Вместе с тем, фермеры вынуждены работать в очень сложных социально-экономических условиях. Сельскохозяйственное производство до сих пор остается одной из самых опасных для работников отраслей. Так, численность пострадавших на производстве на 1000 работающих по сельскому хозяйству в 2003 году была в 1,3 раза выше, чем в таких травмоопасных отраслях, как промышленность и строительство. Причем даже при общей тенденции к снижению численности пострадавших на производстве в новом тысячелетии этот показатель остается самым высоким в сельском хозяйстве по сравнению с другими отраслями и превышает такие показатели по промышленности и строительству в среднем более чем в 1,5 раза. В то же время сельское хозяйство до настоящего времени остается отраслью с самым низким показателем уровня образования по сравнению с другими отраслями экономики.
Однако иногда сами фермеры создают в своих хозяйствах напряженную социально-экономическую ситуацию. Наши исследования показали, что большинство мелких фермерских хозяйств не всегда может вовремя (ежемесячно) оплачивать труд своих постоянных работников, нарушая тем самым трудовое законодательство и создавая социальную напряженность в отношениях между работниками и работодателями. Для этого есть несколько причин как объективных, так и субъективных. К объективным можно отнести: сезонность сельскохозяйственного производства и неадаптированность кредитно-денежной и банковской систем к специфике мелкого сельскохозяйственного производства. Это, как правило, приводит к тому, что у фермерских хозяйств не бывает ежемесячно достаточного количества свободных денежных средств для выплаты заработной платы работникам. В качестве субъективной причины можно выделить нежелание многих фермеров-работодателей тратить время на такую «ежемесячную бухгалтерию».
Несовершенство нашей законодательной системы в области сельского хозяйства, отсутствие государственной помощи, нежелание и незаинтересованность банков в работе с фермерскими хозяйствами отмечали почти все наши респонденты-фермеры.
«Нам говорят, что на всех денег не хватает. Налоги трогать нельзя. Если бы помощь была какая-нибудь от государства, то все хозяйства бы выжили.
Я, например, считаю, что на сегодняшний день фермер вообще не должен платить налоги. Вообще! Ну, должен в пенсионный фонд платить налоги, на медицинское страхование, в фонды. Во всем мире идет дотация сельскому хозяйству. А у нас последнюю рубашку снимают. Поэтому сейчас никто не идет работать на землю. Чтобы сейчас идти в фермеры, надо иметь «бешеные» деньги. Комбайн «Дон» сейчас стоит около двух миллионов, трактор «К-700» - тоже около двух миллионов. У нас в прошлом году через ссуду смогли купить технику только два фермера. Это политика банков. Для них лучше дать ссуду торгашам, потому что они через месяц будут ее возвращать. А я начну возвращать только через полгода». (Абинский район, Краснодарский край, июнь 2004 года)
Все эти выявленные факторы, в конечном счете, приводят к тому, что фермерским хозяйствам приходится иметь дело с низкоквалифицированными работниками, согласными на любую работу, поскольку в современных селах выбор рабочих мест ограничен, а квалификации и образования они не имеют. Не имеют они и земельных паёв, поскольку право на них ими было передано, как правило, бывшим руководителям колхозов или совхозов за мизерное вознаграждение.
С одной стороны, фермерские хозяйства сознательно идут на экономические потери при использовании низкоквалифицированной рабочей силы по ряду вышеотмеченных причин, а с другой, они продлевают стагнацию всего сельского социума и усиливают таким образом социальную напряженность в нём. Только использование наемного труда, в подлинном смысле слова, в фермерских хозяйствах позволит превратить труд в процесс «формирования и изменения» человека и создаст условия для развития сельского социума в целом.
