Другой формой мышления является суждение. Суждение, как и
понятие, есть отражение связей и отношений познаваемого объекта
с другими объектами, а также их оценка. Мыслить на этом уров-
не — значит, судить о чем-либо конкретно, подвергать познание
аксиологической интерпретации.
Суждение — это такая форма рационального уровня познания,
в которой посредством связи понятий что-либо утверждается или
отрицается.
Познание осуществляется в процессе перехода от единичного к
общему, с возвратом к единичному, чтобы установить (определить)
особенное. И формой осуществления этого перехода является суж-
дение.
Третья форма логического мышления — умозаключение. Оно
позволяет из исходного знания логическим путем получать новое
знание.
Умозаключение — это такая форма рационального уровня
познания, которая обеспечивает возможность из суждений, име-
нуемых «посылками», вывести суждение (заключение).
Благодаря умозаключению нет необходимости каждое сужде-
ние получать из чувственного опыта, обращаться к эмпиричес-
ким фактам. Нужно лишь соблюдать определенные логические
правила.
Чтобы новое суждение (заключение) было истинным, необхо-
димо соблюдать два условия. Во-первых, исходные суждения (по-
сылки) должны быть истинными, и эта истина должна иметь со-
циокультурное подтверждение. Во-вторых, форма умозаключения
должна соблюдать правила связи суждений.
Чувственное и рациональное познание вместе обеспечивают
единство человеческого познания. Люди формируют задачи по-
знания, интерпретируют его результаты на рациональном уров-
не, а получают необходимую рабочую информацию на чувствен-
ном уровне. Проникнув на уровни реальности, недоступные чув-
ственному познанию, абстрактное мышление создает образы —
проекты, которые после их опредмечивания приумножают поле
чувственного опыта.
Чувственное и рациональное познание выступают необходи-
мыми моментами целостного процесса познания, где чувственное
обеспечивает эмпирический этап познания, а рациональное — те-
оретический. Первый служит предпосылкой второго, ибо на эм-
пирическом этапе осуществляется познание объекта как явления,
а на теоретическом — объясняется его сущность.
И все же, во взаимосвязи чувственного и рационального есть
свои проблемы. Чувственное познание представляет собой сово-
купность ощущений отраженной реальности, но эти ощущения
сугубо индивидуальны. Чувственные данные исключают возмож-
ность разграничить в образе объективную реальность и субъек-
тивную иллюзию, что заведомо ставит под сомнение чувственный
образ как образ познания.
Что касается рационального познания, то оно оперирует поня-
тиями, имеющими всеобщий характер. А логические правила мыш-
ления одинаковы для всех людей и не зависят от особенностей
индивидуального восприятия. Но и на уровне рационального по-
знания есть проблемы. И одна из них состоит в отрыве мысли от
реального объекта. Сила абстракции обретает свою противопо-
ложность, когда общее теряет онтологическую укорененность и
попадает в сети необоснованных экстраполяций.
На уровне рационального познания возможны логические, гно-
сеологические и психологические трудности, особенно если в ка-
честве объекта познания выступает субъективная или трансцен-
дентная реальность: общественные отношения, межличностные
связи, феномены смысла жизни, свободы, счастья, любви и т. д.
При рассмотрении этих явлений всегда существует тенденция не-
дооценивать объект и переоценивать представление субъекта,
обильно сдобренное его воображением. Когда субъект оценивает
свое поведение, он склонен объяснять его объективными обстоя-
тельствами. И наоборот, когда он рассматривает чужое поведе-
ние, то проявляет склонность объяснить его не столько объектив-
ными, сколько личными качествами рассматриваемого человека.
Несколько особняком от чувственного и рационального уров-
ней познания стоит интуиция как способность субъекта прямо и
непосредственно постигать истину.
Интуиция не есть нечто неразумное или сверхразумное. Это
особый тип мышления, сохраняющий в скрытом виде как сам про-
цесс мышления, так и его подготовительный период.
Феномен интуиции рассматривается уже в античности. Свои
соображения по вопросу об интуиции оставили Платон, Декарт,
Спиноза, Гегель, Фейербах, Бергсон, Фрейд и др. Все они пони-
мали интуицию субъективно, соглашаясь с тем, что ее механизм
остается загадкой. Интуиции достаточно для усмотрения истины,
но ее не всегда бывает достаточно, чтобы убедить в этой истине
других и даже себя. Для этого необходимы сомнения, доказатель-
ства, практика.
Таким образом, познание не является простым актом «фото-
графирования», копирования действительности, а предстает как
сложнейший многофазовый процесс, где взаимосвязь чувственно-
го и логического (рационального) существенно дополняется
субъективными предположениями, которые находятся в зави-
симости от личностных и социокультурных предпосылок, а так-
же от психологических установок и ценностных ориентаций
субъекта.
Вывод о том, что познание в системе «субъект–объект» пред-
ставляет собой сложный многоступенчатый процесс, где реализу-
ется взаимосвязь субъективного и объективного, опредмечивания
и распредмечивания, не исключает, а предполагает выход на прак-
тику. Практика выступает и источником чувственных данных, и
условием формирования рационального мышления.
Практика
Практика — это целенаправленная деятельность людей по ос-
воению природных и социальных объектов в границах среды оби-
тания.
