В приговоре суд сослался лишь на показания свидетеля Ш. данные в ходе судебного разбирательства.
Необоснованным следует считать довод адвоката Белецкой Н.В. о недостоверности показаний свидетелей Т. и Т. с которыми было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве.
В судебном заседании Т. подтвердил свои первоначальные показания, а Т. отказался давать показания в суде, однако он не оспаривал свои показания, данные в ходе предварительного следствия.
В судебном заседании свидетель М. (в жалобе он ошибочно указан как М.) показал, что видел Тагаева Д.Н. вместе с другими осужденными, который до массовых беспорядков находился в каптерке, в ходе массовых беспорядков Тагаев Д.Н. угрожал осужденным. В суде были исследованы прежние показания данного свидетеля, который заявил об ошибочности его заявления о нахождении Тагаева Д.Н. вместе с другими осужденными в каптерке (суд первой инстанции учел данное обстоятельство), однако М. не оспаривал свои первоначальные показания в той части, где он подтверждал факт высказывания Тагаевым Д.Н. угроз.
Свидетель Ж. также утверждал, что Тагаев Д.Н. высказывал угрозы, принуждал осужденных сообщить требования сотрудникам администрации. Об этом же сообщил свидетель Д.
В приговоре суд решил вопрос о допустимости первоначальных показаний А. в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство (суд не согласился с его позицией об оказании на него незаконного воздействия).
Суд также правомерно принял решение о несостоятельности утверждения Тхамитлокова Н.З. о применении в отношении его недозволенных методов ведения предварительного следствия.
В судебном заседании были исследованы доводы стороны защиты о том, что во время массовых беспорядков было темно, лица осужденных закрыты тканью, поэтому невозможно было кого-то идентифицировать, которые правильно признаны несостоятельными.
Как усматривается из показаний свидетелей, приведенных в приговоре, в локальном секторе светили фонари, расположенные над общежитием, освещения от которых было достаточно для того, чтобы видеть происшедшие события.
Непосредственными очевидцами этих событий были свидетели, на показания которых в приговоре сослался суд в обоснование доказанности вины осужденных в организации массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами и уничтожением имущества.
Не соответствует действительности довод о том, что Тагаев Д.Н. начальником ФКУ СИЗО < ... > УФСИН России по Московской области характеризуется лишь с положительной стороны.
15, 16 и 28 декабря 2015 года, 26 января и 31 марта 2016 года на него были наложены взыскания (т. 41 л.д. 148 - 156).
Не основаны на фактических данных доводы осужденного Тхамитлокова Н.З.
Свидетель С. уличал Тхамитлокова Н.З. в организации массовых беспорядков.
Суд сделал правильный вывод, что до начала массовых беспорядков Тхамитлоков Н.З. дал согласие на совершение массовой акции с участием осужденных, которая была направлена на нарушение установленного порядка отбывания наказания, в связи с чем он призывал других осужденных вставать с кроватей. Данные показания не противоречат пояснениям ряда свидетелей о том, что Тхамитлоков Н.З. просил прекратить ломать имущество. Однако такая позиция у него была до начала массовых беспорядков. До их начала он не вступал в сговор с осужденными. Однако он знал о целях осужденных и поддерживал их. Затем Тхамитлоков Н.З. присоединился к массовым беспорядкам, был одним из организаторов проведения данной акции.
Показания свидетелей Г. и С. о том, что Тхамитлоков Н.З. расставлял осужденных около окон для ведения наблюдения, согласуются с показаниями Тхамитлокова Н.З., данными в ходе предварительного следствия, которые суд первой инстанции правильно признал допустимыми и достоверными.
В приговоре приведены достаточные доказательства, подтверждающие виновность Тхамитлокова Н.З., который участвовал в поддержании выдвинутых другими осужденными требований, чтобы оказать воздействие на руководство ФКУ ИК < ... > для ослабления установленного порядка отбывания наказания.
Доводы данного осужденного о незаконных методах ведения предварительного следствия были предметом исследования в суде первой инстанции.
При этом суд принял обоснованное, мотивированное решение, правильность которого не вызывает никаких сомнений.
При постановлении обвинительного приговора в отношении Тхамитлокова Н.З. суд не нарушил требований ст. 252 УПК РФ и не вышел за пределы предъявленного обвинения.
Суд обоснованно признал Халилова Э.А. виновным в организации массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами и уничтожением имущества.
