Материал: Givishvili_G_V_Ot_tiranii_k_demokratii_Evolyutsia_politicheskikh_institutov
2.5. Братоубийца на престоле |
93 |
|
|
винции, или страны, как он их называл. Называют около 70 народов, включенных посредством этих сатрапий в империю Дария. И, что следует подчеркнуть, сатрапы (и их помощники) занимались исключительно гражданскими вопросами, и на этот пост назначались только персы. Таким образом, Дарий создал совершенный для своего времени бюрократический аппарат управления империей с центральной имперской канцелярией. Что же касается армии, то ее возглавляли военачальники, которые были независимы от сатрапов и подчинялись непосредственно царю.
Более того, изменения коснулись и налоговой политики. При Кире
иКамбизе не было формализованной системы налогов. Подвластные народы доставляли, главным образом, подарки верховным правителям, а налоги платили либо натурой, либо деньгами. Дарий не отменил систему подарков, но теперь они носили не добровольный, а принудительный характер. Кроме того, он установил общегосударственную систему налогов со строго фиксированными для каждой сатрапии денежными налогами. Возможно, Дарий счел эти свои нововведения не достойными быть отмеченными на фоне тех успехов, которые сопутствовали ему в сражениях.
—Вероятно, Вы правы. Чем выше возносит нас судьба, тем более нам свойственно преувеличивать свои достоинства и достижения и преуменьшать свои изъяны и неудачи, — сказал Черчилль. — Если не ошибаюсь, у нас на очереди самый известный правитель древней Индии Ашока. И представит его нам видный индийский археолог Рай Б. Банерджи, который способствовал открытию древней протоиндийской цивилизации Мохенджо-Даро.
2.5.Братоубийца на престоле
—Ашока был внуком Чандрагупты, основателя империи Маурьев,
исыном Биндусары. При нем пределы державы простерлись от Кашмира и Гималаев на севере до Майсура на юге, от Афганистана на се- веро-западе до Бенгальского залива на востоке. То есть, фактически, они либо совпадали, либо даже несколько выходили за границы современной Индии. Это значит, что его можно называть правителем первого всеиндийского государства, — вступил в обсуждение Банерджи, после выражения слов благодарности за предоставленную ему возможность осветить жизнь своего знаменитого соотечественника. — Но завоевывать престол царевичу пришлось в многолетней, кровопролитной борьбе со своими 99 братьями. Убив соперников, он приступил к
94 |
Глава 2. Первые деспотии |
|
|
внешним завоеваниям. Здесь также не обошлось без трудностей. Особенно сильное сопротивление он встретил со стороны царя Калинги. Ужасы войны вселили в сердце Ашоки раскаяние. Одним из проявлений которого стало принятие им буддизма. Став ревностным проповедникам новой религии, он рассылал миссионеров во все сопредельные государства, основывал там монастыри и ступы. Всего при нем было построено 84 тысячи ступ. Но к концу жизни его религиозное рвение не находило отклика в его семье. И вторая его жена совершила нечто вроде тихого государственного переворота, отстранив мужа от власти, и передав ее в руки его внука. Ашока тяжело переживал утрату былого могущества, но вернуть его он уже не мог. Мое вступление, возможно, излишне затянулось, но иначе в рассказе самого царя для вас многое оставалось бы неясным, — сказал Банерджи, умолкая и делая знак, чтобы пригласили Ашоки.
Возникнув, он приступил к изложению своей истории. — Когда прошло восемь лет после моего помазания, я покорил Калингу. 150 тысяч человек было угнано оттуда, 100 тысяч было убито на месте и гораздо более того умерло. Вслед за этим, как только были покорены жители Калинги, у меня появилась жгучая потребность в дхарме17. Такая скорбь охватила меня, что я покорил жителей Калинги. Я подумал: «Новых побед одерживать не следует. Удовольствие в своих победах надо находить в прощении всех, даже тех, кто причиняет вред, прощать их насколько это возможно». Так на меня снизошло раскаяние. Я говорю о своем раскаянии для того, чтобы люди устыдились, и никого более не убивали. Ибо я пожелал всем живым существам безопасности, самообладания, душевного спокойствия и мягкости. И ту победу я стал считать главной, которая одержана с помощью дхармы. Ведь она относится и к этому миру, и к тому миру. Эта победа была мной одержана в моих владениях и на всех границах, даже далеко отстоящих от моих земель. Даже там, куда не доходили мои посланцы, люди, слыша от других наставления в дхарме, начинали следовать ей. То, что этим достигалось, было повсеместной победой, а повсеместная победа доставляет чувство радости.
