рос о субъектах правосознания, выделив обыденное, профессио-
нальное и научное правосознание.
Обыденное правосознание — это массовые представления людей
о праве и его применимости. Доминантой обыденного правосоз-
нания является правовая психология, сложившаяся под знаком
непосредственных условий жизнедеятельности людей.
Профессиональное правосознание — это уровень представлений
о применимости права в форме идей, стереотипов, убеждений, скла-
дывающихся в среде профессионалов — юристов. От этого уров-
ня правосознания зависит стиль юридической практики, формаль-
ное или неформальное ее осуществление.
Научное правосознание — это уровень представлений о праве и
его применимости в форме идей, концепций, теорий, разрабаты-
ваемых в среде ученых-правоведов. От этого уровня правосозна-
ния зависит развитие теории и практики права, преемственности
с правовым наследием и осуществление прогностической функции
на базе единства правовой психологии и правовой идеологии.
Каждый уровень правосознания имеет свою специфику, свою
направленность, свои первоочередные функции, а вместе они обес-
печивают формирование, развитие и осуществление правового со-
знания в структуре общественного сознания конкретного общества.
Поскольку правовое сознание замыкается правовой идеологи-
ей на общество, а правовой психологией на личность общества,
то осуществление правосознания предполагает и два уровня пра-
вовой культуры: общества и личности.
Правовая культура общества обеспечивает производство и вос-
производство теории и практики его применения; эффективность
юридического образования и уровень развития правовой мысли;
сохранение и приумножение правовых ценностей. Она характери-
зуется содержанием правовой информации, уровнем развития за-
конодательства и состоянием законности в конкретном обществе,
соотношением общечеловеческого и национального.
Национальный компонент задает смысл и форму юридической
теории и практики конкретного народа, несет печать конкретной
государственности и правопорядка, конкретного юридического
времени и менталитета данного народа.
Общечеловеческий компонент несет в себе возможность приоб-
щения к общечеловеческим ценностям, обеспечивает изучение и
осмысление опыта инокультурного происхождения, осуществля-
ет процесс интеграции теории права на уровне общего, ориенти-
рованного на освоение единичного с последующим вычленением
особенного. Этот процесс увязывает общечеловеческое и нацио-
нальное, устраняет их механическое соединение, обеспечивая орга-
ническое основание для развития правовой культуры и осуществ-
ления правового сознания.
Правовая культура личности — это знание, понимание и осу-
ществление требований права в жизнедеятельности человека. Она
предполагает правовую образованность, перевод внешней необ-
ходимости соблюдать нормы права в потребность соблюдать за-
конность и правопорядок, формировать правовую установку, со-
храняя сознательное отношение к действующему праву.
Развитие правовой культуры общества должно учитывать фор-
мирование правовой культуры индивида. Только тогда возможен
диалог культур, взаимопонимание законодателя гражданина как
на уровне субъектно-объектных отношений, так и на уровне
субъектно-субъектных отношений, ибо этот естественный диалог
исключает превращение гражданина в объект манипулирования
со стороны авторитета власти.
Говоря о правовом сознании, его структуре, функциях; о пра-
вовой культуре и ее компонентах, следует помнить, что правосоз-
нание органично связано с механизмом правового поведения. Оте-
чественный правовед В. Н. Карташов предлагает концепцию со-
циально-психологического механизма правового поведения лич-
ности, который сочетал бы индивидуальное и социальное, идео-
логическое психологическое, сознательное и стихийное.
По мнению В. Н. Карташова этот механизм включает сбор и
обработку правовой информации, мотив, программу, цель, сущ-
ностные силы человека, его личный опыт, аксиологическую ин-
терпретацию правовой установки, принятие решения и его осу-
ществление86 .
Сбор и обработка информации призвана снять неопределенность
правовой ситуации. Решение этой задачи обеспечивается метода-
ми эмпирического исследования.
Специфика этого компонента правового поведения заключа-
ется в том, что отражение правовой ситуации на уровне восприя-
тия зависит от прошлого опыта, от профессиональной деятельно-
сти человека и его индивидуальных особенностей. Эта тенденция
зависимости от прошлого опыта значительно усиливается на уров-
не представления, когда настоящее соотносится с прошлым и че-
рез воображение и фантазию входит в будущее (в желаемую пра-
вовую обстановку). Обладая обобщающим характером, представ-
ление обеспечивает новое видение правовой ситуации.
Собранная с помощью чувственного уровня правовая инфор-
мация кодируется в памяти и служит основанием для «опережаю-
щего отражения» и предвидения новой правовой обстановки (но-
вой юридической ситуации, возможных действий и правовых по-
следствий).
Мотив правового поведения ориентирован на осмысление ре-
альных потребностей. Но потребности и интересы побуждают че-
ловека в правовой деятельности, ориентируют его в конкретной
правовой ситуации, регулируют его поведение, обеспечивают его
правовую установку.
