Материал: zagriazkina_tiu_red_frankofoniia_kultura_povsednevnosti

сическим уровнем; междометия — слова-выразители эмоций, находящиеся вне системы, они стоят особняком»1.

Ч. Стивенсон, говоря о прагматических аспектах значения, отмечал, что у междометий есть значение в узком смысле слова: они не дают прямой выход эмоциям, но, как и само слово эмоция, их обозначают. Выразительные возможности междометий создаются конвенциями, сложившимися в истории их употребления2. Мнение ученого разделяют и другие исследователи, например Л.А. Киселёва: «Эмоциональные слова, а именно эмоциональные междометия и частицы, не содержат оценки»3, а также Э.А. Вайгла: «Междометия представляют собой эмоциональные восклицания, не имеющие предметнологического содержания, и которым толкования дать невозможно»4.

Многочисленны и разнообразны междометия, выражающие чувства, эмоции:

•радость, облегчение, удовлетворение: ha ! (а!, ба!), ouf ! (уф!, ух!), dieu merci ! (слава богу!), tu parles! (конечно! еще бы!), a la bonne heure ! (в добрый час! вот и прекрасно!);

•удивление, восхищение: bravo ! (молодец!), dis ! (подумать только!), fichtre ! (разг. черт возьми!);

•просьбу, мольбу: miséricorde ! de grâce ! (помилуйте! пощадите!);

•сожаление, сочувствие: hélas ! (увы!);

•клятву, заверение: ma foi ! (клянусь честью!);

•безразличие, сомнение, недоверие: bof ! (ну и что! подумаешь!), foin de vous ! (плевать мне на вас!), euh ! (да? гм!), taratata! (гм!);

•досаду, нетерпение: bah ! (ну и что ж! да что уж там!), la barbe ! (хватит! надоело!), bonjour les dégats ! (и вот неприятности!), foutre ! (черт подери!);

•пренебрежение, презрение: fi donc ! (тьфу! фу!), pff ! (подумаешь! наплевать!);

1 Лукьянова Н.А. Экспрессивность в системе, словаре и речи. Человеческий фактор в языке // Языковые механизмы экспрессивности. М., 1991. С. 162.

2 См.: Стивенсон Ч. Некоторые прагматические аспекты значения // Новое в зарубежной лингвистике. М., 1985. С. 129.

3 Киселёва Л.А. Некоторые проблемы изучения эмоционально-оценочной лексики современного русского языка // Уч. зап. ЛГПИ им. А.И. Герцена. Л., 1968. С. 385.

4Вайгла Э.А. Эмоциональная лексика современного русского языка

ипроблемы ее перевода (на русско-эстонском материале): Дисс. … канд. филол. наук. Тарту, 1977. С. 35.

146

•тревогу, предупреждение: aïe ! (на помощь!), arrière ! (прочь! назад!), gare ! (берегись!), motus ! (тише ! молчок, ни слова!);

•усилие: ahi ! ahan ! (ах! ой!).

Существует категория амбивалентных междометий, которые в зависимости от контекста могут иметь несколько значений: mince alors! mince de rigolade ! (здорово! — удивление, восхищение; черт возьми! — гнев, разочарование); hein ? (а? как? что? — в отдельном употреблении выражает переспрос, в начале предложения — удивление, в конце предложения усиливает высказывание); tralala ! (как же! — выражает недоверие, иронию; ура! — радость). Как показывает практический материал, наибольшим количеством вариантных значений обладают: ah, eh, o, oh, ha, hé, hein, hem, holà;

б) волеизъявительные междометия, имеющие побудительное значение, могут выражать:

•призыв, обращение, привлечение внимания: pst ! psitt ! hé ! holà ! (эй!), ohé ! (эй, вы там!), minute ! (погодите ! послушайте!).

Данную группу междометий, посредством которых привлекают внимание адресата, Е.А. Сорокина относит к неопределенным вербальным вокативам, полагая, что в их грамматическом значении присутствует признак дейктической направленности второго лица1;

•побуждение, призыв к действию: allez ! (вперед! начинайте!), taïaut ! (ату, бери его!);

•отказ: ah, salut ! (нет, спасибо!);

•пожелание: Dieu vous aide! (да поможет вам Бог!);

•призыв к умеренности: ras-le-bol ! (хватит! надоело!), tout beau ! (потише!).