Так, отсутствие стабильной и высокой заработной платы, вынуждает сельское население держать личное подсобное хозяйство. Наше исследование показало, что для большинства сельских жителей, даже постоянно работающих в фермерских хозяйствах, личное подсобное хозяйство остается основным источником заработка в семье. Поскольку фермеры в современных условиях не могут выплачивать своим наёмным работникам достойную заработную плату. Это связано, прежде всего, с большой налоговой нагрузкой на фермерские хозяйства, постоянным ростом цен на горюче-смазочные материалы и низкими закупочными ценами посредников. Большинство наших фермеров-респондентов могли выплачивать своим наёмным работникам лишь до трёх тысяч рублей в месяц, увеличивая эти выплаты во время страды до десяти тысяч Опросы проводились в фермерских хозяйствах Саратовской области в 2004-2006 гг.. По мнению тех же фермеров, государство сейчас частично решает проблемы, связанные с обеспечением их хозяйств горюче-смазочными материалами по доступным ценам. Однако налоговые проблемы и закупочные цены сильно ограничивают их возможности.
В настоящее время государство посредством различного рода субсидий и национальных проектов пытается «материально» помочь фермерским хозяйствам, продвинуть их на новый уровень экономической и социальной рентабельности. В конечном счете, сумма усилий государства резюмируется в его стремлении заметно и стремительно «цивилизовать» российского крестьянского «мужика», превратить его в отмобилизованную хозяйственную единицу. В то же время наше исследование показало, что «обучение капитализму», как механизму и способу выживания фермеров в современной российской деревне, в значительной степени зависит от способности и возможности встраивания фермерских хозяйств в изменяющуюся систему социальных отношений. Самым актуальным аспектом этого встраивания является, на наш взгляд, создание таких форм трудовых отношений в фермерских хозяйствах, которые позволяли бы последним не просто «выживать», но и развиваться. Используя методы качественной социологии, нами был выявлен ряд проблем и тенденций в развитии трудовых отношений в разных типах фермерских хозяйств, так или иначе встроенных в сельский хозяйственно-экономический социум. Нам представляется, что конечной целью исследования может явиться моделирование возможных сценариев развития трудовых отношений в российской деревне первой четверти XXI века.
Как известно, федеральный закон«Крестьянское (фермерское) хозяйство (далее также - фермерское хозяйство) представляет собой объединение граждан, связанных родством и (или) свойством, имеющих в общей собственности имущество и совместно осуществляющих производственную и иную хозяйственную деятельность (производство, переработку, хранение, транспортировку и реализацию сельскохозяйственной продукции), основанную на их личном участии». Федеральный закон Российской Федерации «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» от 11 июня 2003 г. N 74-ФЗ, гл. 1, ст. 1, п. 1. относит к фермерским хозяйствам достаточно широкий реестр хозяйств, занимающихся производственной и иной хозяйственной деятельностью. Этой законодательной «брешью» воспользовалось множество хозяйств, которые, в классическом понимании, никоим образом фермерскими считаться не могут. Однако они надлежащим образом зарегистрированы, а значит, работают (или числятся) именно как «фермерские».
Так, хозяйства, созданные на базе бывших колхозов путем перерегистрации, по нашему мнению, по своей сути фермерскими не являются, поскольку нарушается основное положение Федерального закона - совместное осуществление производственной и иной хозяйственной деятельности, основанной на личном участии, объединившихся в хозяйство граждан. Успешность таких хозяйств напрямую зависит от деятельности бывших администраций колхозов, оформивших их в качестве «фермерских». Подобные «администраторы-фермеры», пользуясь отсутствием конкуренции, сохранили в своих хозяйствах авторитарный стиль управления, присущий колхозам. Это, как правило, хозяйства, организованные на базе больших колхозов, на территории которых размещалось до десятка сельских поселений. Поэтому у бывших колхозников практически не осталось выбора: или войти со своими земельными паями во вновь образовавшееся на базе прежнего колхоза фермерское хозяйство, фактически став наемными работниками, или же выйти со своим паем и организовать самостоятельное фермерское хозяйство. На этот шаг решились немногие.
