Материал: Юлдошев Р.Р. Реализация прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства

кретные факты и обобщающие данные отсутствуют в аргументациях З. Х. Искандарова. Еще более сомнительной выглядит авторская интерпретация определения состязательности со стороны Ш. С. Давлатовой. Так, она определяет состязательность как принцип уголовного процесса, который означает разделение функций обвинения, защиты и суда, по которому суд разрешает спор на основе состязания сторон, с целью осуществления правосудия для получения обоснованного и справедливого решения (ч.2 ст. 88 Конституции Республики Таджикистан, ст. 20 УПК Республики Таджикистан)1. Законодательного определения состязательности в указанных нормах законодательства Таджикистана не предусмотрено, косвенно об этом указывается в ст. 20 УПК Республики Таджикистан, но конкретизации требует данная работа в данном направлении и соответствующего переосмысления.

Положительным в работе Ш. С. Давлатовой выглядит заключение о дальнейшем совершенствовании законодательства и судебной практики, которые должны быть направлены на создание условий, гарантирующих состязательность и равноправие сторон в уголовном судопроизводстве. Хотя бы частичная реализация высказанной идеи послужит стимулом для дальнейших научных изысканий в данной сфере.

В данном направлении еще дальше пошли О. А. Косимов и Б. Ш. Бобокалонов, которые в своем исследовании анализируя взаимосвязь некоторых норм Конституции Республики Таджикистан с уголовной политикой в рамках одного предложения утверждают о том, что «получило дальнейшее развитие принцип равноправия и состязательности сторон»2.

тельное расследование в уголовном процессе стран Центральной Азии : между состязательной и инквизиционной моделью». – Душанбе 12-13 октября 2010 г. // под общ. ред. Ф. К. Шредера, М. Кудратова. – Peter lang, 2012. – С. 278, 281; Его же. Состязательный характер кассационного производства по уголовному делу // Вестник Конституционного суда РТ. – № 3. – 2012. – С. 115.

1Давлатова, Ш. С. Понятие и значимость принципа состязательности в уголовном судопроизводстве в аспекте право на защиту согласно УПК РТ и УПК ФРГ: сравнитель- но-правовой анализ // Законодательство. – № 2. – 2013. – С. 34–39.

2Косимов, О. А., Бобокалонов, Б. Ш. Взаимосвязь норм Конституции и уголовной политики Республики Таджикистан // Академический юридический журнал ИФПП АН РТ. – № 1–2. – 2013. – С. 44.

56

Верховный Суд Таджикистана по иному трактует сущность принципа состязательности и равноправия сторон. Сущность состязательности процесса состоит в равноправии сторон в представлении доказательств, участии в всестороннем и полном исследовании доказательств, высказывании своего мнения по вопросам, подлежащим рассмотрению в судебном заседании. Принцип равенства сторон заключается в равноправии сторон при обращении в суд, в равных возможностях защиты своей позиции, в предоставлении и исследовании доказательств в судебном заседании.

Судам, судьям необходимо, соблюдая принцип состязательности и равенства сторон, осуществлять руководство процессом, сохраняя свою независимость, объективность, беспристрастность и баланс между сторонами, разъяснять лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, содействовать в осуществлении их прав и исполнении обязанностей, предупреждать о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов при разрешении дел1.

Думаем, уместным выглядит в нашем анализе привести точку зрения германского ученого Ф-К. Шредера по проблемам уго- ловно-процессуальной науки и правоприменительной практики в Центрально-Азиатском регионе. Так он указывает, что важным элементом каждого правопорядка является УПК. Здесь, отмечает он, традиционно конкурируют между собой две системы, англоамериканская состязательная и континентально-европейская уголовно-процессуальная система, которую, как правило, неверно называют «инквизиционным» процессом, сущность же его заключается уже не в исключительном праве на проведение расследования, а только лишь в более сильном праве суда на осуществление руководства процессом. Обе эти модели конкурируют друг с другом при создании новых национальных уголов- но-процессуальных систем. При этом, как правило, ни одну из

1 Постановление Пленума Верховного Суда Республики Таджикистан № 5 от 29 сентября 2014 г. «О применении судами норм Конституции Республики Таджикистан при осуществлении правосудия». – Душанбе: Азия-Принт, 2014. – С. 53-54.

57

этих моделей не удается полностью воплотить, а лишь в определенной степени. Зачастую в уголовно-процессуальной системе не просто обнаружить элементы этих моделей; находятся только их следы, и часто оба подхода более или менее смешаны. Далее Ф-К. Шредер ставит целью проекта обнаружение элементов этих моделей или их следов в новых УПК государств Центральной Азии, включив их тем самым в глобальную систему уголовнопроцессуального права.

Ключевым моментом, по нашему мнению, является вывод о том, что недостаточно установить, что в Конституции закреплен состязательный характер уголовного процесса. Это только программа. Недостаточно и сказать, что так называемая «состязательность» является разделением функций между обвинением и судом. Мы хотим знать: должен ли суд все время ждать заявлений участников или может предпринимать действия также и вопреки или без заявлений сторон?1.

