31
предпринимательства и направления государственного регулирования пред-
принимательской деятельности обозначать в качестве групповых объектов.
Автор считает целесообразным в ч. 1 ст. 2 УК РФ обозначить наряду с задачей охраны собственности также и задачу охраны законной предприни-
мательской и иной экономической деятельности. В пользу необходимости реализации этого предложения говорят, в частности, и представленные в диссертации результаты опроса практических работников и специалистов в области уголовного права, которые поддержали выдвинутое предложение.
Необходимо обеспечить специальную уголовно-правовую охрану от-
ношений в сфере предпринимательской деятельности посредством сосредо-
точения «предпринимательских» статей уголовного закона в рамках отдель-
ной главы кодекса, обособив их не только от статей о преступлениях против собственности, преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях, но и от статей об остальных «непредпринимательских» преступлений в сфере экономической деятельности.
Второй параграф «Понятие и классификация преступлений в сфере
предпринимательской деятельности» посвящен исследованию юридиче-
ской сущности рассматриваемой группы преступлений, а также имеющихся в научной литературе подходов к подразделению их на виды.
Автор проводит последовательный критический анализ характеристик,
которые могут быть названы признаками преступлений в сфере предприни-
мательской деятельности и обуславливают их уголовно-правовую сущность.
Рассматривая такую черту как корыстный характер предприниматель-
ских преступлений, автор делает вывод о том, что преступления в предпри-
нимательской сфере, совершаемые непосредственными участниками ком-
мерческих правоотношений, в подавляющем числе случаев характеризуются наличием у виновных корыстного мотива. При этом корыстные мотивы субъектов предпринимательской деятельности при совершении ими общест-
венно опасных деяний подразумеваются изначально, на степень и характер общественной опасности дополнительного влияния не оказывают и не долж-
32
ны конкретизироваться законодательно в виде криминообразующих, квали-
фицирующих или особо квалифицирующих признаков. Напротив, деяния лиц, непосредственно не вовлечённых в предпринимательскую деятельность,
которые совершают общественно опасные действия (бездействие), нанося-
щие ущерб предпринимательским отношениям, в ряде случаев могут приоб-
ретать характер преступных лишь при наличии у виновных корыстной моти-
вации. Это не исключает того, что для ряда преступлений, совершаемых по-
добными лицами, мотив может вообще не иметь значения обязательного признака состава преступления.
Таким образом, автор делает вывод, согласно которому преступления,
связанные с порядком осуществления предпринимательской деятельности,
совершаются по корыстным мотивам. Корысть как мотив преступления ха-
рактерен для непосредственных участников предпринимательских отноше-
ний (индивидуальных предпринимателей, руководителей коммерческих ор-
ганизаций и др.). Что касается лиц, не являющихся непосредственными уча-
стниками этих правоотношений, то они, совершая предпринимательские пре-
ступления, могут руководствоваться иными мотивами и целями.
Также, диссертант приходит к заключению, согласно которому престу-
пления в сфере предпринимательской деятельности характеризуются пре-
имущественно ненасильственными способами их совершения.
Напротив, по мнению автора, указание на субъектный состав не может выступать в роли сущностного критерия обособления преступлений в сфере предпринимательской деятельности. Общественно опасные посягательства в рассматриваемой сфере могут совершать как субъекты предпринимательской деятельности (индивидуальные предприниматели, руководители и должно-
стные лица коммерческих организаций), так и иные лица.
Диссертантом критикуется и встречаемое в научной литературе указа-
ние на такую особенность составов преступлений в сфере предприниматель-
ской деятельности как их бланкетность. Особенность – это, что отделяет описываемый объект от иных объектов. В данном случае, одну группу пре-
33
ступлений от другой. При этом очевидно, что далеко не только лишь деяния,
посягающие на предпринимательские отношения, нарушают «установления неуголовного законодательства».
Сущностной чертой уголовно-правового понятия преступлений в сфере предпринимательской деятельности должно являться указание на их видовой объект. Иные же значимые уголовно-правовые признаки «предприниматель-
ских» преступлений имеют факультативное значение.
Проведённый анализ позволил автору сформулировать следующую де-
финицию: преступления в сфере предпринимательской деятельности – это общественно опасные деяния, запрещенные уголовным законом и посягаю-
щие посредством нарушения гражданского и административного законода-
тельства на общественные отношения в сфере экономики, складывающиеся в связи с порядком осуществления и порядком государственного регулирова-
ния предпринимательской деятельности.