Из показаний Алиева Ш.М., Халилова Э.А. в судебном заседании и пояснении свидетелей Т. Т. М. Б. и А. усматривается, что Халилов Э.А. знал о готовящихся беспорядках и к нему обращались с просьбой поддержать данную акцию.
Халилов Э.А. согласился участвовать в переговорах с руководством колонии, что следует из его показаний и пояснений свидетеля Т.
Свидетель С. подтвердил, что Халилов Э.А. призывал поддерживать начавшиеся беспорядки. Он же и свидетели Г. Б., М. И. и С. не отрицали, что Халилов Э.А. участвовал в уничтожении имущества, баррикадировал окна и лестницу.
В судебном заседании Халилов Э.А. признал, что разбил окна N 20 и 21, сломал три табурета. Об этом же сообщили свидетели И. и Б.
Приведенные в приговоре показания свидетелей также подтверждают, что в ходе массовых беспорядков Халилов Э.А. призывал других осужденных уничтожать имущество, баррикадировать окна и лестницу, расставлял осужденных около окон для ведения наблюдения.
Он же участвовал в формировании требований, выдвигаемых на переговорах с представителями администрации колонии, планировании дальнейших действий.
Халилов Э.А. ходил на переговоры, требовал выпустить осужденных из строгих условий содержания и ПКТ, призывал продолжать беспорядки, раздавал бритвы для совершения суицидных действий в случае штурма, угрожал причинять порезы тем осужденным, которые не сделают это сами.
По делу нет каких-либо оснований для того, чтобы не верить показаниям соответствующих лиц, на которые в приговоре сослался суд в обоснование доказанности вины осужденного Халилова Э.А.
В приговоре суд правильно указал, что нахождение Халилова Э.А. в штрафном изоляторе с 18 по 23 июля 2016 года, на что ссылается защитник, не влияет на доказанность вины Халилова Э.А. в организации массовых беспорядков, имевших место 24 и 25 июля 2016 года.
Суд правильно установил мотив, которым руководствовались осужденные в ходе организации массовых беспорядков.
При этом суд учел пояснения осужденных об их несогласии с действиями отдельных сотрудников ФКУ ИК < ... > , которые они считали незаконными, а также негативное отношение осужденных к соблюдению ими обязанностей, предусмотренных Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.
Действия осужденных были направлены на ослабление режима отбывания наказания и создание в ФКУ ИК- < ... > условий, предусматривающих возможность невыполнения ими определенных обязанностей, установленных Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.
Иных побудительных мотивов для совершения массовых беспорядков судом первой инстанции не установлено.
Действительный мотив, установленный судом, которым руководствовались осужденные в ходе массовых беспорядков, не может влечь назначение более мягкого наказания, на чем настаивает защитник Халилова Э.А. - адвокат Головченко А.А.
В то же время Судебная коллегия считает необходимым отметить, что в приговоре суд сделал правильный вывод о том, что утверждения осужденных и ряда свидетелей, показания которых приведены в приговоре, о совершении сотрудниками ФКУ ИК < ... > незаконных действий не влияют на юридическую квалификацию действий осужденных по ч. 1 ст. 212 УК РФ.
В данном случае следует полагать, что по делу отсутствуют основания для применения правил ст. ст. 37, 39 УК РФ.
При определенных обстоятельствах осужденные могли обращаться с жалобами в компетентные государственные органы.
Необоснованным является утверждение адвоката Головченко А.А. о неустановлении судом первой инстанции размера ущерба, причиненного ФКУ ИК < ... > .
Напротив, в приговоре приведены достаточные доказательства, в том числе заключение товароведческой экспертизы от 8 августа 2018 года, подтверждающие причинение ФКУ ИК < ... > материального ущерба в размере 1305148 рублей.
В результате массовых беспорядков также были нарушены установленный порядок отбывания наказания, общественный порядок и безопасность и создана угроза жизни и здоровью определенных лиц, так как до пресечения массовых беспорядков сотрудники ФКУ ИК < ... > не могли осуществлять предусмотренный законом контроль за осужденными, находившимися в общежитии N 2.
Судебная коллегия не находит оснований для того, чтобы соглашаться с доводом адвоката Князева Е.Г. о неконкретизации органами предварительного следствия действий осужденного Абраамяна А.С.
Аналогичные суждения высказывались стороной защиты и в судебном заседании суда первой инстанции. Данный довод был предметом тщательного исследования с принятием соответствующего решения, которое следует признать правильным. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ.
