Добавление - тип трансформации, причиной которого выступает «формальная невыраженность» семантических компонентов словосочетания или предложения в оригинальном тексте.
Опущение - это явление, прямо противоположное добавлению. Опущению могут подвергаться семантически избыточные слова, то есть слова, выражающие значения, которые могут быть извлечены из текста и без их помощи.
Перестановка представляет собой изменение положения языковых элементов в тексте на другом языке по сравнению с оригиналом. Перестановке могут подвергаться такие элементы текста, как слова, словосочетания и части сложного предложения, а также целые самостоятельные предложения. Данный тип трансформаций является довольно частотным, так как порядок расположения слов в предложении разных языков часто неодинаков и даже противоположен.
Такие виды трансформаций как членение предложения и объединение предложений связаны со степенью дискретности языков при описании явления или ситуации. Явление или ситуация, которая в одном языке может быть описана одной единицей языка, в другом может требовать использования двух или более единиц; сложное предложение оригинального текста может заменяться несколькими простыми в другом языке или наоборот. Данная трансформация может быть обусловлена как грамматическими соображениями, например, при различии в допустимости набора синтаксических оборотов, так и прагматическими, в том случае, когда предложение претерпевает целый ряд преобразований, которые приводят к коммуникативно-избыточному или стилистически неадекватному количеству придаточных оборотов.
Суть конверсной трансформации заключается в том, что в тексте на другом языке описывается то же самое отношение между субъектом и объектом, что и в оригинале [13, c. 22].
Встречается также прием так называемой адекватной замены, который находит применение при переводе идиом или традиционных для определенного языка метафор. Происходит замена всего или части высказывания оригинального текста частью высказывания на другом языке с другим значением, но с той же содержательной и эмоциональной функцией. Однако далеко не всегда на другом языке идиома передается идиомой, а метафора с помощью метафоры. В таком случае прибегают к явлению деидиоматизаци, суть которого заключается в том, что нечто сказанное иносказательно, «не напрямик», с помощью идиоматического выражения передается на другом языке напрямую, с помощью прямых, непереносных значений слов и словосочетаний. Применяют также и прямо противоположный по содержанию прием, называемый идиоматизацией.
Экспликация (описательный перевод) - это такая лексико-грамматическая трансформация, при которой лексическая единица языка оригинала заменяется словосочетанием, которое более или менее полно объясняет ее значение на другом языке. С помощью экспликации можно передать значение любого безэквивалентного слова оригинального текста.
Импликация - прием, противоположный экспликации [8, c. 73].
Рассмотрев все виды трансформаций, можно сделать вывод, что применение трансформаций очень важно при переводе научного текста с одного языка на другой, когда главной целью лингвиста-переводчика является достижение адекватности этой передачи. Трансформации используются тогда, когда встает проблема невозможности использования слов и выражений, предлагаемых словарем. При использовании трансформационных приемов, преобразуется внутренняя форма слова или словосочетания или происходит ее полная замена для адекватной передачи содержания высказывания. Используя переводческие трансформации, лингвист-переводчик может наиболее чётко и близко к оригиналу передать информацию статьи на другом языке.
Использование тех или иных трансформаций зависит от языка перевода. Часто в одном контексте авторами одновременно совмещается несколько различных видов трансформаций. Следует отметить, что в переводах на английский язык присутствуют трансформации, не использованные авторами при переводе стихотворений на русский язык, к которым относятся объединение предложений и антонимический перевод. В английском варианте перевода не были использованы такие трансформации, присутствующие в русских версиях, как членение предложения, целостное преобразование, импликация и экспликация.
В контекстах трансформации помогают авторам наиболее полно и адекватно языку перевода передать содержание оригинального текста. Лексические замены имеют место в равнозначных перефразированиях исходного текста, когда нет возможности использовать прямые словарные соответствия, либо необходимость их использования была продиктована законами рифмы или ритма научного текста. Грамматические замены и грамматические перестановки позволяют передать содержание оригинального текста в соответствии с нормами английского и русского языков. Опущения позволяют компенсировать особенности величины и звучания слов в разных языках [6, c. 24]. Итак, перед современной теорией публицистического перевода, частной разновидностью которого является перевод научный, стоит еще множество проблем.