Диссертантом проведён разбор существующих подходов, как к класси-
фикации статей главы 22 УК РФ, так и к классификации преступлений в сфе-
ре предпринимательской деятельности. На взгляд автора, предпринятые в науке попытки классификации преступлений в сфере экономической дея-
тельности изначально были малопродуктивными, так как учёные, как прави-
ло, следовали за логикой законодателя. Однако сам нормативный материал главы 22 УК РФ подобран весьма хаотично, что, в частности, подтверждается проанализированными автором статистическими данными МВД России и Судебного департамента при Верховном Суде РФ по рассматриваемой груп-
пе уголовных дел.
Сфера экономической деятельности не идентична сфере предпринима-
тельской деятельности и не все преступления, содержащиеся в главе 22
УК РФ, могут быть названы «предпринимательскими». Кроме того, ряд об-
щественно опасных деяний, совершение которых наносит существенный ущерб предпринимательским отношениям, расположены в иных главах уго-
ловного закона. Так, для понимания того, является ли экономическое престу-
34
пление совершаемым в сфере предпринимательской деятельности, принци-
пиальный характер имеют следующие обстоятельства: во-первых, осуществ-
лялась ли предпринимательская деятельность фактически; во-вторых, была ли она легальной; в-третьих, каковы характеристики субъекта преступления и потерпевшего от преступления.
Нынешнее наименование главы 22 «Преступления в сфере экономиче-
ской деятельности» видится автору в значительной степени не отражающим ту сферу общественных отношений, которые законодатель стремился поста-
вить под защиту её нормами. Более точным является подход авторов Мо-
дельного уголовного кодекса для государств-участников Содружества Неза-
висимых Государств, принятого 17 февраля 1996 г. Межпарламентской Ас-
самблеей СНГ, которые озаглавили главу 29 следующим образом: «Преступ-
ления против порядка осуществления предпринимательской и иной экономи-
ческой деятельности».
Критический анализ существующих в науке уголовного права точек зрения позволил диссертанту подразделить преступления в сфере предпри-
нимательской деятельности на следующие группы: 1) преступления, пося-
гающие на общественные отношения, складывающиеся в связи с самостоя-
тельной, осуществляемой на свой риск деятельностью, направленной на сис-
тематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи то-
варов, выполнения работ или оказания услуг: 1.1) преступления, сопряжен-
ные с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности и кредитных отношений (ч.ч. 5-7 ст. 159
УК РФ, ст.ст. 176, 177 УК РФ); 1.2) преступления, совершающиеся с нару-
шением установленного порядка ведения предпринимательской деятельности
(ст.ст. 171-173.2, 185.5 УК РФ); 1.3) преступления, подрывающие условия справедливой конкуренции и равенства участников хозяйственных отноше-
ний (ст.ст. 178, 180, 183, 185.6, УК РФ); 2) преступления, посягающие на об-
щественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением установ-
ленного законодательством порядка осуществления и порядка государствен-
35
ного регулирования предпринимательской деятельности: 2.1) преступления,
связанные с воспрепятствованием законной предпринимательской деятель-
ности (ст.ст. 169, 185, 185.1, 185.2, 185.4 УК РФ); 2.2) преступления, связан-
ные с оборотом имущества, добытого преступным путём (ст.ст. 174-175
УК РФ); 2.3) преступления, связанные с банкротством предпринимателей
(ст.ст. 195, 196, 197 УК РФ).
Автор приходит к выводу о том, что в качестве видового объекта пося-
гательства рассматриваемых преступлений выступают: 1) собственно обще-
ственные отношения, складывающиеся в связи с самостоятельной, осуществ-
ляемой на свой риск деятельностью, направленной на систематическое полу-
чение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг; 2) общественные отношения, складывающиеся в связи с обеспечением установленного законодательством порядка осуществ-
ления и порядка государственного регулирования предпринимательской дея-
тельности.
Субъектами собственно предпринимательских преступлений могут вы-
ступать лица, ведущие легальную предпринимательскую деятельность (ин-
дивидуальные предприниматели, руководители коммерческих структур, чле-
ны советов директоров акционерных обществ и др.), а также лица, осуществ-
ляющие фактическую предпринимательскую деятельность и не зарегистри-
ровавшиеся в этом качестве в установленном законодательстве порядке, либо не получившие требуемую законом лицензию на занятие тем или иным ви-
дом хозяйственной деятельности. Этот вывод иллюстрирован в диссертации материалами судебной практики и данными судебной статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ.
В свою очередь, субъектами преступлений, подрывающих гарантии реализации предпринимательской деятельности, преимущественно выступа-
ют должностные лица, в обязанности которых входит создание условий для обеспечения законодательно установленного порядка осуществления такого вида деятельности.