–отказ от включения в методику лишней, «не работающей» информации (положений уголовного и уголовно-процессуального закона, комментариев к ним и т.п.);
–достижение в процессе разработки методики максимально возможной степени относимости рекомендаций (большего количества частных рекомендаций и меньшего – общих), их полноты и полезности; важное значение здесь имеет дальнейшее сужение охватываемых методиками групп преступлений, обуславливающее повышение степени их криминалистической однородности.
Кроме того, повышение эффектности методик расследования преступлений экономической направленности исследователи видели в широком использовании системно-кибернетических методов, прежде всего на основе ЭВМ. Тем самым такие методики были подготовлены к разработке алгоритмов (программ) расследования (раскрытия). По мнению А.В. Занина (1981 г.) алгоритмы, скорее всего, должны быть ослабленного типа (так называемые «нечеткие» или «расплывчатые» алгоритмы), допускающие возможность выбора в принятии решений при его выполнении.
Несмотря на различие в подходах к формированию методик расследования преступлений экономической направленности можно определить, так называемую, базовую модель таких методик содержащею следующие элементы: 1) криминалистическая характеристика хищения, основными компонентами которой являются: а) непосредственный предмет преступного посягательства (денежные средства; ценные бумаги; материальные ценности в виде сырья, топлива, в том числе продукции, не подлежащей реализации в розничной торговой сети, материалов, полуфабрикатов, готовых изделий); б) место, условия и обстановка хищений (отрасль, вид производства либо другой сферы, производственный участок, характер технологического процесса или операции, системы учета и отчетности, хранения и движения денежных средств и материальных ценностей, документооборота, отражающего оформление и движение плановых, проектных, лабораторных, технических, технологических, бухгалтерских, статистических и других документов), особенности выпущенной или реализуемой продукции, время и периоды совершения хищения; в) способы приготовления к хищению, совершения и сокрытия его; обстоятельства, обусловившие выбор расхитителями определенных способов и т. п.; г) личность расхитителей, их криминогенные особенности, влияющие на осуществление преступных целей, создание преступной группы, распределение ролей между соучастниками и т.д.; 2) проверочные действия при наличии поводов к возбуждению уголовного дела; 3) следственные ситуации первоначального этапа расследования; 4) особенности планирования процесса собирания, исследования и использования доказательств; 5) первоначальные следственные, организационные действия и оперативно-розыскные мероприятия; 6) последующие следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия; 6) завершающие следственные действия, принятие решения об окончании расследования, составление обвинительного заключения.
5. Методики расследования отдельных видов преступлений экономической направленности стали определяться посредством указания на алгоритми-
тизацию расследования отдельных видов преступлений (А.Б. Камоцкий, 1988 г.; В.П. Колонюк, 1991 г. и др.) либо представляться как программа расследования определенной категории преступлений (А.В. Дулов, 1985 г.; В.В. Куклин, 1988 г.). Некоторые исследователи, хотя и не использовали понятия «программирования», «алгоритмитизация» или производные от них, тем не менее, пытались разработать определенный порядок следственных и иных действий в зависимости от конкретной следственной ситуации (А.А. Проткин, 1984 г.). Другие авторы полагали, что наиболее перспективной представляется разработка развернутой непрогностической программы, увязанной с той или иной типичной ситуацией первоначального этапа расследования данной категории преступлений. Схема такой программы выглядит, по их мнению, следующим образом: типичная ситуация – типичные задачи – типичные средства и методы их разрешения (А.И. Натура, 1990 г.).
Представляется, что тенденция к алгоритмизации (программированию) расследования преступлений экономической направленности, которая берет свое начало с 20-х годов ХХ века (общие схемы расследования) и, после некоторого перерыва, начиная со второй половины 60-х годов, стала предметом криминалистических исследований. Например, Н.А. Селиванов и А.А. Эйсман (1988 г.), констатируя, что с точки зрения составов преступлений, расследованию которых должны способствовать типовые программы, дифференцировали последние на: а) родовые – для расследования группы родственных преступлений (например, совершенные должностными лицами в сфере хозяйственной деятельности); б) видовые – для расследования преступлений какого-либо одного вида (хищений т.п.); в) специальные – для расследования определенных разновидностей какого-либо вида преступления (хищений в промышленности, на транспорте и др.).
Некоторыми учеными программирование расследования предлагалось рассматривать как метод оптимизации планирования следователем предстоящей ему работы по расследованию уголовного дела. Содержание этого метода состоит в разработке программ и их последующем использовании в процессе планирования. При этом программы ими определялись, как особым образом организованные в систему криминалистические предписания по распознанию наличной ситуации, определению целей расследования и выбору средств для их достижения.
