Ускоренная, зачастую мнимая (ложная) урбанизация в последние года привела к тому, что Бразилия столкнулась с явлениями современного рабства в текстильной, строительной и секс-индустрии Parente, T, Lucas, A & Cordeiro, R 2017, `Contemporary slavery in Brazil: what have companies (not) done to prevent it?', Revista de Administraзгo Mackenzie, vol. 18, no. 4, p. 43. . Здесь имеют место, как правило, латентные формы принудительного труда (удержание заработной платы, отсутствие институтов социального обеспечения и охраны труда, применение к работникам финансовых санкций с целью устрашения, ненормированность рабочего времени и принудительный перевод работников из одной сферы труда в другую).
По количеству домашних работников (около 7 миллионов человек по оценкам Министерства труда Бразилии) это южноамериканское государство занимает первое место в мире. В основном домашнюю работу осуществляют женщины африканского происхождения, которым зачастую отказывается в основных правах, а заработная плата выплачивается нерегулярно, зачастую не удовлетворяя даже минимальный гарантированный размер. Нередки случаи, когда данная категория работников вынуждена работать сверхурочно без дополнительного вознаграждения, а также подвергается физическому и сексуальному насилию. Детям бразильское законодательство и вовсе не гарантирует какую-либо оплату труда, ограничивает возможности их передвижения без взрослых, поскольку детский труд в Бразилии de jure запрещен. Тем не менее, на практике он используется в той же самой домашней работе. Помимо прочего, процветает в Бразилии и торговля детьми, в основном, парагвайского происхождения в отдаленные поместья для работы на плантациях.
Сексуальная эксплуатация сопряжена в первую очередь с дискриминацией представителей ЛГБТ-сообщества, а также с детским секс-туризмом, что уже стало нормой для прибрежных районов Бразилии. Более того, согласно данным Евростата, бразильцы являются самой представленной из неевропейских наций, наиболее часто подвергаемой сексуальному рабству в странах ЕС (более 1322 жертв в период с 2010 по 2015 годы) Eurostat 2015, Trafficking in human beings, p. 38.. Новый всплеск роста сексуальной эксплуатации в Бразилии пришелся на 2014-2016 годы, связанные с проведением в стране крупнейших спортивных мероприятий человечества - Чемпионата мира по футболу 2014 г. ФИФА и Летних Олимпийских игр 2016 г. Все это свидетельствует, по нашему мнению, о неполноценности бразильского трудового и уголовного законодательства в отношении данного вопроса, равно как и траффикинга, а также дискриминационного характера использования принудительного труда.
Как уже отмечалось выше, Бразилия относится к тем странам, которые активно борются с принуждением к вступлению в брак, тем не менее, данное явление все еще распространено в наиболее отдаленных районах страны и связано с желанием родителей предотвратить промискуинное поведение своих дочерей либо с ранней беременностью последних Taylor, A, Lauro, G, Segundo, M, Greene, M 2015, `She goes with me in my boat': Child and Adolescent Marriage in Brazil, Promundo, p. 13. . Более того, сегодня многие женщины в бразильском обществе ввиду недостаточного уровня образования и эмансипации рискуют стать прислугой в домах своих родственников, что на данный момент никак не урегулировано правом.
К сожалению, в бразильских нормативных правовых актах все вышеперечисленные негуманные акты использования принудительного труда никак не систематизированы, что не позволяет говорить о четкости местного законодателя в определении форм принуждения к труду. Недостаточность урегулированности вопросов, касающихся детского труда, проституции и торговли людьми также создает, как мы уже убедились, целый ряд возможностей для использования несвободного труда людей в самых разных сферах жизнедеятельности.
Долговая кабала остается одним из основных инструментов закрепощения и порабощения людей и в Индии. Основными мерами принуждения здесь выступают физическое и сексуальное насилие, а наиболее незащищенными слоями населения - низшие касты и иммигранты мусульманского вероисповедания National Crime Records Bureau 2017, Crime in India 2016 Statistics, Ministry of Home Affairs, p. 512-518.. И это несмотря на то, что официально кабальный труд в Индии запрещен.
