нравственного выбора. Именно эти критерии экономической, по-
литической, правовой и нравственной свободы обеспечивают ста-
новление и развитие гражданского общества.
Институт гражданского общества не только не исключает, но
и предполагает наличие и функционирование института государ-
ства. Гражданское общество лишь пытается смягчить авторитет
власти, сделать ее более толерантной, избавляя государство от
целого ряда неполитических функций.
Гражданское общество организует свои структуры, которые,
дистанцируясь от структур политической системы, оказывают
эффективное влияние на политику государства. Складывается по-
литическая организация общества, которая наряду с его полити-
ческой системой включает общественные организации, народные
движения, ассоциации и другие социальные образования, обеспе-
чивающие децентрализацию авторитета власти. По мере разви-
тия общества, как правило, сужается сектор государственной вла-
сти и расширяется сектор гражданского общества.
Таким образом, способом существования производства обще-
ственных отношений является организованная и целенаправлен-
ная политическая, правовая и морально-нравственная деятель-
ность в системе политики, права и морали. «Ахиллесова пята» это-
го производства состоит в реальной возможности абсолютизации
политического компонента.
Нарушение паритетного начала в системе «политика–право–
мораль», игнорирование возможностей института гражданского
общества приводит к перекосам в развитии общества, что нахо-
дит свое проявление в реализации политического тоталитаризма,
когда право и мораль призваны обеспечивать не общество, а по-
литическую конъюнктуру.
И наконец, последней и в то же время самой важной сферой
общественного производства является формирование определен-
ного типа личности, воспитание общественного человека. Спосо-
бом осуществления этого производства является педагогическая
деятельность в семье, школе, трудовом коллективе, которая осу-
ществляется в системе субъектно-объектных отношений, где в ка-
честве объекта воспитания выступает потенциал субъекта. По-
скольку его экзистенция осуществляется через становление и раз-
витие, то и в этом случае имеет место своя дилемма. Либо усилиями
воспитателей общество получает объект манипулирования (ман-
курта), либо — подлинную личность, яркую индивидуальность.
Все сферы общественного производства структурно организо-
ваны. Их взаимосвязь, формы взаимодействия, причинно-след-
ственная обусловленность свидетельствуют о том, что обществен-
ное производство представляет собой органическое единство
структурно организованных сфер жизнедеятельности людей,
обеспечивающих становление и развитие человека и его отноше-
ний к миру в системе «природа — общество — человек».
Выделяя специфическое значение материального производства,
особую роль духовного производства, особенность воспроизвод-
ства общественных отношений и формирование определенного
типа личности, следует иметь в виду, что этот особый статус они
получили лишь в результате общественного разделения труда. Но
противопоставление умственного и физического труда носит от-
носительный характер, ибо любой труд содержит свою меру иде-
ального и материального. И важно не различие., а общее этих ви-
дов трудовой деятельности человека. У них единая природа. Это
общественный труд с его способностью производить не только
вещи или идеи, но и общественные отношения, содержание кото-
рых определяет характер материальной или духовной деятельно-
сти, направленной либо на углубление отчуждения в системе «при-
рода–общество–человек», либо на решение задачи формирования
человечного общества и воспитания общественного человека.
Одна из существенных характеристик общества — его исто-
ричность. В отличие от природы, общество развивается во време-
ни, имеет свою историю. Факт исторически общественной жизни
означает очень многое. Прежде всего, то, что нынешнее ее состоя-
ние есть лишь звено в длинной цепи развития, начало которого
кроется в глубине веков, а конец теряется в туманном будущем.
История общества на уровне обыденного сознания восприни-
мается как череда сменяющих друг друга эпох, событий, личнос-
тей. На вопрос, что такое история, многие ответят: «История —
это то, что было в прошлом до нас». Но, с научной точки зрения,
это неправильный ответ. «До нас» было много чего интересного и
неинтересного, героического и трагического, возвышенного и низ-
менного. Возникали и гибли культуры, уходили под воду матери-
ки, происходили гигантские природные и социальные катастро-
фы. Но можно ли считать это историей?
Историки не в состоянии описать все, что было до нас. Это не-
возможно, да и не нужно. Жизнь складывается из различных фак-
торов, событий, происшествий. Одни из них являются незначи-
тельными, а другие, напротив, формируют содержание и облик
общественной жизни, запечатлеваются в письменных текстах, про-
изведениях искусства, памятниках материальной культуры. В об-
щественной жизни есть основное, определяющее, а есть второсте-
пенное. Именно первое и составляет содержание истории. Исто-
рики выбирают из разбросанной по самым различным источникам
информации о прошлом то, что им кажется важным, и доносят
это до нас в своих исследованиях.
Читая книги по истории крестовых походов, истории Рима,
истории медицины и т. д., мы знакомимся вовсе не с действитель-
ным ходом крестовых завоеваний и не с действительной историей
Рима, а с тем, как их «видят» историки. Историки тоже люди и им
присущи человеческие слабости. Они принадлежат определенной
эпохе, живут в определенной стране, являются представителями
определенной социальной группы, преследующей свои интересы
в границах своего времени. И эти «определенности» предопреде-
ляют характер и направленность работы историков. И вот мы уже
различаем историю России Карамзина и Щербатова, Соловьева,
Ключевского и Платонова.
Это понятно и естественно, но при этом остается открытым
вопрос, а существует ли «единственно» верная история. И ответ
на этот вопрос пытается дать философия истории, предметом ко-
торой является исторически значимое содержание общественной
жизни, историческое.
