106См.: Сартр Ж.-П. Экзистенциализм — это гуманизм // Сумерки богов.
М., 1989.
107См.: Фромм Э. Иметь или быть? М., 1986; Фромм Э. Анатомия человечес-
кой деструктивности. М., 1994.
108См.: Проблема человека в западной философии. М., 1988.
358 И. И. Кальной. Философия
ние в системе «микрокосмос и макрокосмос». А первый президент
Римского клуба Аурелио Печчеи добавил: «…создавая условия
постепенного и целенаправленного изменения природы человека,
как предпосылки предотвращения глобальной экологической ка-
тастрофы»109 .
Подводя итог историко-философского анализа феномена чело-
века, можно сделать выводы:
Во-первых, несмотря на усилия мыслителей различных истори-
ческих эпох, человек продолжает хранить свою загадку, инициируя
множество версий по вопросам: откуда он и какова его сущность.
Во-вторых, история человечества косвенно свидетельствует, что
человек — существо пограничное. Он рожден природой, своим
становлением он обязан обществу, а развитием — только себе.
В-третьих, если человек эксцентричен по своей природе, то он,
похоже, единственное существо, способное выйти за свои преде-
лы, взглянуть на себя со стороны, осуществить самоанализ и отре-
дактировать свое поведение, свое отношение к миру. Человек в
состоянии оттолкнуться от реального сущего, спроектировать
идеальное должное своего «Я» и осуществить этот проект в про-
цессе своей жизнедеятельности, заявив о себе как субъект и объект,
режиссер и актер, архитектор и судья.
В-четвертых, человек заявляет о себе как существо вечной не-
удовлетворенности, что инициирует его проявления в самых раз-
личных ипостасях.
В-пятых, наделенный разумом, человек единственное существо,
способное осознать свое бытие как проблему. Он обязан ее осмыс-
лить и решить, поскольку не может вернуться к дочеловеческому
состоянию гармонии с природой, он должен восстановить эту гар-
монию на качественно ином уровне.
В-шестых, как свидетельствует история человечества и история
философии, быть человеком никогда не было легко.
Историко-философский анализ феномена человека позволяет
поставить вопрос о сущности человека. Пришло время плодотвор-
ного соединения философского и естественнонаучного знания,
чтобы на стыке общего и единичного (конкретного) обрести осо-
бенное; то специфическое, которое приоткрывает занавес над за-
гадкой о сущности человека. Примером такого единства философ-
ского и естественнонаучного знания является философская ант-
ропология, возникшая в 20-х гг. нашего столетия. И хотя один из
ее основоположников, М. Шелер, заявляет о принципиальной не-
возможности определить сущность человека, тем не менее, его
работа «Положение человека в космосе», а также работа Г. Плес-
нера «Ступени органического и человек» заложили традицию по-
иска решения проблемы сущности человека через призму соотно-
шения общего и единичного, метафизического и физического.
На сегодня философская антропология стремится системати-
зировать знание о человеке. Не заявляя абсолютных принципов,
она ставит вопросы о смысле бытия человека и его сущности, рас-
сматривая человека как творца и как творение, вскрывая онтоло-
гические основания его свободы и смысла жизни110 .
Вопрос о сущности человека равен вопросу о сущности бытия
мира. Отрицать сущность человека — это, значит, отрицать то
основание, которое объединяет всех людей мира. Сущность чело-
века напрямую связана с проблемой происхождения человека.
Существует ряд версий происхождения человека, в диапазоне
от божественного творения до результата эволюции природы в
рамках действия закона естественного отбора. XX в. принял в ка-
честве парадигмы концепцию эволюции. Поэтому актуальным яв-
ляется вопрос, чем отличается человек от высокоорганизованно-
го животного; как человек прошел дорогу от животного до суще-
ства с претензией выполнить свое особое назначение в мире.
Человек существо пограничное. Он одновременно принадле-
жит к миру природному, духовному и социальному. Посему, в силу
своей «эксцентричности» и в стремлении ее преодолеть, человек, в
процессе своей жизнедеятельности, может вести себя в различном
измерении, используя чужое «поведенческое амплуа».
Генетическая программа поведения животного фиксируется в
молекулах ДНК. Инструментом фиксации и трансляции програм-
мы поведения людей является язык, образное рациональное мыш-
ление. И то, и другое позволяет заменить генетическую конструк-
Основы социальной антропологии. СПб., 1997.
цию нормой, а наследственность — преемственностью через куль-
туру. Биологическая популяция инверсировала в социальную об-
щность, когда сформировалась ойкумена. Единство природных
условий и человеческого фактора с его способностью создавать и
использовать искусственные орудия труда обеспечило становле-
ние пракультуры, а после — и ее развитие. Культура и только куль-
тура оказалась исходным отличительным признаком формирова-
ния человека разумного.
Становление и развитие разумности стало возможным благо-
даря культуре мифа, как культуре запретов и возмездия. Разум-
ность сдерживала и контролировала природные влечения, ин-
стинкты.
Благодаря разуму человек постигал тайны бытия, открывал
законы мироздания, изобретал технику, осваивал природу и со-
здавал искусственную среду обитания.
Благодаря разуму у человека возникает различение добра и зла,
прекрасного и безобразного, формируется эстетическое видение
мира, складывается механизм волевой регуляции, оформляются и
совершенствуются сущностные силы; возникает вера в Бога, па-
мять о прошлом и надежда на будущее.
Благодаря разуму человек осваивает искусство любить и нена-
видеть, оценивать и судить, фантазировать и творить.
Только разум компенсирует физическую слабость человека.