Нехватка рабочих мест в Индии и, соответственно, всякое поощрение местными органами власти любых форм трудоустройства многочисленного населения, позволяет реализовывать самые разнообразные эксплуататорские схемы, поскольку большинство работников трудится без заключения трудового договора (что официально разрешено в Индии для некоторых категорий населения) India Committee of the Netherlands (ICN) 2016, Fabric of Slavery, ICN, p. 3. . Возможность нанимать работников на основании т.н. «временного трудового контракта» без гарантии минимальной оплаты труда, позволяет недобросовестным работодателям ставить своих визави в положение, сходное рабству. Более того, в Индии имеет катастрофическую частоту заключение срочных трудовых договоров, пролонгация которых никак не ограничена, а гарантии по которым существенно лимитированы. В Индии имеет место и такая автохтонная форма порабощения как «учебное закрепощение», которое реализуется посредством заключения с работником стажерского договора, который может длиться более 10 лет. Такому работнику ввиду отсутствия объективных альтернатив трудоустройства приходится все это время выполнять полноценные рабочие обязанности, оплата которых производится все по тому же стажерскому контракту.
Отсутствие в Индии собственного правового регулирования деятельности филиалов и представительств транснациональных корпораций (далее также ТНК) ставит, на наш взгляд, местных контрактных работников в крайне невыгодное положение: ожидая равные с иностранцами заработную плату и условия труда, они вынуждены выполнять более сложную и трудоемкую работу, но за низкое вознаграждение. Более того, ТНК не гарантируют индийским рабочим какие-либо социальные льготы, равно как и законодательство страны The Freedom Fund 2016, Northern India Hotspot 2016 Annual Report, The Freedom Fund, pp. 11.. Также мы можем констатировать неравное снабжение необходимыми защитными средствами постоянных работников ТНК и тех, кто работает там по гражданско-правовому договору (граждане Индии работают в них исключительно по такому типу контрактов).
Помимо прочего, в Индии существует целый ряд барьеров для вступления местных работников в профсоюзы и ведение коллективных переговоров, поскольку, местные профсоюзы сегодня являются здесь скорее элитарными политическими партиями, нежели средством защиты прав и интересов работников.
Параграф 15 Типовых приказов в области трудоустройства Индии 1992 г. (в редакции от 2016 г.) требует от работника перед сменой места работы подавать уведомление действующему работодателю, без согласия которого процедура смены рабочего места существенно усложняется. По нашему мнению, это является еще одним проявлением принуждения к труду. Более того, параграфы 51, 54, 59-63 Акта о фабриках 1958 г. (в редакции от 2018 г.) содержат нормы, позволяющие работодателю требовать от работника выполнения сверхурочной работы в целом ряде случаев без дополнительного вознаграждения.
Индийцы, ввиду нехватки рабочих мест внутри страны и объективно недействующей системы социальной защиты, вынуждены массово искать работу за границей, в первую очередь, в странах Персидского залива, где они становятся жертвами многочисленных преступных схем, в которых участвуют как их соотечественники, так и представители стран-реципиентов. Это, по нашему мнению, свидетельствует о неразвитой системе защиты индийским трудовым законодательством своих граждан от трудовой эксплуатации за рубежом.
