Р А З Д Е Л VIII
редь, утверждают, что понятие реальности неразложимо; поэтому нет такого предложения, которое отсылает к вос приятиям и которое эквивалентно предложению 'х реален'. В действительности мы обнаружим, что реалисты правы в том, что они отрицают, но неправы в том, что они утвер ждают.
Основания, по которым Беркли считал, что материаль ная вещь не может существовать будучи невоспринимаемой, вкратце таковы. Во-первых, он утверждал, что вещь - это не более чем сумма ее чувственно воспринимаемых качеств; и, во-вторых, самопротиворечиво утверждать, что чувственно воспринимаемое качество существует вне чув ственного восприятия. Из этих посылок следует, что о ве щи без самопротиворечия нельзя сказать, что она сущест вует вне восприятия. Но поскольку Беркли признавал, что основанное на здравом смысле предположение, что вещи существуют и тогда, когда ни одно человеческое существо их не воспринимает, не является самопротиворечивым; и фактически он сам верил в его истинность; он признавал, что вещь может существовать, будучи не воспринимаемой каким-либо человеческим существом, поскольку она все еще может восприниматься Богом. И, по-видимому, он рассматривал тот факт, что он должен полагаться на вос приятия Бога, чтобы привести свою доктрину в согласие с тем фактом, что вещи весьма вероятно действительно су ществуют в то время, когда человеческое существо их не воспринимает, как доказательство существования божест венной личности; хотя на самом деле это доказывает толь ко то, что в рассуждения Беркли вкралась ошибка. Ибо по скольку пропозиции, утверждающие существование мате риальных вещей, имеют неоспоримое фактуальное значе ние, нельзя корректно анализировать их в терминах таких метафизических сущностей, как восприятия трансцендент ного Бога.
200
РАЗРЕШЕНИЕ ЗНАМЕНИТЫХ ФИЛОСОФСКИХ СПОРОВ
Сейчас мы должны рассмотреть точно, где в рассужде нии Беркли содержится ошибка. Для рационалистов при вычно отрицать его пропозицию, что чувственно воспри нимаемое качество, вероятно, не может существовать вне восприятия. Следуя ему, и я считаю правильным следовать, в использовании терминов 'чувственно воспринимаемое качество' и 'идея ощущения', так как мы использовали термин 'чувственное содержание' для указания на сущ ность, которая дана чувственно воспринимаемо. Они ут верждают, что анализ ощущения у Беркли ошибочен, по скольку неспособен провести различие между чувственно воспринимаемым объектом и актом сознания, который на него направлен; и предположение, что объект может суще ствовать независимо от акта, не содержит противоречия1. Но я не считаю, что эта критика справедлива. Ибо эти акты восприятия, за игнорирование которых реалисты упрекают Беркли, кажутся мне совершенно недоступными для како го-либо наблюдения. Я полагаю, что те, кто верит в них, введены в заблуждение тем грамматическим фактом, что предложения, используемые ими для описания своих ощу щений, содержат переходный глагол; точно так же как те, кто верит, что Я дано в ощущении, введены в заблуждение тем фактом, что предложения, которые люди используют для описания своих ощущений, содержат грамматическое подлежащее; хотя на самом деле те, кто утверждает, что обнаруживает наличие таких актов восприятия в своих ви зуальных и тактильных переживаниях, обнаруживают, я полагаю, только то, что их визуальные и тактильные об ласти чувственного восприятия обладают чувственно вос принимаемым свойством глубины2. И поэтому, хотя Берк-
1 См.: G.E. Moore. Philosophical Studies. 'The Refutation of Idealism'. 2 Это положение доказывается также Рудольфом Карнапом (Rudolf
Carnap) в Der logische Aufbau der Welt. Section 65.
201
Р А З Д Е Л VIII
ли совершил психологическую ошибку, предполагая, что последовательность 'идей', составляющая чувственную историю человека, чувственно воспринимаемо отвлеченна, я верю, что он был прав, рассматривая эти 'идеи', скорее, как содержания, а не как объекты ощущений; и поэтому он оправдан в утверждении, что 'чувственно воспринимаемое качество' не может существовать будучи невоспринимаемым. Соответственно, мы можем признать, что его изрече ние 'Esse est percipV истинно относительно чувственных содержаний, ибо, как мы видели, говорить о существова нии чувственных содержаний; есть просто обманчивый способ говорить об их наличии; а о чувственном содержа нии нельзя без самопротиворечия сказать, что оно имеет место кроме как часть чувственного опыта.