Наши исследования показали, что такие хозяйства могут успешно функционировать только при весьма жесткой дисциплине труда, - хозяйственная деятельность расписывается буквально «по минутам», как в крупных производственных компаниях. Такой режим работы регулируется не только заработной платой, но и гибкой системой штрафов и поощрений. В то же время при увольнении работник по закону может забрать свой земельный пай, но практически он не может этого сделать по целому ряду причин. Например, этот пай не может быть выделен в натуре, поскольку это может нарушить севообороты хозяйства. Если во главе такого хозяйства стоит прагматичный и жесткий администратор-фермер, то хозяйство не только успешно выполняет свои производственные функции, обеспечивая работникам стабильную высокую зарплату (на уровне больших городских компаний), но и берет на себя выполнение некоторых социальных функций (обеспечение жильем, помощь в получении образования, лечения, отдыха и т.п.). Однако в подобной категории хозяйств большая часть выглядит как худший вариант колхоза. Работники получают мизерную заработную плату или не получают её вообще. Администрация-фермер рассчитывается со своими работниками натуроплатой, которая одновременно является и арендной платой за земельные паи. Работники таких хозяйств, не имея стимула к работе, часто теряют квалификацию, воруют, а иногда и спиваются.
Фермерские хозяйства, созданные на базе бывших колхозов путем перерегистрации, составляют самую малочисленную группу в нашей классификации. Из общей массы фермерских хозяйств этот тип выделяется огромными площадями (от 2 до 6 тыс. га на хозяйство), поскольку здесь оказалась значительная часть паёв, и большим количеством работников (иногда и более сотни работников на хозяйство). Эти фермерские хозяйства, как правило, создавались с одной целью - ухода от долгов бывшего колхоза.
Среднюю по численности группу составляют фермерские хозяйства, имеющие наемных рабочих, постоянно занятых в этих хозяйствах. Число постоянных наемных работников колеблется от 3 до 20 на одно хозяйство. Причем, как правило, этот тип хозяйств образовывается при объединении нескольких мелких самостоятельных фермерских хозяйств, и возглавлять его могут главы этих хозяйств. Такие фермерские хозяйства имеют хорошее техническое и инфраструктурное оснащение, поскольку такое объединение позволяет им использовать различные экономические инструменты, например, аренду и лизинг. По площади фермерские хозяйства этого типа могут составлять от 100 до 1000 га. Причем зачастую они берут в аренду земельные паи населения, проживающего в близлежащих поселениях.
Самую большую группу составляют фермерские хозяйства, не имеющие постоянных работников или имеющие, как исключение, одного работника. Все производственные проблемы они решают силами своей семьи, родственников или найма сезонных рабочих. Площадь этих хозяйств, как правило, составляет до 100 га.
Кроме этого, есть еще большая группа фермерских хозяйств, которых можно назвать «списочными». Эти хозяйства зарегистрированы как фермерские. Однако никакой отчетности они не ведут. Свою землю, как правило, ограниченную одним или несколькими паями, они сдают в аренду или просто забрасывают. Если же все-таки они занимаются каким-либо производством, то товарность у них очень низкая, поэтому они реализуют ее самостоятельно, не занимаясь отчетностью. В то же время некоторые из этих «фермеров», были первопроходцами в начале 1990-х годов и, воспользовавшись благоприятной ситуацией, смогли приобрести технику по льготным ценам. В настоящее время некоторые из них зарабатывают на жизнь, сдавая эту технику в аренду другим мелким фермерам или обрабатывая личные подсобные хозяйства односельчан. Вместе с тем, в этой группе есть и достаточно успешные хозяйства, как правило, животноводческие, использующие заброшенные земли бывших колхозов для выпаса своего поголовья, иногда достигающего до сотни голов. Этим хозяйствам уже приходится неофициально нанимать временных или постоянных работников.
Рассмотрим особенности и перспективы развития производственных отношений, которые складываются в каждом из выделенных нами типов хозяйств, зарегистрированных как фермерские.