Вданной группе междометий доминирующей коммуникативной функцией является апеллятивная, а эмотивная функция сопутствует ей в зависимости от контекста или стиля общения2;

в) к этикетным междометиям относятся формулы вежливости, выполняющие в основном фатическую функцию: bonjour ! salut ! au revoir ! merci! s’il vous plait ! pardon ! Речевой этикет — это национально-специфический и социально за-

1 См.: Сорокина Е.А. Индоевропейские истоки обращения в древнерусском и древнеанглийском языках: Автореф. дисс. … канд. филол. наук. Волгоград, 2001. С. 7.

2 См.: Карлова А.А. Системные и коммуникативные характеристики междометной лексики современного итальянского языка: Автореф. дисс. … канд. филол. наук. СПб., 1999.

147

крепленный стереотип общения, позволяющий правильно выбрать уместное в каждой конкретной ситуации приветствие, прощание, благодарность, но особенно важно его соблюдение в первые минуты установления контакта и при выборе адекватной речевой формулы.

Междометная лексика содержит разговорную, просторечную лексику: banco ! (хорошо! идет!), foutre ! (черт подери!), acré ! (осторожно! шухер!). Архаизмы свидетельствуют о связи современного языка с его историей. Реликтовая, непродуктивная форма подобных междометий объясняет их стертую внутреннюю форму: cristi ! malepeste ! (тьфу, пропасть!), crotte (alors !) (надоело, черт возьми!), haro ! (ату его! караул!), mâtin ! (вот так штука! черт возьми!), palsembleu ! saperlipopette ! sapristi ! morbleu ! (черт возьми!) и др.

Следует особо выделить междометия и междометные словосочетания с компонентом Dieu (Бог). Это междометия-клят- вы, междометия-уверения, сопровождавшие торжественные, обрядовые или бытовые ритуальные действия, когда высшим свидетелем и гарантом честности для присутствующих обычно выступал Бог1, например: Dieu ! Adieu ! Bon Dieu ! Nom de Dieu ! Par le sang Dieu ! Par la vertu Dieu ! Tudieu ! (устар.). Как пишет А.А. Купцова, подобные междометия являются частью молитв и не представляют собой индивидуальное обращение к Богу, так как молитвы имеют всеобщее предназначение. В определенных нестандартных ситуациях вместо объемной молитвы человек читал ее сжатую форму. Эти выражения особенно часто повторялись в эмоциональных ситуациях, переходя в разряд устойчивых словосочетаний2. Наиболее многочисленны и разнообразны междометия-ругательства, проклятия, которым в русском языке соответствует словосочетание «черт возьми!» с разными эмоциональными оттенками: bigre! diable ! diantre ! fiche ! fichtre ! foutre! flûte ! jarnibleu ! jarnicoton ! malheur ! mâtin ! mazette ! mince alors ! mince de rigolade ! morbleu ! merde ! palsambleu ! parbleu ! peste ! sapristi ! sacristi ! saperlotte ! vertubleu !

По справедливому замечанию Т.Ю. Загрязкиной, культурные процессы, происходящие в современном мире, не сво-

1 См.: Кулаков А.Е. Лингвокультурный и коммуникативный аспекты инвективного лексического инвентаря (на материале территориальных вариантов французского языка Франции, Канады и Африки): Автореф. дисс. … канд. филол. наук. Саратов, 2011. С. 12—13.

2 См.: Купцова А.А. Междометные образования с компонентом «Бог»: структурно-семантический и когнитивные аспекты: Автореф. дисс. … канд. филол. наук. Улан-Удэ, 2010. С. 12.

148

дятся только лишь к глобализации. Параллельно с этой тенденцией существует и другая — регионализация Европы и мира, реабилитация локальных культур и идентичностей, подчеркивание местных особенностей речи. Эти явления затрагивают страны франкофонии, разделенные административными и естественными границами, проявлениями исторической памяти, разным культурным опытом, но обладающие одним языком — французским1.