В обвинительном заключении изложены действия обвиняемых, в том числе и Абраамяна А.С., а поэтому у него была возможность полноценно защищаться от предъявленного обвинения.
В судебном заседании сторона защиты ходатайствовала о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ и по иным основаниям, которые не нашли своего подтверждения в суде.
Из материалов уголовного дела усматривается, что текст постановления о привлечении в качестве обвиняемого Алиева Ш.М. от 14 июня 2017 года напечатан на 22 листах, из которых отсутствует лист с номером 8, а имеется 2 листа с номером 9 и идентичным текстом.
Впоследствии (после допроса следователей и исследования надзорного производства) судом было установлено, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого, предъявленное Алиеву Ш.М., содержало 8 и 9 листы. В уголовное дело ошибочно подшито 2 листа с номером 9 после предъявления Алиеву Ш.М. обвинения при формировании дела и контрольного производства, в которое были помещены 2 листа постановления с номером 8, один из которых должен находиться в уголовном деле.
Данное обстоятельство подтверждается исследованными в суде копией постановления о привлечении в качестве обвиняемого Алиева Ш.М. от 14 июня 2017 года, представленной из надзорного производства, и копией, которая была вручена адвокату Середе А.В., где имеются 8 и 9 листы.
Изложенное в них обвинение соответствует описанию деяния в обвинительном заключении.
Устранение в суде выявленного несоответствия в процессуальных документах относительно уничтожения Алиевым Ш.М. видеокамеры, дверного блока, баррикадирования оконных проемов, входов и выходов, руководства действиями других осужденных и участия в переговорах с представителями ФКУ ИК < ... > свидетельствует об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела прокурору. Не соответствует действительности довод защитника осужденного Абраамяна А.С. о том, что в приговоре приведены обстоятельства, которые не изложены в обвинительном заключении.
Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого Абраамян А.С., Т. и Т. реализуя умысел на организацию массовых беспорядков, вначале сообщили Алиеву Ш.М., Халилову Э.А., а затем и А. о своих преступных намерениях и предложили данным лицам принять участие в беспорядках, что отражено в основных процессуальных документах (т. 13 л.д. 86 - 88, т. 20 л.д. 4 - 6).
При этом следует учитывать, что в приговоре при описании фактических обстоятельств действия соучастников преступления суд конкретизировал в соответствующей мере по сравнению с предъявленным обвинением, что не свидетельствует о несоблюдении положений ст. 252 УПК РФ.
Судебная коллегия не может согласиться и с остальными доводами защитника.
В судебном заседании суда первой инстанции участники уголовного процесса со стороны защиты при анализе показаний свидетелей Б., С. и других лиц указывали на их противоречивость относительно того, кто именно стал призывать начинать беспорядки.
В приговоре суд дал соответствующий анализ данным показаниям и правильно сделал вывод о том, что Т. в присутствии Абраамяна А.С., Ниязова Ф.А. и Тымтышева Ю.И. сообщил Алиеву Ш.М., Халилову Э.А., М. Б. и А. и другим осужденным из отряда N 5 о готовящихся беспорядках и просил их поддержать.
В то же время из показаний Т. усматривается, что Абраамян А.С. сообщил о лицах, которые возьмут на себя ответственность за беспорядки, убеждая при этом в необходимости участия в них.
Вместе с тем Ниязов Ф.А. высказывал угрозы в адрес тех, кто не поддержит беспорядки.
Об этом рассказали Б. и М.
Свидетель Д. подтвердил, что после отбоя Абраамян А.С. выяснял в отряде N 4 о том, ушел ли от них проверяющий сотрудник колонии.
Другие приведенные в приговоре показания свидетелей подтверждают, что Абраамян А.С. дал команду о начале беспорядков, призывал осужденных подниматься с кроватей, ломать имущество и поддержать беспорядки.
Суд первой инстанции также обоснованно указал, что показания ряда свидетелей, призывавших о начале массовых беспорядков, исходившие от других лиц, не свидетельствуют о невиновности Абраамяна А.С. в совершении изложенных выше действий. Суд рассматривал совершенные Абраамяном А.С. действия в их динамике.
Алиев Ш.М. сообщил об уходе проверяющего сотрудника колонии после его выхода из локального сектора. Однако показания иных допрошенных в суде свидетелей, на которые в приговоре сослался суд в обоснование доказанности вины Абраамяна А.С. в содеянном, свидетельствуют лишь о том, что призывы устраивать погромы, наряду с Абраамяном А.С., высказывали другие осужденные.