Проанализировав все вышеперечисленные классификации, мы пришли к выводу, что доля нашего исследования мы будем использовать как приемы, которые затрагивают текст сугубо на уровне лексемы, так и те, которые включают в себя некоторые грамматические изменения. Таким образом, в число рассматриваемых нами лексических трансформаций будут входить: транскрипция, транслитерация, калькирование, конкретизация, генерализация, дифференциация значений, смысловое развитие и его подвиды, антонимический перевод, целостное преобразование, переводческая компенсация, описательный перевод. Далее в практической части работы будет использована классификация переводческих трансформаций Л.С. Бархударова. Важно отметить, что публицистическому переводу вообще и переводу научного текста в частности свойственен феномен множественности. Не может быть «финального», окончательного варианта перевода; каждая новая версия оригинального текста формирует и накапливает переводческий опыт, который может быть использован последующими переводчиками.
Рассмотрим заголовки-вопросы, демонстрирующие разнообразные трансформации, к которым прибегают журналисты с целью прагматического воздействия на потенциального читателя:
- Who's the true enemy of internet freedom - China, Russia, or the US? [The Times, 4 January 2015].
В представленном заголовке альтернативные варианты занимают сильную позицию, которая акцентируется с помощью пунктуационного знака тире. Подобный прием позволяет включить в фокус внимания реципиента концовку заголовка.
- Russia or ISIS? Who is America's No. 1 Enemy? [The Times 4 August 2015].
В данном примере наблюдается нетипичное нагромождение вопросов в составе одного заголовка. Варианты ответа на поставленный вопрос выходят на первый план, т.е. занимают сильную позицию, что приковывает внимание аудитории к данному материалу.
- In Syria, whose side is the United States on? [The Times 1 October 2015].
В представленном заголовке произошло изменение тема-рематических отношений: на первый план автор статьи вынес рему, что усилило прагматические потенции заголовка. Пунктуационно выделенное ядро in Syria позволяет акцентировать внимание на основной проблеме и делает заголовок более экспрессивным.
Одной из особенностей англоязычной Интернет-прессы являются заголовки, представляющие вопросно-ответную конструкцию: первая часть заголовка выражена простым вопросительным предложением, не раскрывающим основного содержания статьи, в то время как вторая часть заголовка представлена повествовательным предложением в форме ответа на поставленный вопрос.
Подобное речевое построение, напоминающее диалог, обладает повышенным эмоциональным воздействием на реципиента:
- For Russians in D.C., the Sochi Olympics are a time to celebrate, right? Not quite. [The Times 6 February 2014];
- Did the Winter Olympics in Sochi really cost $50 billion? A closer look at that figure. [The Times 10 February 2014];
- Remember Russia? It's still doomed. [The Times 27 January 2015];
- Do Crimeans see themselves as Russian or Ukrainian? It's complicated. [The Times 3 December 2015];
- The Pentagon's Top Threat? Russia [The Times, 3 February 2016] ;
- Derbent as Russia's Oldest City? Think Again, Moscow Says [The Times, 17 February 2016];
- What makes America great? Team USA is showing us. [The Times 12 August 2016].
Необходимо обратить внимание на то, что в проанализированных примерах знак препинания в виде точки в конце вопросно-ответной конструкции присутствует исключительно в заголовках Интернет-издания The Washington Post. Можно предположить, что подобная пунктуация в вопросно-ответных конструкциях является особенностью данной Интернет-газеты.
Рассмотрим заголовок, экспрессия которого выражается не только на синтаксическом, но и на лексическом уровне:
- So are Russia and Iran best buddies now? Um, maybe not. [The Times 12 November 2015].
Автор статьи использует разговорную лексику (buddy - a friend (informal) [MEDAL, p. 175]) и междометие um, которое передает сомнение в правильной постановке вопроса. Легкий, ни к чему не обязывающий стиль изложения заставляет читателя непременно обратиться к газетному материалу и вступить в беседу с журналистом.
В ходе исследования были обнаружены примеры заголовков-вопросов, состоящие из двух предложений и строящиеся следующим образом: первая часть представляет собой номинативное предложение, раскрывающее проблему статьи, а вторая часть выражена вопросом по описываемой в первом предложении проблеме:
- The Oscars celebrates white men. What about the rest of us? [The Times, 15 January 2015];
- Google is trying to kill passwords. But what should replace them? [The Times 23 December 2015];
- There is a way to punish Russia for Litvinenko's murder. So why not act? [The Times, 26 January 2016].