Но, хотя фактически чувственное содержание не может, по определению, иметь место, не будучи переживаемым, а материальные вещи конституируются чувственными со держаниями, ошибочно делать вывод, как это сделал Берк ли, что материальная вещь не может существовать, не бу дучи воспринимаемой. Ошибка является следствием его неправильного представления о взаимоотношении между материальными вещами и конституирующими их чувст венными содержаниями. Если материальная вещь действи тельно есть сумма ее 'чувственно воспринимаемых ка честв' (т.е. совокупность чувственных содержаний или даже целостность, составленная из чувственных содержа ний), тогда из определений материальной вещи и чувст венного содержания следовало бы, что вещь не может су ществовать, не будучи воспринимаемой. Но фактически мы видели, что чувственные содержания никоим образом не являются частями конституируемых ими материальных вещей; смысл, в котором материальная вещь сводима к чувственным содержаниям, состоит только в том, что она является логической конструкцией, а они суть ее элементы;
202
РАЗРЕШЕНИЕ ЗНАМЕНИТЫХ ФИЛОСОФСКИХ СПОРОВ
а это, как мы прояснили прежде, является лингвистической пропозицией, устанавливающей, что сказать нечто о вещи всегда эквивалентно тому, чтобы сказать нечто о чувствен ных содержаниях. Более того, элементы любой заданной материальной вещи являются не просто действительными, но также и возможными чувственными содержаниями - т.е. предложения, указывающие на чувственные содержа ния и являющиеся переводами предложений, указывающих на материальные вещи, не должны с необходимостью вы ражать категорические пропозиции; пропозиции могут быть гипотетическими. И это объясняет, каким образом материальная вещь может существовать на протяжении периода, когда ни один из ее элементов актуально не пере живается; достаточно, чтобы их можно было переживать - т.е. должен быть гипотетический факт в том смысле, что, если бы определенные условия были выполнены, то были бы переживаемы определенные чувственные содержания, принадлежащие рассматриваемой вещи. Действительно,
вутверждении существования материальной вещи, которая никогда актуально не переживается, нет противоречия. Ибо
вутверждении, что вещь существует, утверждается только то, что определенные чувственные содержания имели бы место, если выполнено отдельное множество условий, от носящихся к способностям и позиции наблюдателя; и такая гипотетическая пропозиция вполне может быть истинной, даже если никогда не выполняются соответствующие ус ловия. И, как будет показано позднее, мы можем в некото рых случаях не просто признать существование невоспринимаемой материальной вещи в качестве логической воз можности, но можем действительно обладать хорошими индуктивными основаниями для веры в нее.
Такой анализ пропозиций, который утверждает сущест вование материальных вещей и согласуется с концепцией материальной вещи как 'непрерывной возможности ощу-
203
Р А З Д Е Л VIII
щения' у Милля, позволяет нам не просто обойтись без восприятий Бога, но также допустить, что о людях можно говорить, что они существуют в том же самом смысле, как
иматериальные вещи. Я полагаю, серьезный недостаток теории Беркли состоит в том, что она этого не допускает. Ибо будучи неспособным дать феноменалистское объясне ние Я, которое, как заметил Юм, требовал его эмпиризм, он обнаружил свою неспособность ни утверждать, что су ществование людей, подобно существованию материаль ных вещей, заключается в их воспринимаемости, ни пред ложить какой-то иной анализ их существования. Мы, на против, утверждаем, что человек должен определять свое собственное существование и существование других людей
втерминах гипотетического наличия чувственных содер жаний в не меньшей степени, чем существование матери альных вещей. И, я полагаю, мы преуспели и в доказатель стве необходимости такого радикального феноменализма,
ив ответе на возражения, которые, на первый взгляд, вы глядят разоблачающими.
Пропозиция, что все воспринимаемое с необходимо стью является ментальным, образующая второй этап в до казательстве идеалиста берклианского толка, покоится на допущении, что непосредственные чувственные данные с необходимостью ментальны; наряду с допущением, что вещь - это буквально сумма ее 'чувственно воспринимае мых качеств'. Оба этих допущения мы отвергли. Мы виде ли, что вещь должна определяться не как совокупность чувственных содержаний, но как логическая конструкция из чувственных содержаний. И мы видели, что термины 'ментальный' и 'физический' применяются только к логи ческим конструкциям, а не к самим непосредственным чувственным данным. О самих чувственных содержаниях нельзя значимо сказать, ментальны они или нет. И хотя определенно осмысленно утверждать, что все вещи, кото-
204