В любом языке в определенные периоды происходят процессы либерализации речевой нормы, наблюдаются сдвиги в представлении об эталоне, изменяется «языковой идеал», трансформируется нормативный статус ряда слов и лексических групп. Так, например, ругательства на основе религиозной лексики особенно характерны для стран с сильной католической традицией. В квебекском французском языке имеются междометия-ругательства на основе религиозной лексики (les sacres), которые отсутствуют во французском языке Франции. В.Т. Клоков в «Словаре французского языка

вКанаде: Квебек и Акадия» (2004) использует пометы: interj. injur. (междометие; грубое, бранное слово, выражение). Ключ к пониманию подобных неформальных слов и выражений дает изучение исторических этапов развития этих значений

втесной связи с историей развития культуры общества и с развитием языка.

До 1960 г. церковь оказывала доминирующее влияние на сознание франкоканадцев. Использование ругательств, запрещенное второй заповедью (не сквернословить!), позволяло верующим дать выход негативным эмоциям, возможность эмоционально разрядиться. Ф. Тэтю де Лабсад пишет, что, упоминая имя Бога, Христа, предметов культа вне религиозного контекста, сквернослов тем самым лишает их понятия сакральности, и он становится равным всемогущему Богу, Христу, что позволяет подавить на некоторое время постоянную боязнь небесной кары, божьего гнева, церковного проклятия. Таким образом, ругательство с использованием религиозной лексики — это защитная реакция на то, от чего сквернослов зависим в обыденной жизни2.

1 См.: Загрязкина Т.Ю. Франкофония от Канады до Сенегала: один язык? // Франкоязычные культуры: проблемы языка и общества: Учеб. по-

собие / Под ред. Т.Ю. Загрязкиной. М., 2011. С. 11.

2 Têtu de Labsade F. Le Québec: un pays, une culture. Montréal, 2001. Р. 92.

149

В современном квебекском обществе уже нет той боязни перед Богом, священнослужителями, нравоучениями кюре. Тем не менее инерция прежнего влияния католической традиции настолько сильна, что ругательства на основе культовой лексики выполняют определенную коммуникативную задачу и служат для выражения самой разнообразной гаммы чувств: 1) восклицания; 2) подтверждения; 3) отрицания; 4) эмоций (гнев, страх, зависть, сочувствие, одобрение и т.п.). В общефранцузских словарях термины un juron (ругательство, бранноеслово),unsacre(бран.чертов,проклятый),unblasphème (богохульство, хула) рассматриваются как синонимы, однако квебекцы не разделяют это мнение. В Квебеке понятия jurer, sacrer, blasphemer отличаются тонкими нюансами моральноэтического характера. Так, jurer (ругаться, браниться) — некрасиво, sacrer (ругаться, сквернословить) — грешно, blasphemer (оскорблять, богохульствовать) — серьезное оскорбление Бога, смертельный грех1.

Чаще всех в группе междометий-ругательств употребляется слово Christ (Христос), следующими по степени популярности являются различные религиозные атрибуты: hostie (просвира или облатка — у католиков), ciboire (святые чаши, дароносица), calice (чаша, потира), tabernacle (церковная дарохранительница). Прочие культовые символы менее частотны, так как не связаны напрямую с личностью Христа и другими важными религиозными понятиями: baptême (крещение), sacrеment (причастие), chrême (елей, миро), calvaire (придорожное распятие; голгофа, мучение). Так происходит десакрализация всех аспектов культурного статуса данных религиозных атрибутов.

Чтобы избежать обвинения в богохульстве, говорящий прибегает к фонетической модификации слова, т.е. его эвфемизации, подобно Генриху IV (XVII в.), использовавшему в речи corbleu (черт побери), palsambleu, ventrebleu (черт возьми), где bleu подразумевает Бога. Кроме того, в ругательстве часто упоминались тело, кровь и чрево Господа Бога (corps de dieu, рar le sang Dieu, ventredieu). Рассмотрим примеры фонетической и орфографической адаптации подобной междометной лексики:

Baptême → batache, batoche, bateche, bateau, battant, baptinse :

Baptême, sont où mes clés ?

1 Charrest J. Le livre des sacres et blasphèmes québécois. Québec, 1974. Р. 37.

150