Китайская Народная Республика, совершившая в последние три десятилетия подлинное экономическое чудо и превратившая фактически во вторую экономику мира, обязана этим в первую очередь экспорту дешевых, но трудоемких товаров в разные части земного шара. Именно в приборостроительной и строительной отраслях наблюдается наиболее мощное использование принудительного труда, которое, как правило, скрывается правительственными органами и контролируемыми ими средствами массовой информации, в том числе электронными Bengtsen, P 2018, `China's Forced Labor Problem,' The Diplomat, 21 March. P. 24-26.. В 2016 году были отмечены случаи массового использования детского труда на швейных фабриках в Чаншу (провинция Цзянсу), где несовершеннолетних работников заставляли работать сверхурочно и избивали, если они отказывались. У них также были конфискованы их паспорта и мобильные телефоны, пресекались всяческие попытки к бегству Xiaoli, C 2016, `Undercover Video Reveals Child Labor in Changshu,' Shanghai Daily, 24 November. P. 37.. Особым явлением китайской действительности можно назвать широкомасштабную практику привлечения к низкооплачиваемой физической тяжелой работе инвалидов, например, на кирпичных заводах в провинции Юньани Xiaoci, D 2016, `6 disabled people freed from forced labor,' Global Times, 19 September. P. 13-17.. Все это происходит на фоне отсутствия в китайском социальном законодательстве норм о защите и поддержке данных категорий населения посредством различных социальных трансфертов, например, пенсий. Ювенальный труд, по нашему мнению, становится возможным к использованию благодаря поощрению Коммунистической партией КНР программ по трудовому воспитанию школьников и подростков в рамках программы «реформы через труд».
Также как и в Индии, в этой восточноазиатский стране трудовым законодательством предусмотрена возможность заключения стажерских контрактов, под которыми de facto маскируется использование полноценной, но дешевой рабочей силы. Наиболее часто такие казусы наблюдаются при анализе деятельности на территории Китая различных ТНК, таких как Apple. Acer, HP и Sony Barboza, D & Duhigg, C 2012, `China Contractor Again Faces Labor Issue on iPhones,' The New York Times, 10 September. P. 21.. Думается, причины, по которым китайское трудоспособное население идет на такое квазидобровольное принуждение к труду аналогичны тем, что мы увидели в Индии: многоразовое превышение предложения рабочей силы по сравнению со спросом на нее.
Особого внимания заслуживает проблема задолженности по выплате заработной платы в строительном секторе, где заняты миллионы как китайских, так и иммигрировавших из Юго-Восточной и Центральной Азии рабочих. Отмечается, что заработная плата в этой отрасли может удерживаться на срок до одного года. Более того, согласно отчетам правозащитных организаций, местные строители подвергаются и иным эксплуатационным практикам, таким как фактическая невыплата заработной платы и материальных поощрений, чрезмерная нагрузка и неоплачиваемые сверхурочные работы, а также трудовая деятельность без заключения трудовых договоров, с чем, как правило, сталкиваются работники-мигранты Bengtsen, P 2018, `Chinese New Year, but where's the money?,' Le Monde diplomatique, 12 February. P.31-34.. Все это, как мы полагаем, становится возможным ввиду неразвитости правового регулирования надзора в сфере труда, а также отсутствия практики письменного заключения трудовых договоров между фактическими работниками работодателями. Более того, сегодня задолженность по оплате труда в КНР не квалифицируется как форма принудительного труда, что ставит многих рабочих в катастрофическое положения, лишая их возможности бороться за свои права и достойное существование. Борьба же с беженцами из Юго-Восточной Азии возможна, на наш взгляд, лишь посредством ужесточения миграционного контроля со стороны КНР, который в настоящее время не способен ограничивать потоки беженцев и нелегальных трудовых мигрантов с обеих сторон.
