Также осужденный подвергает сомнению правильность и других выводов суда первой инстанции. При этом он дает соответствующую оценку показаниям свидетелей М. К., Б. К., Ч. К. З., И. Б. и Д.
Некоторые из них не подтвердили свои первоначальные показания относительно совершенных им действий, а другие сообщили, что они подвергались физическому и психологическому насилию, а поэтому подписали определенные показания.
В дополнениях к апелляционной жалобе Алиев Ш.М. ссылается на свой молодой возраст, наличие хронических заболеваний и активное способствование раскрытию преступления и изобличению других соучастников и просит назначить ему наказание с применением положений ст. 64 УК РФ.
В апелляционной жалобе адвокат Середа А.В. ставит вопрос о переквалификации действий его подзащитного Алиева Ш.М. с ч. 1 ст. 212 на ч. 2 ст. 212 УК РФ ввиду отсутствия доказательств, подтверждающих, что Алиев Ш.М. был организатором массовых беспорядков.
При этом защитник ссылается на пояснения свидетелей Т. Т. П. и Я. положительно характеризующих Алиева Ш.М., и на этом основании делает вывод о том, что у последнего не было какого-либо побудительного мотива на организацию массовых беспорядков в исправительном учреждении.
Роль Алиева Ш.М. выразилась лишь в том, что он непосредственно участвовал в переговорах с руководящим составом УФСИН России по Республике Хакасия, на что указали не только осужденные, принимавшие участие в массовых беспорядках, но и сотрудники исправительного учреждения.
В апелляционной жалобе осужденный Тагаев Д.Н. просит переквалифицировать его действия с ч. 1 ст. 212 на ч. 2 ст. 212 УК РФ, назначить более мягкое наказание с применением правил ст. 64 УК РФ и освободить от возмещения процессуальных издержек ввиду отсутствия финансовой возможности.
Признавая вину в участии в массовых беспорядках, Тагаев Д.Н. указывает на то, что он не привлекал других осужденных к участию в массовых беспорядках, не передавал осужденным бритвенные лезвия. Его версию в суде подтвердили осужденные и свидетели, которые в то же время пояснили, что в ходе предварительного следствия на них оказывалось моральное и физическое воздействие с той целью, чтобы они дали на него ложные показания. Допрошенные сотрудники ФКУ ИК < ... > не были очевидцами вмененных ему в вину действий.
При этом осужденный приводит анализ определенных доказательств.
Осужденный Тагаев Д.Н. также просит учесть, что он женат, на иждивении имеет малолетнего ребенка, страдает рядом хронических заболеваний.
В апелляционной жалобе адвокат Белецкая Н.В., действующая в интересах осужденного Тагаева Д.Н., ставит вопрос о переквалификации действий ее подзащитного с ч. 1 ст. 212 на ч. 2 ст. 212 УК РФ и смягчении наказания.
Ссылаясь на показания Тагаева Д.Н. в судебном заседании, подтвержденные пояснениями многочисленных свидетелей, допрошенных в суде, адвокат Белецкая Н.В. полагает, что по делу нет достаточных доказательств, свидетельствующих об участии Тагаева Д.Н. в организации массовых беспорядков.
Защитник обращает внимание на то, что суд не дал надлежащей оценки показаниям свидетелей, заявивших о применении в отношении их недозволенных методов ведения предварительного следствия. Свидетель Ж. подтвердивший в суде свои первоначальные показания, сделал это вынужденно, так как он опасается за свою жизнь и здоровье. Этот свидетель отбывает наказание в ФКУ ИК < ... > , именно он сообщил о том, что Тагаев Д.Н. являлся активным участником бунта.
По мнению адвоката Белецкой Н.В., не следует доверять показаниям свидетелей Т. и Т. так как они заключили досудебное соглашение о сотрудничестве с единственной целью - улучшить свое положение и получить минимально возможное наказание. Суд также не дал никакой оценки пояснениям свидетеля М. уличавшего в ходе предварительного следствия Тагаева Д.Н. в организации бунта вместе с другими осужденными, который в судебном заседании заявил о том, что он перепутал Тагаева Д.Н. с другим осужденным.