Человек, как слабое биологическое существо, стал самой могуще-
ственной силой на Земле. Совокупная антропогенная деятельность
превышает геологические изменения. Поэтому сущность челове-
ка заключается в его способности мыслить и постигать тайны
бытия, находить свое место в мире. Эта сущность не является чем-
то заданным, а как было уже отмечено, она созидается в каждой
культуре по своему. Стало быть, нет оснований говорить о врож-
денной агрессивности или, наоборот, о врожденной солидарнос-
ти, ибо те природные задатки, которые без сомнения имеются у
каждого человека, успешно подавляются или интенсифицируют-
ся усилиями конкретного общества. Люди должны были всему
научиться и все что они умеют — это прежде всего продукт куль-
турного развития, воспитания и образования. Человеком не рож-
даются, человеком становятся.
Авторитетный исследователь проблемы человека Э. Фромм в
своей работе «Анатомия человеческой деструктивности» в каче-
стве объекта философского анализа рассматривает феномен не-
крофилии. Он подробно описывает, как носители некрофильско-
го синдрома обесценивают жизнь, подменяя любовь к жизни лю-
бовью к ценностям техногенной цивилизации, не понимая, что
тотальная технология — это новое обличье смерти.
Отныне Матерью человека выступает не природа, а мир техни-
ки. Мир искусственной природы, где бал правит не творческая, а
репродуктивная деятельность, расщепляющая интеллект и волю,
разрывающая сознание человека. А это уже форма социальной ши-
зофрении с последующим психозом в виде ненависти, разрушаю-
щей все, в том числе и ее носителя.
Эрих Фромм отмечает, что любовь к жизни и любовь к смерти —
это основополагающая альтернатива, которая так или иначе сто-
ит перед каждым человеком. Некрофилия расцветает там, где увя-
дает биофилия.
Некрофилия — это плата за чрезмерную любовь к себе, за глу-
хоту и слепоту к проблемам другого человека.
Способность радоваться жизни дана человеку природой, но он
может и не реализовать ее, ступив на путь некрофилии, избрав до-
рогу разрушения.
«Анатомия человеческой деструктивности» должна послужить
уроком для самоанализа и предостережением для тех, кто уповает
исключительно на силу, игнорирующую голос совести, чести и
долга; кто предал забвению простую истину, что «человеком не
рождаются, человеком становятся» и для этого нужны усилия и
усилия.
В свое время культура мифа обеспечила переход от биологи-
ческой популяции к человеческой (социальной) общности. Это был
своеобразный «инкубационный» период становления человече-
ства, где еще нет индивида, но уже есть протообщество, как обще-
ство в своем становлении111 .
Общество — это не простая совокупность людей, находящихся
во взаимосвязи и взаимодействии. Особенность человеческого
общества заключается в его надбиологичности, ибо в его основа-
нии не функциональные дифференциации организмов, а опреде-
ра. М., 1989; Гумилев Л. Н. Этносфера: история людей и история природы. М.,
1993.
ленный способ производства на базе конкретной ойкумены. Куль-
тура задает направленность производства, а затем производство
предопределяет регламент общественных отношений. Другими
словами, общества нет там, где не состоялась культура, где отсут-
ствуют надбиологические нормативные ценности, регулирующие
поведение людей.
Культура — это специфический способ организации и развития
человеческой жизнедеятельности, представленной в процессе и ре-
зультатах труда, в системе общественных норм и учреждений, в
материальных и духовных ценностях; в совокупности отношений
людей к природе, между собой и к самим себе; оформляющей обще-
ство как социокультурное образование.
В процессе производства человек собственной деятельностью
опосредствует, регулирует и контролирует обмен веществ между
собой и природой. И в этом смысле, производство является не
просто отличительным, но и основополагающим признаком че-
ловека разумного. В рамках производства человек создает искус-
ственную природу, становится общественным существом.
Но это уже история становления человечества, а вот его преди-
стория остается такой же загадкой, как и возникновение жизни на
Земле. Версий много, но достоверность их сомнительна, ибо ис-
ключается возможность их верификации. При сохранении загад-
ки относительно истоков (антропологи продолжают искать недо-
стающее звено в биологической эволюции от животного к челове-
ку, а философы ломают голову, пытаясь осмыслить «скачок»,
который похоже имел место в процессе становления человека). С
определенной мерой достоверности можно сделать вывод о том,
что антропогенез (становление человека) и социогенез (становле-
ние общества) были звеньями одной цепи, временной интервал
развития которой составил несколько миллионов лет.
Антропосоциогенез стал реальностью исключительно благода-
ря трудовой деятельности. Это еще не повод, чтобы сказать, что
вначале было «Дело», а потом «Слово», но это повод, чтобы рас-
сматривать труд в качестве основополагающего фактора станов-
ления человека.
Труд стал предпосылкой взаимодействия людей, их общения,
заявив о себе как антропосоциогенетический фактор. Главным
признаком труда является способность изготовлять и применять
орудия, обеспечивая процесс производства благ, необходимых для
удовлетворения потребностей человека. В орудиях труда и в на-
выках по их применению накапливаются и закрепляются знания,
реализуется творческое начало человека. Но и труд мог стать ре-
альностью только при наличии таких факторов социализации, как
язык, психика и сознание. Язык, как информационно-знаковая
система, не только хранил и передавал накопленный опыт, но и
выступал фактором формирования производства, обеспечивая его
социальность (взаимосвязь и взаимодействие людей).
Существенную роль в становлении и осуществлении антропо-
социогенеза сыграли табу (нравственно-социальные запреты ми-
фологического мировоззрения протообщества).
Нельзя не принимать во внимание и такой мощный фактор ан-