Следующим компонентом механизма правового поведения яв-
ляются цель, программа, план и прогноз действия.
Цель как осознанный образ предвосхищаемого результата за-
дает программу правового поведения, которая включает спосо-
бы, средства и пути достижения цели. Замысел реализации про-
граммы, последовательность ее осуществления можно назвать
планом. План и его воплощение предполагают прогноз конечного
ства. Ярославль, 1995. С. 110.
результата. Мотив, программа и цель обеспечивают определенную
направленность правового поведения конкретного индивида.
Онтологические основания механизма правового поведения
составляют внимание, воля, чувства, т. е. сущностные силы чело-
века.
Внимание представляет собой особую сосредоточенность ин-
дивида на каком-либо объекте, умение выделить объект, отграни-
чить его от других объектов. Внимание обеспечивается волевыми
усилиями, которые способны или усилить, или при необходимос-
ти затормозить активность индивида. То и другое сопровождает-
ся чувствами-эмоциями (страх уголовного наказания, радость по
случаю выгодной сделки, гнев в связи с несправедливо вынесен-
ным решением).
Личный опыт в механизме правового поведения включает необ-
ходимые способности, знания, навыки, мастерство. Слагаемые
этого блока обеспечивают профессионализм юридической деятель-
ности, возможность выполнять необходимые действия не только
в привычной обстановке, но и в экстремальных условиях.
Механизм правового поведения также включает эмоциональную
и рациональную оценку сложившейся правовой ситуации, рожда-
ющей в первом случае гнев, недоумение, неудовлетворенность, а
во втором констатацию полезности или вредности, целесообраз-
ности или ненужности. Вторая оценка возникает после «прокач-
ки» сложившейся правовой ситуации через формы рационально-
го познания — понятие, суждение и умозаключение.
Полученные оценки помогают индивиду ориентироваться в пра-
вовой обстановке, находить оптимальную форму своего поведения.
Вышеозначенные компоненты механизма правового поведения
являются системой обеспечения принятия решения и его реализа-
ции. Этот блок механизма поведения, как справедливо отмечает
В. Н. Карташов, объективирует все субъективные процессы, имев-
шие место в предшествующих блоках. Здесь завершается пропе-
девтика поведения и правовое поведение индивида «проявляется»
в конкретных практических действиях.
Принятие решения о конкретном поведении снимает исходную
неопределенность проблемной ситуации. Индивид, соотнося зна-
ние о проблемной ситуации и знание о своих желаниях, возмож-
ностях, проецирует это сознание через свою систему сложивших-
ся ценностей. Полнота знаний и подлинные ценности обеспечива-
ют ему идеал (идеальное решение проблемы и соответствующий
выбор средств). Неполные знания и квазиценности дарят идол
(ложное решение проблемы и не лучший выбор средств для дости-
жения поставленной цели).
Сама процедура принятия решения включает проект решения,
отредактированную цель, конкретную задачу, ориентир (готов-
ность, в том числе и психологическую) на действие и действие, за
которым следует положительный или отрицательный результат.
В принятии решения фокусируются интеллектуальные, волевые,
эмоциональные, функциональные и прочие усилия, обеспечиваю-
щие эффективность и качество правового поведения.
Предложенная концепция механизма регуляции правового
поведения несет в себе мощный эвристический потенциал, ибо
позволяет рассматривать каждый блок механизма в качестве от-
дельного самостоятельного объекта исследования. Выявив каче-
ственную определенность, возможности составляющих механиз-
ма правового поведения, можно и нужно вскрывать когерентные
связи и рассматривать характер взаимодействия блоков на уровне
структурно организованного целого, имеющего свою собственную
качественную определенность, свою обусловленность.
Что касается набора компонентов механизма регуляции пра-
вового поведения, их названий, характеристик, и т. д., то о них
можно спорить, выдвигать свои предложения, обоснования. Это
техническая сторона творчества, которая ждет еще своих исследо-
вателей — экспериментаторов.
Есть еще одна методологическая проблема правосознания. Суть
ее заключается в том, что правосознание находится как бы на стыке
теории и социологии права. И эта пограничность имеет свои дос-
тоинства и свои недостатки. С одной стороны, проблема право-
сознания находится под пристальным вниманием исследователей
и теории права, и социологии права. С другой стороны, это чре-
вато если не построением очередной «Вавилонское башни», то
терминологическим засорением, перенесением в исследуемую си-
туацию чуждых ей понятий, что ведет не к открытию истины, а
скорее к ее сокрытию, тем более, что проблемное поле правосоз-
нания неоднородно. Оно представлено обыденным, профессио-
нальным и научным уровнями. И каждый уровень имеет свою спе-