Показания сотрудников ФКУ ИК < ... > не могут быть достоверными доказательствами, подтверждающими виновность ее подзащитного, ввиду того, что данные свидетели не являлись очевидцами совершенного преступления. Также необходимо учитывать пояснения этих сотрудников исправительного учреждения о том, что во время массовых беспорядков было темно, лица осужденных были закрыты тканью, а поэтому невозможно было их распознать. Данные сотрудники оказывали незаконное воздействие в отношении осужденных во время их допроса.
Адвокат Белецкая Н.В. обращает внимание на то, что Тагаев Д.Н. женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка, супругу и престарелых родителей, он страдает рядом хронических заболеваний: многоформатная экссудативная эритема, острый левосторонний отит.
Начальник ФКУ СИЗО < ... > УФСИН России по Московской области майор внутренней службы Т. характеризует Тагаева Д.Н. исключительно с положительной стороны.
В апелляционной жалобе осужденный Тхамитлоков Н.З. просит переквалифицировать его действия с ч. 1 ст. 212 на ч. 2 ст. 212 УК РФ и назначить более мягкое наказание.
По мнению осужденного, выводы суда являются противоречивыми, суд признал его виновным в совершении действий, которые не вменялись ему в вину органами предварительного следствия.
Согласно постановлению от 7 июня 2017 года он обвиняется в том, что дал согласие на участие в организации на территории ИК < ... > массовых беспорядков среди заключенных, в результате чего он вступил в предварительный сговор на совершение массовых беспорядков на территории ИК- < ... > , в связи с чем ему было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 212 УК РФ.
В приговоре суд указал, что он не участвовал в планировании массовых беспорядков.
Также суд полагает, что в начале массовых беспорядков он призывал не ломать имущество.
Данное обстоятельство позволяет сделать вывод, что он не вступал в сговор на погром и уничтожение имущества до начала массовых беспорядков. Несмотря на недоказанность предъявленного обвинения по ч. 1 ст. 212 УК РФ, суд первой инстанции, выйдя за пределы предъявленного обвинения, все-таки необоснованно осудил его за организацию массовых беспорядков.
Суд неправомерно пришел к выводу, что он, имея авторитет среди осужденных, занимая неформальное положение старшего отряда N < ... > , не только участвовал в погроме и уничтожении имущества, но и в сложившейся обстановке присоединился к организаторам массовых беспорядков, призывами и указаниями вовлекал осужденных в участие в массовых беспорядках, побуждая и направляя их на погром и уничтожение чужого имущества.
Данные обстоятельства свидетельствуют о его участии вместе с другими осужденными в руководстве массовых беспорядков, они стремились к достижению общего результата.
Однако осужденный выражает несогласие с такими выводами суда, так как они основаны на сомнительных показаниях С., но при этом суд оставил без внимания показания лиц, подтвердивших, что он пытался остановить осужденных, уничтожавших имущество.
Ни на чем не основан вывод суда о том, что он расставлял осужденных около окон с той целью, чтобы они следили за обстановкой.
По мнению Тхамитлокова Н.З., показания свидетелей Г. и С. не соответствуют действительности.
Вместе с тем осужденный Тхамитлоков Н.З. приводит показания других свидетелей и излагает обстоятельства, по мнению осужденного, имевшие место в действительности.
Суд также не учел, что первоначальные показания, где он уличал себя в организации массовых беспорядков, он дал в результате незаконных методов ведения предварительного следствия, что подтвердили свидетели из числа осужденных.
В апелляционной жалобе адвокат Головченко А.А. просит отменить приговор в отношении Халилова Э.А. и направить дело на новое судебное разбирательство.
По мнению защитника, выводы суда о виновности Халилова Э.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 212 УК РФ, изложенные в приговоре, не подтверждаются исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами.
Излагая показания Халилова Э.А. в судебном заседании, автор апелляционной жалобы указывает на то, что версия его подзащитного на происшедшие события подтверждается показаниями свидетелей Т. и Т. заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве.