Г.А. Матусовский (1988 г.), развивая позицию о межвидовых методиках (И.Ф. Герасимов, 1976 г.) подчеркнул, что наряду с систематизацией методик расследования хищений по отраслевому признаку, целесообразно пользоваться методиками, систематизированными по предмету посягательства, способу совершения преступлений, лицам, могущим быть причастным к хищению.
Нередко авторы разработок частных криминалистических методик или общих положений расследования отдельных видов преступлений экономической направленности нарушали последовательность изложения материала (элементов методик), что приводило к отсутствию логики научного исследования, снижало ценность для науки и практики предлагаемых криминалистических рекомендаций. Например, г.Е. Жирный (1986 г.) после рассмотрения проблем
следственных ситуаций по делам о хищениях, совершаемых должностными и материально ответственными лицами, перешел к разрешению проблем возбуждения уголовного дела.
6. Появились исследования, в которых сначала рассматривались проблемы криминалистической характеристики отдельного вида преступлений экономической направленности, а затем частной методики расследования данного вида деяний (А.И. Незнамов, 1985 г.). Как представляется, подобного рода подходы основаны на интуитивном осознании того, что криминалистическая характеристика преступлений является не элементом частных криминалистических методик, а ее основой. О последнем свидетельствует достаточно оригинальная позиция г.А. Кушнир (1987 г.), согласно которой криминалистическая характеристика преступлений представляет собой онтологию методики расследования, на базе которой могут быть построены гносеологические концепции и модели установления истины по уголовному делу.
Кроме того, в некоторых исследованиях осуществлялись попытки разработать вероятностно-статистические связи между элементами криминалистической характеристики отдельных видов преступлений экономической направленности. Так, И.Ф. Ясенев (1983 г.), используя буквенную форму выражения криминалистической характеристики преступлений, разработанную Л. Г. Видоновым, составил схемы связей между компонентами краж государственного и общественного имущества. Компоненты криминалистической характеристики обозначены автором буквами: Сп – способ приготовления; С – способ совершения преступлений: Сс – способ сокрытия преступлений; М – место и обстановка совершения преступлений; В – время совершения преступлений; О – орудия и инструменты, примененные при совершении краж; П – предметы преступного посягательства; Сл – следы преступлении; Л – данные, характеризующие личность преступников. Каждый из указанных компонентов классифицирован, и соответствующие его разновидности обозначены цифрами. Например, С1 – взлом, отжим ригеля врезных замков, срыв, распиливание дужек навесных замков; С2 – взлом дверей, срыв или распиливание защитной решетки на дверях, окнах; С3 – пролом стен; С4 – разрушение стекла и проникновение через окна, витрины и т. д. Аналогичным образом обозначены разновидности и всех других компонентов. Закономерные связи выражаются в виде своеобразной формулы – определенного сочетания буквенных и цифровых обозначений. Например, связь М1 – С4 – В2,6 – О4,16 – Сл1,3 – П1,2 свидетельствует о том, что при совершении краж из магазинов по продаже промышленных или продовольственных товаров, расположенных на одном из этажей жилых, общественных зданий (М1), путем разрушения стекла и проникновения через окна, витрины, двери (С4), чаще всего преступления совершались в период с 22 до 24 ч. и преступники находились на месте совершения кражи до 30 минут (В2 , 6 ). При совершении этих преступлений орудиями совершения краж были предметы, случайно оказавшиеся на месте преступления и использованные ими в качестве орудий: камни, кирпичи, палки, доски и т. п. (О4,16), при этом наиболее характерными следами являются следы пальцев рук и следы орудий и инструментов ( С л 1 , 3 ) . Предметами преступного
посягательства, как правило, были деньги, спиртные напитки, сигареты, продукты питания, кондитерские изделия (П1,2). Совпадение приведенных данных с фактическими обстоятельствами расследуемого преступления позволяет следователю выдвинуть предположение, что вероятным преступником, совершившим кражу, может быть лицо, которое обладает теми же данными, которые расположены ниже типичной связи компонентов криминалистической характеристики краж. Далее приведены данные типовой характеристики личности преступников, которые включают сведения о поле, возрасте, количестве судимостей и их характере, времени, прошедшего с момента отбытия наказания за прежнее преступление, месте жительства и др.
Так же в литературе отмечалось, что обстоятельства предмета доказывания по каждому уголовному делу должны быть установлены, а данные криминалистической характеристики преступлений использованы для того, чтобы эти обстоятельства установить (В.П. Корж, 1985 г.).
