преодоления ограниченности своего
прошлого «Я» и принятия свободы других людей.
В пределах противоречивого единства самоутверждения и са-
моотрицания происходит становление и проявление подлинной
свободы.
Свобода «от» влечет к произволу, свобода «для» — к принуди-
тельной добродетели. Иррациональность дополняется рациональ-
ностью. Первая свобода гибнет в анархии произвола, вторая гиб-
нет в осуществленном авторитаризме, где господствует долг, где
свобода воли вообще неуместна, а потому — просто инверсирует
в томление, беспокойство духа. Свобода духа пытается привести
мир человека в состояние гармонии, обеспечив освобождение не-
обходимости от самой необходимости. Но тщетны ее усилия, ибо
свобода как единство иррационального и рационального чревата
собственной дисгармонией и в этом одно из проявлений трагич-
ности человеческого «Я».
Только приобщение человека к сокровищам общечеловеческих
ценностей как опредмеченному состоянию объективного духа обес-
печивает возможность единства воли и разума, иррационального
и рационального, первой и второй свободы. Освоение общечело-
веческого и приумножение человеческого в человеке исключает
насилие как вне, так и внутри себя. Свобода заявляет о себе не как
свобода произвола и долга, а как свобода совести.
Но даже свобода совести носит не абсолютный, а относитель-
ный характер. Эта относительность проявляется в том, что свобо-
да одних индивидов соседствует со свободой других людей. В рам-
ках жизнедеятельности индивид может быть свободным в одних
поступках и несвободным в других; никто не имеет социальных
гарантий своей свободы.
Все это лишний раз подтверждает необычайную сложность фе-
номена свободы. Он метафизичен. Поскольку свобода является
принадлежностью субъекта, то индивид в процессе своей жизне-
деятельности склонен или переоценивать, или недооценивать свою
свободу.
Поскольку феномен свободы совокупного субъекта социальной
активности несет в себе мощное собирательное начало, то его ак-
тивно эксплуатируют на переломных периодах, в условиях соци-
альных коллизий, когда массы людей испытывают дискомфорт,
полагая, что он вызван дефицитом свободы. Этим объясняется тот
факт, что лозунги свободы находят непременное место на знаме-
нах революционных движений.
И, наконец, исторический опыт свидетельствует, что свобода
онтологически укоренена в жизнедеятельности человека. Она яв-
ляется своеобразным ферментом формирования цели его жизни,
определения смысла жизни и становления образа жизни. Без сво-
боды человек может быть чем угодно, но только не человеком.
Свобода выступает как потенциальная возможность человеческо-
го «Я» и только от человека зависит превращение возможности в
действительность или бегство от свободы.
Степень реальной свободы человека проявляется в том, как он
может реализовать присущие права и обязанности. Быть челове-
ком — значит, среди прочего, обладать неотъемлемыми правами.
Впервые о правах человека заговорили итальянские гуманис-
ты эпохи Возрождения, разработавшие учение о «природе челове-
ка», способного подняться до небесных высот и опуститься до скот-
ского состояния. Эпоха Возрождения определила статус свободы
и выбор человека.
Прорыв в понимании прав человека был сделан не только в
результате философского обоснования автономности человечес-
кой личности в ренессансном гуманизме, а также благодаря пос-
ледующему опыту борьбы за права человека в период первых бур-
жуазных революций в Европе, когда были осуществлены первые
попытки философского осмысления идеи «естественного права» в
работах Т. Гоббса и Дж. Локка.
Суть концепции естественного права заключается в том, что
человек, только потому, что он человек, наделяется неотчуждае-
мыми от него свободами. Задача государства состоит в том, что-
бы создать надлежащие условия для реализации этой свободы. В
«Декларации Независимости Соединенных Штатов Америки»
классическую формулировку прав человека: «… все люди созда-
ны и наделены своим создателем определенными правами, среди
которых право на жизнь, свободу и стремление к счастью»126 . Даль-
нейшее развитие идея прав и свобод человека получила в ходе Ве-
ликой Французской революции и принятой ею «Декларации прав
человека и гражданина». Именно последний документ содержит
ряд моментов, принципиальных для современного понимания этой
проблемы.
Во-первых, в «Декларации…» было заявлено, что целью любо-
го государственного объединения является обеспечение естествен-
ных и неотчуждаемых прав человека. К таким правам отнесены
свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению.
Во-вторых, «Декларация…» провозгласила равенство всех
граждан перед законом как выражением общей воли. Практичес-
ки это выразилось в ликвидации сословных привилегий.
В-третьих, в этом документе было сделано важное различие
между правами человека и правами гражданина. Оно означало
признание того, что человек не только общественное существо,
но имеет и частную жизнь, интересы и цели которой подчас не
совпадают с интересами и целями политического сообщества. В
дальнейшем это разграничение получило развитие в обосновании
автономности институтов государства и гражданского общества
как основных форм общественной жизни.
Права и свободы человека и гражданина, провозглашенные во
французской Декларации 1789 г. задали импульс к гуманизации
общественных и государственных отношений во всем мире.
Прошло 159 лет, и 10 декабря 1948 г. Генеральная Ассамблея
ООН приняла Всеобщую Декларацию прав человека, вобравшую
в себя интеллектуальный и политический опыт борьбы человече-
ства за права и свободы человека. В статье 1 Декларации подчер-
кивается, что «все люди рождаются свободными и равными в сво-
ем достоинстве», а статья 2 утверждает, «что каждый человек дол-
жен обладать всеми правами и всеми свободами,
провозглашенными Декларацией, без какого бы то ни было раз-
личия».
В статьях 3–21 раскрываются гражданские права и политичес-
кие свободы, в том числе право на жизнь, свободу и безопасность
личности; на равенство перед законом; на гражданство и участие
в управлении своей страной; на владение имуществом. Здесь же
указаны и негативные свободы: от произвольного ареста, задер-
жания или изгнания; от рабства и подневольного существования;
от пыток и жестокого обращения; от произвольного вмешатель-
ства в личную и семейную жизнь. К позитивным свободам, про-
возглашаемым Декларацией, относятся: свобода передвижения;
свобода совести; право на проведение мирных собраний и ассоци-
аций и т. д.
Статьи 22–27 выражают экономические, культурные и соци-
альные права: право на труд и свободный выбор работы; право
на социальное обеспечение; право на жизненный уровень, необ-
ходимый для поддержания здоровья и благосостояния; право на
образование; право на участие в культурной жизни.
Статья 28 декларирует, что «каждый человек имеет право на