Считаю необходимым процитировать точку зрения еще одного германского специалиста в области уголовно-процессуального права. Так, Л. Б. Винтер, считает, что в современных обществах нет ни одного уголовного процесса, который бы проходил исключительно между двумя равноправными сторонами. Государство участвует в каждом уголовном процессе, в котором присутствует публичный интерес – наказание за совершенное преступление и защита невиновных – и отвечает за расследование преступления. Это расследование – как в процессе, называемом состязательным, так и в процессе, именуемом инквизиционным, давно передано в руки государства. Поэтому в каждом уголовном процессе имеется предварительный этап, на котором государственные органы расследуют обстоятельства преступления и исследуют личность подозреваемого, это стадия, на которой отдельный гражданин – с большим или меньшими гарантиями – является объектом следственных действий со стороны государства.

1 Шредер, Ф-К. Приветственное слово / Сб. мат-лов Межд. науч. конф. «Предварительное расследование в уголовном процессе стран Центральной Азии : между состязательной и инквизиционной моделью». – Душанбе 12-13 октября 2010 г. // под общ. ред. Ф- К. Шредера, М. Кудратова. – Peter lang, 2012. – С. 5.

58

В конце она приходит к такому выводу, что любая уголовно-про- цессуальная форма является, в конечном итоге, смешанной системой. Поэтому было бы неточно и неправильно говорить о состязательном или инквизиционном процессе, т.к. их чистые формы, даже если они и могли существовать в определенных исторических ситуациях, сегодня, в современном государстве, получили дальнейшее развитие и стали смешанными формами1.

Данные умозаключения, как показывает правоприменительная практика и состояние действующего УПК Республики Таджикистан, попытки отечественных ученых-процессуалистов и знатоков других отраслей права, которые осмеливаются высказывать свои суждения, оставляют желать только лучшего. С одним аргументом, приводимых германскими учеными стоит согласится, и взять на вооружение, что они точно прочувствовали и дали понять, что безупречных законов не бывает, где противоборствующие стороны активно и равноправно осуществляли бы свои функции, но одно остается незыблимым, по мере возможности приведение национального законодательства и обеспечение баланса сторон, уместные рекомендации ученых соответствующей области и активная позиция законодательного корпуса способны сделать некоторые нормы УПК Республики Таджикистан оптимальными, чтобы в дальнейшем соблюсти вышеупомянутый баланс полномочий сторон. До реализации указанных соображений (если таковые, конечно будут в ближайшее время), будем ждать и надеяться только на лучший исход и положительные своевременные решения законодательного корпуса Таджикистана.

1 Винтер, Л. Б. Приветственное слово / Сб. мат-лов Межд. науч. конф. «Предварительное расследование в уголовном процессе стран Центральной Азии : между состязательной и инквизиционной моделью». – Душанбе 12-13 октября 2010 г. // под общ. ред. Ф-

К. Шредера, М. Кудратова. – Peter lang, 2012. – С. 70–71.

59

ГЛАВА II.

РЕАЛИЗАЦИЯ ПРИНЦИПА СОСТЯЗАТЕЛЬНОСТИ

ИРАВНОПРАВИЯ СТОРОН КАК ГАРАНТ ПРАВ

ИЗАКОННЫХ ИНТЕРЕСОВ УЧАСТНИКОВ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА ТАДЖИКИСТАНА

Народы России и Таджикистана близки в своих исторических судьбах и стремлении утвердить правовое государство, основанное на уважении к правам человека и гражданина и принципах справедливого правосудия.

Кровопролитная гражданская война в Таджикистане, годами длившаяся в стране обстановка нестабильности помешали безотлагательному проведению подлинно демократической судебной реформы, обусловили известное отставание таджикского уголовнопроцессуального законодательства от законов некоторых других государств Содружества, однако не отвратили Таджикистан от выбранного однажды направления государственного и судебного строительства. Краеугольным началом уголовного судопроизводства в Таджикистане, как и в России, выступает принцип состязательности процесса.

Принцип состязательности многолик в своих проявлениях. Создание единого правового пространства на постсоветской территории предполагает сближение принципов судопроизводства в странах – участниках СНГ. Поэтому представляется важным предложить видение состязательности как принципиальной идеи построения уголовного судопроизводства, пригодной для реализации

вформируемых после десятилетий тоталитаризма правовых государствах, с одной стороны, и поместить принцип состязательности

вдинамичный контекст судебной реформы, с другой стороны. Сравнение правовой регламентации уголовного судопроизводства Республики Таджикистан и Российской Федерации – двух стран, некогда принадлежавших к общей уникальной советской правовой семье, а теперь отличающихся степенью и способами нормативного закрепления базовых правовых ценностей, способно дать приращение знаний о закономерностях переходного периода и юридических средствах государственных и общественных преобразований.

60