Благие дела трудны. Кто зачинщик благих дел, тот делает трудное дело. Я-то совершил много благих дел. Я учредил должность махаматров, наблюдающих за дхармой. Они пеклись о последователях всех вероучений ради привлечения людей к дхарме, ради продвижения их по пути дхармы, ради блага и счастья всех приобщенных к ней. Они пек-
17 Синкретическое представление о законе, благе, порядке, справедливости, долге, обычае.
2.5. Братоубийца на престоле |
95 |
|
|
лись о тех, кто находился в услужении, о несчастных и престарелых, о тех, кто был заключен в оковы, ради улучшения их участи. Прежде не было такого порядка, чтобы во всякое время заниматься людскими делами или получать оповещения. Затем мною было установлено так. Во всякое время — принимал ли я пищу, находился ли в гареме, или в своих покоях, или в отхожем месте, или в паланкине, или в садах — всюду мои чиновники оповещали меня о людских делах. И повсюду я занимался людскими делами.
Яжелал, чтобы всюду здравствовали все вероучения. Я почитал последователей всех вероучений, как членов монашеских общин, так и мирян-домохозяев. И дарами и иными разными почестями почитал я их. Но не так я пекся о дарах и почестях, как о продвижении последователей каждой веры на пути своего учения. Многообразно это продвижение, однако в основе его — контроль над речью, дабы не было восхваления своей веры, ни хулы чужой веры в неподобающих случаях. Я думал, что все люди — мои дети. И как своим детям я желал даже непокоренным пограничным жителям, чтобы они обрели полное благо и счастье и в этом мире, и в другом мире. И если бы у непокоренных жителей появился такой вопрос: «Какие намерения у царя по отношению к нам?», я бы ответил: «Хочу, чтобы не испытывали они страха передо мной, чтобы дышали спокойно, чтобы исходило от меня счастье, а не несчастье». Я желал, чтобы они постигли вот еще что: «Царь Ашоки простит тех, кого можно простить», чтобы они ради меня следовали дхарме для обретения блага этого мира, и того мира.
Чтобы люди продвигались должным образом на пути дхармы, я приказал установить столпы, посвященные ей, обнародовать обращения к людям, касающихся ее. А вдоль дорог я приказал посадить деревья, которые должны были давать тень для скота и людей. А также я велел насадить мангровые рощи. Я приказал вырыть колодцы и устроить места для отдыха. Повсюду я приказал сделать навесы для питьевой воды ради скота и людей. Махаматрам, наблюдающим за дхармой, было велено заниматься распределением даров моих сыновей и сыновей других цариц, дабы показать людям благочестивые установления дхармы. Что касается благочестивых устремлений дхармы, т. е. сочувствия, щедрости, правдивости, чистоты, мягкости и благочестия, а также следования дхарме, то они, я надеялся, постоянно будут возрастать у людей.
Ябыл совершенным царем. Что это значит — быть совершенным царем? Это значит — уметь наказывать. Если бы царь не стал наказывать неустанно тех, кто должен быть наказан, более сильные изжарили бы слабых, как рыбу на вертеле. Ворона стала бы клевать жертвенный
96 |
Глава 2. Первые деспотии |
|
|
пирог, а собака лизать жертвенную пищу, и не стало бы ни у кого собственности, и низшие заняли бы место высших. Все касты были бы разрушены, все законы были бы нарушены, и имело бы место всенародное восстание из-за ошибочно применения наказания. Где действует черное, красноглазое наказание, уничтожающее преступников, там подданные не возмущаются, если царь хорошо наблюдает. Мои сыновья, внуки и мои потомки не следовали моему примеру, отступая от моего пути. Они совершали грех. Поэтому мое царство не пережило меня, и с моей смертью оно распалось навсегда, — проговорил Ашока,
иголове его поникла.
—Ваше величество, позвольте выразить восхищение прекрасными порывами Вашей души и самое искреннее сочувствие тому, что они не нашли должного отклика в судьбе Вашего царства, — сказал Черчилль, в свою очередь сделав головою глубокий поклон.