7. Продолжает преобладать точка зрения, что одним из элементов криминалистической характеристики отдельных видов преступлений экономической направленности является исходная информация (Н.Е. Мерецкий, 1990 г.). Так, А.М. Кустов (1988 г.), полагая, что такая информация является существенной для криминалистической характеристики хищений социалистического имущества в гражданской авиации, классифицировал ее на следующие группы: а) по времени поступления ее в органы внутренних дел в аэропортах; б) по источнику сведений о хищении; в) по степени полноты информации. В этом же направлении рассмотрел исходную информацию о краже государственного имущества, как элемента криминалистической характеристики данных преступлений Н.Е. Мерецкий, (1990 г.) выделив следующие четыре группы:
1) по месту поступления в правоохранительные органы: а) в органы внутренних дел по месту совершения преступления (83%); б) в органы внутренних дел на транспорте (в другие органы внутренних дел) в пути следования расхи- тителя-вахтовика к месту постоянного жительства или на отдых (6,3%); в) в органы внутренних дел по месту жительства (отдыха) расхитителя-вахтовика
(10,7%);
2)по времени поступления ее в органы внутренних дел: а) полученную спустя продолжительное время, но в момент работы вахтовой бригады (смены) на данном объекте (42,7%); б) полученную спустя непродолжительное время в момент работы вахтовой бригады (смены) на данном объекте (15,3%);
3)по источнику сведений о краже: а) полученную из сообщений должностных лиц предприятий, организаций, работавших по вахтовоэкспедиционному методу (57,3%); б) полученную при непосредственном обнаружении органом дознания, следователем, прокурором или судом признаков кражи (15,3%); в) полученную в результате сообщения граждан (10,7%); г) полученную в результате явки с повинной лиц, причастных к совершению кражи (7%); д) полученную в результате проверки и досмотра багажа вахтовиков в аэропорту (6,3%); е) полученную из иных источников (2,4%);
4)по степени полноты информации: а) требующую предварительной проверки (по ст. 109 УПК РСФСР) для установления признаков хищения (81,3%);
б) не требующую дополнительной проверки о наличии признаков кражи (в которой содержатся все основания для возбуждения уголовного дела) – 18,7%.
В то же время, в некоторых работах можно было обнаружить позицию, согласно которой криминалистическая характеристика преступлений и следственная ситуация (в том числе исходная информация по уголовному делу) являются самостоятельными категориями и относятся соответственно к преступлению и его расследованию ( Г.Е. Жирный, 1986 г.).
8. Появились работы, в которых криминалистическую характеристику отдельных видов преступлений экономической направленности стали рассматривать с позиций: 1) технологий, 2) деятельного подхода, структурируя ее элементы. Так, А.В. Дулов (1985 г.) обращал внимание на познания закономерностей преступлений с криминалистической точки зрения, «если так можно выразиться – «технологические» закономерности преступлений», констатируя, что без познания таких закономерностей построить научно обоснованную методику расследования преступлений невозможно. На основе деятельного подхода А.Б. Камоцкий (1988 г.) выделил в структуре криминалистической характеристики преступлений четыре элемента: 1) личность преступника; 2) способ совершения преступления; 3) предмет преступного посягательства и 4) результат преступной деятельности, т.е. следы преступления в самом широком их понимании. При этом автор обратил внимание, что эти элементы являются «укрупненными блоками», которые, в свою очередь, могут включать более мелкие признаки, наполненные практически значимым содержанием для данного вида преступлений. Криминалистическую характеристику преступлений отдельных видов экономической направленности стали дифференцировать (классифицировать) по уровням: общая криминалистическая характеристика преступлений – элемент общих положений криминалистической методики; криминалистическая характеристика вида или группы преступлений; криминалистическая характеристика конкретного преступления.
Следует отметить, что с позиции деятельного подхода ученые пытались не только рассматривать криминалистическую характеристику преступлений, но и сами преступления, в том числе преступления отдельных видов экономической направленности. При этом осуществлялись попытки привести криминалистические определения понятия преступления. Так, В.В. Клочков и В.А. Образцов (1985 г.) отмечали, что преступление, как объект криминалистического научного и практического познания, представляет собой специфическую разновидность человеческой деятельности – процесс взаимодействия преступника и окружающей его среды, порождающий их изменения, которые имеют значение для установления истины по уголовному делу. В структуре деятельности в преступлении авторы выделили три обязательных элемента: 1) лицо, совершившее преступление (преступник); 2) поведение преступника; 3) элементы окружающей среды. При этом поведение преступника они рассматривали как процесс взаимодействия преступника с окружающей средой (1); как организационное единство, постоянное взаимодействие внутренней (психической) и внешней (физической, вербальной) активности преступника (2); как органическое единство всех его этапов – от генезиса преступления до его сокрытия (3), включаю-