Бытие общества, как структурно организованный уровень бы-
тия в мире располагает своим способом существования, своей фор-
мой проявления и своей формой осуществления, что позволяет
сделать вывод о том, что нет и не может быть общества вообще, а
есть всегда конкретное общество в своем становлении и развитии.
Более того, история свидетельствует о многообразии вариантов
общественного развития и разнообразии процессов и событий,
протекающих в границах этого развития. Все это затрудняет от-
вет на вопрос «что есть история и что есть историческое?»
Традиционно ответ на поставленный вопрос решается либо с
позиции субъективизма, либо с позиции объективизма.
Суть первого подхода заключается в том, что под историей
понимается то прошлое, которое имеет смысл и значение для на-
стоящего. И только исследователь придает статус «историческо-
го» тем событиям, который он почерпнул из прошлого, руковод-
ствуясь своими ценностными ориентирами, своими культурными,
политическими, религиозными и философскими симпатиями и
антипатиями. Историческое в этом случае выступает не как онто-
логическая укорененностьт объективной действительности, а как
субъективная конструкция, творчество исследователя.
Суть второго подхода наиболее зримо выразил Г. Гегель. Не-
мецкий мыслитель сформулировал гносеологический принцип
объективности при рассмотрении объекта познания. «Когда я
мыслю,— отмечает Г. Гегель,— я отказываюсь от моей субъектив-
ной особенности, углубляюсь в предмет, представляю мышлению
действовать самостоятельно, и я мыслю плохо, если я прибавляю
что-нибудь от себя»101 . Другими словами, только придерживаясь
принципа объективности, можно представить историю в качестве
объективного процесса, содержание которого можно открыть, но
нельзя конструировать.
Если античность в основе исторического процесса видит судь-
бу, а средневековье — творчество Бога, то Новое время предло-
жило три концепции: натуралистическую, идеалистическую и эко-
номическую. В качестве движущей силы истории в них рассмат-
риваются природа человека, идеи и экономические отношения.
Натуралистическая концепция загадку истории объясняет при-
родой человека, но сама природа человека рассматривается в диа-
пазоне от хорошей до плохой. Наивному натурализму Г. Гегель
противопоставил самоценность свободного человека. По Гегелю,
история слагается из поступков отдельных лиц. Каждый человек
стремится реализовать свои интересы, однако в конечном итоге
получается нечто новое, отличное от первоначальных замыслов.
И это нечто новое и есть стратегическая линия развития абсолют-
ной идеи, которая через человеческую жизнедеятельность демон-
стрирует свое становление, отчуждение и развитие.
Идеологическую концепцию истории предложили мыслители
французского Просвещения, полагая что миром правят идеи. До-
статочно людям предложить разумную идею, а дальше уже дело
техники. Осуществление идеи кардинально изменяет ход событий,
изменяет жизнь общества. Стало быть, для историка главным яв-
ляется поиск тех идей, которые определяют развитие общества.
Экономическую интерпретацию истории предложил К. Маркс.
Осуществив анализ капиталистического способа производства,
К. Маркс отмечает: «В общественном производстве своей жизни
люди вступают в определенные, необходимые, от их воли не зави-
сящие отношения — производственные отношения, которые со-
ответствуют определенной ступени развития их материальных про-
изводительных сил. Совокупность этих производственных отно-
шений составляет экономическую структуру общества, реальный
базис, на котором возвышается юридическая и политическая над-
стройка и которому соответствуют определенные формы обще-
ственного сознания. Способ производства материальной жизни
обусловливает социальный политический и духовный процессы
жизни вообще…»102 .
Основной принцип материалистического понимания истории
заключается в признании приоритета общественного бытия по
отношению к общественному сознанию. Но, справедливо отме-
тив значение экономической деятельности в жизни общества, фи-
лософия марксизма недооценила роль общественного сознания и
значение внутреннего мира человека.
Общественная значимость человека затмила его индивидуаль-
ную сущность, уникальную неповторимость, его смысл жизни;
редуцировала человека до уровня общественной функции. А вся
история человечества предстала как история построения комму-
низма, как движение от несовершенного состояния к более совер-
шенному в границах однолинейного прогресса.
Развитие социально-философской мысли не остановилось на
марксизме. Оно продолжает находиться в состоянии поиска отве-
та на вопрос «что есть история и имеет ли она свой смысл?» Среди
Т. 13. С. 6–7.
наиболее интересных концепций можно отметить: неофрейдизм
Э. Фромма; исторический круговорот О. Шпенглера и А. Тойн-
би; функциональную взаимозависимость Р. Мертона и Т. Парсон-
са; технологический детерминизм Д. Бэлла, Дж. Гэлбрейта,
А. Тоффлера.
Отправной точкой отсчета всех заявленных концепций являет-
ся положение о том, что история — это не безликая реальность, а
одно из измерений человеческого бытия.
Нельзя рассматривать человека вне истории, как нельзя и исто-
рию рассматривать вне человека. Тайна истории, ее смысл заклю-
чаются в процессе становления человека, освобождение его от
бремени материальных забот, приобщение к духовным ценностям.
И в этом качестве история являет и свою логику, и свою направ-
ленность, связывая прошлое, настоящее и будущее человечества.
Она больше не кажется беспорядочным нагромождением фактов,
событий и имен. Место факта занимает событие, которое в систе-