Данные свидетели пояснили, что осужденные обсуждали возможность организации массовых беспорядков в колонии 22 и 23 июля 2016 года. В это время Халилов Э.А. находился в ШИЗО.
При этом защитник ссылается на показания Т. данные в ходе предварительного следствия (т. 12 л.д. 85 - 91, 92 - 98 и 102 - 110).
В судебном заседании 26 марта 2018 года свидетель Т. заявил, что не узнал в лицо Халилова Э.А., не видел его в ходе массовых беспорядков и не знает, что делал последний.
Адвокат Головченко А.А. также приводит показания осужденного Мамочакова Ю.С. и обращает внимание на пояснения начальника оперативного отдела ИК < ... > А. и начальника ИК < ... > З.
В судебном заседании А. показал, что Халилов Э.А. не относится к числу организаторов массовых беспорядков, так как последний не обладал каким-либо авторитетом среди заключенных.
З. в суде сообщил, что Халилов Э.А. выходил на переговоры, не проявлял никакой агрессии, а лишь жаловался на сотрудников отдела безопасности.
Защитник также выражает несогласие с выводом суда о том, что в ходе массовых беспорядков Халилов Э.А. раздавал осужденным бритвы для причинения себе телесных повреждений.
Адвокат Головненко А.А. полагает, что необоснованное предъявление Халилову Э.А. обвинения по ч. 1 ст. 212УК РФ, который всегда признавал вину в участии в массовых беспорядках, лишило его возможности и права на рассмотрение уголовного дела в отношении его в особом порядке, в судебном заседании не установлен истинный мотив действий осужденных, а также характер и размер вреда, причиненного преступлением.
Назначенное Халилову Э.А. наказание нельзя признать справедливым.
В апелляционной жалобе адвокат Тенятников В.Н. ставит вопрос о переквалификации действий Сабитова Р.Ж. с ч. 1 ст. 212 на ч. 2 ст. 212 УК РФ, указав при этом на то, что его подзащитный не был организатором массовых беспорядков, он лишь участвовал в них, полностью возместил ущерб.
Защитник обращает внимание на то, что причиной массовых беспорядков явилось неправомерное поведение сотрудников ИК < ... > которые избивали осужденных, что подтвердили последние.
Характеризуя своего подзащитного только с положительной стороны, адвокат Тенятников В.Н. полагает, что у Сабитова Р.Ж. не было причин для того, чтобы организовывать массовые беспорядки.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Князев Е.Н. просит отменить приговор в отношении Абраамяна А.С. и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь при этом на то, что предъявленное его подзащитному обвинение нельзя признать конкретизированным, так как в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не указано, какой план был разработан Абраамяном А.С., Т. и Тымтышевым Ю.И., какую роль для себя определил Абраамян А.С., что препятствовало последнему полноценно защищаться от предъявленного обвинения.
В нарушение ст. 252 УПК РФ суд вышел за пределы предъявленного обвинения, указав в приговоре, что "... Абраамян с участием Т., Тымтышева сообщил Алиеву и Халилову о намерении организовать массовые беспорядки". Данное обстоятельство не нашло своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.
По мнению защитника, показания свидетелей Б. С. Г. Г. З., К. К. Л. М. Х. относительно того, кто из осужденных призывал к массовым беспорядкам, являются противоречивыми.
Автор апелляционной жалобы ссылается и на другие доводы.
Он считает, что не доказан размер причиненного ущерба, стоимость окон ПВХ N 20 и N 21, уничтожение которых инкриминировано Халилову Э.А., указанная в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, является различной (3499,8 руб. и 1157,3 руб. соответственно).
Указанный в данных процессуальных документах общий размер причиненного ущерба также не соответствует друг другу.
В связи с этим суд неправомерно отказал стороне защиты в удовлетворении ходатайства о направлении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения изложенных выше противоречий, которые нельзя признать технической ошибкой.
Суд оставил без внимания то обстоятельство, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого Халилова Э.А. отсутствует 18 лист (в данном процессуальном документе имеются два 19 листа).