При таких обстоятельствах показания различных лиц относительно совершенных Абраамяном А.С. действий нельзя считать противоречивыми.
Каждый из них в определенной степени, обладая соответствующей информацией, дополняя показания иных лиц, лишь способствовал установлению действительных событий, имевших место в ходе массовых беспорядков.
Свидетель А. сообщил, что Абраамян А.С. помогал осужденным из других отрядов через окно залазить в отряд N 5.
Другие свидетели подтвердили, что в начале массовых беспорядков Абраамян А.С. сломал видеокамеру в спальном расположении. Он же ломал окна, двери, мебель, баррикадировал окна и входы в отряд.
Абраамян А.С. совершал и другие приведенные в приговоре действия, свидетельствующие о его организаторской роли в массовых беспорядках.
В судебном заседании суда первой инстанции исследовался довод адвоката Князева Е.Г. о различной стоимости окон N 20 и 21, указанной в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого Халилова Э.А. и в обвинительном заключении, в связи с чем судом было принято правильное решение об устранении изложенного выше противоречия (т. 31 л.д. 159 - 231, т. 2 л.д. 30 - 78, т. 45 л.д. 12 - 24, 48 - 59).
При этом в ходе судебного разбирательства стороной обвинения была уточнена стоимость оспариваемых окон, указанная в различных процессуальных документах, и в конечном счете она осталась неизменной в размере 1157 рублей 30 копеек. Также был уточнен общий размер ущерба, причиненного в результате уничтожения имущества.
В приговоре также изложены выводы суда относительно не отбытой осужденными части наказания.
У суда не было оснований для зачета в срок наказания по оспариваемому приговору времени нахождения осужденного Абраамяна А.С. с 24 июня 2017 года по 14 февраля 2018 года, хотя он и содержался в следственном изоляторе, так как он находился на подписке о невыезде и отбывал наказание по предыдущему приговору. Об этом свидетельствуют материалы, находящиеся в т. 13 л.д. 26 - 28, 57, 58, 68, 74, 75, 81, 82, 154 - 157, 159, 160, 212 - 215, т. 19 л.д. 46, 47, 93, 94, 139, 140, т. 31 л.д. 88 - 94).
Довод защитника осужденного Сабитова Р.Ж. - адвоката Тенятникова В.Н. о том, что причиной массовых беспорядков явились незаконные действия сотрудников колонии, которые избивали осужденных, ни на чем не основан.
Мотив, которым руководствовались осужденные во время организации массовых беспорядков, правильно установлен судом первой инстанции. Данный вопрос надлежащим образом был исследован в суде, решение суда является мотивированным. В приговоре подробно изложены показания допрошенных лиц, на основании которых суд установил мотив.
Утверждение защитника, что у Сабитова Р.Ж. не было причин для организации массовых беспорядков, не основано на фактических данных и является произвольным суждением.
Его ссылка на незначительную часть не отбытого Сабитовым Р.Ж. наказания при обосновании довода о неучастии последнего в организации массовых беспорядков противоречит приведенным в приговоре доказательствам, которым суд дал правильную оценку, сделав при этом обоснованный вывод о виновности Сабитова Р.Ж. в содеянном.
Действия осужденных судом верно квалифицированы по ч. 1 ст. 212 УК РФ как организация массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами и уничтожением имущества.
При назначении им наказания суд в полной мере учел общие начала назначения наказания, указанные в ст. 60 УК РФ, в том числе и обстоятельства, на которые ссылаются авторы апелляционных жалоб.
Назначенное им наказание отвечает принципам и целям, предусмотренным ст. ст. 6 и 43 УК РФ.
Приговор соответствует ст. 297 УПК РФ и является законным, обоснованным и справедливым.
Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Хакасия от 27 сентября 2018 года в отношении Абраамяна Арсена Сергеевича, Алиева Шамиля Магомед оглы, Сабитова Рысбека Жетигеновича, Тагаева Джамолиддина Норбутаевича, Тхамитлокова Назира Замудиновича и Халилова Эльчина Адалат оглы оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 28 февраля 2019 г. N 542-О
ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ ГРАЖДАНИНА
СОРОКИНА ВАСИЛИЯ АЛЕКСЕЕВИЧА НА НАРУШЕНИЕ ЕГО
КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ ПУНКТОМ "З" ЧАСТИ ПЕРВОЙ СТАТЬИ
61 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,
рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы гражданина В.А. Сорокина к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,