По своему содержанию и способу осуществления практика но-
сит общественный характер. Она обусловлена опытом человече-
ства в его историческом развитии. Будучи основным способом
бытия человека, условием его самореализации и самоутверждения
в мире, практика воплощает потребности, цель, мотив, проект де-
ятельности человека, а также акт деятельности и ее результат.
Общественная практика находится в единстве с познаватель-
ной деятельностью человека. Она является источником познания
и его движущей силой, ибо задает цель познанию и обеспечивает
его необходимой информацией, подлежащей обработке, система-
тизации и обобщению; формирует субъект познания, ориентирует
его направленность; реализует активное отношение человека к дей-
ствительности и на уровне ее осознания, и на уровне ее освоения.
Характер и направленность отношения субъекта к объекту оп-
ределяется прежде всего реальными потребностями и интересами
субъекта. Потребность как внутренний побудительный импульс
обусловливает активное отношение субъекта к объекту (человека
к миру). Через призму потребностей субъект осознает и осваивает
объект его интереса, формирует свое практическое отношение.
Богатство возможностей позволяет практике подтверждать объек-
тивное содержание знания, быть критерием истины бытия в мире.
Существует много претензий относительно критерия истины.
Это принцип «экономии мышления» у эмпириокритиков (истин-
но то, что мыслится экономно); принцип полезности у представи-
телей школы прагматизма (истинная такая теория, которая полез-
на, выгодна); принцип конвенционализма (истинно то, что соот-
ветствует условному соглашению); принцип общезначимости
(истинно то, что соответствует мнению большинства) и т. д.
В действительности та или другая теория истинна не потому,
что она полезна, удобна, а потому, что она соответствует реаль-
ности. А это соответствие проверяется и подтверждается только
практикой как средством верификации бытия в мире.
Выписав кредит доверия практике, следует помнить и о ее соб-
ственных проблемах. Это проблема соотношения индивидуальной
и общественной практики. Индивидуальная практика, как прави-
ло, ограничена личным опытом, а общественная имеет социокуль-
турную обусловленность. Но и возможности общественной прак-
тики не абсолютны. Она ограничена исторически определенным
уровнем развития общества, уровнем развития науки, техники и
технологии. Кроме того, взаимосвязь индивидуального и обще-
ственного в практике не устраняет ее субъективность. Поэтому
практика, сохраняя свою неопределенность и свою субъективность,
не может быть абсолютным критерием истины, что не исключает
ее активного использования в процессе познания бытия в мире.
социального познания
В процессе освоения мира люди ориентируются не только на
свой опыт, но принимают во внимание и чужой опыт как чувствен-
ного, так и рационального познания бытия в мире.
Рассматривая конкретную проблемную ситуацию, субъект по-
знания выстраивает свое собственное гносеологическое отноше-
ние, что-либо утверждая или отрицая, апеллируя к истине.
Вопрос об истине является основным вопросом гносеологии,
ибо истина и только истина составляет цель познания.
В первом приближении вопрос об истине кажется предельно
простым, но в данном случае простота обманчива. Еще Аристо-
тель высказывал мысль о том, что истина — это знание, в кото-
ром содержится верное суждение о конкретном объекте познания.
Другими словами, истина — соответствие мысли предмету мыс-
ли. Но это соответствие можно понимать по-разному.
Для Платона истина заключается в соответствии знаний веч-
ным и неизменным идеям, ибо для него идеи — первореальность.
Что касается чувственного материального мира, то знания о нем
не могут быть истинными, так как этот мир изменчив. В него, как
и в реку, нельзя войти дважды. Он возникает на миг, а исчезает
навсегда.
Материалисты, напротив, считали, что истина есть соответствие
полученных знаний объективному материальному миру. Но одно
дело считать так, а другое — установить это соответствие. Ощу-
щение не самый лучший свидетель этого соответствия, да и разум
может допускать ошибки.
И тем не менее, только разум имеет необходимые, хотя и недо-
статочные основания для установления истины, ибо только он
обеспечивает принцип гносеологического совпадения мышления
и бытия, только он воплощает творческую направленную актив-
ность гносеологического отношения в системе «субъект–объект».
Поскольку истина есть претензия на адекватную информацию
относительно объекта познания, получаемую средствами чувствен-
ного или интеллектуального усилия, то она существует не как
объективная, а как особая реальность. Истина — это свойство
знания, а не свойство объекта познания. Она не является и чистой
субъективностью. Истина есть воплощенное взаимодействие
субъекта и объекта познания, обеспечивающее процесс субъективи-
рования объективного и объективирования субъективного. В резуль-
тате истина несет объективное содержание (информацию объек-
та) и ценностную ориентированность субъекта. Ценность знания
определяется мерой его истинности.
Истина как философская категория служит для обозначения
меры отражения объекта познающим субъектом. И эта мера про-
веряется практикой, которая выявляет подчас вместо истины заб-
луждение.
Не существует раз и навсегда установленной грани между ис-
тиной и заблуждением.
Поиск истины в силу ее особого статуса и двойной обусловлен-
ности — объектом и субъектом далеко не всегда венчается успе-
хом. История демонстрирует, что в течение столетий за истину
принимались заблуждения.
Заблуждение — это знание субъекта, не соответствующее ре-
альности объекта, но принимаемое за истину. Заблуждение не яв-
ляется абсолютным вымыслом, игрой воображения, плодом фан-