Особой популярностью среди авторов статей пользуются сегментированные заголовки-вопросы. Укажем, что характерной чертой подобных заголовков является использование знака препинания двоеточия:
- The benefits of boozing: Why are we obsessed with the health effects of alcohol? [The Times, 20 January 2015];
- Drinking Alone: A Bad Idea or a Toast to Oneself? [The Times, 24 April 2015];
- British patriotism: whose Waterloo? [The Times, 30 May 2015];
- AI: will the machines ever rise up? [The Times, 26 June 2015];
- Putin's nemesis: Can Mikheil Saakashvili survive long enough to make a difference? [The Times, 27 October 2015];
- Russian plane crash: What will Putin do if Isis bomb brought down jet? [The Times, 5 November 2015];
- The missing: what have they done with our sons? [The Times, 3 February 2016];
- Chechnya: Russia's Islamic State? [The Times, 2 June 2016]. Сегментированная конструкция придает заголовку динамичность и выразительность, позволяет преподнести главную информацию газетного материала в лаконичной форме. Очевидно, что в представленных газетных заголовках в первой части сегментированной конструкции отражена основная проблема статьи, в то время как во второй части журналист в вопросительной форме выражает озабоченность по данному вопросу.
Рассмотренные варианты заголовков-вопросов современных англоязычных Интернет-изданий позволяют сделать вывод о распространенности и разнообразии используемых журналистами прагматических «хитростей» с целью привлечения внимания аудитории к газетному материалу. Таким образом, заголовки-вопросы являются важным аспектом экспрессивного синтаксиса современной англоязычной Интернет-прессы.
В рамках данного исследования представляется необходимым рассмотреть восклицательные газетные заголовки, которые наравне с заголовками-вопросами обладают экспрессией и оказывают определенное прагматическое воздействие на реципиента.
Важно отметить, что основное назначение восклицательного знака заключается в повышенной эмоциональности: «It comes at the end of a sentence, is unignorable and hopelessly heavy-handed, and is known in the newspaper world as a screamer, a gasper, a startler. Ever since it came along, grammarians have warned us to be wary of the exclamation mark, mainly because, even when we try to muffle it with brackets (!), it still shouts, flashes like neon, and jumps up and down. In the family of punctuation, where the full stop is daddy and the comma is mummy, and the semicolon quietly practices the piano with crossed hands, the exclamation mark is the big attention-deficit brother who gets overexcited and breaks things and laughs too loudly» [16, с. 136-137].
Заголовки-восклицания обладают особой выделительной интонацией и большим экспрессивным потенциалом. Данная особенность менее свойственна сдержанному английскому языку при сравнении, например, с экспрессивным русским языком.
Анализ фактического материала подтвердил, что журналисты стараются избегать восклицательных конструкций и отдают предпочтение более нейтральному стилю изложения информации. В то же время низкая частотность заголовков-восклицаний в сравнении с заголовками-вопросами и заголовками-отрицаниями усиливает экспрессивные и прагматические возможности восклицательной конструкции, делает ее появление в газетном заголовке уникальным и броским.
- Unhappy? Just blame immigrants! [The Times, 1 January 2014].
В рамках одного заголовка используется как вопрос, так и восклицание. Нетипичное для заголовков прагматическое наполнение, бесспорно, приковывает внимание. Вопрос позволяет адресанту обратиться к читательской аудитории (британскому народу). Восклицание, в свою очередь, фокусирует внимание реципиента на лексеме immigrants, что позволяет подчеркнуть, кто является истинным виновником всех проблем Великобритании.
В следующем восклицательном газетном заголовке выражается призыв к действию:
- The future of news: Stop the presses! [The Times, 1 July 2015].
Автор статьи призывает издателей общепризнанных газет и журналов быть осторожнее при заключении соглашений о создании новостных сервисов компаний Apple и Facebook. Экспрессивная пунктуация передает давление, оказываемое на авторитетные издания, а также озабоченность журналиста об их будущем при переходе в цифровой формат. Следовательно, при использовании восклицательного знака газетный заголовок приобретает дополнительную эмотивную окраску.