—Ваше величество, товарищ царь, — неожиданно подал голос Сталин, — скажите, пожалуйста, каким образом понятие дхармы сочетается с понятием обыкновенной человеческой справедливости и допускает существование миллионов людей, так называемых неприкасаемых, по своему юридическому статусу приравненных к собакам?
—Дхарма помогает царю поддерживать в государстве мир, покой, порядок и благочестие. Она предупреждает беспорядок и бесчинства, хаос и насилие — величайшие бедствия, которые грозят государству. Она закрепляет разделение людей на высших и низших, благородных и низменных, придуманное не мной, а могущественными богами — творцами мира и законов, — ответил Ашока после некоторого замешательства.
—Я надеюсь, ответ удовлетворил Вас, господин Сталин. Нам же осталось только принести свои извинения за доставленное беспокойство и поблагодарить его Величество за крайне интересный рассказ. А теперь, господа, нам предстоит заслушать величайшего правителя древнего Китая, первого императора объединенного Китая Цинь Шихуанди, — продолжил Черчилль после того, как Ашока удалился.
2.6.Первый объединитель Китая
—Сэр Уинстон, встреча с императором не состоится. На все мои уговоры он ответил отказом. Он считает ниже своего достоинства рассказывать о своих деяниях кому бы то ни было и по какому бы то ни было случаю. Сожалею, но ничего не могу поделать, — сказал с по-
2.6. Первый объединитель Китая |
97 |
|
|
клоном Сыма Цянь, который по просьбе Черчилля безуспешно пытался склонить Цинь Шихуанди к своего рода аудиенции с ним.
—Печально, очень печально. Было так заманчиво встретиться с ним с глазу на глаз. Но коль скоро обстоятельства сложились таким образом, может быть Вы, уважаемый Сыма Цянь, спасете положение? Насколько мне известно, Вам, как знаменитому историографу при дворе императора У Ди, в подробностях известна вся подноготная династии Цинь. Может быть, Вы не откажитесь поделиться с нами Вашими знаниями? — не отступал Черчилль.
—Пожалуй, мне придется согласиться с Вашим предложением, — сказал Сыма Цянь, кланяясь. — Ибо пренебрегать историей становления единого китайского государства, или, тем более, игнорировать ее, было бы непростительной ошибкой. Хорошо, я расскажу об известных мне фактах, а выводы Вы делайте сами.
Первый император Цинь Шихуанди, которого при рождении назвали Чженом, был сыном циньского Чжуан-сян-вана. Ему исполнилось тринадцать лет, когда его отец умер, и Чжен стал у власти, сделавшись правителем (ваном) Цинь — самого западного царства Поднебесной. В то время на востоке ему противостояли шесть царств: Цзин, Хань, Вэй, Чжао, Янь и Ци. Каждое из этих царств в отдельности было слабее Цинь, но вместе они составляли серьезную силу. Тем не менее, на двадцать шестом году правления, после многочисленных сражений с соседями, Чжена впервые объединил Поднебесную. А после обсуждения с советниками, он стал титуловаться Цинь Шихуанди, что означало Первый властитель-император Цинь. Остальные поколения правителей должны были именоваться в порядке счета — Эр-ши (второй), Сань-ши (третий), и так до десятитысячного поколения,
власть его рода должна была передаваться бесконечно.
Первый советник Ван Гуань и другие сказали: «Владетельные князья впервые разгромлены, но земли княжеств Янь, Ци и Цзин далеко. Если не поставить над ними правителей, их не удастся держать в подчинении. Просим, государь, назначить туда правителями ваших сыновей. Ждем лишь вашего благословения» Шихуан передал это предложение на обсуждение сановников, и они все нашли его полезным. Однако глава судебного приказа Ли Сы возразил им, заметив: «Отсутствие различных мнений в Поднебесной — вот средство установления спокойствия и мира. Если же снова поставить в княжествах владетельных князей, будет плохо». Шихуан сказал: «Поднебесная сообща страдала от непрекращавшихся сражений и войн, и все из-за того, что существовали князья и ваны. Опираясь на помощь духов предков, я впервые умиротворил Поднебесную и, если теперь снова создать