Как уже писалось выше, сегодня в КНР фактически действует целая государственная система «перевоспитания через труд», которая до сих пор, несмотря на многочисленные обещания правительства страны об отмене, активно функционирует. Более того, сегодня известные в прошлом трудовые лагеря для политзаключенных замаскированы под «центры реабилитации» для наркоманов, куда обычно попадают обычные люди без предъявления каких-либо официальных обвинений и подвергаются сроком от шести месяцев до двух лет «обучению и перевоспитанию» через принудительные работы Amnesty International 2013, China's 'Re-education Through Labour' camps: Replacing one system of repression with another?, Amnesty International. Available from: https://www.amnesty.org/en/latest/news/2013/12/china-s-re-education-through-labour-camps-replacing-one-system-repression-another/. [7 November 2017].. Несмотря на дезавуированность данной проблемы как в политическом, так и научно-публицистическом дискурсе в КНР, китайский активист-адвокат Чэнь Гуанчэнь провел обширное исследование схемы использования принудительного труда при производстве в одном из таких «реабилитационных центров» на юге страны рождественских игрушек для экспорта в страны Западной Европы Guangcheng, C 2016, `Prison laborers in China endure unimaginable suffering to produce holiday lights,' The Washington Post, 21 December. P. 22-25.. Таким образом, сегодня принудительный труд в КНР обслуживает в первую очередь цели промышленного и аграрного развития, игнорируя принципы достоинства личности и труда.
Гендерный дисбаланс и пережитки родовой ментальности сделали в КНР популярной такую услугу как «невеста по почте», которая представляет собой договорное заключение браков с иностранными женщинами посредством «профессиональных» брокеров Li, X 2016, China's marriage rate is plummeting - and it's because of gender inequality, The Conversation, 11 October. P. 7.. Жертвами таких «брачных торговцев» становятся, как правило, девушки из наиболее бедных районов и семей Вьетнама, России и Монголии, которые, хоть и согласны вступить в брак с «состоятельными китайцами», тем не менее, оказываются введенными в заблуждение относительно тех условий, в которых им предстоит жить и работать, а также относительно достатка их будущего мужа Scobey-Thal, J 2015, `Decoder: Asia's Bride Market,' Foreign Policy, March 26. P. 41-44.. Полагаем, что в борьбе с данным явлением наиболее действенным может оказаться административный механизм добрачного контроля, согласно которому, девушки из других стран могли бы вступить в брак с автохтонными китайцами только прожив какое-то время в новой для себя стране.
Согласно докладу Maplecroft по правам человека, «Южно-Африканская республика является центром торговли людей в целях сексуальной эксплуатации и принудительного труда. Женщины и девочки становятся жертвами торговли людьми с целью сексуальной эксплуатации в коммерческих целях, работы по дому и в сфере услуг, а торговля молодыми мужчинами и мальчиками для принудительного труда широко распространена в сельскохозяйственном и неформальном секторах». Использование принудительного труда в этом государстве тесно сопряжено с расовой дискриминацией и проблемой самой высокой в регионе заболеваемостью ВИЧ/СПИД, в первую очередь, среди детского населения, с трудом которого государство активно борется. В отличие от КНР, ввиду многолетней борьбы с апартеидом, здесь абсолютно отсутствует какая-либо поддерживаемая властями система принуждения к труду, в связи с чем современное рабство и обязательный труд - явления сугубо частного сектора экономики. Наиболее распространена здесь такая форма принудительного труда как внешний траффикинг в страны Ближнего Востока, Европу и Азию. Внутри страны эксплуатация осуществляется преимущественно в домашнем секторе и сельском хозяйстве, т.н. «табачное рабство» Berman, B. J., & Lonslade, J. M. (1980). Crisis of Accumulation, Coercion and the Colonial State: The Development of the Labour Control System in South Africa. Canadian Journal of African Studies, 14(1). P. 55-81.. Несмотря на жесткий законодательный запрет на использование в какой-либо форме детского труда, неформально он применяется для осуществления каких-либо бытовых обязанностей. Сегодня в доктрине и прессе все чаще говорят о росте попрошайничества в ЮАР, как одной из локальных форм принудительного труда. По нашему мнению, здесь все вышеуказанные акты имеют место ввиду существенного перевеса регулятивной функции трудового права в ущерб охранительной, не сдерживая потенциальных эксплуататоров от применения принудительного труда в самых разнообразных формах. Помимо прочего, местным властям рекомендуется осуществить систематизацию форм принудительного труда (в первую очередь, латентных) с целью наиболее действенной борьбы с ними.