Нам представляется, что фермерские хозяйства, созданные на базе бывших колхозов, - поскольку они не являются по сути фермерскими, - необходимо законодательно обязать перерегистрироваться. Приемлемой формой могут здесь явиться (выступить) крупные частные сельскохозяйственные предприятия. Хозяйства такого рода, если они успешно развиваются, превращаются в агрохолдинги и функционируют уже на принципах крупного промышленного производства с соответствующими производственными отношениями. В то же время крупный капитал, как бы успешно он не функционировал, «в одиночку» не может справиться с такой специфической сферой, как сельскохозяйственное производство.
Причины этого заключаются как в объективных факторах: развитие технологий и политико-экономических процессов, так и специфических - крупный капитал не может не контролировать все производственные процессы в агробизнесе, поскольку крупный капитал должен постоянно увеличиваться по своей стоимости, чтобы сохраняться как капитал. Экономической целью здесь является воспроизводство капиталом самого себя. При этом человек, земля, природа воспринимаются как способ воспроизводства капитала. Понятно, что для достижения своей экономической цели такой капитал не остановится ни перед чем, и результатом его деятельности будет хищническо-потребительское отношение - как к человеческим, так и природным ресурсам. Такого рода «фермерские» хозяйства при всей их успешности не только не встраиваются (аккуратно, органически, соблюдая традиции) в сельский хозяйственно-экономический социум, но зачастую стремительно расслаивают и непоправимо разваливают его изнутри. Сильные агрохолдинги могут себе позволить такую индустриальную «инновацию», как вахтовый способ использования рабочей силы. При этом работники могут «импортироваться» даже из соседних регионов. Земля, на которой разворачивается агрохолдинг, элементарно скупается за бесценок у бывших колхозников. Таким образом, местное население превращается в «лишних людей», практически остается без земли и без работы.
Вот как описывает процесс создания агрохолдингов в нескольких районах Саратовской области один из наших респондентов-фермеров.
"В Ершовском районе было три колхоза, потом они объединились в большое хозяйство, очень большое хозяйство было - "Путь Ленина". Затем его разбомбили, ничего не осталось. Приехали самарские и взяли земли этого хозяйства. Приезжают куйбышевские и к нам, забирают землю в нашем Фёдоровском районе, обрабатывают ее. У нас они в Мунино землю взяли, в Спартаке - тысяч шесть, в Первомайском всю землю забрали. Приезжают какие-то фирмы, регистрируются здесь как фирмы и землю берут в аренду. Обрабатывают эти земли. Прошлый год вспахали, посадили, и у них ничего не взошло. В этом году посадили - тоже ничего не взошло. Ну, я же говорю: каждый суслик - агроном. В прошлом году много работало с Чугунки, с Мунино. А в этом году я даже не знаю. Из Саратова в Первомайском Юго-Восток брал земли в аренду, они и сейчас там. Там земли полно - тысяч восемь. Тысячи две взяли саратовские. У нас вот в Чернышевском земли - море, тоже не обрабатывается. Было три бригады, сейчас одна осталась. Там 22 тысячи гектар, а обрабатывается 3-4. Еще у нас Краснянский 17 тысяч га, тоже не обрабатывается почти земля. Мунино и Первомайский сейчас стали обрабатывать за счет самарских, что приехали. У нас сейчас нет нигде орошения, только в Чернышеском совхозе осталось орошение еще живое. Когда совхозы и колхозы стали делиться, они же все умные стали и стали раздавать даже трубы, которые находятся в земле на паи. И Фрегат, допустим, взяли и разделили на шесть человек. Совхозу отдавать надо имущественный пай, а им - нечем. Например, у нас был руководитель Мокроусагро, он стал делить так, идет и говорит: десять метров трубы - твои, и четыре метра Фрегата. Что хочешь с ним, то и делай. Вот так стали делить. И имущественный пай - кому что досталось. Например, приезжают в Ивановку, стоит фирма - Дом животноводов. Руководитель шагает десять метров и говорит: это твой имущественный пай. Следующему - так, иди, твои десять метров - это твой имущественный пай. Наши мокроусские они объединились, договорились, собрали и продали Фрегаты в Чернышеский. А трубы, кто же им даст копать!» (Федоровский район, Саратовская область, август 2006 года)