Также не был учтен действительный мотив, побудивший осужденных к совершению определенных действий. Массовые беспорядки возникли в связи с избиениями осужденных сотрудниками ФКУ ИК < ... > . Суд необоснованно не зачел в срок наказания Абраамяна А.С. время содержания его в СИЗО < ... > г. Абакана - с 23 июня 2017 года по 14 февраля 2018 года. В приговоре не приведены расчеты фактически отбытого наказания по предыдущему приговору.
В возражениях на апелляционные жалобы государственные обвинители Подкорытов Е.В. и Родионов М.В. приводят суждения относительно несостоятельности позиции их авторов.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, а также возражения на них, Судебная коллегия считает необходимым приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
Оснований, указанных в ст. 389.15 УПК РФ, влекущих отмену либо изменение приговора, не усматривается.
Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и подтверждаются исследованными в суде и приведенными в приговоре доказательствами.
В соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, собранные доказательства в совокупности - достаточности для постановления оспариваемого обвинительного приговора.
Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, аналогичны суждениям стороны защиты в судебном заседании суда первой инстанции, они были предметом исследования с вынесением соответствующих решений, сомневаться в правильности которых Судебная коллегия не находит оснований.
Доводы апелляционных жалоб не основаны на фактических данных и законе.
Несостоятельной является ссылка осужденного Алиева Ш.М. на показания Халилова Э.А., находящиеся в 16 томе на л.д. 138 - 140, 146 - 148, так как эти показания не исследовались в судебном заседании.
Другим исследованным в суде показаниям в приговоре суд дал соответствующую оценку.
Приведенные в приговоре доказательства опровергают утверждение Алиева Ш.М. о том, что он никому не угрожал, не просил участвовать в массовых беспорядках. При этом он ссылается на показания определенных свидетелей.
В ходе предварительного следствия свидетель Ж. пояснил, что Алиев Ш.М. принуждал его передать требования сотрудникам администрации (т. 10 л.д. 55 - 62).
Из показаний свидетеля Г. и обвиняемого Тхамитлокова Н.З. следует, что перед беспорядками Алиев Ш.М., кровать которого находилась около окна, выходящего в локальный сектор, сообщил об уходе проверяющего сотрудника колонии.
Данные показания не противоречат пояснениям свидетелей С. Г. П. о том, что Алиев Ш.М. один из первых поднялся с кровати и стал призывать других осужденных вставать и начинать погром.
Об участии Алиева Ш.М. в погроме рассказали обвиняемый Тхамитлоков Н.З., свидетели Д. К. П. К. и С., которые сообщили о том, что Алиев Ш.М. принимал участие в уничтожении имущества, он ломал окна и двери.
Свидетель Д. подтвердил, что Алиев Ш.М. баррикадировал вход в отряд.
Свидетели Б. и М. подтвердили, что Алиев Ш.М. табуретом разбил окно N 22, а свидетели М. З., Г. и К. сообщили о том, что Алиев Ш.М. сломал окно N 25.
В приговоре суд также правильно оценил показания свидетелей М. Д. М. Б. К. Д. И. Ч. А. А. С., К.
Данные свидетели рассказали об определенных совершенных Алиевым Ш.М. действиях в ходе беспорядков.
Одни из указанных выше свидетелей подтвердили, что Алиев Ш.М. выбил ногой дверь в комнату для приема пищи, вместе с другими соучастниками выломал дверь в отряд N < ... > .
Другие свидетели сообщили, что Алиев Ш.М. призывал осужденных из отрядов N < ... > поддержать беспорядки и забираться в отряд N < ... > .
Алиев Ш.М. выкрикивал призывы "ломать режим", противостоять администрации, помогал осужденным проникнуть в отряд N < ... > , призывал их уничтожать имущество, баррикадировать окна и входы.
Другим осужденным Алиев Ш.М. давал указания о том, чтобы они следили за окружающей обстановкой.
Свидетели Б. и С. подтвердили, что Алиев Ш.М. требовал позвать руководство колонии для переговоров.
Другие свидетели сообщили, что Алиев Ш.М. вместе с другими соучастниками находился в помещении воспитательной работы, где осужденные выкрикивали требования администрации, планировали дальнейшие действия и формировали требования для переговоров с представителями власти.
Алиев Ш.М. принимал участие в этом, высказывал свои предложения.
Он же через окно выкрикивал требования об ослаблении режима содержания, о непомещении осужденных в штрафной изолятор, ненаказании за расстегнутые пуговицы, а также за то, что кто-то из осужденных не побрился, не поздоровался с сотрудником. Алиев Ш.М. также требовал, чтобы разрешили дополнительный сон, свободный доступ к телефону, выпустили осужденных из строгих условий содержания и ПКТ, сменили руководство колонии, вызвали средства массовой информации, предоставили телефон, угрожал совершить суицидные действия.
Из пояснений свидетелей Ж. и Д. усматривается, что Алиев Ш.М. вместе с другими соучастниками принуждал Ж. выйти и сообщить представителям власти требования, в том числе предоставить телефон.
Согласно показаниям свидетелей И. Б. Д. и Г. осужденный Алиев Ш.М. призывал продолжать беспорядки, вооружаться, оказывать сопротивление при штурме.
В то же время Алиев Ш.М. поддерживал Ниязова Ф.А., который призывал охранять окна.
Во время беспорядков И. убежал с места происшествия.
Об этом узнал Алиев Ш.М., после чего последний угрожал тем осужденным, которые решат выйти из отряда. Он призывал никого не выпускать из отряда.
Данные обстоятельства подтвердили свидетели И. К., К. К., Ч. З. С., А. Д. К. М.
Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что Алиев Ш.М. призывал наказать тех, кто убежал с места происшествия и сотрудничал с администрацией колонии.
Он же призывал осужденных к суицидным действиям в случае пресечения беспорядков и вместе с Т. раздавал бритвы.
Алиев Ш.М. угрожал причинять порезы осужденным, которые не сделают это сами.
Изложенные выше обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей, на которые в приговоре сослался суд первой инстанции.
Судебная коллегия не может согласиться с утверждением Алиева Ш.М. о нарушении его права на защиту ввиду невоспроизведения видеозаписей в судебном заседании.
Согласно протоколу судебного заседания в судебном заседании 19 марта 2018 года по ходатайству государственного обвинителя судом принимались меры для просмотра CD-дисков с записями видеонаблюдения, которые не смогли быть воспроизведены по техническим причинам.
В судебном заседании 26 марта 2018 года при допросе свидетеля Т., участвовавшего в качестве специалиста при копировании записей на указанные диски в ходе предварительного следствия, установлено, что для просмотра дисков необходимо специальное программное обеспечение.
В судебном заседании 9 апреля 2018 года свидетелем А. (следователем) представлен диск с программным обеспечением, который приобщен к делу.
В этом же судебном заседании с помощью предоставленного программного обеспечения при воспроизведении записей видеонаблюдения установлено, что на CD-дисках имеются видеозаписи одновременного изображения с нескольких камер, имеющих номера. При воспроизведении записей с одной из камер на полный экран запись не воспроизводится. Участвовавший в судебном заседании специалист И. (специалист по информатизации Верховного Суда Республики Хакасия) пояснил, что в суде нет иных технических средств, необходимых для просмотра записей на дисках.
Председательствующий разъяснил сторонам право предоставить технические средства для воспроизведения в судебном заседании видеозаписей на дисках, а также право копирования данных дисков и представленной следователем программы для просмотра дисков.
В судебном заседании 28 июня 2018 года подсудимый Алиев Ш.М. заявил ходатайство о просмотре видеозаписей на CD-дисках, которое было уточнено его защитником Середой А.В., просившим, чтобы орган следствия представил программу для просмотра видеозаписей на дисках.
Так как указанная программа была приобщена ранее, ходатайство защитника Середы А.В. оставлено без рассмотрения.
Подсудимый Алиев Ш.М. ходатайство о просмотре видеозаписей отозвал.
Председательствующий повторно разъяснил сторонам право предоставить суду свои технические средства, а также заявить ходатайство о привлечении специалиста и копировании программы.